ГОРИЗОНТ СОБЫТИЙ

Хантер — просто маленькая испуганная девочка. Хантер — трусиха. Хантер сейчас бежит. Бежит и ненавидит себя за это. И стартанула она, как только открылись двери злополучной для неё комнаты, в которой она вдруг резко осознала, что влюбляется. В Хилла. В чаще-всего-бесящего-до-дрожи-Хилла. "Девочка моя, тебе это не надо! Да хрен с тобой — ему это не надо! Твои говнопроблемы с говномыслями! Ты ж ебнутая на всю кукушку!!! Ну куда???!!!" — думала и бежала. Роб несся за ней, откровенно понимая, что это какой-то бред. Но не бежать не мог. "Влюбился в идиотку, теперь и бегу. Че, бля? Влюбился?! Да неее... Или да?.." — Тесс! — окликнул её мужчина, — Господи, Тесс, куда ты, блядь, так рванула?! — всё ещё орал ей в спину Роб, отчего она, казалось, только ускоряется. — Твою мать, давай просто поговорим! Комичности ситуации добавляли люди, идущие на встречу и оборачивающиеся на парочку раскрыв рты. "Цирк уродов, сука, а я главный экспонат!!!" — думал Хилл и бежал. Тесс, наконец узнавшая что в комнату можно попасть по отпечатку пальца, быстро влетела в свои апартаменты, и всё было бы прекрасно и замечательно, если бы следом за ней не влетел едва запыхавшийся Роб. Мозг Хантер быстро прогружал возможные пути отступления, когда он, захлопнув дверь, заговорил: — Че, блядь, это было? Ты просто максимально шарахнутая... — он хотел что-то ещё сказать, но кто его слушает? — Не смею отрицать. Раз с этим выяснили, тебе пора. — она, всё ещё тяжело дыша, кивнула Робу в сторону выхода. — Нихера. Я не уйду, пока не пойму, что происходит. — А что происходит? Ты должен чинить лайнер, но почему-то стоишь в моей комнате. Так что да, Роб, что происходит? — сама того не замечая, Тесс ответила Хиллу так, как и он ей вчера. — Очень приятно, конечно, что ты меня цитируешь, и, должен признать, память у тебя огонь, но я всё ещё не убеждён. — он цепко наблюдал за тем, как бегают её глаза и ладошки нервно сжимаются в кулачки. — К тому же ты вызвалась мне помогать. — У тебя дохера помощников — выбирай не хочу. Рыжуху ту пригласи, как и собирался. — только договорив, Тесс поняла, как облажалась: это же почти "я ревную тебя". — Ты ревнуешь? Поэтому что прозвучало, так, будто ревнуешь. — стараясь не улыбаться, сказал Роб. — Хилл, че тебе надо? — вдруг совершенно устало спросила Тесс. — Ты. Он произнес это так просто, что Хантер чуть не задохнулась. "И какого хера это значит?!" — А, ну так абонент временно недоступен, лавочка прикрыта и всё такое... — Че за херня, Хантер?! То вываливаешь на меня все свои переживания, то уже бежишь. Хочешь поговорить? Давай поговорим! Хочешь помолчать? Да, блядь, пожалуйста! Всю кровь мне свернула. Скажи просто, что тебе нужно! Я ж, сука, помочь хочу!!! — не выдерживает он. Да, определённо, влюбился. Вот именно сейчас, когда она его так безумно бесит, Роб понимает, что влюблён. Как ни в кого и никогда. Причём, понимает, что началось это, как только впервые увидел Тесс. — Не лезь ко мне в душу! Не смей! Я в твоей жалости не нуждаюсь! — Хантер тыкала ему пальчиком в грудь и шипела не хуже кобры. — Да это, блядь, не жалость, это... — он не успел договорить. — Что бы это ни было, будь так добр, засунь себе поглубже в задницу! — сказала девушка и развернулась, чтобы уйти из собственной комнаты. "Блядь, надо бежать! От него надо бежать!!!" — Хер ли ты такая стерва, а?! — спрашивает Хилл, кипя, и только по чистой случайности не переходит на крик. — Я-то понятно, я - баба. А вот хер ли ты иногда бываешь стервой, мне ничерта не понятно! — она вновь оборачивается и смотрит, как его карие глаза наливаются кровью. Как же она его бесит. Никто. Никогда. Так. Не бесил. Секунда. Две. Он резко притягивает её к себе и начинает сминать губы в грубом поцелуе, показывая, как сильно Хантер его выводит. Сначала Тесс пытается оттолкнуть мужчину, но через несколько секунд также дико отвечает, притягивая к себе и, буквально, кусая его губы, язык. В этом нет ни капли нежности. Только злость, похоть и дикое желание. Руки Роба повсюду: в волосах, до боли стискивают тонкую талию, мнут ягодицы, на которых сто процентов потом останутся следы — где-то на задворках сознания ему безумно нравится эта мысль. Пальцы Хантер путаются в его волосах, впиваются ногтями в спину и плечи, переливающиеся буграми мышц, а бедра, неосознанно прося большего, трутся о штаны, где уже чувствуется внушительное возбуждение. В голове девушки пульсирует только одна мысль: ей никогда не было так хорошо, как сейчас, даже учитывая то, что они почти калечат друг друга. Так невероятно хорошо. В