Любимый враг

Из-за скандала, связанного с Шерринфордом, многое вышло на свет божий, включая то, что опаснейшая пациентка гуляла где хотела, а Холмс-старший привез ей в качестве подарка самого Джима Мориарти. Майкрофт был вынужден подать в отставку — пока можно было уйти, сохраняя достоинство и свободу. Некоторое время Майкрофт зализывал раны в своем особняке, но вскоре понял, что оставаться в Лондоне — это особый сорт мазохизма. Шерлок, поддерживая Джона, который с маленькой дочкой перебрался в квартиру на Бейкер-стрит 221Б, почти не приезжал к брату. Сходя с ума от ревности, Майкрофт все же смирился с тем, что Шерлок вправе строить свою жизнь. Хочет помогать другу? Пожалуйста. Майкрофт счел это очередной вехой в саморазвитии Шерлока. Не хочет младший иметь дело с братом? Да как ему будет угодно — Майкрофт всю жизнь оттачивал мастерство делать хорошую мину при плохой игре и сейчас не потерялся. Да, он безумно скучал по Шерлоку, но все-таки брат в самом деле не был его собственностью, и между ними отсутствовали любые обязательства. К тому же Майкрофт не понял, как именно Шерлок воспринял всю эту ложь с Эвр и Редбердом. Братьям так и не удалось поговорить по душам. «Вот все и закончилось. — Майкрофт сидел у камина, удерживая в руке бокал с коньяком. — Это было слишком хорошо, чтобы длиться вечно». Он перестал присылать Шерлоку сообщения, хотя тот иногда ставил брата в известность о своей новой жизни: Джон не сдался, не позволил Шерлоку «провести эксперимент», они, как и раньше, просто снимали квартиру на двоих. Майкрофт чувствовал, что начинает замедляться — он не нашел иного определения для своего состояния. Ему казалось, что он постепенно превращается в соляной столп, подобно жене Лота. Больше не надо было сутки напролет заботиться о Шерлоке, о семье, о стране. Майкрофт медленно погружался в небытие. Порой он представлял себя мухой, увязшей в смоле и постепенно проваливающейся в золотистую каплю. Он продал часть недвижимости в Лондоне и перебрался на юг Сассекса, где купил дом. Раз в неделю Майкрофт приезжал в деревушку в двадцати минутах езды, чтобы пополнить запасы продуктов. Он много читал, пересматривал любимые фильмы, слушал музыку, позволяя себе полностью отключиться от внешнего мира. К нему приходили двое мужчин из той же деревушки, чтобы поработать в саду или расчистить двор от снега зимой. Майкрофт готовил им обед (времени для оттачивания этого мастерства у него было предостаточно), и после работы все втроем устраивались в столовой. В деревушке знали, что в особняке Морриса поселился какой-то чиновник из Лондона. Но так как Майкрофт использовал остатки своего влияния, чтобы в кратчайшие сроки сменить фамилию — теперь он был Майкрофт Дойль, и в интернете нельзя было наткнуться на его фотографию, подписанную настоящим именем, то местные жители восприняли нового соседа как человека, решившего сбежать из шумного города в деревню. Майкрофт почти без проблем отказался от привычного поведения и жил как обычный смертный, разве что не сидел по вечерам в пабе за кружкой пива. Он даже начал находить очарование в простоте природы, подолгу гуляя по окрестностям. Он запретил себе думать о Шерлоке, все сообщения от младшего брата удалял не читая. В итоге Шерлок прекратил ему писать. И в тот момент, когда Майкрофт, взяв телефон в руки, не увидел СМС от Шерлока, то понял, что окончательно провалился в смолу, и вскоре от него останется только пустой силуэт.

