Самый сладкий грех

      Кровь...Это кровь...       У Леши по коже пошел холодок. Да вы что, серьезно? Зачем их сюда позвали? Для чего? -Лех, ты это, главное-в обморок не падай,-кидает на друга взгляд Иван. Юноши посмеиваются, получая непонимающий взгляд от окружающих, в глазах которых были непонимание и какой-то азарт. В их глазах было какое-то странное ожидание. На лицах некоторых играли вполне себе хищные улыбки, от которых становилось не по себе. -Парни, спокойно,-Владимир положил друзьям руки на плечи, немного притягивая тех к себе.-Главное без паники, все остальное-дело наживное,-Владимир кивает, чуть сильнее сжимая плечи братьев. -Володь, ты так говоришь, будто это не мы с монастыря пришли к людоедам, а они.-Фыркает Иван, закатывая глаза, но все же сжимая предплечье старшего, чувствуя поддержку. Леша нашел руку Вани, кладя свою ладонь на его кисть. Они могли бы долго еще стоять, но в какой-то момент, вышел Михаил, с прищуром оглядывая стоящих на площади людей. Все замолчали, уставившись на Ходорковского, что стоял с ухмылкой на лице. -Дорогие друзья,-начал мужчина, опираясь на какой-то столб,-ну и те, кто еще не успел вжиться в нашу семью. Сегодня мы здесь собрались по, скажем так, необычному поводу,-Ходор как-то разочарованно посмотрел на Лешу с его братьями, а затем сразу улыбнулся.-Сегодня я хочу представить вам новых, скажем так, членов нашей семьи. Рабы Божьи,-он усмехается, хитро смотря на братьев,-они пришли сюда, дабы помочь нам,-теперь уже мужчина в голос смеется, хрипловатым смехом,-поэтому, прошу любить и жаловать. Идите сюда, просветители,-сарказм так и сочился с его слов, из-за чего ребята поморщились, но вышли, слыша смешки остальных стоящих на площади. Ребята осторожно озирались по сторонам, а Леша почему-то встал ближе к Михаилу, по прежнему сжимая руку Ивана. Алексей кинул взгляд на Ходора, что совершенно спокойно и, кажется, искренне ему улыбнулся. У Леши все сжалось внутри от взгляда мужчины, а сам парень через чур сильно сжал руку друга, отчего тот обратил на него внимание. -Леш, ты чего?-Ваня посмотрел на Навального, но, когда заметил их игру в гляделки, то резко встал меж другом и этим…Ну, он даже не знал, как его назвать. Тиран? Изверг? Антихрист? Прислужник Сатаны? Еретик? Ну, это уже смешно. Тогда…Кто он? -Но,-Михаил вдруг стал максимально серьезным, оглядывая свою, так называемую семью,-если я узнаю ,а я узнаю, что кто-то из вас…-Голос Ходора вдруг снизился до неузнаваемого, а затем, мужчина и вовсе на рык перешел,-хоть пальцем тронет кого-нибудь из них, сам казню,-он нахмурился, заставляя людей прятать глаза и вжимать головы в плечи. Собрание закончилось через пару минут, после того, как Михаил сказал, что через пару дней будет еще одно собрание, только уже тогда будет какой-то пир. Леша на этих словах поежился, в прочем, как и его братья. Ну а что вам в голову придет, когда вы, стоя среди «племени» людоедов, услышите из уст одного из них про какой-то пир? Вот то же самое и Леше в голову пришло. Все начали расходиться. И вот парни уже хотели идти «домой», как их остановил Ходорковский. Мужчина подошел к ним как-то тихо, так, что юноши не заметили и дернулись, когда тот заговорил: -Мне бы с Алексеем поговорить,-ухмыльнулся тот. И Леша, увидев эту ухмылку, судорожно схватился за Ванино плечо, теряя равновесие. Парень тут же почувствовал руку друга на своей талии, ощущая поддержку, только вот, как-то легче от этого не стало. Перед глазами медленно, но верно начинало темнеть. Парень, честно, пытался что-то сказать, но не успел и упал на землю, сразу же после того, как сознание покинуло его.

