Escape from fate.

Гет
PG-13
В процессе
3
автор
Размер:
планируется Макси, написано 137 страниц, 13 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
3 Нравится 7 Отзывы 1 В сборник Скачать

ГЛАВА 2. Соперник приятной наружности.

Настройки текста
Рени стоял на автобусной остановке в компании своих лучших друзей — Кларка и Роба. Из всей Северной стаи было всего пятнадцать школьников, поэтому я знала каждого в лицо. Роберт Райт — высокий голубоглазый брюнет с густой гривой черных волос. На голову почти всегда натянут капюшон черной толстовки, но под ней белая рубашка. Он был не из тех, кто нарушал дресс-код школы как добрая половина старшеклассников. Роб относился к тому типу людей, которые всегда соблюдают правила и бесприкословно, по-солдатски исполняют приказы. Он жил ради долга, с самого детства имел чувство ответственности и был верен мне как никто другой. Был замечательным другом, примерным подростком и настоящим бойцом. Всегда собран, сдержан, сосредоточен и учтив. Поскольку я была Альфа-самкой, ко мне не приставляли старшего бету, но Роб всегда был подле меня. Он был для меня словно старший брат. Кларк Морган — кареглазый блондин с красивым детским лицом, но очень взрослым характером. Не так ответственен как Роб, но зато всегда готов устроить хорошую взбучку тем, кто этого заслуживает. Я всегда удивлялась его способности быстро менять " маску " В одну секунду это задумчивый мечтательный романтик, пишущий стихи в столовой во время ланча, а в другую — сжимающий кулаки ураган, сметающий всех на своем пути. Пока я не вышла из тени деревьев, неразлучная троица вполголоса о чем-то болтала. Слов я разобрать не могла из-за голосов других членов стаи и Южных по другую сторону дороги, но их гогот раздавался так громко, что я бы не удивилась, если бы их услышали Восточные и Западные волки. Когда я появилась, парни поспешили оставить моего брата наедине со мной, чем тот был крайне недоволен и проводил их сердитым взглядом. Они часто так делали. Я понимала, что это вызвано обычным уважением к их будущей Альфе, которой я должна была стать через считанные дни, но так же это было немного обидно. Осознание того, что меня воспринимают только как будущую начальницу, а не просто девчонку, которой я хотела бы быть. — Блин, черт! — протянул Рени, обернувшись ко мне. — Я уж думал, ты собралась своим ходом до школы бежать. — И прибежала бы раньше автобуса. — ответила я, закатывая глаза. Глянула ему через плечо и по спине пробежал холодок. На той стороне плечом к плечу с лучшим другом, Энди Паркинсом, стоял Сэм Харрис. Я была удивлена не только тем, насколько пристальным был его взгляд, но так же и тем, что он вообще сейчас присутствовал на остановке в ожидании автобуса. В девяноста процентах случаев он приезжал в школу на черном отцовском джипе и парковался, занимая аж два парковочных места. Его отец как и мой, занимал высокую должность в компании " Международного сотрудничества оборотней " всех известных нам видов, начиная волками и заканчивая ягуарами. Я знала, что помимо нас в различных странах живут так же и оборотни-медведи, тигры и даже олени. В компании проходили встречи с иностранцами, отец занимался бумажной работой, летал на различные конференции и церемонии, а так же занимался разработкой планов по созданию новых пар в стае, семей, постройкой новых домов и других событий. Разрешение всегда давалось от самого господина, Совет помогал вожакам с финансами, а все остальное находилось в руках вожаков. Один вожак занимается планами и воплощает их в жизнь, другой следит за порядком и безопасностью в стае, а членам стаи остается только повиноваться и охранять город от хаоса, который пытаются создать вампиры, скрывающиеся в своем секретном логове в дневное время, а в сумерках отправляющиеся в город на поиски своих жертв. Они не могут разгуливать при солнечном свете и уж тем более не рискуют заходить на территорию оборотней, но им нужна кровь и новые собратья — молодые, крепкие, сильные ребята. Я еще ни разу не встречалась ни с одним вампиром лоб в лоб, видела лишь быстро уносящиеся силуэты, для которых сама еще слишком слаба и медлительна, но мама говорила, что все вампиры, которых она встречала за свою жизнь, на вид не моложе 15-17 лет и не превышают тридцати. Становясь вампиром, они перестают стареть как и мы, волки, но чем дольше вампир живет на свете (а такая жизнь может длиться веками) тем сильнее он становится. Томас разрешал Сэму ездить в школу на личном автомобиле с шестнадцати лет, но если он крутился со всеми на автобусной остановке, это означало, что Сэм поругался с отцом. Наш с Рени отец сам подвозил нас в школу, но часто он приходил с ночи уставший, рано уезжал на работу или уходил на охоту. Темные глаза Сэма смотрели прямо на меня. Он редко смотрел в мою сторону, так что я уже успела привыкнуть, что ему безразлична. Но сейчас он смотрел на меня до странности пристально и долго, так что мне хотелось спрятаться за спиной брата от его темно-карих глаз. Мало кто в состоянии выдержать взгляд будущего вожака Южной стаи, если не брать в расчет старшее поколение. Первое, что пришло мне на ум — это то, что срочно надо было что-то делать. Отвести взгляд, отвернуться, отвлечься (уж больно он сегодня не походил на того безмятежного Харриса, которого я знала), но волчица внутри меня угрожающе зарычала, сохраняя достоинство и напоминая мне о том, что Альфа никогда не отводит глаз. У вожаков это было признанием своего поражения перед соперником. Рени стоял спиной к Южным, и сунув руки в карманы штанов шаркал кроссовками по грунтовке, опустив взгляд, что как раз было на руку вожаку Южных и его регенту. — Ты постоянно принижаешь меня в глазах друзей, понимаешь? А я ведь не виноват, что родился позже тебя. Вот родился бы я первым, тогда бы посмотрел на тебя, если бы я все время ошивался рядом с тобой и не давал прохода. Мы с ребятами только разговоримся, как появляешься ты и отгоняешь их от меня. Я не виноват, что ты Альфа и все такое… Как только они видят тебя, то тут же торопятся смыться… — без умолку бормотал Рени себе под нос, но я не слушала. Он всегда канючил одно и то же. И раз уж гордость мне не позволяла отвести глаз, я продолжала смотреть в глаза Сэму с привычной настороженностью относительно него, думая о том, почему он пялится на меня, а между тем я еще и отметила для себя