Нежданный гость

Всю следующую неделю Гарри провел в своей комнате, ожидая ответа. Оно так и не пришло. Прошло еще несколько дней, прежде чем Букля вернулась, но в клюве у нее не было письма. - Почему он не может просто сказать мне что-нибудь?! - пробормотал Гарри, пиная свой стол, уже сытый всем этим. Острая боль пронзила его ногу. Гарри выругался себе под нос, схватившись за пульсирующую ногу. - Я просто хочу знать, что происходит! Я просто ... я просто хочу знать правду! - он сплюнул сквозь стиснутые зубы. Гарри ненавидел это чувство. Потому что он слишком хорошо его знал. Это было то же самое чувство, что и прошлым летом, чувство, что его намеренно держат в неведении...для его же собственной защиты. Собственной защиты...сколько раз он слышал эти слова? На самом деле они имеют в виду, что не доверяют ему правду. Он вел себя так, словно не был достаточно силен, чтобы справиться с этим. Разве сам Дамблдор не скрывал правду о том, почему Волан-де-Морт хотел убить его все эти годы? Почему Волан-де-Морт все еще хотел его смерти? Пророчество прозвучало в его голове. Если бы Дамблдор просто сказал ему раньше, чем…Гарри перестал себе лгать, он знал, что говорит. Нет, Дамблдор ... он был прав. Гарри был рад, что не узнал этой правды раньше. Он много думал о своем разговоре с Дамблдором в конце прошлого семестра. Да, вначале он был в ярости. Смерть Сириуса тогда еще была свежа в его памяти. За лето, трудясь во дворах соседей, ощутимый гнев уменьшился. Теперь он понял. Ибо то, что он чувствовал сейчас...знание пророчества...часто было слишком невыносимо. Он был благодарен за эти пять лет в Хогвартсе без...такого веса на нем. Гарри глубоко вздохнул и посмотрел на часы. Часы показывали 12:04. Официально ему было шестнадцать. Гарри пробормотал про себя "С Днем Рождения", прежде чем выключить свет и лечь спать. День рождения Гарри прошел так же, как и множество других дней. Миссис Луксор, довольно полная женщина средних лет, жившая на углу, через улицу, попросила его поработать в ее дорогом Розовом саду. Недавно растянув лодыжку, она уселась на кушетку у открытого окна. Подходящее место, чтобы следить за работой Гарри. - Не забудь подрезать только коричневые, - донесся из дома пронзительный голос Миссис Луксор, - И равномерно распределить почву! Гарри поднял голову и помахал рукой в знак того, что услышал ее...снова. Она постоянно напоминала ему, чтобы он "равномерно распределял почву". Гарри поклялся, что если она скажет это еще раз, он не будет отвечать за то, что произошло. Глубоко вздохнув, он сдвинул землю под розовыми кустами, разбрасывая ее вправо, а затем влево. Земляной запах заполнил его нос, заставляя его дергаться. Его руки в перчатках похлопали по ровному и гладкому участку почвы. Оглянувшись и увидев, что Миссис Луксор занята телепередачей, он слегка улыбнулся. Одним пальцем в перчатке Гарри нарисовал контур торта. Сверху он добавил шестнадцать свечей. - С Днем рождения, - прошептал он себе под нос, прежде чем задуть собственные фальшивые свечи. Усмехнувшись про себя, он снова почувствовал на себе взгляд Миссис Луксор через переднее окно. Вытирая пот со лба, он принялся, как мог, чтобы подрезать коричневые розы. Сегодня был самый жаркий день за все лето. Несмотря на приближение полудня, жара уже стояла невыносимая. Миссис Луксор, однако, было довольно прохладно, когда она сделала глоток розового лимонада из своего прозрачного хрустального бокала, электрический вентилятор был стратегически расположен прямо перед ней. Она еще не предложила ему выпить чего-нибудь прохладного. Гарри определенно мечтал