☆･:*:･☆

Было больно. Было обидно. До ужаса обидно. До мерзости неприятно. Хотелось сжечь свое тело, чтобы не чувствовать чужих, уже, слава Богу, фантомных прикосновений. Но, эти глаза. Эта ухмылка…Это все до сих пор стояло перед глазами, не желая уходить. По щекам лились горячие, ненужные слезы, что обжигали нежную юношескую кожу. Мальчик с трудом, корчась от боли, подобрал колени к себе, утыкаясь в них носом. Он просто не мог понять. Неужели…он что-то сделал не так? Как-то обидел этого человека? В принципе, что-то плохое сделал в жизни? Но, если же нет, тогда, за что ему все то, что произошло пару минут назад? За какие грехи? Чем он провинился перед Богом? Хотя…О каком Боге может идти речь? Ему нельзя верить в Господа. Это запрещено законом, но, почему же тогда, в какие-то моменты, в голове всплывают неизвестные молитвы? Почему иногда с утра, отчаянно хочется встать в уголок на колени и, сложив руки перед грудью, тихо помолиться, прикрыв глаза? Ответа на этот вопрос у него не было. Сколько бы он не подходил к матери, слышал лишь раздраженное шиканье и видел, как женщина воровато оглядывается, даже если они были у себя дома. Леша не знал, сколько он так просидел. Размышляя, тихо шепча непонятные молитвы и плача. Когда же боль немного отступила, юноша попытался подняться, но ноги отчаянно отказывались слушаться своего хозяина, подкашиваясь и становясь неуправляемыми. Мальчишка, устав, вновь плюхнулся на землю, сдирая ладонь, коей опирался на шершавую стену. Юноша откинул голову, тяжело вдыхая, и вновь с его губ срывается стон боли. Парень до сих пор сидел здесь. Он знал, что его мать уже извелась, оббегав всех его друзей и больше половины знакомых, одноклассников. Юноша ничего не мог сделать. Черт возьми, он даже встать не мог нормально, что он может вообще сейчас? Но, устав заниматься самокопанием, парень, вновь морщась от уже отступившей боли, поднялся, чувствуя, как сильно дрожат его колени. Юноша попытался сделать шаг, и у него это получилось. Хоть и маленький, но это был шаг. Что ж, уже хорошо. Вздохнув, он делает еще один шаг, затем еще один, и еще. И вот, спустя пару минут, он может делать эти маленькие шажки, практически не держась за стену, что не могло не радовать. Парень вытирает слезы, размазывая по лицу немного грязи и выходит из этого гребанного переулка, проклиная его последними словами и не желая возвращаться сюда вообще никогда в своей жизни. Юноша выходит на улицу, сразу же пугаясь огромного количества людей. Он бросает взгляд на небо и ужасается-скоро будет закат. Получается, он ушел из школы часов пять назад, и четыре с половиной часа уже должен быть дома. Леша прикидывает, как ему влетит от матери, а затем и от отца, но, сейчас это не важно. Важно-добраться домой, любыми способами. С трудом, корчась, кряхтя и бормоча что-то себе под нос, он проходит еще пару метров. В голове каша. Мозг время от времени подкидывает ужасные картинки, видя которые хочется выдрать себе глаза, лишь бы больше никогда не видеть. Хочется выть от боли, от унижения, от страха, от понимания, что все повторится вновь, в любом случае…он так сказал.