первый раз в жизни, насколько два неразлучных друга, одинаковые внутри, но абсолютно разные снаружи. Почему-то именно сейчас я начинала смотреть на них совершенно другим взглядом. Неужели на меня так повлияло напоминание матери о скорой свадьбе? Я смотрела на Харриса и Паркинса, а у самой в голове за несколько секунд пронеслись образы как я в свадебном платье иду к алтарю, спотыкаясь о подол, как Сэм терпит меня в стенах крепости, которую мы должны будем называть " домом ", как Энди наведывается к нам каждый день, и эта парочка хихикает надо мной, попивая вино, пока я бегаю с подносом еды для них как служанка. От всего этого меня передернуло, а глаза накрыла пелена. Густые черные волосы Сэма с легким синеватым отливом и зачесанной набок челкой, и золотисто-каштановые волосы Энди. Светло-карие, почти оранжевые и наглые глаза регента в то время как у вожака они такого темного цвета, что я могла бы поклясться: когда он зол, они становятся черными, словно бездна. Сэм — красивый и стройный (не такая гора мускулов как его отец, но любитель спортзала), а Энди — худощавый, обтянутый кожей скелет, так что любая одежда висит на нем как тряпье на пугале. Что же из одежды: на широких бедрах Сэма джинсы без ремня в петлях, белая рубашка с идеальным воротником и черные кроссовки, которым сто лет в обед. Насколько я помню, он носил их еще со времен девятого класса. На Энди мятая белая рубашка, заправленная в штаны как попало, поверх нее светло-зеленый клетчатый пиджак, который совсем ему не подходил. На мой взгляд, ему вообще ничто не к лицу. Так же на Энди были светлые узкие джинсы и оранжевые грязные кроссовки, с которыми он расставался разве что в постели, и то я была не уверена, что такой как он не заваливается спать прямо в них. Это вполне в его стиле, раз даже в столовой он закидывает ноги на стол. Я никогда не видела родителей Энди, даже несмотря на то, что мы одиннадцать лет провели в одном классе. Знала только то, что его мать звали Ванессой и она была лучшей подругой матери Сэма, так как они с Розали обе родились бетами и выросли вместе, как теперь Энди и Сэм. А его отец — Генри Паркинс — был правой рукой Томаса. Пока я не услышала от мамы про Ванессу Паркинс, то думала, что у Энди вообще нет родителей. Он совершенно невоспитанный, лживый и грязный мерзавец, каких еще поискать надо. Другого такого индивида не найти даже если собрать всех хулиганов и лоботрясов школы, слепив из них одного большого. Энди должен был родиться свиньей, но уж никак не волком. Скорее все оборотни Райвен-Хилл совершат массовое самоубийство, или же олени съедят их, чем Энди станет вести себя как взрослый ответственный волк. Чем дольше мы с Сэмом играли в " гляделки ", тем сильнее внутри меня все сжималось от напряжения, а волчица ворочалась в груди, готовая выпрыгнуть наружу в любой момент. И кажется, в этот раз " приз за самообладание " заслужила я. В тот момент, когда Сэм сделал первый шаг и ступил на асфальт трассы, у меня загорелись глаза и я почувствовала, как заостряются клыки. Рени в секунду сконцентрировался, почуяв запах моего беспокойства, и заслонил своим левым плечом. В его груди зародился низкий, предупреждающий рык. Если бы передо мной сейчас возник буро-белый волк — шерсть на его загривке стояла бы дыбом. Глаза Энди (от которых мне стало не по себе) почти желтые, по-волчьи загорелись и впились прямо в меня, а когтистая рука схватила Сэма чуть ниже плеча, удерживая вожака от инстинкта Альфы броситься на соперников. Превращаясь, только глаза и их цвет оставались неизменными, не считая того, что они становились ярче и светились как фонари. Я уже видела как вокруг брата образуется золотистый свет, очерчивая силуэт. " Не здесь! Не сейчас!» Не успела я вымолвить и слова, как к Рени присоединились Роберт и Кларк. Блондин уже держал кулаки наготове. Роберт занял позицию по другую сторону от меня, встав плечом к плечу с братом и теперь привстав на носки, я могла видеть только вспыхнувшие карие глаза вожака Южных и золотисто-карие глаза регента-беты. Так же к парням присоединились: Эбигейл Смит, Клавдия Адамс и Эрика Вильямс. Оставшиеся младшие Северные собрались в кучку и на безопасном расстоянии наблюдали за назревающей дракой. А вот Южные, — все без исключения, — выстроились позади вожака, не пытаясь спрятать его, словно щит. Я покраснела от унижения. С одной стороны я была горда ими за то, что они так дружно, как солдаты приготовились защитить меня, а с другой — унижена, что они буквально " облепили " меня так что я едва видела вожака Южных. После пары минут, Сэм отвел глаза и замер. Из-за потрясения, которое я только что испытала до меня не сразу дошло, что он прислушивается. — Успокоились все! Давайте не будем устраивать цирк. — приказал он своим, круто обернувшись, но гаркнул так, что Северные тоже спрятали клыки и когти, а я вновь испытала одновременно и тяжесть, и облегчение. Тяжесть от того, что он утихомирил их за меня, а облегчение, что никто в автобусе не наткнется ни на одного клыкастого подростка. Когда автобус забирал нас в школу, двери всегда распахивались только с одной стороны — со стороны Южных поэтому им первым выпадала честь занять места в автобусе. Северные заходили следом. Зато после школы мы первыми покидали салон, а Южные терпеливо ждали. Внутри ужасно воняло выхлопными газами, потом, завтраками и духами, создавая кашу. Когда мы заполнили пустующую половину салона, заспанные ученики из числа людей мгновенно взбодрились. Они были конечно же не в курсе, кто мы, но испытывали в нашем кругу некоторую настороженность вроде той, что я испытывала к своему будущему жениху. Некоторые слушали музыку в наушниках, прикрыв досыпая драгоценные минуты до школы. Сара Джонсон, которая была одноклассницей Рени, как всегда рисовала в своем скетчбуке. Она была высокой, худенькой девочкой в очках-половинках и с прямыми светлыми волосами. Из ближайшей деревушки недалеко от Райвен-Хилл в автобусе было всего несколько человек поэтому когда вошли мы — салон забился до отказа. Я всегда сидела по левую сторону с Северными старших классов и двумя-тремя обычными детьми. Другая половина (младшая) сидела по правую сторону вперемешку с остальными людьми и младшими Южными. Сэм со своей шайкой-лейкой всегда занимал задний ряд и садился в центре между Энди и парнем по имени Итан Клиффорд. По традиции я