об этом, о чем угодно, лишь бы утолить жажду. Ему нужен был перерыв. Его спина и колени уже пульсировали от того, что он весь день горбился. Когда Гарри снова посмотрел вниз, на нетронутые белые розовые кусты, на него упала неожиданная тень, дав ему короткую передышку от постоянных солнечных лучей. Подняв глаза, чтобы понять причину, он с удивлением обнаружил девушку, стоящую по другую сторону забора. Она выглядела примерно его возраста, может быть, на год или два старше. Гарри слегка покраснел, осознав, что смотрит. И не только потому, что она была довольно хорошенькой. Дело было не только в этом...в ней было что-то...странно знакомое. Он предположил, что видел ее где-то поблизости, но быстро отбросил эту мысль. Гарри знал, что никогда не видел ее раньше. - О, привет. - она заговорила с мягкой, но неожиданно удивленной улыбкой. Гарри почувствовал, как в животе у него завязался узел. - Э-э, привет. - Гарри ответил быстро. Он чувствовал себя идиотом, стоя там и глядя на нее, грязь и земля покрывали половину его тела. Должно быть, он выглядит нелепо. - Она, кажется, доставляет тебе неприятности? - темно-карие глаза девушки снова посмотрели на приоткрытое окно парадного крыльца, откуда за ними наблюдала Миссис Луксор. - Я не могла не подслушать, когда проходила мимо. - Поверьте мне, я имел дело и с худшим. Миссис Луксор просто придирчива к почве вокруг своих роз. - Гарри не мог не улыбнуться, когда она перевела взгляд с него на розовые кусты, за которыми он ухаживал. - Они прелестны. - она говорила, наклонившись, вдыхая сладкий аромат, ее волнистые волосы цвета красного дерева слегка падали на лицо. - Я никогда раньше не видела таких роз. - Вероятно, на пять баллов. - сказал Гарри, кивнув в ответ Миссис Луксор. - Похоже, ты отделяешь плохие от хороших. - прокомментировала она, когда ее глаза скользнули мимо него к кучке средних размеров бутонов роз с коричневыми верхушками. - Очевидно, только чистые подходят. - Гарри сделал глубокий вдох и снова окинул ее взглядом. Она не оглянулась на него, ее глаза все еще были прикованы к небольшой кучке коричневых роз. - Похоже, ты сделал поспешное суждение об одной из них, - ее голос казался почти обеспокоенным, когда она указала через кусты на кучу на земле рядом с ним. Гарри точно знал, что он срезал только коричневые. Однако при дальнейшем рассмотрении она оказалась права. Там, прямо на вершине, лежала одна из самых, если не самая, нетронутых белых роз. Ее лепестки почти сверкают на летнем солнце. Он не помнил, как разрезал эту. Когда он совершил ошибку? Он быстро сделал шаг вправо, загораживая Миссис Луксор вид из окна. - Если она увидит ... - Гарри поймал взгляд девушки и быстро улыбнулся. Казалось, она наслаждалась его внезапным поражением. Гарри тоже не смог сдержать улыбки. Наклонившись, он вытащил белый цветок из кучи отбросов. - Вот, - он протянул розу над кустами и забором, убедившись, что его тело заслоняет поле зрения Миссис Луксор. - Скрываю улики. - Это просто показывает тебе, - сказала она, когда ее пальцы схватили розу из его протянутой руки, - Что ты никогда не должен слишком поспешно судить. Улыбка расплылась на ее добром лице, когда она положила цветок в маленькую сумочку, висевшую у нее на плече. Несколько секунд никто из них не произносил ни слова; только тогда Гарри понял, что так и не представился. - Я Гарри, кстати, Гарри Поттер. Летом я живу здесь, в доме номер четыре. Всего несколько домов на другой улице. Гарри снял одну из своих рабочих перчаток и протянул руку в знак приветствия. Он удивился, когда она не пожала ее. Она лишь мельком взглянула на его руку и снова на крыльцо. - Только летом? - Ну, да. Я посещаю…ну, а в остальное время я хожу в школу-интернат. - Звучит неплохо. Меня...