В таверне "У перевала"

Судьбы ведут того, кто хочет, и влачат того, кто не хочет© Макс Фрай

      — Твою мать! — вот и всё, что мог сказать Йонаш, обозревая раскинувшийся перед ним величественный пейзаж. Красота горной гряды Ай-Рейе, что тянулась от края горизонта и до края, монументально тыча в небеса острыми пиками, действительно впечатляла. Аж за душу брала, особенно в солнечный день, когда льды на верхушках гор сияли. Но не сегодня, когда буран свирепствовал вот уже неделю и брать передышку не собирался. А над перевалом, куда собственно Йонаш и направлялся, так вообще закручивались тёмные тучи, издалека напоминая огромный столб.       — Подштанники бога Лео, это что, молния? — возмущению Йонаша не было предела. — Точно молния, чтоб меня. Мало что ли того, что все дороги замело, потому как зима внезапно решила наступить почти на месяц раньше, чем обычно. Ну, зима — она завсегда внезапно начинается, кто ж не знает. Но в этом году эдак особенно, миновав распрекрасную пору поздних осенних холодов, дождей и распутицы, когда чересчур впечатлительных тянет утопиться… в грязевой луже. Просто раз — и ударил мороз, а за ним пришли метели. Йонаша, что свято верил в нерушимость календаря, непогода застала в чужом краю, чем немало озадачила. А он ведь как раз заканчивал приготовления к долгой дороге, ждал последнюю партию товара, потому как зимой поездки через Ай-Рейе, ясное дело, прекращались.       — И ничего не говори! — через плечо бросил Йонаш своему молчаливому помощнику. — Сам знаю, что выдвигаться надо было раньше. Вытер лицо рукавицей, но наглые комья снега продолжали таять на длинном йонашевском носу, пытались залепить глаза и набиться в рот. Премерзкая погода.       — Ладно, тронулись, — проскрипел он, пытаясь удержать капюшон и одновременно тянуть поводья лошади. Спешиться пришлось с час назад, когда дорогу стало окончательно и бесповоротно не разобрать. Да тут скоро собственный нос видеть перестанешь, не понятно — уже смеркается или настолько уплотнился снегопад. Одна радость — впереди, укрытая нависающей скалой от ветра, виднелась крыша таверны. Находилась она у перевала и так без затей и называлась. Стояло здесь питейное заведение Войтека Луха если и не со дня сотворения гор, то разве что чуть поменее. Стены прочно вросли в скалу, поросли мхом и пропитались духом жарящегося окорока да пивными парами. До Войтека таверной «У перевала» заправлял его отец, до него дед, а до того… болотная хмарь знает кто, но из Лухов точно. С тракта, построенного гномами, пришлось свернуть, ноги проваливались в снегу, и Йонаш горячо костерил сквалыгу Войтека за то, что не расчистил путь к воротам своей таверны. Крышу, вон, переложил, да и окна явно с новыми рамами, а заплатить троллям, чтоб протащили здесь волокушу — жмётся! Бурчал себе под нос, предчувствуя не самую радостную встречу. Раньше-то они с трактирщиком были пусть не друзьями, но вполне себе приятельствовали. Могли душевно распить бутыль-другую эртейского вина или пару пинт пива, но это было до того, как Лух женился. Женщины, они здорово всё осложняют, эт да-а. Впрочем, жаловаться было грех, путь к таверне уже основательно протоптали, место с некоторых пор стало на редкость оживлённым. Ведь ещё лет семь назад через перевал сокращали дорогу лишь местные жители, охотники на редкую дичь, одинокие монахи да всякие там странники, что ищут незнамо чего. А вот после того как эртейские маги, поднатужившись, растянули горную гряду вширь и ввысь, основательно отгораживая Эртею от соседнего королевства, тракт через перевал стал весьма популярен. Потому как маги, погрузившись в расчёты изменения горных пород, совершенно упустили из виду вопрос: а как станут люди через горы перебираться? Вернее Эртею, как государство, сие заботило мало, у них для подобного случая имелся обходной морской путь, а вот глаилорцы оказались ошарашены. И оскорблены, ведь все построенные ими дороги теперь намертво перекрывали горы. И ладно бы, нельзя попасть в Эртею, княжество небольшое, за два дня пути из конца в конец проскакать можно, ну, три. Но за ней ведь располагались все остальные страны Вольного союза. В общем, после долгих переговоров, ультиматумов и всяких дипломатических нот эртейцы дали добро на использование перевала. Со своей стороны они решили вопрос очень просто — с помощью магии вколотили в скалы каменные столбы и обустроили канатный подъемник, предоставив соседям выкручиваться как могут — Глаилор-то магию отрицал и запрещал. Вот, с тех пор лет семь тракт обновляли и достраивали.       — Слава богам! — ввалился Йонаш в большой зал таверны и прищурился, настолько внутри оказалось светло. И набито битком, вот не ожидал, чтоб прям так. А воняло! Нет, не скисшей капустой и не подгоревшей кашей: готовили в «У перевала» очень даже пристойно. Несло вроде как мокрой псиной, потому что и у очага, и просто на лавках народ просушивал зимнюю меховую одежду. О запахах, впрочем, Йонаш позабыл сразу, как увидел что Стана, жена хозяина таверны, наливает в кружку пиво. Вязко сглотнул набежавшую слюну и шумно выдохнул.       — Да будут дни твои солнечными, красавица, — Йонаш привычно избегал упоминания любых богов в приветствии. Улыбнулся, когда удалось добраться до стойки, но капюшона пока не снимал. Мало ли, кого из старых знакомцев сюда в такой час принёс нечистый, да и неуютно ему было на ярком свету.       — И тебе не хворать. Явился таки? — сразу высунулся в двери, что вели на кухню и в каморы, сам хозяин. Ловко, для столь грузного человека, оттеснил жену подальше. — Мы уж думали, зимовать остался по эту сторону. В убытки себя вогнал. Кружку перед гостем Войтек всё же поставил, за что Йонаш поблагодарил кивком и сразу же отхлебнул чуть не половину. Упарился, пока помог слугам на конюшне расседлать лошадей, оттащить тюки с товаром в надёжное место.       — Под завязку у нас, сам видишь, — ворчливо махнул рукой тавернщик, — отдельных столов нету. Вон, возле Большого Нейза пристройся, он явно не против. Глянув, куда указывали, Йонаш отметил про себя, что Нейз не просто большой, а огромный. Понятно, почему никто не оттащил спящего бедолагу в сторону, чтобы освободить стол полностью. Место оказалось в углу, где царил полумрак, но Йонаш всё равно по пути перевесил одну из ламп от себя подальше. Сел спиной к стене, подвинул чужие ополовиненные миски в сторону, понюхал, что там пил из кувшина Нейз, скривился — ветрогон. Местное изобретение, смесь эля с глаилорской настойкой. Пьянит в мгновение ока, похмелья тоже особо не вызывает, вот только у некоторых от сего напитка така-ая буря в животе начинается, мда. Блаженно вытянул ноги под столом и только после этого обстоятельно огляделся. Расположившись у самого очага, основательно трапезничали гномы. Беседы они любили вести степенно, после еды, потому оттуда стук ложек и ножей, которыми мясо отрезали, слышен был больше, чем разговоры. Зато орки по центру орали без всякого смущения. Эти сразу и ели, и пили, и в кости рубились, азартно вскрикивая после каждого броска. Йонаш быстро перевёл взгляд, дабы не нарываться на извечное оркское: Чего пялишься, недоносок? Тех, кто ниже их ростом, орки заведомо презирали, считая слабаками, а такими уродились... да все, пожалуй, кроме эльфов. Не свезло, о тишине можно и не мечтать, хотел было начать брюзжать Йонаш, да вот только прямо рядом с ним захохотали феи*. Давненько он их не встречал, даже одну, а тут собралась целая компания. Девушки уже явно были основательно навеселе, а потому короткие кожаные куртки, отороченные мехом, валялись рядом, на лавках, и все желающие могли — украдкой — любоваться радужными переливами цвета на крыльях. Украдкой, потому что феи не особо отличались вспыльчивостью нрава от орков и били в нос или глаз сразу, а только потом разговаривали. Весьма метко били, Йонаш помнил. Но всё равно улыбнулся, когда одна из фей глянула в его сторону. Мелкие, острые, несколько хищные черты лица девушку вовсе не портили, особенно когда улыбнулась в ответ. Он сразу решил, что закажет всей фейской компании угощение — «Слёзы дождя», к примеру, обычно дамам нравится. Выглядит привлекательно, с искрами такими в глубине, и обнимает мягко. Болтали, что добавляют в напиток пыльцу фей, но Йонаш точно знал, что врут. Каплю слизи с кожи жаб, что в южных лесах водятся, — вот что добавляют. Он сам такой экстракт через границу возил среди прочих заказов. И только хотел скинуть капюшон, являя миру свой местами бритый, почти полностью забитый рунными тату череп, да познакомиться с феей поближе, как дверь в таверну гулко распахнулась, впуская новых посетителей.