всегда располагалась впереди у окна либо с Рени, либо с Робертом Райтом, но сегодня мне не хотелось. Эти двое итак унизили меня перед вожаком Южных и его регентом. Я бы присела рядом с Сарой, но она, казалось, была очень занята и рядом с ней валялось много всякого добра: блокнот, записная книжка в кожаном переплете, несколько контурных карт свернутых в трубочки, толстая тетрадь-черновик, три учебника по предметам и два простых карандаша. Полненький паренек Олли Уолтер сидел на предпоследнем сидении у окна, жадно поедая бутерброд с тремя слоями колбасы и сыра. У меня бы порвался рот, окажись я на его месте. Большинство ребят, достигших шестнадцати лет ездили в школу на личных автомобилях. В их число входил Сэм и большая половина Южных, которых в автобусе находилось намного меньше, чем Северных. Я прекрасно знала как Сэму противно было находиться здесь среди людей и волков-соперников, но и у меня бывали дни, когда я жалела, что не попросила отца отвезти меня в школу. Сегодня как раз такой день. Невольно взглянув на Сэма, я вновь испытала на себе его жесткий взгляд карих глаз и решила перевести взор на другого субъекта. Рени недовольно косился на меня в ожидании, когда я сяду рядом с ним, но я все еще упиралась, хотя стоять было сложно так как автобус уже вовсю мчал по трассе. — Сара, привет. — поздоровалась я, встав прямо перед ней. Девочка оторвалась от своего рисунка, поправила очки на носу и воззрилась на меня. — Привет… Белла. — ответила она, сделав паузу чтобы припомнить мое имя. Она была довольно рассеянной и имела не очень хорошую память на имена и лица. Серая мышка, пропадающая в собственном мирке, рисуя в блокнотах за задней партой. Но несмотря на все свои " тараканы " она безумно нравилась моему брату. Рени положил на нее глаз, когда был еще в шестом классе и с тех пор тайно вздыхал по ней, как первоклассник. Но подойти и признаться в своих чувствах не мог ни в коем случае. Он прекрасно знал о запрете любых контактов с людьми поэтому вздыхать по ней ему осталось недолго. Родители уже давно решили, что он уйдет из школы после девятого класса, а зная Рени, он быстро отвыкнет от школы и от девочки по которой когда-то тёк, пусть даже это была его единственная зазноба. Поняв, что я хочу приземлиться рядом с Сарой, Рени побледнел и попытался схватить меня за руку, но я увернулась и кинула взгляд на маленький беспорядок рядом с ней. — Убери пожалуйста вещи, я присяду. — Не могу — ответила та и вздохнула. — Почему? — нахмурилась я. — Сумка порвалась, а мне их складывать некуда. Донесу до шкафчика и суну их туда. Все дно вывалилось! Не дай Бог сейчас еще дождь ливанет… — Понимаю. Удачи тебе. — ответила я и убито посмотрела на брата. Автобус встал перед первым городским светофором после пустой дороги и шофер просверлил меня взглядом серых глаз через зеркало. — Девушка, сядьте! — воскликнул он. От повелительных ноток в его голосе я еле удержалась чтобы не зарычать, но все-таки решила не дожидаться, когда автобус снова поедет и быстро протиснулась мимо Рени к своему окну, стараясь не смотреть на него. — Эй, Бризби! — окликнул нас дружок Сэма. Не понимая к кому именно из нас двоих он обратился, мы одновременно повернули головы назад и встретились со смеющимся взглядом Паркинса и других Южных на последнем ряду. Как ни странно, Сэм не спешил присоединяться к их веселой компании. Он настолько погрузился в мир раздумий, что его в данный момент не привлекали даже издевки над моим младшим братом в компании лучшего друга. Энди поднял два кулака на уровне груди, причем один ладонью вверх, другой наоборот и той рукой, что была ладонью вниз стал выдавать медленные круговые вращения словно крутил ручку мясорубки, а на другой руке тем временем в такт движению поднимался вверх средний палец. Бросив нам неприличный жест, он расплылся в улыбке, а его друзья покатились со смеху. Рени оскалился и привстал, чтобы ринуться к ним, но я крепко схватила его за плечо и заставила сесть. — Не обращай внимания. В первый раз что ли? — шепнула я ему в ухо, глянув на Сэма. Тот холодно глянул в ответ. Отстраненный и до странности тихий сегодня. Неужели он тоже ощутил эти перемены? Хоть его взгляд и был устремлен в мою сторону, я решила, что смотрит он совсем не на меня, а куда-то мимо. " Ты ничего не хочешь сделать с этим зоопарком?» — пронеслось у меня в голове возмущение в адрес Сэма, но я знала, что в человеческом облике волчья телепатия не работает. Да и вообще не собиралась у него ничего спрашивать, а просто прислонила голову к окну и терпела вибрацию, которая отдавалась в стекле от мотора. А вот Рени продолжал сверлить Южных свирепым взглядом. Лишь когда Энди толкнул вожака плечом, тот вышел из ступора. — Эй, Сэмми! Какой-то ты сегодня притихший. Кто-то опять ночью спал не в своей кроватке? — усмехнулся Паркинс. Я поняла намек и закатила глаза. Он прекрасно знал правила половой жизни оборотней и в то же время спал со всеми подряд. Ни для кого это не было тайной. Сэм прожег Энди взглядом окончательно почерневших от злости глаз. Тот ничего не ответил, но шутника словно ударило током. Кстати говоря, запах Сэма напоминал ливень в грозу, но когда парень злился — его аромат превращался в запах паленой шерсти. Энди помрачнел и больше не решился открыть рот. Но заставить его молчать было очень трудно и недолго. Пусть Сэм и Энди были " неразлейвода " последний иногда даже ему умудрялся накапать слюной на нервы. За окном мелькали узкие старые тротуарчики, домики, маленькие кирпичные магазинчики и очень много деревьев. Крупные черные вороны сновали туда-сюда, порхали с дерева на дерево, а также громко и противно каркали. Вот один ворон присел на край открытого мусорного бака, склонился над черным пакетом и начал рвать его своим острым клювом. Да уж. До Тауэрских королевских ворон им еще очень далеко. Как только автобус миновал школьные ворота и остановился, двери его распахнулись и вожак Южных первым покинул салон. Северные проводили Альфу и его банду презрительными взглядами. С детства приученный брать контроль над всеми живыми, Сэм считал школу местом, где можно тренироваться пока не настала реальная жизнь — после свадьбы. Таким образом у него была верная стая, приученная с детства " ходить по струнке " и " стадо баранов " — так он звал людей. Притаившись в почерневших тучах, раздался раскат грома. Школьный