учили дома. - Эмили говорила довольно неуверенно. По ее лицу пробежала тень. -Я не уверена, что она одобряет мое вмешательство в твою работу. - Эмили перевела взгляд через плечо Гарри на любопытную фигуру Миссис Луксор, выглядывающую из окна парадного крыльца. - Все будет в порядке, хотя ее лай хуже, чем укус. Кроме того, у меня не было перерыва весь день. - Даже в свой день рождения? - Откуда...откуда ты это знаешь? - Гарри не сводил глаз с ее фигуры. Его губы сжались, пока разум искал ответ. - Рисунок. - быстро пробормотала девушка, указывая пальцем на рисунок в грязи. - Я подумала, что ты не будешь рисовать торты со свечами в грязи, если только это не твой день рождения...или, с другой стороны, ты можешь просто очень любить торты на день рождения. - Всегда есть такой вывод. - Гарри рассмеялся. Это было приятно. Впервые за все лето он по-настоящему наслаждался своим пребыванием здесь. - Ну, с днем рождения, Гарри. - сказала она с улыбкой, заправляя за ухо прядь волос цвета красного дерева. - Твой возраст… - она еще раз взглянула на рисунок. - Шестнадцать. - ответил он, заметив, что она пытается сосчитать самодельные свечи. - Ты кажешься старше. - она что-то пробормотала скорее себе под нос, чем ему. - Неужели? Услышав его вопрос, она просто посмотрела на него и кивнула. Гарри почувствовал, что краснеет без всякой видимой причины. Он быстро вытер лоб тыльной стороной ладони, как будто это могло скрыть его. - Так, э-э, ты новенькая? - Новенькая? - спросила она, снова найдя его взгляд. - По соседству. Я тебя раньше не видел. Гарри увидел, как легкая улыбка появилась на ее розовых губах. Это была еще одна реакция, которую он не мог понять. Он знал, что не сказал ничего смешного. Он не знал, что заставило его сделать это, но прежде чем он успел подумать об этом слишком много, он поймал себя на том, что спрашивает. - Я…Я закончу через несколько часов. - Гарри потер затылок, слегка улыбаясь. - Я могу…Если хочешь, я могу тебе все показать. Тут всего немного, но через пару улиц есть кафе. - Это очень...очень мило с твоей стороны, Гарри, но я...мне, наверное, пора. Я ... честно говоря, просто проходила мимо. - Пойдем, будет весело. - Гарри не знал почему, но он не хотел, чтобы она уходила. Приятно было поговорить с человеком, который, честно говоря, понятия не имел, кто он такой. - Кроме того, сегодня мой день рождения. - Я действительно должна... - она на секунду оглянулась через плечо, прежде чем снова посмотреть на него. Гарри посмотрел мимо нее, как будто хотел увидеть, на что она смотрит, но там ничего не было. - Ну, раз уж сегодня твой день рождения. - Отлично! - Гарри тут же пожалел, что так откровенно проявил свой энтузиазм. Он коротко улыбнулся и провел рукой по растрепанным волосам, не зная, что еще можно сделать. - Встретимся там, в парке, часов в пять? - Гарри указал на небольшой парк на другой стороне улицы, где находилась детская площадка. - Хорошо, до...