☆･:*:･☆

-Леша,-тихий голос вновь вытаскивает из тьмы, заставляя болезненно простонать и открыть глаза. Юноша видит перед собой Владимира, что стоит с задумчивым лицом и мягко трясет его за плечо. Старший, видя, что Алексей пришел в себя, молча тянет тому стакан с водой, который Навальный осушает с радостью. Только сейчас он чувствует, как ему жарко. И от этого становится неприятно.-Леш, что случилось? -Н-ничего, все хорошо,-Алексей попытался приподняться, только вот паршиво вышло, из-за чего юноша вновь упал на простыни.-Помню, упал еще на улице. Вы меня сюда принесли? -Он,-Ваня мотнул головой,-вождь этот, или, кто он там. Судя по всему, он их вождь.-Иван усмехнулся. -Михаил, его зовут Михаил.-Алесей нахмурился, вздыхая. Юноша вновь попытался приподняться, на этот раз уже вышло. Парень поднялся, двигаясь к двери.       -Преркасно!-Иван всплёснул руками.-То есть, он теперь не кровожадный тиран, который людей жрет, а просто Михаил?!-Юноша взял брата за плечи.-Леша, что с тобой?! Куда ты собрался?       -Кажется, он хотел со мной поговорить.-Парень осторожно убирает руки друга со своих плечей, продолжая идти к двери. -Леша,-парня остановил Владимир, схватив его за руку. Навальный обернулся, удивленно смотря на друга,-не ходи туда. Не стоит. Ты еще слишком слаб. Очень слаб. -Володь, все хорошо будет, ну, не съест же он меня,-парень усмехается, но, видя серьезные взгляды братьев, вспоминает где они находятся. -Леша,-к Владимиру подключился Ваня, подходя к друзьям.-Лучше не стоит, правда. -Так, все,-Алексей мягко вытаскивает из руки Владимира свою и идет на улицу. Он видит ходящих туда-сюда людей, кто-то просто заходил к кому-то, кто-то занимается огородом, кто-то стирает вещи. Вроде, обычное поселение, самая, что ни на есть, обыкновенная деревня. Но вот воспоминание о том, кто здесь живет, заставляет бежать по спине табуны мурашек. -Извините,-Алексей подходит к какой-то женщине, что оборачивается и смотрит на него довольно приветливо,-а где Михаил живет? -Ходор?-Девушка вскидывает брови, а затем указывает на какой-то дом.-Вон там. -Спасибо,-Алексей кивает, медленно двигаясь в сторону указанного жилища. Юноша уже практически подошел к двери, как слышит какие-то крики. -Ты совсем умом тронулся, Ходор!-Кричит, судя по всему, мужчина. -Нет, это ты, Бром, с катушек съехал. Совсем с катушек слетел?!-А этот голос уже узнаваем. Это Михаил.-Ты чего разорался?! Ручей бессмертия где-то нашел? Или из моего хлебаешь, а, дрянь?! -Ты из-за этого щенка так изменился?!-Раздался звук удара. А затем послышалось, как упало тело.-За что ты мне сейчас врезал? -Не смей повышать на меня голос! И еще хоть раз назовешь его так, я из тебя всю кровь высосу, оставляя тебя живым так долго, насколько это будет возможно! Шутить я не люблю, ты меня знаешь. А из всех блюд я предпочитаю что? Правильно…МЯСО СВОИХ СОРОДИЧЕЙ!!!-Послышались шаги.-Так что закрой свой поганый рот и не смей еще хоть раз повысить на меня свой чертов голос. Я понятно объясняю? -Более чем,-в голосе было слышно все. Ненависть, удивление, шок, а так же легкое разочарование. Послышались громкие, тяжелые шаги в сторону двери, поэтому Алексей не нашел ничего лучше, как постучаться в ту самую дверь. -Да?