двор был заполнен заспанными учениками, которые шествовали к главным дверям школы, собираясь в компании. Хлопали двери автомобилей, некоторые машины оставались на парковочных местах, другие разворачивались и уезжали. Автобусы парковались отдельно в специально отведенном им месте. Тут и там раздавались голоса и карканье ворон. Они парили над головами, размахивая сильными черными крыльями, способными держать крупное птичье тело размером с курицу. Здешние вороны были настоящими гигантами и совершенно ничего не боялись. Это очень умные птицы и каким-то образом они научились отличать людей от оборотней, и к нам они относятся с нескрываемой ненавистью. Мы с Рени и Робом неспеша шли к главным дверям, когда один блестяще-черный ворон приземлился в пяти метрах от нас, уставился своими глазками-бусинами и громко каркнул, расправляя крылья для устрашающего вида. У него были длинные тонкие ноги и острые когти. Конусообразный клюв и узкие крылья, размах которых примерно шестьдесят-семьдесят сантиметров. Длина туловища — сорок сантиметров. Рени махнул на птицу рюкзаком. — Прочь с дороги! Ворон сперва отпрыгнул назад, но затем подскочил к правой ноге Рени и вцепился в штанину своим крепким клювом. — Пошел к черту! КЫШ! — рявкнул Рени, пытаясь пнуть его другой ногой, но чуть не упал. Роб замахнулся своим рюкзаком и попал прямо по черной тушке. Ворон громко закаркал, широко раскрыв клюв, отпустил штанину и взмахнув крыльями улетел восвояси, задев волосы брата. — Мусорщик пернатый! Я не смогла сдержать улыбку и опустила взгляд на его штанину. — Ты в порядке? — спросила я. — Нет. Мной только что чуть не закусили. — прорычал разгневанный Рени, нагнулся, задрал штанину и принялся рассматривать со всех сторон нанесенный птицей ущерб. — Спасибо, что помогла. Я открыла рот чтобы ответить, но так ничего и не сказала. Как только ворон схватил его за штанину, ровно через пару секунд Роберт прогнал птицу. Он среагировал так быстро как его всегда учили в случае, если нам с братом что-то угрожает. Но ведь Рени мог и сам справиться. Какой же он все-таки нытик! — Она тут совершенно не при чем. Эти птицы считают себя здесь хозяевами. Они не боятся людей и уже дошли до того, что перестали бояться волков. Раньше они к нам и близко не подходили. — заступился за меня Роберт как всегда своим невозмутимым тоном, будто успокаивая маленького ребенка. Рени ненавидел, когда с ним говорили как с маленьким и рванул в школу так что мы едва за ним поспевали. — Они привыкли как к людям, так и к оборотням и знают, что их никто не тронет, вот и расплодились как голуби. Летают себе, каркают и лазают по мусорным бочкам. — воскликнул Кларк Морган, нагнавший нас с Робом в дверях школы. — Не думала, что мы когда-нибудь докатимся до обсуждения ворон. Есть более важные темы для разговоров. — сказала я. Мы шли по коридору со шкафчиками, минуя снующих туда-сюда шумных школьников. Я уже давно привыкла не обращать внимания на направленные в свою сторону взгляды учеников, которые, учась в маленькой школе, где почти все друг друга знают, были конечно же в курсе, что у меня нет бойфренда, но тем не менее их шокировал тот факт, что я практически всегда находилась в мужском окружении, либо одна, но совсем недолго. Рени и Роб ходили за мной по пятам как телохранители, а Кларк всюду шествовал за друзьями так что да, я редко когда оставалась одна. Каких только слухов я не слышала за последние четыре года! Что якобы я не могу выбрать: Кларк Морган или Роберт Райт, что я по уши влюблена в Сэма, что я встречалась одновременно и с Кларком и с Робом и чем дальше тем хуже. Мне стоило больших усилий чтобы забить на эту грязную ложь и относиться ко всему, как Сэм. Тот-то точно был специалистом в этом. Он так быстро менял себе девушек, что слухи за ним не поспевали. Более того — он просто обожал вводить людей в заблуждение. Где-то говорить правду, где-то искажать ее и пусть эти любители " копаться в чужом белье " сами гадают, что истина, что ложь. — Тогда давайте обсудим курьез на остановке. Кто-нибудь знает, что это вообще было? — поинтересовался Кларк, совершенно сбитый с толку. — У Харриса крыша поехала, вот что это было. — ответил Рени, покрутив пальцем у виска. В этом я была с ним солидарна. Более того, я в какой-то степени считала, что " крыша " у него поехала уже давным давно. — На него так действует скорое совершеннолетие. — пояснила я. — Так пусть радуется. Разве он не хочет стать вожаком? По моему он этим одержим был всю свою жизнь. — размышлял Кларк. — О чем я и говорю. Одержимый, потому и поехавший. — сказал Рени. — Не путайте его желание стать вожаком, и взять меня в жены. Он, разумеется, хочет стать вожаком больше всего на свете, но при этом хочет так же продолжать свою свободную распутную жизнь. — заявила я и меня передернуло. Мерзость. — Как будто ему кто-то позволит. — ухмыльнулся Рени. — Он скоро сядет на короткий поводок и прекрасно это знает. Никто начиная с Марка и заканчивая тобой не позволит ему продолжать свои " гулянки " в том же духе. Будет ходить по струнке от того и бесится. — Наверное. — ответила я. Я устала говорить о Сэме и мне хотелось как можно скорее довести разговор до точки. В Райвен-Хилл была всего лишь одна школа смешанного типа для детей от семи до восемнадцати лет. До семи проводились подготовительные занятия и дети плавно переходили от режима детского сада к школьному, но мы не посещали их. В возрасте пяти лет начинались наши первые превращения и длились в общем времени до года пока малыш не привыкал к другой форме и его состояние не стабилизировалось. Таким образом до семи лет мы находились на домашнем обучении. Отцы наблюдали за первыми превращениями, а мамы заставляли сидеть за прописями и азбукой. Для тех кто уходил после девятого класса, как Рени и для получения сертификата о среднем образовании нужно было выбрать от семи до девяти предметов по поводу чего мой брат, который никогда не отличался хорошими оценками, ныл целый год и просил меня его поднатаскать. Мне же в одиннадцатом классе для поступления в университеты Лондона требовалось сдать не менее четырех предметов как и каждому одиннадцатикласснику. Мне бы очень хотелось покинуть этот обнесенный лесом маленький городишко и уехать куда-нибудь попросторнее вроде Лондона, но я прекрасно знала, что это невозможно поэтому решила сделать хотя бы