какой-то момент девушка стаскивает с него верх формы, признавая своё поражение, почти облизывается от открывшегося вида и лихорадочно пытается расстегнуть ремень, даже не замечая, когда именно остаётся в одних крошечных стрингах. Губы Роба уже кусают шею и грудь, оставляя очередные следы, язык проходится по соскам, пробует её шелковистую кожу на вкус, когда Тесс справляется с остатками его одежды. Они оба, буквально, задыхаются в от испытываемых ощущений. Хилл разворачивает девушку к себе спиной, заставляя развести ноги пошире и упереться локтями в кровать. Проводит по окружности попки и шлепает так, что Хантер хрипит в экстазе. Рваные трусики летят на пол. Тесс старается стонать как можно тише, чтобы не доставить Робу такого удовольствия. Но он решает поиграть, хоть и сам не уверен, что продержится долго. Хилл вообще сейчас ни в чем не уверен, кроме того, что безумно хочет эту женщину. Руки скользят вдоль по спине, пересчитывая все позвонки, мнут упругую грудь, идеальную попку, которой она трется о его член. Мужчина уже готов взмолиться, но сдерживает себя. Он останавливает её, входя сразу двумя пальцами, бесконечно долго дразня ритмичными движениями, то увеличивая темп, то почти останавливаясь. Хилл и сам понимает, что скоро не выдержит, смотря на девушку, прекрасную в своем возбуждении, но Тесс сдаётся раньше. — Да возьми же уже... — скороговоркой и на одном дыхании. Почти мольба. Свободной рукой Роб наматывает каштановые локоны и дергает на себя так, что Тесс выгибается и делает глубокий глоток воздуха, чуть не захлебываясь чувствами. Он наклоняется и безудержно страстно целует Хантер в губы. Вместо пальцев резко оказывается член Роба, входящий на всю длину. Комнату наполняет обоюдный громкий стон. Они на секунду замирают, будто пытаясь запечатлеть этот момент, после чего мужчина начинает безжалостно двигаться. — Господи, как же в тебе прекрасно, — стонет Хилл, находя нужный ритм. Он двигается резко и быстро, почти выходя и снова полностью заполняя. Тесс помогает бёдрами, буквально насаживаясь, тем самым прося больше, кружа голову им обоим. Следы от рук уже начинают проявляться на её теле. Девушка вгрызается зубами в подушку, пытаясь заглушить крики, но все равно не способна сдержать громкие стоны. По комнате разносятся пошлые шлепки их тел, которые ещё больше распаляют желание. Задыхаясь, Хантер кончает, выгибаясь в спине, и с оглушающим криком утыкается лбом в подушки. Роб нагоняет её через пару толчков, заваливаясь прямо на неё. Они долго пытаются отдышаться, Хилл перекатывается на спину рядом с девушкой, любуясь ей. — Всё, убил? — сквозь частое дыхание и туман в голове, слышит Роб. Пара секунд уходит на осознание, что это передатчик в его ухе говорит голосом Шона. — И давно ты здесь? — спрашивает он, не задумываясь и совершая первый тактический промах. Это был самый лучший секс в его жизни. Без преувеличений. В постели Тесс такая, как он и думал. Дикая, сумасшедшая, страстная. И в этот самый момент эта и дикая, и сумасшедшая, и страстная смотрит на него и хмурит свои прелестные бровки. "Божественно красивая..." — пролетает в голове за мгновение до осознания ситуации. — Да периодически. Почему-то связь иногда... срабатывала. Но на счет меня-то ты можешь не переживать... я тебя любого приму. Мне больше интересно с кем ещё ты мог связаться в процессе? — с перебоями говорит Шон, иногда поскуливая от сдерживаемого смеха. — Блядь. — Может объяснишь? — не выдержав, спрашивает Тесс, натягивая вещи. — Кхм... Тебе это не понравится... — предупреждающе произнёс Хилл, смотря, как её идеальная фигурка прячется под одеждой, и сдался под взглядом девушки, — Возможно, мой передатчик подключался к каналу с Шоном, пока мы... — он намеренно не договорил. — В смысле, блядь, возможно? Ты типа не уверен? — потом её осенило, — Он и сейчас нас слышит... — Тесс от абсурдности всей ситуации стало тошно и смешно одновременно. Она громко рассмеялась, с распростертыми объятиями встречая новую истерику. — Это она после секса с тобой поехала или изначально такой была? — Шон всё ещё бренчал на "проводе". — Не уверен... — медленно проговорил Роб, совершая второй тактический промах — привлекая внимание Тесс. — Пошёл вон отсюда. В другом месте будешь трепаться со своим дружком. — говоря все это, девушка собирала по комнате вещи и бросала в Роба, который, от греха подальше, смиренно их надевал, — Можете собрать консилиум и поделиться общими впечатлениями. — на этих словах она вытолкала его и захлопнула перед носом дверь. — Ну хотя бы живая... — глубокомысленно изрёк Бэлл.