-Ему открыли через секунду. Перед юношей предстал сам Михаил. Он тяжело дышал, на губах отражался легкий оскал, а в глазах виднелась ненависть и злость. Но, через секунду это все пропало. Тут два варианта: либо Ходор был так рад видеть Алексея, что забыл обо всем, что, разумеется, мало вероятно, либо он просто не хочет пугать так до смерти запуганного юношу.-О, Алексей, проходи, мы как раз закончили обсуждать организационные моменты.-Ходорковский улыбнулся. -Да, конечно,-парень кивнул пару раз, пытаясь не обращать внимания на то, что ноги подкашивались. В голове резко начал кружиться вопрос: «зачем он меня сюда позвал?» -Ты еще здесь?-Михаил взглянул на мужчину. Тот быстро замотал головой. -Нет, тебе показалось,-парень выбежал за дверь, захлопнув ее за собой. -Так, мы все обсудили….Зачем пришел?-Мужчина обернулся, проходя к столу.-Присаживайся. Чего хотел? -Вы хотели со мной поговорить,-Алексей отодвинул стул и осторожно сел, смотря на мужчину. -Ах, да, точно,-Ходорковский кивнул, вновь улыбнувшись.-Хотел узнать надолго ли вы у нас? -Нам дали поручение. Как только заметим изменения, тут же уйдем.-Навальный пожал плечами, осматривая помещение. Вроде, ничего примечательного, все скромно, даже как-то уютно. -Хорошо, не желаешь чаю?-Михаил указал на чайник, что, судя по всему уже готов. Мужчина как-то странно смотрел юноше в глаза, но тот не обратил внимания. -Нет, благодарю,-юноша улыбнулся, продолжая бегать взглядом. -Ты, должно быть, заинтересован, почему мы стали такими?-Михаил поднялся, подходя к Алексею и опираясь бедром о стол. -Да, знаете, хотелось бы узнать.-Навальный все же поднял глаза на Ходорковсвого. -Это замутил я. Когда-то в детстве, когда мне было лет 11, я по неосторожности и крайней случайности попробовал человеческую плоть, и знаешь…-Михаил наклонился к лицу юноши,-мне понравилось,-от этих слов по спине Алексея покатился ледяной пот. Юноша попытался этого не показать, что вышло, если честно, паршиво.-Алексей…-Мужчина взял юношескую руку в свою,-у тебя красивое имя,-Михаил поднес руку парня к своему рту, осторожно целуя костяшки.-А еще у тебя не менее красивые глаза, тебе об этом говорили?-Мужчина улыбнулся. -М-м-михаил,-Леша попытался вытащить руку из чужой. Но Ходоркосвкий резко схватил чужую руку за запястье, грубо сжимая. -Не смей,-прорычал мужчина, грозно смотря на юношу.-Даже не думай, щенок….-Михаил вновь начал осторожно покрывать поцелуями костяшки Алексея. Сердце юноши заходилось в бешенном ритме, грозясь вырваться из груди, переломив все ребра к чертям. Дыхание было тяжелым, словно грудь защемило тисками. Ноги отнялись, как будто ему только что переломали позвоночник. Юноша пытался дышать, правда, пытался. Только вот все, на что он был способен это хриплые рваные вдохи и выдохи, которые, по сути, ни черта не давали. Перед глазами начало плыть, рука, что до сих пор целовал Михаил, начала отниматься, так же, пальцы начало покалывать. Юноша пытался что-то сказать, но язык перестал его слушать, губы онемели, а в горле встал тяжелейший ком, проглотить который было нельзя. Казалось, стало ужасно жарко. А еще холодно.