что-то, что было в моих силах. А именно окончить высшее учебное заведение Лондона и заниматься каким-нибудь родом деятельности, который не требует посиделок в офисе и благодаря которому я смогу одновременно следить за стаей и работать как нормальный человек. Я решила взять литературу чтобы связать свою жизнь с одним из книжных издательств Лондона, но пробиться туда будет очень непросто, поэтому мне придется выложиться на все двести процентов. Что касается Рени — он вообще не думал о будущем. Он жил здесь и сейчас, дожидаясь пока родители за него все решат и слепо подчиняясь их мнениям. Обычно ушедших из школы в шестнадцать лет ждало проф образование, где Рени сможет выбрать простую среднюю специальность из списка предлагаемых учебным заведением. И его это устраивало. На больших электронных часах в главном коридоре со шкафчиками было 8:26. Занятия всегда начинались в половине девятого и длились до часу дня. После нас ожидала продленка. Помимо учебных занятий школа предлагала до сорока кружков из которых можно было выбрать три. Внеклассная деятельность всегда длилась до четырех часов дня, а в пять часов со школьной стоянки выезжал последний автобус. Кроме подготовки к экзамену по литературе я еще посещала книжный клуб в неучебное время. И к большому моему сожалению Сэм Харрис за каким-то чертом тоже забил свое расписание этим кружком хотя я ни разу за одиннадцать лет не видела его за книгой. Разумеется, он сделал это в самом начале года чтобы позлить меня. Наш преподаватель, мистер Олфорд пытался его отговорить, что мол, Сэм слишком поздно взялся за литературу, но этот болван умеет быть убедительным. Расписание занятий для подготовки к экзамену составляется еще в начале десятого класса и уже к началу зимнего триместра менять его нельзя, однако Харрис очень постарался чтобы втиснуться в нашу " секту книгоманов " как он любит выражаться, и все это для того чтобы превратить мою единственную радость в ад. Занимался бы спокойно своей биологией и взбалтывал колбочки на химии так нет же! Мне иногда так и хотелось ворваться в спортивный зал во время его тренировок по баскетболу и зарядить ему мячом в лицо. Первым уроком прошел английский, а на следующей перемене я отправилась взять учебники ко второму уроку в компании Северных. Сэму и Энди выписали прогул, но я была даже рада, что они куда-то подевались. Это было не ново. На этот раз к нам с Робом, Кларком и Рени присоединились девочки. Другие давным давно привыкли к нашим крупным компаниям, но все равно по сей день держались особняком. В отличие от Сэма я должна выглядеть " невинной овечкой " глядя на которую облизываются все волки, но и постоянно помнить, что в любую секунду меня могут слопать и потому всегда быть настороже. Это у него нет проблем. Чем больше девушек его хотят, тем выше его авторитет в стае и вообще где бы он ни был. Это значит, что он сильный, красивый, а главное желанный, и раз на него заглядываются обычные девушки, то я — избранная для него Альфа-самка — точно должна знать в решающий момент как себя подать и доказать Харрису, что ему светит самая красивая, женственная и в то же время сильная девушка на свете. Что я мечтаю о нем не меньше, чем обычные простушки, а ведь в этом и заключается главная задача наших родителей и Совета Вожаков — свести нас вместе так чтобы образовалась очень крепкая связь между двумя вожаками. Чем крепче связь, тем крепче и дружнее новая стая, образовавшаяся из двух стай-соперников. Тем больше еды, тем больше новых волков, тем меньше драк и потерь. — Если этот нахал думает, что он вожак, а значит ему все позволено — значит ты выходишь замуж за стопроцентного придурка! — заявила Клавдия Адамс — шестнадцатилетняя девушка с голубыми глазами. У нее была пышная рыжая грива кудрявых волос, тяжелые сережки-кольца, которые покачивались при ходьбе и я боялась как бы они в один прекрасный момент не порвали ей уши. Я советовала их снять, но она никогда не любила считаться с чужим мнением, всегда придерживалась своей точки зрения и стремилась во всем доказать свою правоту. Несмотря на то, что она была на год младше меня, по габаритам этой девушки можно было смело заявить, что ей уже около двадцати лет и выше. Высокая и крупная телом (хотя ее нельзя было назвать толстой, ее размеры идеально подходили росту) Клавдия была настоящим бойцом и крепче меня в сто раз. — Он не имел права даже думать о том чтобы хотя бы попытаться приблизиться к тебе, а он решил ступить на нашу территорию, да еще и на глазах у всей стаи! Если бы не его верный шкед — мы бы с легкостью разорвали этого койота, перемололи ему кости, а потом я бы доела все, что от него осталось. — Перестань. Это был секундный момент и он давно позади. — попыталась успокоить Клавдию я, но ее было не остановить. — Пусть он не думает, что раз до церемонии осталось меньше месяца, то он имеет право принимать командование прямо сейчас. — Он ничего не будет принимать. — заявила я, стараясь убедить скорее себя, чем ее.  — Даже когда Белла станет совершеннолетней, Северные будут слушаться только ее, а Южные будут слушать только Харриса. Потому что ежу понятно, что мы ненавидим друг друга с тех пор… как нас самих еще на свете не было. Это связь поколений и Совет создал эту связь, а теперь хочет чтобы мы стали одной крепкой и дружной стаей? Ну уж нет. — не унималась Клавдия. — Ой, ребята, мне так страшно за нас, если честно. Живешь себе живешь и тут на тебе! Новая стая, новые соседи и вожаки. Гейл Смит — пятнадцатилетняя волчица с длинной косой золотистых волос. Большие круглые зеленые глаза, тихий характер и постоянные опасения по поводу того, что чтобы сегодня не происходило, к завтрашнему дню может быть все намного хуже поэтому нужно всегда быть готовой к худшему. Несмотря на то каким бы счастливым не был этот день (а такие дни у нее бывали очень редко) завтра все может измениться в худшую сторону. Если Господь послал чудесный безоблачный день в котором все как нельзя лучше — завтра ты обязательно заплатишь за расслабон слезами, плохой погодой и проблемами. В общем оптимист из нее хоть куда! Так и прет позитивом. — Может перестанете перемывать Белле кости и дадите ей шанс самой разобраться со своим кавалером? Она — Альфа как никак. Или вы сомневаетесь в вожаке? — подала голос Эрика Вильямс, шедшая как обычно в самом " хвосте " группы и скрестив руки на