созвездия

Моргана прячется за толстым стволом древнего дуба и боится лишний раз вздохнуть — если Кейл её тут увидит, то будет в ярости. Им вчера стукнуло десять. Папа испёк пирог, Моргана помогала собирать ягоды для начинки — утром украдкой сбежала из дома, чтобы набрать самые свежие; даже коленку разбила, когда ноги увязли в высоком бурьяне. Брусника и костяника — для силы духа (для Кейл, конечно же), ежевика — для мудрости, для самой Морганы. Кейл рассекает заросли крапивы, уверенно машет деревянным мечом, который они вместе выкрали из казармы — отец страшно расстроится, если узнает. Тяжёлые светлые косы мешают, Кейл злится и недовольно отбрасывает их за спину. Моргана неосознанно проходится пальцами по своим волосам, таким же густым, как у сестры, но цвета вороньего крыла. Кейл вдруг останавливается, тяжело дыша. — Можешь не прятаться, я тебя вижу. Моргане ужасно стыдно становится, и она робко выступает из-за ствола, потупив взгляд. Теперь сестра точно обидится, бросит её и опять убежит играть к соседским мальчишкам, а Моргана… Но Кейл вдруг смеётся и обнимает сестру, сдавливая грудь так, что Моргане становится совсем невозможно дышать. — Попробуй ты, — и суёт рукоять меча ей в руки. Моргана дрожащими от волнения ладонями вцепляется в древко и делает неловкий замах. Поворачивается к Кейл, видит широкую улыбку и одобрение в золоте глаз; вновь рассекает воздух, но уже увереннее, правильнее, чуть ближе к тому, как мечом машут солдаты, за тренировками которых они иногда наблюдают. И ещё замах. И ещё один следом. Кейл сильная, сильнее неё, и поэтому Моргана должна её защитить. Она не будет бояться того, что скрыто в лесной чаще. Она вообще ничего не будет бояться.