Strauß von Amaranthusen

Юлия отдыхала ментально, пытаясь отогнать от себя мысли о том, что неделю назад из-за неё умерла г-жа Д. Нет, ей было не жаль её, как личность, но вот как человека... Тут уже было другое отношение. Да и не только банальный гуманизм или муки совести присутствовали при её самокопании, нет. Ещё был страх. Долгий, липкий, тягучий и пронизывающий до мурашек. Когда Алексей обнимал жену во сне, всегда казалось ей теперь, что руки его с талии медленно опустятся на шею и так он задушит её, не узнав о том, что это его супруга. Страшно и неприятно, короче. Если о каком-то удовольствии от объятий и речи не идёт, то надо учесть, что сексуальное удовлетворение тоже не "приходило". Женщина сама решила, что надо бы сначала разобраться и успокоить себя, а тогда уже не бояться мужа и пускать его к себе не только банально поспать. Для Навального её кратковременный отказ был по причине "лёгкого недомогания". Он предлагал, кстати, ей помощь, возможно, даже консультацию у врача, но слава богам, Юля смогла выкрутиться. Снова ночь. Вечер пятницы. В воздухе летают мелкие снежные хлопья, а небо совсем чёрное-чёрное. Территорию загородной (и единственной для г-на президента) резиденции только освещают высокие кованые фонари чёрного цвета, со стеклянными дверцами для лампочки – такие, какие рисуют на иллюстрациях к сказкам или такие, что стоят в старых европейских городах. В саду все выстриженные под формы деревья уже покрыты снегом густо-густо и это выглядит так красиво, что подобный пейзаж просится стать картиной. Февраль в этом году действительно радует своими видами. Юлия за процессом любования ландшафтами не услышала, что сначала в комнате пару минут потоптался её муж, но увидев, что диалога сейчас не будет, ушёл восвояси. Она обернулась на него только сейчас. И поняла, что это точно стоит её внимания. Лёша, очевидно, готовился спать – он только вышел из душа. Но каким же он вышел! Он стоял, посмеиваясь с того, что жена так залипла на него и поняла, что что-то не так только сейчас. Экс-оппозиционер был без ничего. Только полотенце на его бёдрах и всё. То, как капли воды пробегают по его слегка подкачанному телу, и удовлетворение в взгляде, и даже его причесанные волосы – чёрт, это всё было невероятно идеальным! — Я всегда прихожу спать к тебе чистым, но с таким восторгом ты меня встречаешь почему-то именно сегодня. – засмеялся президент, чуть обнажая ряд ровных зубов. Женщина улыбнулась и поняла, что... Она его просто хочет. Хочет и всё. И что делать? Действовать. — Ну, почему только сегодня... – Юля приподнимается со своего места и подходит к политику, уверенно смотря ему прямо в его глаза цвета синего льда, – Ты прекрасен всегда, дорогой мой Алексей, только вот почему-то именно сейчас ты достиг апогея своей сексуальности. Тебе нужно чаще выходить лишь в полотенце. Так лучше. Во время её страстного спича первая леди сделала очень хитро: она особенно мягко выговорила имя возлюбленного, игриво поглаживая его плечи, а потом легко ущипнула за ягодицу. Ему понравилось, судя по его сначала удивленному, а потом очень довольному лицу. — Уверена, – политик притянул её к себе, нагнувшись к её уху и прошептав, – Юленька? Она уверенно кивнула, обнимая его в ответ и чувствуя его ласковые прикосновения, которые скользят от её щек и линии скул к линии шеи. Алексей чмокает жену в щеку, потом в другую, а потом тянется к её губам и нежно целует её манящие уста. Его сильные руки уже не обнимают первую леди, а ищут пояс её атласного пеньюара. Р-р-раз! И лента лежит на полу, халат из скользкого материала сползает вниз по плечам, обнажая то, что скрывалось за тканью – ночную рубашку из такого же материала. Мужчина отодвигается, заканчивая поцелуй и легко убирает лямки рубашки вниз, теперь уже полностью открывая плечи. Он