груди. Она была очень немногословной девушкой семнадцати лет, но иногда бывают такие моменты когда долгие и пустые беседы ее утомляют и Эрике приходится заставить себя заговорить чтобы предотвратить этот беспредел. И сейчас я ей была безумно благодарна. У нее были прямые черные волосы с длинной челкой, розовый ободок, уши проколоты, но сережек она не носила. Кожаная черная куртка, под курткой белая школьная блузка, которую Эрика не любила заправлять, юбка почти до колен и развивается при ходьбе, капроновые колготки, и наконец, серые кеды с белой подошвой и синими шнурками. — Спасибо, Эрика. — от души поблагодарила ее я и обернулась чтобы передать свою улыбку. Девушка осталась раздраженной от разговора про церемонию, стаю и Сэма и проигнорировала мой знак благодарности. Опять сделала вид словно ее тут и нет. Шествуя во главе компании по коридору с рядами шкафчиков я завернула за угол и от неожиданности чуть не обернулась волчицей. К счастью всего лишь опустилась на корточки упираясь когтистой рукой в плиточный пол и сверкнула клыками. Баскетбольный мяч пролетел прямо надо мной и зарядил бы Рени в нос, так как тот шагал прямо за мной, но молниеносная реакция Роба предотвратила катастрофу. Он рванулся к мячу и что есть сил влепил по нему кулаком. Мяч отлетел в сторону, едва не задев двух маленьких девочек, которые взвизгнули от испуга, но не пострадали. Злосчастный мяч покатился по полу мимо лестницы до самой двери ведущей в другой учебный коридор и остановился. — Неплохой удар, парень! — воскликнул Сэм шествуя нам навстречу из столовой в сопровождении лучшего друга, девушки с русыми волнистыми волосами и темноволосого парня с черными как бездна глазами, чьим взглядом можно было резать как ножом. Верная свита вожака захлопала в ладоши. Медленно и с сарказмом. Роб встряхнул рукой и бросил им холодный взгляд льдисто-голубых глаз, но ничего не ответил. Рени стоял словно в ступоре еще не успев оправиться от шока. Я выпрямилась и спрятала когти. — Тебя не задело? — спросил Роб с привычной ко мне заботой в голосе и глазах. Его правая рука успокаивающе легла на мое плечо. Этот жест не ушел от внимательных карих глаз Сэма и тот сузил их. — Нет, все хорошо. — ответила я, посылая Сэму бешеный взгляд. — Смотри куда швыряешь мяч, недоумок! — бросил ему Рени, устремившись в сторону Южных, но в последний момент я ухватила его за край рукава и дернула назад. Наверняка вместе с братом бы сейчас ругательствами взорвались все Северные, но они не осмеливались бросать обвинения в адрес вожака пусть даже не своего. А вот Рени как сын вожаков относился к Сэму как к равному себе, даже несмотря на то, что был младше его на два года. В ответ на ругательства моего брата, тройка моих Южных одноклассников оскалилась. Девчонка с большими голубыми глазами, до того стоявшая позади правого плеча Сэма, нежно скользнула пальчиками по руке Альфы и легонько сжала ее чуть выше локтя. Темно-карие глаза Сэма опустились к ее пальцам, но быстро вернулись к моему лицу. Одергивать руку Харрис не стал. — Полегче, малыш. Нельзя грубить старшим. — елейным, сладким как мед голоском ответила брату Южная Бета. Эйми Филлипс — близкая подруга Сэма с раннего детства, которая так же как и многие другие девушки втайне была в него влюблена. Но преимущество тех девушек с которыми встречался Сэм было в том, что им ничего не грозило за " прогулки " своих губ по его губам, а вот Эйми — будущий член нашей общей стаи, наша бета, как никто другой знала о том, что ей запрещается под страхом смерти заводить с ним интрижку, пусть даже самую короткую. Ни одна самка в стае кроме партнерши вожака не смела соблазнять его. Никакого флирта, дружеских заигрываний, ничего. Именно из-за этого Эйми меня люто ненавидела. Ненавидела положение Сэма, нашу будущую церемонию, господина, Совет — ВСЕХ. Но несмотря на ее стервозный характер, я считала ее достаточно разумной чтобы смело заявить, что между этими двумя уж точно никогда ничего не было и не будет. Сэм никогда не скрывал свои отношения просто потому что ему нечего было бояться, а ей есть чего и ее собственная шкурка ей намного дороже месячной интрижки с Харрисом - в этом я была абсолютно уверена. Она прекрасно знала, что все ее старания заполучить его, напрасны и от этого злилась еще больше. — Тебе стоит поучить своего братца хорошим манерам, Белла. — А тебе стоит научиться не лезть не в свое дело, Эйми. — ответила я, копируя ее тон и расплываясь в самой невинной улыбке хотя при этом взгляд зеленых глаз был как скала. — Девочки, давайте не будем ругаться, хорошо? — бархатно проговорил Сэм и хитро глянул на Рени. — Приношу свои извинения. Я не знал, что вы покажетесь из-за угла. — Врешь! — рявкнул Рени. — Забирай свой поганый мяч и проваливай пока я не зарядил им тебе куда следует. — И почему же я должен уйти? — поинтересовался Сэм, выгибая бровь. — Потому что спортзал находится не здесь. Иди по коридору, через главный хол пока не упрешься в дверь с надписью " Спортивный зал " Надеюсь, ты умеешь читать? Потому что Энди уж точно не силен в этом. — таким же беззаботным голоском проворковала я, упираясь рукой в дверцу своего шкафчика и стараясь прогнать воспоминания о том как одна единственная секунда могла стоить мне травмы головы. Ребята за моей спиной прыснули от смеха. Кроме Роба, который всегда умел держать себя " при исполнении " и кроме Рени, который до сих пор не мог поверить, что едва не заработал перелом носа. Его сердце до сих пор колотилось как бешеное. В светло-карих глазах Энди вскипела злость от моих слов, черноглазый парень по имени Итан Клиффорд смотрел на меня с презрением, а Эйми Филлипс с нескрываемым желанием разорвать меня на куски. — Уходите или я за себя не ручаюсь. — пригрозил Кларк, держа сжатые кулаки наготове и приняв боевую стойку. — И что же ты сделаешь, крутан? В одиночку переколотишь четырех Южных волков среди которых твой будущий Альфа? — спросил Итан, приготовившись к атаке на случай если Кларк взаправду перейдет от угроз к делу. — Одно неверное движение и я сам тебя ударю, мало не покажется. Кларк побагровел от злости, показывая Итану клыки. Тот выпустил в ответ низкий рык. — Хватит! — выпалила я. — Никто. Не будет. Никого. Бить. Кларк поймал на себе мой предупреждающий взгляд и убрал кулаки за спину от греха подальше. — Как-нибудь проверим кто кого. — Непременно. — ответил