Жизнь

Вступление Я не умею говорить. Особенно начинать истории. Но молчать более нет сил. Я стану вашим экскурсоводом по этой истории. Все началось несколько лет назад. --- 1 глава 15 июня 23хх года Дождь барабанил по крышам и стеклам домов и авто. Вашему покорному слуге, нравится дождь. Он освежает. Всегда нравилось смотреть, как люди, бурча что-то под нос, бегут до ближайшего укрытия, надеясь не промокнуть полностью. Особенно хорош легкий дождь, сопровождаемый яркой радугой. Она ассоциируется с детством, таким ярким и легким. Надеждой дойти до края радуги и увидеть единорога или мешочек с золотом лепрекона или еще что-нибудь волшебное. Радуга не может же быть просто каплями воды, в которых преломляется свет. Да, это мой любимый дождь. Но. В тот день. Все было иначе. Тяжелые, крупные капли падали на мокрый асфальт, разбивались на тысячи более мелких капель, сливались в ручейки, образуя непроходимые лужи. Гром то и дело громыхал в небе. Казалось, что небеса оплакивают кого-то. Возможно так оно и есть. Хмурый мужчина, чьи волосы так рано тронула седина, подходит к оцепленному входу дома. Там его уже ждут. Мужчина не любил дождь, особенно такой. Ему часто приходилось приезжать на место преступления, когда шел такой дождь. Будто небо намекает, что у него прибавится работы. Что же, хватит отвлекаться. Думаю вам будет интересно, почему мужчина был хмур. День не задался с самого утра. Бессонница, мучившая мужчину на пару с кошмарами, ночами, утром заставляла его брести в ближайшую кофейню. Но именно в этот день там работал стажер, который сварил отвратительный, горький, но горячий кофе. В какой-то степени мужчине повезло, он не смог испробовать его вкус, но вот ощутить его температуру через рубашку и штаны смог. Неловкая случайность миловидной особы испортила безупречно белую, выглаженную рубаку, как и настроение. Благо в кабинете, недалеко от которого и произошла «авария», были запасные рубашки. А еще штаны, носки и даже трусы. Всякое может случиться. Внизу шкафа лежали подушка и одеяло, что иногда приходилось использовать, когда время было поздним и идти в пустую квартиру, где никто не ждет не хотелось. Тогда лучшим другом мужчины становился старый, не особо удобный, но все же достаточно крепкий и не скрипучий диван, который пережил нечаянно разлитое кофе, пьяно пролитую бутылку какого-то пойла, что любил выпивать бывший хозяин кабинета, пепел от его сигарет и бурный роман с не особо миловидной особой. Нынешний хозяин не знал об этом. Или тактично старался об этом не думать. На алкоголь и проституток у него не было времени. От сигаретного дыма его всегда воротило. Хотя в молодости он любил выпить и подебоширить. А подкатить к какой-нибудь красотке – святое дело. Многое изменилось с тех пор. После смены рубашки последовало долгое и нудное заполнение отчетов, которые не любит никто. Тем кто их пишет они не нужны совсем. Тем кто их проверяет – тоже. Но таковы правила. Я не зря говорил про красивых девушек. Будучи студентом медицинского университета, в который он пошел наперекор матери, которая хотела видеть его юристом или экономистом, но никак не «докторишкой», у мужчины отбоя от них не было. Молодой, высокий, статный брюнет, с красивыми глазами, доставшимися от отца. Левый был ярко зеленым, как молодая трава в поле. Правый был голубым, как ясное летнее небо. Юность. То были веселые дни. Кутеж, пьянки, дамы. За одну он заступился на экзамене, дав уважаемому профессору по лицу. Этот дядечка в летах домогался до бедной девчонки, угрожал ей неудом на экзамене. Хоть заявление на студента профессор писать не стал, но за такое дело, парня исключили и путь в любое учреждение занимающееся медициной был для него закрыт. Честно сказать, хоть парень и был раздолбаем, но руки росли у него из того места, он мог бы стать отличным хирургом. Но не сложилось. Та девушка не осталась в стороне и в качестве благодарности отвела парня к своему брату, молодому сержанту, который предложил помощь в поступлении в академию. Дальше была школа полиции, погоны, статус подающего большие надежды детектива. Ему нравилось разгадывать тайны, раскрывать коррупционные цепочки, наркокартели. Даже вид убитых не пугал его, еще совсем зеленого юнца. Потом все пошло как-то не так. Сейчас, заполняя бумаги, он думал об этом. О