целует по очереди левое и правое плечо, поднимается к ключице, слегка кусает её губами (от этого Юля вздрагивает), а потом целует возлюбленную в шею. — Может уже не будем делать это в стоячем положении? – нетерпеливо умоляет жена и Лёша покоряется. Он подводит её к постели, садит её на кровать и элегантно плюхаясь рядом, тянется вновь её целовать. Правда, Юля его поцелуи обрывает сразу, ей хочется большего и она это получит! Президент всё понял. Одним движением руки он развязывает узел, который теперь уже едва удерживает полотенце на его бёдрах и бросает его в сторону. Женщина улыбнулась, увидев её супруга теперь уже полностью обнаженным. Её возлюбленный лишь возражает на её восторг: «Это же не всё, милая моя!» и теперь уже снимает последнюю деталь одежды и с неё. В комнате слегка прохладно, если ты снял с себя всё. Или это так только кажется из-за возбуждения? Политик восхищённо смотрит на обнажённое тело любимой и начинает расцеловывать его, начиная от плеч, заканчивая коленками и не забывая и о некоторых эрогенных зонах. Прикосновения теплых рук и поцелуи согревают женщину и заставляют окончательно расслабиться. Слегка "проснуться" пришлось, когда она почувствовала, как ей осторожно раздвигают ноги и увидела своего мужа уже между них. Ну, если не описывать всё в деталях, то можно сказать, что Алексей Анатольевич очень хорошо изучил за много лет брака все самые чувствительные точки тела возлюбленной, заставляя её ежеминутно наслаждаться его каждой лаской. А потом он навис над женщиной, вновь поцеловал её и медленно вошёл в неё, постепенно двигаясь до упора. Первые толчки плавные, будто политик хочет дать ей привыкнуть или хочет подразнить её. А потом темп пошагово нарастал, дыхание учащалось, стоны звучали громче и более звонко. Казалось, что нет никого больше, кроме Алексея и Юлии. Навальный пытался при этом целовать любимую, правда, получалось так себе, он смазано целовал только то, что мог уловить, а первая леди пыталась ухватить в порыве страсти простыню. Хоть как-то надо цепляться за реальность. Долго в одной позе – скучно. Юленька уже на пьедестале, в почти прямом смысле этого слова. Она сверху. Теперь руководит балом она и творит нечто вроде игры – то мягко и медленно-медленно опускается вверх-вниз, то уже резче скачет верхом. От этого глава государства уже совсем теряет голову и сдавленно стонет имя супруги, чуть откинувшись на подушку. Но вот не только ему сорвало крышу, но и женщине – она властно прорычала ему остаться так, как он был раньше и мужчина несколько удивлённо, но послушно возвращается в то самое положение. Первая леди начинает целовать его сама, теперь уже не двигаясь. Она запускает пальцы в золотисто-русые, слегка растрёпанные от движения волосы, и чуть-чуть тянет их, страстно целуя мужа. Блондинка почти полностью перехватила инициативу и это так прекрасно! Она отодвигается, встаёт с бедер супруга и подмигивает ему. Тот смотрит на неё так, что это тяжело описать чётко – он и восхищён, и в шоке, и... И он хочет ещё. Лёша мигом подминает Юлю под себя и входя в неё, начинает ряд динамичных толчков. Стоны громче и громче, женщина даже царапнула возлюбленного слегка и... Нежный, неторопливый толчок, затем ещё один, предпоследний и наконец, финальная фрикция. Навальный издаёт хриплый стон и практически наваливается на супругу. Через миг она чувствует странное тепло внутри. Знакомое, немного забытое за долгое время, тепло, с которым она сталкивалась. Приятное чувство разливается по телу, пульсация между ног постепенно утихает, а мужчина поднимается, целует жену в лоб и обнимает её. У двоих на лице блаженная улыбка и удовлетворение. Больше им ничего не надо. В голове отыграла Моцартовская "Eine kleine Nachtmusik" и возцарил покой. Интересно, насколько долго продержится спокойствие?