***

Это было второе Рождество, которое Майкрофт собирался встретить в своем новом доме. Поздним утром пришли работники, чтобы убрать снег с дорожек перед домом и немного очистить крышу. Один из них принес пудинг, который приготовила его жена, и Майкрофт искренне поблагодарил за угощение. Пока работники трудились, он собрался приготовить гуся. Когда увесистая тушка, напичканная яблоками и дольками лимона, в окружении картофеля, очутилась в духовке, Майкрофт оделся потеплее и вышел во двор. Черный внедорожник он заметил издалека и сначала подумал, что это кто-то прорывается через снежные заносы в деревню, но машина направлялась к его дому. На минуту Майкрофта охватила надежда, что он сможет вернуться к прежней жизни, что в его услугах нуждается страна, что, вместо звонка из Лондона, за ним прислали агентов. Он знал, что после отставки его не выпускали из виду. Майкрофт застыл на крыльце, напряженно глядя на приближающийся внедорожник. Снег ослепительно сверкал на солнце, у Майкрофта от этого слезились глаза, он часто моргал. Наконец машина остановилась перед особенно высоким сугробом на въезде во двор, дверь открылась, выпуская водителя. И Майкрофт не поверил самому себе, когда увидел Шерлока в неизменном пальто с поднятым воротником. Первой мыслью была «Неужели в туфлях в такой снег?», а второй: «Что у него стряслось?», при этом Майкрофт продолжал стоять как вкопанный. Вскоре он рассмотрел на Шерлоке ботинки с высокой шнуровкой и армейские брюки, рассчитанные на холодное время года. Майкрофт спустился с невысокого крыльца, сделал пару шагов и опять остановился. Память некстати подкинула кадры из какой-то глупой мелодрамы, где персонажи бежали навстречу друг к другу, раскинув руки в стороны, — для полноты картины не хватало бравурно-радостной музыки в исполнении оркестра. Шерлок приближался, не сводя глаз с брата, и вид у него был довольно целеустремленный. Работники перестали разгребать снег и переводили взгляды то на приезжего, то на владельца дома. Майкрофт изо всех сил старался выглядеть холодным и неприступным. Но Шерлок налетел на него как вихрь, сгреб в объятия, и, непосредственный, как всегда, впился жестким поцелуем в губы. Майкрофт увидел удивленные лица работников и сразу представил, что теперь будут говорить о мистере Дойле в деревушке, поэтому немного отвернулся, чтобы разорвать поцелуй. Шерлок продолжал его обнимать, не произнося ни слова, и Майкрофт дрогнул, поднял руки, отвечая на объятия. Наконец Шерлок чуть отстранился, глядя на Майкрофта с таким обожанием, что у старшего не хватило духу его оттолкнуть. — С Рождеством, — сказал Шерлок, криво улыбнувшись. — У меня есть… печенье, да, это печенье. Миссис Хадсон приготовила целую упаковку. — Ты случайно не прихватил с собой доктора Уотсона? — Нет. — Шерлок взял брата за руки, крепко стиснув холодные пальцы. — Джон познакомился с… — Он задумался. — Никак не запомню эти имена, но я проверил ее. — Лично допрашивал? — Лично, да еще и подключил к этому Лестрейда. Он не хотел, но я умею уговаривать («ты его чем-то шантажировал, братец»). В общем, она вполне обычная женщина, не наемный убийца, не террористка. Ребенку понравилась, это стало решающим фактором, особенно для Джона. — Поэтому ты приехал. — Да. Я