До встречи. - девушка улыбнулась ему, снова заправляя за ухо прядь темно-каштановых волос. - До встречи. - Гарри кивнул, когда она помахала ему на прощание и медленно пошла дальше по тротуару. Он смотрел, пока ее фигура не скрылась за поворотом дороги, чувствуя себя немного ошеломленным и несколько ошеломленным ею. - Эй! - Гарри, к собственному удивлению, поймал себя на том, что не знает ее имени. - Ты не говорила мне своего имени. - его крик эхом разнесся вдалеке, но было уже слишком поздно. Она исчезла. Гарри целый час ждал ее в парке, но она так и не пришла. Родители с детьми приходили и уходили, в конце концов возвращаясь домой, чтобы приготовить ужин, предположил он. Все это время Гарри ждал. Он даже спустился в кафе через несколько улиц, думая, что она, возможно, неправильно поняла его. И все же ее там не было. Сдавшись, он направился обратно к Дурслям, солнце как раз садилось за крыши домов, выстроившихся вдоль Бирючиновой аллеи. Он тяжело вздохнул. Он чувствовал себя так, словно в его желудке застрял тяжелый камень. Почему она не пришла? Это был довольно ужасный день рождения, ворчал он себе под нос, поднимаясь по дорожке перед домом номер четыре. Гарри видел, как его тетя и дядя сидят в своих креслах в гостиной, а голубоватый свет от телевизора проникает сквозь занавески на окнах. - Прямо там, где я вас оставил, - пробормотал Гарри себе под нос. Никто не заговорил с ним и не пожелал ему счастливого дня рождения, когда он отправился на кухню, чтобы быстро приготовить ужин. Гарри был более чем готов провести остаток дня рождения в одиночестве в своей комнате. С бутербродом в руке он поднялся по лестнице в свою спальню. Букля стояла, взгромоздившись на его стол, и ее крик дал ему понять, что на его кровати лежат пакеты. - Спасибо! - Гарри радостно улыбнулся, поглаживая ее по голове, давая ей кусочек своего хлеба в качестве угощения, может быть, этот день рождения был не так уж и плох. Гарри вскрыл письмо. В нём было следующее: Гарри, С Днем Рождения! Мы обещаем устроить большую вечеринку, когда увидим тебя! Я подслушала, как Мистер и Миссис Уизли обсуждали твое возвращение, так что это должно быть скоро! С Днем Рождения, Гермиона и Рон. - Скоро. - Гарри вздохнул, глядя на Буклю. - А когда скоро? Взглянув на самый большой пакет, он заметил, что он был от Гермионы и Рона. Порывшись в нем, он нашел две новые книги по стратегии защиты от темных искусств, без сомнения, подаренные Гермионой, в то время как большая коробка шоколадных лягушек, как он понял, была от Рона. Он не смог удержаться от смеха, когда заметил, что некоторые из них пропали. Гарри взглянул на второй нераспечатанный пакет, на записку, написанную простым изящным почерком, которого он никогда раньше не видел. Надпись гласила: Я думаю, что тебе это понравится. Позаботься об этом как следует. Подписи не было. В последний раз, когда он получил такой пакет, это была "Молния", которую Сириус подарил ему. Гарри снова почувствовал это, быстро осознав, что Сириус мертв, и он не вернется. Если Гарри хорошенько подумает, он почти убедит себя, что Сириус находится за завесой. Со временем он найдет способ вернуть его. И все же через некоторое время он был бы вынужден вспомнить правду. Сириус был мертв, и надежда на жизнь, которую он ему обещал, на возможность быть вместе, как семья, исчезла. Гарри медленно развернул простую коричневую бумажную упаковку и обнаружил старую потрепанную книгу в черном кожаном переплете. На обложке не было ни названия, ни каких-либо надписей. Гарри пролистал его, ожидая увидеть пустой дневник, но ничто не могло подготовить его к тому, что он увидел на этих смятых страницах...