Все может быть...

POV Зак Пока закипает вода, провожу ревизию шкафов. Хм, чай или коньяк, коньяк или чай? Перевел взгляд на малыша: сидит в кресле, от макушки до пяток завернутый в полотенце: хоть и согрелся, но явно не до конца. Угу, значится чай с коньяком – и вкусно и полезно. А на закусь – остатки вчерашней пиццы, я-то не голодный, а котенку хватит. Сидим, пьем... Чай. На меня демонстративно не смотрят. Может, пора поговорить? Сейчас или все таки завтра? Черт! POV Джеймс Усадил в кресло, сам начал копаться в ящиках, хмыкая на какие-то мысли время от времени. И оборачивается на меня постоянно, словно боится, что я убегу. А с чего убегать? Ведь обо мне впервые за долгое время волнуются. Это... Приятно. И даже не важно, что я не знаю ничего о Заке, не важно, что я один на один с незнакомым человеком у него дома. Мне не страшно. А это странно. В последнее время от окружающих меня людей я не видел ничего хорошего, от представителей мужского пола и подавно, а Зак ведь тоже мужчина! Но он другой. Не знаю, откуда в душе взялась эта уверенность, знаю лишь, что сейчас мне хорошо. И пусть все хорошее обычно быстро заканчивается, но сейчас я могу отдохнуть. Чай с коньяком, оказывается, вкуснятина. От каждого глотка по телу разливается приятное тепло. Да и руки о кружку можно погреть. Уютно сидим. И пицца в тему! Обожаю сей продукт, еще и в силу того, что до этого редко когда мог съесть чуть ли не половину! Прожевав последний кусок, наконец ощутил, что сыт. Украдкой кинув взгляд на Зака, заметил, что он напряженно о чем-то думает. Ну и пусть. - Джей, ты как – согрелся? – И пристально на меня так смотрит. - Да. - Ответил, еще и кивнул, чтоб точно уверить в адекватности теплообращения. Зак как-то замялся, немного поморщил лоб, но все же разродился следующим вопросом: - Джей, а что ты делал в парке? И вот что ему ответить? Эх... - Спал. Ну и лицо у него: брови медленно, но верно движутся вверх, глаза круглые, рот приоткрыт – смешной! Но быстро с собой справился, небось подумал, что ослышался. И точно: - В смысле: спал? - Ну как и всем людям во всем мире мне тоже иногда надо спать. - Непонятливый он какой-то. - Да нет, это-то я понимаю. Но вот почему ты спал Там? Под дождем? И не ответишь же, что просто приспичило: вот пунктик у меня – обожаю спать в декабре на лавочке именно под дождем: типа улучшает обмен веществ. Нет, не поверит. Но не рассказывать же первому встречному о своей «нелегкой» судьбе. Обойдемся частичной правдой. - А где мне еще спать? У меня больше нет дома. - Тьфу, надо было не добавлять слово «больше» - не хочу лишних расспросов... Но слово, как говорится, не птица, его и топором не срубишь. Так и знал, что следующий вопрос будет: - Что значит - «больше нет»? Ладно, была не была: - Меня выгнали из дома. Поэтому и говорю, что «больше нет». - Опять у него это ошарашенное лицо. И чему удивляться: такое случается со многими, неужели никогда не слышал? - Так, стоп. Дай мне минутку. Зак налил себе коньяк в бокал, залпом выпил и снова посмотрел на меня: - Как это – выгнали? Кто? – Так и хочется сказать, что «злой дядя», но от понимания, что это ложь, и на самом деле из дома тебя выгнала собственная мать, на душе становится так паршиво, что хоть вой. Только заплакать перед ним не хватало! Мало того, что он из-за ситуации в душе может невесть что обо мне подумать, так и истерику еще закачу: со слезами и соплями. Точно решит, что я псих, а психов дома не оставляют. А мне бы хоть эту ночь перекантоваться – может, завтра не так мокро будет на улице. - Мать. Меня выгнала мать. - Не дожидаясь следующего вопроса, решил немного пояснить. - Понимаешь, у нас с ней далеко не дружественные отношения, что уж говорить о глубоких материнских чувствах, а недавно в ее жизни появился мужчина, от которого она ждет теперь ребенка. Места в доме у нас было не то, чтобы немного, но для двух детей его точно не хватило бы. Вот меня и попросили... POV Зак Блин, в голове не укладывается! Как может мать выгнать собственного ребенка?! Я, если честно, сначала не поверил Джею – мало ли что могло произойти (да хоть и поругался с родителями, и в запале ссоры убежал). Но то, как он это рассказывал, то, что в глазах его была боль, да и, вспомнив расцветку синяков на его теле, я пришел к неутешительному выводу: малыш не врет. Может, чего-то не договаривает, но это понятно – я совершенно посторонний человек, не вываливать же на меня проблемы. То думал, что максимум он переночует у меня, а завтра отведу его домой. А дома-то и нет! POV Джеймс Зак о чем-то задумался. Да что там – догадываюсь о чем. Точнее о ком. Обо мне. Нет, я не строил радужных иллюзий, и так все было понятно: он помог мне с расчетом на то, чтобы сегодня-завтра отправить домой. А теперь выясняется, что я, в общем-то, бездомный. А как поступают в таких случаях? Правильно – звонят в полицию, и сдают несовершеннолетнего бродяжку с рук на руки. Только для меня это не выход – меня вернут к матери, ведь она мой опекун, и словесного отказа не хватит, чтобы отправить меня в детский дом. Но где гарантии, что ее самец не захочет сделать со мной какую-нибудь бяку сразу, не откладывая до судебного разбирательства. Нет, с полицией мне сталкиваться никак нельзя... Черт! Я совсем забыл про школу! Вот же ж фак, еще ведь и без образования останусь, если буду жить на улице. Вот теперь выбирай: быть битым дома и ходить в школу, или уйти на улицу и остаться без аттестата, а, следовательно, и без всякого шанса на дальнейшее возможное будущее. Голова сейчас взорвется! Но ясно одно: все же с полицией пересекаться не стоит. Значит, надо по тихому свалить отсюда. Вроде Зак не кидал вещи в стирку, значит с одеждой хоть относительный, но порядок, а сумка в коридоре. Поставил кружку, в которой на дне плескался уже остывший чай и встал из-за стола. Зак, правда, тут же отвлекся от своих дум, и спросил: - Ты куда? - В туалет хочу. - И моську еще невиннее сделать. - Сам найдешь? – Как-то подозрительно он на меня покосился. - Да, конечно. Зашел в ванную, собрал свои вещи. Бр-р, мокрые, но хоть что-то: не голым же идти. Заскочил в коридор, захватить обувку. В туалете быстро натянул все на себе, морщась и поеживаясь, когда влажная, а оттого холодная ткань касалась кожи. Кроссовки вообще можно только выкинуть: вон подошва отстала. Но выбирать не приходится – другого просто нет. Так, теперь смываем воду в бачке, дабы убедить Зака, что занимаюсь лишь физическими отправлениями и ничего не замышляю. Шмыгнул снова в коридор. На ощупь нашел замок, аккуратно оттянул «собачку» и медленно (чтоб ни скрипа!) открыл входную дверь. Сумку на плечо, а дверь оставлю прикрытой: все равно Зак меня хватится через некоторое время, дверь сам закроет потом. Лифта дожидаться не стал. Стараясь тихо ступать, быстро спустился. Кодовая дверь подъезда была приоткрыта. Мне же лучше: не будет пиликать... И вот я снова на улице. Вот такой вот кусь. Блин, но как же тяжело писать диалоги!