самом начале того, что пошло не так. Убийство. Жестокое, кровавое. Вначале это был один человек. Молодая хрупкая девушка. Ее нашли около гаражей. Живот, грудь, шея и одна рука лежали кучкой около гаража №1. Остальные части ее тела собирали по всей улице, на которой располагались гаражи. Было ощущение, что она подорвалась на бомбе. Только ошметки и остались. Дело закрыли, написав, что ее загрызли собаки. Шестым был молодой парень. Его нашли в собственной квартире. Он был жестоко истерзан. Но не это бросалось в глаза. Глаза. Его глаза лежали у парня на груди, на которой было вырезано: «я вас вижу». Десятым был ребенок. Девочка. Ее нашли в подвале многоквартирного дома, в котором она жила с родителями. Она сидела на стуле, одетая в красное платье с оборками. А в руках у нее лежал мячик. Так подумали нашедшие ее. Только это был не мячик, а ее голова с разрезанной от уха до уха улыбкой. И на ней не было платья. Это была ее кожа, срезанная с тела и перевернутая мясом наружу. Ей было 8. Всего жертв было 15. По крайней мере тех кого нашли. Все они были мертвы от часа до суток. Они были живы, пока их убивали. Эти трое запомнились детективу особенно хорошо, особенно девочка. Они до сих пор снятся ему в кошмарах. С какой стороны не посмотри, их ничего не связывало. Все жертвы были разного пола, возраста, национальности, религии. Они не были знакомы друг с другом. Стиль их убийства был разный. Так же отпечатков пальцев или следов, кроме следов и отпечатков жертв не было найдено. Складывалось ощущение, что жертвы убивали себя сами. Улик не было. Жертв связывало только одно: маленькая, не заметная фигурка. Это был ангел, обычный пухленький херувим из магазина сувениров, коих были тысячи. Крылья фигурок были измазаны кровью жертв. Этот ужас длится больше года. По одному трупу в месяц. В городе многие называют маньяка мстительным духом. Или ангелом, что карает не верных. Видимо это услышал и сам убийца, потому что после этих слухов священника нашли распятым на кресте. Его ребра торчали из спины наподобие крыльев. Он был тихим, спокойным, вежливым человеком, который и мухи не обидел. Он был частым гостем сиротского приюта. Тратил все свои деньги на подарки и помощь детям. Помогал старшим в поиске жилья и работы, младшим в школе с уроками, совсем малышей учил читать и писать. Он был добрым человеком. Его смерть показала гниль общества. Были люди, что называли его педофилом, что растлевал детей. Не зря же его покарал ангел. От таких рассуждений детектива бросало в дрожь. Все эти ужасы не прошли для мужчины бесследно. Глаза стали тусклее, в них уже не было того огня, что был раньше. Под глазами залегли мешки от недосыпа. Волосы, черные как смоль, тронула седина у висков. А ведь ему совсем недавно исполнилось 30. В тот же день, год назад, нашли первую жертву. От темных раздумий его отвлекла дверь, а точнее тот кто с пинка ее открыл, да так, что она стукнувшись о стену осыпала штукатурку с потолка. Его друг и товарищ, шумный и громкий, тот кто дал ему билет в новую жизнь. Он был братом той девушки, которой он помог. После обучения, Мужчина пошел к нему под крыло. Они были совсем не похожи. Эмоциональный и импульсивный шатен и усидчивый и рассудительный брюнет. Может именно поэтому они стали не плохим дуэтом. - Жуть. Ты себя в зеркало видел? В гроб краше кладут. - Тогда мне не о чем переживать. Знаешь, при следующем ремонте в моем кабинете ты будешь красить стены и белить потолок, - мужчина вернулся к отчету. – А еще с тебя новая дверь. - Не смешно! Ты сколько спал вообще? Так, не правильный вопрос. Ты спал сегодня? Вижу что нет. Может ты домой пойдешь? Пару тройку дней возьмешь? На тебя без слез не взглянешь. Тебя даже зомби трогать не будут, за своего примут. - Сёкей, со мной все хорошо, хватит бегать со мной, как курица с яйцом. Я в порядке, просто не спится и все. - Ну да, ну да. Мы же великий детектив, Азура Блэкед! Нам все нипочем, - шатен стал ходить по комнате, активно жестикулируя. Его откровенно бесило такое наплевательское отношение друга к собственному здоровью. – Ты спишь от силы восемь часов в неделю! Если не меньше. И... - Мальчики, что за шум, а драки нет? – молодая девушка выглянула из-за двери, которая до этого была закрыта тем же образом, что и открыта. - Вик! Он опять за свое! Не спит, не