фотографии его родителей. Страница за страницей фотографии, которых он никогда раньше не видел. Каждая фотография содержала подпись, дату и место, где были сделаны фотографии. Пальцы Гарри задели одну из фотографий. Снимок был сделан на переднем дворе Хогвартса. Сириус игриво повалил его отца Джеймса на землю, и оба смеялись друг над другом. Его мать, Лили, сидела на краю фонтана, обхватив руками книгу, и улыбалась, глядя на них. Фотографии, запечатленные в книге, были простыми. Легкие, беззаботные дни в Хогвартсе, времена, когда его родители и их друзья околачивались в замке или в Хогсмиде. Он узнал Римуса и Питера Петтигрю. Даже Мистер и Миссис Уизли были пойманы на фоне нескольких в общей комнате Гриффиндора. Других одноклассников и профессоров он не узнавал. Гарри глубоко вздохнул. Именно этого он и хотел…то, что ему нужно было увидеть. Гарри перевернул еще одну страницу. Его родители, улыбаясь, сидели под большим деревом у Черного озера. По другую сторону от них сидела еще одна пара. Гарри сразу заметил Сириуса. Он выглядел очень красивым и самодовольным, его руки обвились вокруг девушки перед ним. Его лицо было близко к ее уху, словно он шептал ей какую-то тайну. Лицо девушки осветилось яркой улыбкой. Как будто то, что сказал Сириус, заставило ее рассмеяться. У нее были волосы цвета воронова крыла и пронзительные голубые глаза. Ее школьная мантия была слегка изорвана, герб Гриффиндора выцвел на ней, как будто она была очень старой. На толстом ремешке у нее на шее болтался старый фотоаппарат. Ошибиться в ней было невозможно. Это была Элизабет. Она была настоящей! Доказательство смотрело на него снизу вверх, альбом выпал из его рук на пол у его ног. Гарри вспомнил слова Волан-де-Морта: "Я прекрасно знаю, чем ты занималась в этой школе. Дружила с грязнокровками и предателями". Волан-де-Морт имел в виду родителей Гарри и Сириуса. Гарри не знал, как долго он простоял так, его мысли метались в голове. Он был рад видеть своих родителей счастливыми, видеть Сириуса счастливее, чем он когда-либо видел его, но все это бледнело по сравнению с тем фактом, что Элизабет Реддл, дочь Лорда Волан-де-Морта, была подругой Сириуса и родителей Гарри. Была ли она, как и Питер Петтигрю, причастна к их смерти? Еще одно воспоминание быстро приходило ему в голову, но оно было не его...оно принадлежало Северусу Снейпу. Элизабет была одной из девушек в Большом зале. Он помнил ее! Она сидела рядом с его мамой. Гарри наклонился, чтобы поднять альбом, но заметил на обороте незакрепленную фотографию. Он медленно вынул ее из альбома. Гарри тут же заметил своих родителей. Они были чуть постарше, и, к его удивлению, он был рядом с ними. Перед ним стоял ярко раскрашенный торт со сверкающей свечой с номером один. Там были Сириус и Элизабет. Они стояли рядом с его родителями ... держа на руках еще одного ребенка. Гарри перевернул фотографию и быстро прочитал надпись на обратной стороне. Очень аккуратным почерком было написано: 31 июля: 1-й день рождения Гарри Джеймс, Лили и Гарри (1 год) Сириус, Лиззи и Эмили (10 мес.) Гарри оцепенел. Он не мог ни думать, ни говорить, ни двигаться. После всего того времени, что они провели вместе, почему Сириус не сказал ему, что у него есть дочь? Почему ни Римус, ни кто-либо другой никогда не говорили ему об этом? Что случилось с ней...то есть с ними? Теперь больше, чем когда-либо, он хотел правды, всей правды. Положив альбом и единственную фотографию на кровать, Гарри порылся в сундуке, пока не нашел кусок пергамента и перо. Он написал два письма с одним и тем же содержанием: Что случилось с Элизабет и Эмили? Почему ты или Сириус никогда не говорили мне? Я хочу знать правду. Сейчас. Гарри. - Отнеси это снова Римусу, а другое - непосредственно Дамблдору. Не возвращайся, пока не напишут ответ! - Гарри отдал письма Букле. Она издала легкий взволнованный крик, прежде чем улететь в ночь. Гарри стоял у окна и смотрел на свою сову, пока она не скрылась за облаками. В его голове снова и снова проносилась одна и та же мысль…У Сириуса была дочь?