Итан. Так долго как сейчас Сэм еще никогда на меня не смотрел и я бы отдала все на свете чтобы оказаться как можно дальше от него. Я не понимала почему думала о нем всякий раз, когда его не было рядом, но стоило ему оказаться передо мной как мне хотелось провалиться сквозь землю. — Нам стоит кое-что обсудить. — быстро выпалил Сэм так что я вздрогнула. Сам его взгляд говорил мне о том, что он хочет о чем-то поговорить со мной, что случалось раз в миллиард лет и поэтому настораживало. Даже от самой фразы, что " нам стоит кое-что обсудить " мне стало нехорошо. Мне понадобилось немного времени чтобы убедиться, что голос не дрожит, прежде чем я ответила: — Ну так давайте обсудим пока у нас еще есть несколько минут. — " Нам " в смысле: тебе и мне. Тет-а-тет. Я окаменела, не зная как отреагировать. Энди, Итан и Эйми похоже были в том же шоке, что и я, а вот Северные заметно напряглись и придвинулись ближе ко мне, предупреждая Южного Альфу. Тот в ответ лишь выгнул темную бровь. Я видела как крепко Эйми вцепилась в его руку, практически разрывая белую рубашку кроваво-красными ногтями, но Сэм даже ухом не повел. Либо привык к суровой хватке своей подружки, либо просто не подавал вида, что ему больно. А я была уверена, что это так. Я молча кивнула, соглашаясь. Ощущение было такое, словно я только что подписала себе смертный приговор. — Оставьте нас с Изабеллой наедине. — приказным тоном заявил он. Казалось, он обратился ко всем, а не только к своим. Я удивленно захлопала ресницами пытаясь изо всех сил прогнать подозрение, что его приказ касается всех находящихся рядом Бет. — Сэм, пойдем. Сдалась она тебе? — пролепетала Эйми и я почувствовала как запах гнева, исходивший от нее до этого, сменяется страхом. Это приподняло мне настроение. Даже рассмешило, так что пришлось изо всех сил прятать улыбку. " Она решила, что он хочет остаться со мной наедине и приласкать?» — спросила я себя и тут же сама испугалась этой мысли. — Все хорошо, солнце. Иди с Итаном и Энди. Я подойду чуть позже. — мягко как только мог ответил Сэм и заботливо убрал ее руку с своей. Эйми надулась, но ничего не сказала. Кинув мне на прощание испепеляющий взгляд, она тряхнула волосами и гордой походкой пошла вслед за Энди и Итаном. Все Северные быстро сменили книги и тетради в своих шкафчиках и удалились. Все кроме… — Не люблю повторять по два раза. — голос Сэма разрезал воцарившееся между нами молчание, как нож сливочное масло. — Рени, тебе пора на алгебру. — обратилась к нему я, но в упор глядела на Сэма. Это была уже не детская игра в " Гляделки «. Это была самая настоящая зрительная битва двух вожаков. Рени, стоящий позади моего левого плеча, недовольно фыркнул и удалился. — Не слишком ли ты рано взял на себя обязанность приказывать моим друзьям? — возмутилась я, скрестив руки на груди. — Пусть привыкают к своему будущему вожаку. — ответил Харрис. — То же самое могу сказать про Эйми. Ей стоит научиться дружелюбнее относиться ко мне потому что я не собираюсь начинать новую жизнь со старыми врагами. — С каких пор тебя волнует Эйми? Насколько я знаю вы никогда не были хорошими знакомыми и всех это устраивало, так что изменилось теперь? — спросил Сэм, закатывая рукав своей рубашки чтобы осмотреть последствия хватки Эйми. В том месте, где были ее пальцы покраснела кожа, но больше никаких следов. — Теперь изменилось многое. А скоро изменится все. — ответила я, понуро уставившись в пол. — Это уж точно. Я уже ощущаю все эти перемены. — согласился Сэм, чем заставил меня поднять на него удивленный взгляд. Да, я не могла отрицать, каким красивым уродился этот самовлюбленный и самоуверенный павлин. В свете ламп легкая синева переливается с черными как уголь прядями волос. Стоят торчком то тут то там, а челка скрывает широкий лоб. Густые брови по которым хочется легонько провести пальцем чтобы проверить насколько они бархатистые. Темные карие глаза в которых я вижу собственное лицо. Даже горбинка носа не портит его неповторимую красоту. Юное, мальчишечье лицо и в то же время такое взрослое и мужественное, словно он пришел сюда из будущего. Под рубашкой выпирают мышцы плеч, твердой как камень груди и рук. Если бы я видела этого парня впервые и не знала, кто он такой, то я бы наверное тоже бросилась в омут с головой и как другие старшеклассницы изо всех сил пыталась добиться его расположения. Но я знаю, кто он, что он за человек и даже то, что он и не человек вовсе. Я рада, что он не относит меня к тем девушкам с которыми встречался потому что я — не они. Я не хочу быть с парнем только из-за его внешности. Для меня важнее, какой он внутри, а внутри он далеко не такой каким я в детстве представляла своего " принца на белом коне ". Сэм всего лишь задравший нос гордец, мечтающий о власти, привыкший к роскоши и никого не уважающий. Да, он самый сильный и грозный самец нашего поколения, но этого мало чтобы я смогла по-настоящему проникнуться к нему душой. Сейчас же те крохи симпатии к нему, таящиеся внутри меня — это ничто иное как влечение одинокой девушки к красивому популярному парню под влиянием переходного возраста, и я терпеть не могу эту сторону себя. Что-то в нем нравилось мне, но мозгом я прекрасно понимала, что из маленького " принца " о котором я так мечтала, вырос никто иной как Хитклифф - хладнокровный опасный хищник, сводящий всех вокруг с ума и наслаждающийся страданиями своих жертв. — Какого черта твой отец притащился с утра пораньше в мой дом с этим ушлепком Марком? — Так вот оно что! — воскликнула я и наградила его насмешливой улыбкой. — Тебя отругали. — Что за чушь? — оскалился Сэм. — Просто мне надоело, что я не могу расслабиться ни на секунду - этот дуралей тут как тут. Чувствую себя лабораторной крысой, которой все вечно читают нотации. — Мне никто не читает нотации. — почти похвасталась я. — Он приходит скорее к моим родителям, чем ко мне. Может все потому что я веду себя подобающе? — Ты воспитана, как монашка. — заявил Сэм, глядя мне прямо в глаза. Я испытала такую обиду словно он только что накричал на меня, публично поливая нецензурной бранью. Звонка на урок еще не было так что по коридорам туда-сюда сновали ученики, открыто таращась в нашу сторону, но я делала вид, что не замечаю чужих взглядов, а Сэм давно уже привык к вниманию людей. Увидеть нас вдвоем, разговаривающих о чем-то было довольно