ест. Не смотри на меня так. Кофе не еда. Ты, когда пришел в полицию как шкаф был, а сейчас так, стремяночка, - Сёкея смерили долгим взглядом, который вызывал у преступников большое желание говорить правду. - Виктория, угомони своего брата. И я не «стремяночка», фасолина красноглазая, - последняя фраза привела шатена в ярость. Вы не подумайте, он не был совсем коротышкой. Его рост составлял средние 170 сантиметров. Но на фоне его сестры, чей рост составлял 175, и друга, ростом 201 сантиметр, он казался маленьким. На самом деле, если не знать, что Виктория и Сёкей были братом и сестрой, можно было подумать, что ни просто знакомые или друзья. Виктории имя давал отец. Виктория Андерсон - просто и со вкусом. Она была его полной копией. Блондинка с зелеными глазами и не сгибаемым характером. Она, как и брат, пошла в полицию, только отвечала она за детскую и подростковую преступность. Сёкей же был больше похож на мать, только, в отличии от вороных прядей матери, у него были темно русые волосы, но глаза у них были одинаковые: карие, отливающие красным цветом. Мать своего сына назвала пафосно: Эдгар Сэмюель Цериш Андерсон. После долгих издевательств в школе он решил сменить имя и стал Сёкеем Дракс. Мать обижалась не долго, натурой она была вспыльчивой, но отходящей. Шатен отделался мокрым полотенцем и немного ремнем, а так же он был выгнан из дома, но быстро прощен. Отец долго смеялся над этим. Перепалка между детективами длилась несколько минут. Виктория прошла в кабинет и села на диван, положив документы на журнальный столик, заваленный разной макулатурой. Ей тут нравилось. Здесь всегда пахло кофе и чем-нибудь сладким. Хоть по брюнету и не скажешь, но он был сладкоежкой. Она перевела взгляд на Азуру. Он все также сидел за большим, темным, дубовым столом. Только головой вертел в направлении ходьбы ее брата. Стол был завален бумагами, фотографиями, ручками и прочей канцелярией. А слева стоял ноутбук. Немного заляпанный, но исправно работающий. Около стола, с той стороны, где стояла лампа, была мусорка, из которой башенкой поднималась стопка из стаканчиков из-под кофе и обертки от шоколада. Комната сама по себе была не большой. Напротив двери, в центре стоял журнальный столик, именуемый Сёкеем подножным. Справа от него стоял диван, а сзади него стояли шкафы. Слева от столика стояли два кресла, в тон дивану. Позади них, на стене висела доска с разными фото, вырезками и бумагами. Она всегда казалась Виктории сошедшей из какого-нибудь клишированного фильма про детективов. Прямо от столика стоял его старший собрат. Далее было окно, чаще всего закрытое жалюзи от солнца. Погруженная в свои мысли, Виктория не сразу поняла, что к ней обращаются. - Вик, ты чего-то хотела? - Да. Вам просили передать, что скоро должна приехать какая-то важная шишка из главного офиса. В помощь или что-то типо того. - Кто не сказали? – брюнет предполагал, что это должно было рано или поздно случиться. Скоро у них заберут это дело. Он надеялся, что сможет остаться хотя бы как консультант по этому расследованию. - Нет. - Ясно. Я пожалуй пойду потрясу медиков, может они что нового нашли. Вчера было повторное вскрытие последней жертвы, – это был ответ на вопросительный взгляд блондинки. - Мне тоже в ту сторону надо, - родственники пошли к выходу. - Все же, подумай над отпуском. Тебе стоит отдохнуть, - Бросил Сёкей, выходя за дверь. Он переживал за друга. - Я... Я подумаю, - Азура хотел довести дело как можно быстрее до конца, чтобы не было больше жертв, чтобы его больше не мучили кошмары. Чтобы он мог отдохнуть. Помимо дела Ангела, были еще несколько дел, которые не требовали отлагательств. Детектив не верил в паранормальную чепуху, но за несколько дней было найдено с десяток трупов, в разных местах города. Все они были найдены в своих домах. Но следов взлома или борьбы не было. Так же, поскольку несколько человек было убито в противоположных частях города практически одновременно, можно было сделать вывод, что действовало несколько человек. Самое странное заключалось в смерти этих людей. Они были обескровлены. Как будто постарались вампиры или еще какие гады. На телах найдены только не большие следы от зубов и очень длинными клыками. Через несколько часов писанины, в кабинете зазвонил телефон. Новый труп. Опять «вампиры».