☆･:*:･☆

      Парень идет к своему дому, осторожно переступая и делая максимально аккурвтные шаги. Потихоньку, осторожно, он уже практически прошел половину пути до дома.       -Хей, парень?-Его плеча касается какой-то мужчина. Алексей не знает почему, но этот мужчина не выглядит устрашающе, учитывая то, что сейчас Леша шугается каждого шороха. Этому мужчине хочется верить...-С тобой все хорошо?-Мужчина присаживается перед ним на корточки, пытаясь заглянуть в десткие глаза, что вновь начинали наполняться слезами.       -А... В-вас как зовут?-Парнишка поднимает глаза на незнакомца, от которого так и веет теплом, уютом, добротой.       -Отец Иоанн...-Мужчина коротко улыбается.-Можно просто Иоанн...       Алексей бегает глазами по лицу мужчины. Он явно уже не молод. В густых черных бровях, поблескивала седина, точно так же, как и в волосах на голове. Зеленые глаза излучали доброту, позитив. Взгляд был мудрый, в глазах виднелся немаленький жизненный опыт. Далее, чуть ниже губ, уже была относительно длинная, густая местами седая борода. Да, этот мужчина явно далеко не молод...       -Иоанн, вы можете помочь мне дойти домой?-Алексей смотрит мужчине в глаза с мольбой. По щеке катится слеза... Горячая... Жгучая... Одна единственная, но такая постыдная.       -Что с тобой случилось?-Мужчина поднялся, придерживая юношу под руку, дабы тот не упал, так как было видно, что Леша еле держался на ногах.-Куда идти?       -Комсомольская два,-пробормотал юноша, крепче берясь за руку мужчины. Они побрели в сторону дома юноши.       Когда они пришли, дверь сразу же открыла мать Леши, быстро хватая свое чадо, обнимая его и проверяя на ссадины, порезы, ушибы. Так же, параллельно, она осматривала мужчину, что привел ее высокообожаемое дитятко домой.       -Спасибо! Спасибо вам!-Женщина прижимала сына к себе, плача.       -Не за что... Знаете, я бы не хотел вмешиваться, но...Видите ли... У мальчика проблемы, что-то случилось.... Наш монастырь... Он может помочь...       -Нет!-Женщина быстро спрятала сына за спиной.-Никакого монастыря, вы что?!       -Вера может помочь...Вера в Бога...       -Где был ваш Бог, когда была война?!-Женщина нахмурилась, начиная переходить на повышенные тона.-Когда на моих глазах умирали сотни, тысячи людей?! Мне тогда было семнадцать! Я была ребенком! Где был ваш Бог, когда мои родители умирали у меня на руках?!       -Вы носите крестик?-Совершенно неожиданный вопрос, что был поставлен священником, ввел женщину в ступор. Немного погодя, она резко расстегнула две верхние пуговицы рубашки и показала мужчине крестик. Простенький, латунный.       -Вот, двадцать лет назад его надел на меня любимый мужчина. Тогда война еще была в самом разгаре.-Женщина одной рукой держала крестик, другой же-вытирала слезы.-И он помог мне. Вытаскивал из трудных ситуаций. И помогает по сей день.       -Ну вот же...-Мужчина улыбнулся, смотря на то, как в глазах женщины расплывается тепло.       -Так это же не Бог,-она усмехнулась, осторожно возвращая крестик на место.-Это любовь....-Сколько печали, тепла и одновременно боли было вложенно в это слово.       -А Бог и есть любовь. Бог это все, что нас окружает. Это счастье, это грусть, это смех, слезы, падения, взлеты. Все это и есть Бог.       -Мам,-подал хриплый голос Леша, кладя руку матери на плечо.-Я хочу с Иоанном.       -Сынок....       -Я вас уверяю, мы ему поможем. Посмотрите на мальчика. Он разбит, в его детских глазах столько боли, сколько я за всю жизнь не видел,-мужчина огладил предплечье женщины.-Мы поможем ему....       И она отпустила. Отпустила Лешу с Иоанном. Правда, потом три дня и три ночи покоя и места себе найти не могла, но, Леша сам настаивал на этом. В конце концов, это же не тюрьма. Это просто монастырь. В котором Леше помогут.       А, если задуматься, то с той прогулки Леша вернулся другим. В глазах более не было той искорки, что всегда была заметна и блестела, кажется, за сотню километров. На прощание он попытался улыбнуться матери, что вышло ужасно. Эта натянутая улыбка, коей ни разу не было на этом детском лице.       Алексей же не пожалел о своем выборе. Да, он испугался, увидев много посторонних мужчин, каждый из которых ему улыбался. Но... Как же, черт тебя подери, было легко здесь. В этом здании, где теперь находилась комната юноши. Как же здесь было спокойно... Как же здесь было хорошо....       У Леши складывалось ощущение, что он находится где-то не в этом мире. Где-то далеко-далеко. Там, где никакие беды не страшны, где ничто плохое не достанет, не дотянется. А если и дотянется своей черной устрашающей лапой, отец Иоанн поможет. Помогал. Всегда помогал.       Алексей был бесконечно рад, когда узнал, что ему можно не рассказывать о том, что произошло. Он благодарил Бога парочкой уже выученных легеньких тихих молитв в большом зале на первом этаже перед первой ночью здесь... В этом монастыре.       Как только голова юноши коснулась подушки, веки стали свинцовыми и закрылись моментально. С этого момента начиналась новая жизнь. С Богом, вера в которого и усилия, помогут приодолеть все трудности. Все препятствия, все тягости жизни... Теперь все изменится... Теперь будет легче....

☆･:*:･☆

Алексей потерял сознание, начиная соскальзывать со стула, благо, Михаил его поймал. Мужчина положил юношу на свою кровать, прикрыв одеялом. -Спокойной ночи, Алексей…-Ходор поцеловал парня в лоб, после чего вышел на улицу, плотно заперев дверь. Сумерки опустились на близстоящий лес…Луна практически открылась, красота. Все почти стихло….Надо бы сходить за добычей, поиздержался он….