необычно, так как у нас никогда не было общих тем для разговоров. Он общался с Южными волками и простыми девушками, я — с Северными, ну и бывало перекидывалась парой слов с одноклассниками из числа людей. — Спасибо за комплимент. Приятно слышать это от будущего мужа. — я затаила обиду за фальшивой улыбкой. — Кстати тебе с этой " монашкой " жить до конца своих дней. Желаю терпения. Сэма передергивало от слова " муж " точно так же как меня от слова " жена ". Теперь настала его очередь принимать удар, но в отличие от меня, он направил все свои обиды в гнев. Точно так же как я не представляла, что ждет меня в жизни с Сэмом под одной крышей, так и он не представлял, как сможет расстаться со своей вольной разгульной жизнью и больше не посмеет прикоснуться ни к кому кроме меня. Если только тайно о чем я, конечно же, сразу узнаю. После церемонии бракосочетания между двумя вожаками образуется ментальная связь благодаря которой один партнер испытывает эмоции и чувства другого. Если например, Сэм поддастся страсти и поцелует другую девушку (неважно, человека или волчицу) его возбуждение передастся мне. — Только ты не начинай сейчас! — взорвался Сэм и резко припечатал ладонь к железной дверце шкафчика, копируя мою позу. — Меня уже достала вся эта волокита с приближающейся церемонией. " Туда не ходи, того не делай " А я БУДУ, понятно? Я гражданин свободной страны и буду делать все, что захочу. И то что мы скоро поженимся не означает, что я должен отказаться от своих привычек и заключить тебя в свои объятия. — Можно подумать я тебя об этом прошу. — злобно ответила я. — Если девушка после школы занимается домашней работой и перед сном читает книги - это не значит, что она " монашка ". Не все девушки в мире стремятся забраться к тебе в постель! - выпалила я, не обращая внимания, что мои слова привлекли к нам больше любопытных взглядов. Сэм шарахнулся, словно я только что ударила его. — Моя личная жизнь тебя не касается. Пока что это только МОЕ дело, чем я занимаюсь и с кем провожу время. Сама ты ничем не отличаешься от обычных девиц с которыми я общаюсь. Думаешь, я не вижу? Не замечаю как ты на меня смотришь и упиваешься нашим будущим " счастьем "? Ты точно такая же как наши родители, Совет и этот идиот Марк вместе взятые. Только вот я не такой как вы, и если ты еще не поняла, то наша совместная жизнь станет для тебя седьмым кругом Ада, это я тебе гарантирую. Сэм наклонился ко мне так близко, что я застыла на месте. Его горячее дыхание обжигало мой нос. Я не могла дышать и дрожала от злости и страха одновременно. Мы говорили на повышенных тонах и прохожие теперь пялились на нас в открытую, словно смотрели мелодраму. Некоторые остановились и таращились во все глаза с крайним любопытством и удивлением. — Чего ты на меня-то взъелся, я не понимаю? Что я такого сделала? — я почувствовала как глаза намокают от слез, но он ни в коем случае не должен был понять, что довел меня до такого состояния. Он не стоит моих слез. Я не стану плакать. — Родилась на свет. — ответил Сэм. Это стало последней каплей. Я вцепилась обеими руками в ворот его рубашки и пригвоздила к его собственному шкафчику с такой силой, что железная дверца и несколько соседних затрещали. Проходящие мимо три девочки немного младше нас, взвизгнули, но мне было плевать. Пусть хоть когти вылезут наружу, я разорву ими этого озабоченного невоспитанного грубияна. — Ты родился первым. — напомнила ему я. Сэм старше меня всего на шестнадцать часов. Он родился ночью, а я вечером того же дня. Он на секунду растерялся, не ожидая от меня такой резкости, но тут же вцепился в мои запястья, обхватив их своими сильными длинными пальцами. — Я впечатлен. — сказал Сэм, снова вернув голосу ту мягкость и спокойствие которыми говорил с Эйми. Наши носы соприкоснулись и это заставило меня ослабить хватку на его рубашке. — А теперь отпусти меня пока не оказалась на моем месте. — Нравится тебе или нет, но мы с тобой в одной лодке и должны грести в одну сторону, Сэм. — все так же гневно заявила я, буквально выталкивая из себя эти слова. — Я в эту " лодку " не садился, меня пихнули. — возразил он, поправляя воротник и проводя пятерней по черным волосам с синеватым отливом от лба к затылку. Челка встала дыбом. — В таком случае смирись и перестань отыгрываться на мне за злость своего отца. Такова наша жизнь. Сэм сжал кулаки при упоминании Харриса-старшего и я мгновенно приготовилась защититься на случай, если он меня ударит, но он все-таки сдержался. Было слишком людно чтобы бросаться на девушку с кулаками, но я все же надеялась, что если бы мы очутились ночью в пустом лесу, он бы все-таки меня не тронул. — К черту такую жизнь. — огрызнулся Сэм. — Если ты не готова сопротивляться предкам и бороться за то, чего по-настоящему хочешь — ты всего лишь марионетка. А если нет, тогда ты захочешь что-нибудь сделать, чтобы хоть как-то повлиять на свою... - он сделал паузу и поморщился, изо всех сил выталкивая из себя последнее слово -...судьбу. — Сэм, мы ничего не сможем сделать. Чтобы стать вожаком тебе придется взять меня в жены, хочешь ты того или нет. — Я всю жизнь готовился к тому чтобы стать вожаком, но я не намерен терпеть тебя ради своей мечты какой бы большой она не была. Это как если бы твои родители сказали тебе, что ты уже взрослая свободная девушка и перед тобой открыт целый мир, но при этом заперли тебя в комнате, а ключ выбросили. — Тогда я бы нашла другой выход. — ответила я, прекрасно понимая о чем он говорит. Он боится того же чего и я. Лишиться свободы выбора, быть обреченным жить с тем кого может никогда по-настоящему не полюбить и осознание этого хуже всего на свете. — Так давай найдем. — заявил Сэм с такой решимостью, что я задумалась, серьезно ли он? Раздался звонок на урок, избавляя меня от продолжения этого неловкого разговора, с каждой фразой приобретающего все более странный характер. Потенциальные зрители потихоньку начали расходиться и от этого стало намного легче дышать. — Нам пора на историю. — напомнила я и распахнула свой шкафчик чтобы забрать учебник и тетрадь. — Я подойду чуть позже, а то Эйми надумает себе черт знает что. Она очень… ревнивая девочка. — сказал Сэм, пытаясь отыскать в горе скомканных мятых бумаг свой учебник. " Это уж точно.» — подумала я, но вслух этого не сказала.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.