обещал Джону, что помогу ему, но теперь он во мне не нуждается. — Шерлок заметил остолбеневших работников. — Наверное, я зря так… — Он отошел от брата. — Надо вещи принести. Ты же не против, если я останусь на день или на два? Майкрофт покачал головой. Шерлок притащил две здоровенные сумки, наследил снегом в прихожей, едва не сбил пару картин со стены. Осмотрел дом и выбрал себе комнату, в которой прежние хозяева устроили гостевую. Майкрофт едва не забыл о готовке, но вовремя спохватился и вытащил противень с восхитительно пахнущим гусем, выложил на блюдо. Шерлок снова сходил к машине и, воспользовавшись расчищенным проездом, загнал ее в гараж. Ближе к вечеру работники закончили уборку. Они еще во дворе учуяли аппетитные запахи и, предвкушая угощение, направились в столовую. Майкрофт вспомнил о них в самый последний момент, быстро накрыл на стол, нарезал мясо, разложил гарнир, принес пару бутылок вина. Шерлок появился в столовой, одетый так, будто собрался на прием во дворец, разве что на нем был не смокинг, а костюм. Работники переглянулись и, едва заметно пожав плечами, приступили к обеду. Майкрофт наполнил бокалы, все чокнулись, обменявшись поздравлениями с Рождеством. — Я хотел приготовить эгг-ног, — откашлявшись, сказал Майкрофт, — но еще не постиг эту науку. Так что, господа, в следующий раз обязательно угощу вас этим напитком. Шерлок сидел напротив него и преспокойно обедал, порой бросая пытливые взгляды на работников. Майкрофт взмолился всем богам, чтобы брат не начал «читать» этих людей, что неизбежно привело бы к конфликту. Но, к его облегчению, Шерлок открывал рот только для еды. После обеда работники получили оплату за свой труд, вдобавок по корзине со сладостями для детей и, пожав на прощание руку Майкрофту, ушли. Он закрыл за ними дверь, запер ее на замок, как можно медленнее вернулся в столовую, задернул шторы. И, повернувшись, оказался лицом к лицу с братом. Шерлок уже без прежнего напора обнял старшего, поглаживая по спине. — Прости, что меня так долго не было, — пробормотал он. — Но я обещал Джону… — Неважно. — Майкрофт обхватил ладонями его лицо. — Помнишь, как я говорил о том, что мы можем все бросить и уехать куда подальше? Ну так вот, здесь и есть это «подальше». — Иногда я буду ездить в Лондон. — Шерлок поцеловал брата. — Или найду себе здесь занятие, например, начну пчел разводить. Майкрофт запустил пальцы ему в волосы, перебирая пряди и совершенно не понимая, что говорит брат. Шерлок заметил, что старший стоит с отсутствующим видом, и умолк. — Надо камин разжечь. — Майкрофт отошел от него, направляясь в гостиную. — И со стола не мешает убрать. Немного сбитый с толку Шерлок помог ему навести порядок, а когда перебрались к камину, в котором пылали дрова, спросил: — Я что-то сделал не так? Майкрофт устроился в кресле, предварительно протянув брату стакан с виски. — Я просто не верю в то, что ты рядом, — ответил он, глядя на огонь. — И не могу поверить в то, что ты останешься. — У тебя другая фамилия. Здесь никто не знает, что мы братья, между нами нет схожести, бросающейся в глаза. — Шерлок тоже смотрел на языки пламени, пожирающие сухое дерево. — В деревне посудачат о нас и перестанут, ты же знаешь людей. Разумеется, я останусь.

***

Этой ночью они не занимались сексом, устроившись в одной постели. На столике со стороны Майкрофта горел ночник, слабый свет едва озарял лицо Шерлока. — Ты соскучишься. — Майкрофт говорил тихо, будто его кто-то подслушивал. (Вечером Шерлок, движимый чем-то вроде паранойи, обследовал весь дом, выискивая скрытые камеры или жучки, но ничего не нашел.) — Здесь особо нечем заняться. В деревушке никаких преступлений не происходит, разве что кто-нибудь выпьет лишнего и затеет скандал в пабе. — Я же сказал, что буду иногда ездить в Лондон. — Шерлок улыбнулся. — Завтра установлю спутниковую антенну на крыше, тут плоховато с интернетом. — Работа на дому? — Да. — Шерлок прикрыл глаза, будто задремал. — Мы с тобой молодцы. — М-м? — Эвр нас не раскусила. — Боже мой, Шерлок, — рассмеялся Майкрофт. — Это уже не имеет никакого значения. Брат обиженно насупился. — Ты все еще сердишься на меня из-за Эвр и Редберда? Поверь, я хотел сделать как лучше. — Я пережил эту обиду, и не надо к ней возвращаться. Они помолчали, а потом Майкрофт сказал: — Тебе лучше не подниматься на крышу, пока не наступит весна. Снег немного убрали, но лед остался. — Ты там не был. — Шерлок повернулся спиной, и Майкрофт обнял его, поглаживая по животу под пижамой. — Откуда тебе знать?.. — Если ты оттуда свалишься, то костей не соберешь. — Он уткнулся лицом в волосы Шерлока. — Я не выдержу твоей смерти. — Я не… — начал младший. — Подожду, уговорил. Утром Майкрофту показалось, что Шерлок был всего лишь сном. Он уселся в постели, хмуро глядя на пустое место рядом с собой. Накинув халат, Майкрофт заглянул в комнату брата, не обнаружив его там, прислушался к дому. Характерные звуки, доносящиеся с крыши, заставили его выскочить во двор. Первым порывом было накричать на брата, но Майкрофт сдержался: резкий окрик мог испугать Шерлока, уже успевшего приладить каркас, на который теперь прикручивал антенну к крыше, каким-то чудом удерживаясь за каминную трубу и одновременно орудуя шуруповертом. Чтобы не видеть этого безумия, Майкрофт вернулся в дом и тяжело опустился на скамейку в прихожей. Он не закрыл дверь, позволяя легкому морозному ветерку забрасывать на пол снежинки. «Я постарел. — Майкрофт вслушивался в шум. — Потерял контроль над эмоциями». Он толкнул дверь ногой и пошел в ванную, запретив себе думать о младшем, который изображал то ли Тарзана, то ли взрослого Питера Пена, но без крыльев. Майкрофт переоделся, заправил кровать (в это время Шерлок спустился с крыши и принялся чем-то греметь в своей комнате) и занялся завтраком. — Доброе утро. — Шерлок влетел в кухню, притормозив перед холодильником. Лицо до сих пор было раскрасневшимся от мороза и физического труда. — Так, что у нас тут? Майкрофт рывком развернул брата от себя и с силой дернул правую руку за спину. — Еще одна такая выходка, и я вышвырну тебя отсюда, — спокойно произнес Майкрофт, вдавливая в стену младшего весом своего тела. Шерлок громко сопел, но молчал. Майкрофт отпустил его и продолжил готовить. Краем глаза он видел, насколько возмущен брат, и все ждал, что сейчас произойдет взрыв. Шерлок, уставившись в пол, стоял, потирая правое плечо. — Иди к столу, — сказал Майкрофт через десять минут. — Тут поедим. Шерлок не сразу, но занял свое место, по-прежнему не глядя на брата. И тому подумалось, что младший после завтрака соберет вещи и уедет. — И… извини, — выдавил из себя Шерлок. — Пожалуйста. Как и раньше, точнее, как обычно, ему было крайне сложно произнести такие слова. Майкрофт подал ему тосты и пожелал приятного аппетита. — Я злился на тебя из-за сестры и Редберда. — Шерлок взглянул на брата. — Бывали дни, когда я хотел свернуть тебе шею, или себе. Майкрофт ждал, пока он выговорится. — Я проанализировал информацию. — Шерлок водил кончиком ножа по поверхности джема на тосте. — Ты не имел права годами промывать мне мозги. Такое нельзя делать с людьми… со мной. Ты же всегда меня любил, а поступил как с подопытным кроликом. «Он уедет. Просто встанет и уйдет навсегда». — И я понял, что не способен тебя возненавидеть. — Шерлок протянул руку, и Майкрофт пожал ее, ощущая неимоверное облегчение. Потом Шерлок стал делиться подробностями очередного дела, расследованием которого задумал руководить отсюда. Майкрофт вслушивался в голос брата и чувствовал, как смола, облепившая его со всех сторон, начала таять.