Мухоморный приход автора

Александр Смирнов (Крюгер)

27 лет

— Ты где это старьё достал?. — С этим вопросом меня встретил снабженец, когда я спустился к нему в землянку. Пожилой мужчина лет семидесяти сидел за туристическим столиком, почитывая газету при свете керосиновой лампы. По всей видимости, он заметил мою винтовку. — Выменял. — Ответил я, оглядывая полки с разным барахлом. — Понятно. — Проговорил он, утратив ко мне всякий интерес. — Патроны 7,62×54. — Проговорил я, вспомнив про то, что у меня с ними конкретная напряжёнка. — Нет, нету. — Как же так нету? — Вот так и нету. Расстреляли. — Подполковник отдал приказ о содействии. — А мне-то что с этого? Ну нет у меня патронов 7.62! Как ты понять-то не можешь? — Может, обратиться к Подполковнику. Устроит он у тебя здесь ревизию. Снабженец после моих слов как-то скис, поднялся из-за столика и побрёл по направлению к одному из стеллажей. — Вот. — Выставил он на столик цинк оболочечных патрон. — А спец. боеприпасы есть? — Слушай, я ведь вообще могу тебе ничего не дать. — Его глаза опасно сверкнули. Молча стянув с плеч рюкзак под опасливым взглядом снабженца, порылся в нём и с победным видом извлёк стеклянную бутылку с содержимым, переливающимся тёмным янтарным отблеском под светом лампы. Снабженец шумно сглотнул и обратился ко мне хриплым голосом. — С этого и надо было начинать разговор. — Взяв бутылку дорогого коньяка, тот поставил его на стол, и молнией метнулся к одному из стеллажей. Через минуту на столике покоились три цинка. — Бронебойно-зажигательные с вольфрамовым сердечником, для бесшумной стрельбы и МДЗ. — Пояснил он. — Гранаты. — Потребовал я. На столе оказалось пяток «Лимонок». — Спасибо. — Я сгрёб в рюкзак цинки с гранатами и вышел вон из блиндажа. У поваров достал еды на пять дней, пополнил воду. — А, вот ты где. — Послышался голос. Обернувшись, увидел Илью. — Давай, собирайся, через три минуты выходим. — Вдвоём? — Нет, Подпол выделил четверых. — Кто такие? — Охотник — промысловик, два пограничника и десант. — Ладно, двинули. — Проговорил я, заканчивая смазывать мосинский затвор. Познакомился с ребятами. Охотник — промысловик из бурят по имени Баир оказался рослым мужиком лет тридцати с типично монголоидным типом внешности. Десантник Женя в звании Старшего Лейтенанта был высокой, широкоплечей горой мышц неопределенного возраста. Был умён и смекалист. Хорошо разбирался в электрике и знал два языка кроме русского — Английский и Испанский. Два пограничника Антон и Денис были обучены диверсионному делу, имели за плечами две чеченские, а Денис имел и разряд по самбо.       Вышли из лагеря к ночи, направляясь к городу. Начался мелкий дождь. Задул холодный сильный ветер. Через три часа был короткий привал, где все поели и оправились, а после двинулись дальше. К городу подобрались под утро. Как и ожидалось, с прибытием чинов, город окружили плотным кольцом систем ПВО. Причём, были там и наши «С-300». Как говорил Илья, комплексы ПВО не двигались с места долгое время, так что я занёс всё на карту. Так потратили пять часов. Теперь встал вопрос. Куда дальше? Десант предложил идти сразу на восток, охватывая и юг. Идея конечно здравая, но… . Всегда есть «но». И эта «но» — дальность поражения современных систем ПВО. Так что идею отмели. Денис и Антон, имевшие за плечами опыт разведовательной деятельности, предложили идти от города кругами, увеличивая радиус поиска. Идею подхватили, и так и пошли. Кроме обнаружения мест расположения систем ПВО, наведывались на склады ГСМ и склады боеприпасов. В каждом встреченном объекте своего часа ждало минимум 7 кило пластида с радиовзрывателями. Антенны приёмников выводили на неприметное дерево поблизости. Поближе узнал новых членов отряда. Мелкие кусочки свинца, одетые в латунные рубашки вспарывали воздух с низким свистом, издавая гул и рокот, с треском срезая ветки кустарников и с высоким чавканьем впивались в землю, разбрасывая её фонтанчиками. Чутка приподняв голову, оценил обстановку. На горизонте то и дело маячили фигурки людей, искажаемые призмой разогретого воздуха. В направлении на «час» активно догорала коробочка «Bradley», испуская густой столб чёрного дыма. Вторая коробочка на 11 часов стояла на месте, вертя башней и испуская снаряд за снарядом из своей автопушки. На грунтовой дороге испускали столбы дыма три грузовика и один MRAP. Уловив движение возле ведущего катка по правый борт (так-так машина была развёрнута ко мне левым), прильнул к прицелу на навёл её на БМП. То и дело из-за направляющего показывалась голова, облачённая в танковый шлем американского образца. Подняв затвор и отведя его назад, поднял вылетевший патрон и посмотрел на его носик. Мгновенного действия зажигательный патрон поигрывал тусклым бликом. Вставив его в патронник, задвинул затвор и опустив его, взялся за ложе. Качаясь взад-вперёд словно метроном, механник-водитель работал ключом, натягивая сбитую гусеницу. Жаль, что я его не заметил так рано, а то он уже и траки поменять успел. Не думал, что под таким плотным огнём сразу двух ПКМ-ов хоть кто-то выйдет из машины. Прибывшие на звуки стрельбы люди из трёх патрулей, человек тридцать, активно помогали нам огнём, часто меняя позиции, мешая прицеливанию пулемётчиков и клятого наводчика. Положив палец на спусковой крючок, уже выжал свободный ход. Я понял сколько времени он тратит, высовываясь из-за катка, замирая и снова возвращаясь назад. Наверное, этот выстрел станет моим самым лучшим. Как никак, дистанция 458 метров. Учтя восходящие потоки тёплого воздуха и порывистый ветер, дождался пока тот замрёт и совершил выстрел. Но вместо облака крови и обмякшего тела, я увидел только то, как мехвод безмятежно отводит тело назад, чтобы совершить рывок вперёд. Передёрнув затвор, дождался пока он высунется из-за катка и снова выстрелил. Тот даже не обратил внимания на то, что прямо под его головой взметнулась земля. Поиграв желваками, передёрнул затвор и выстрелил. Пуля угодила в край двери десантного отделения, вспыхнув огненным шаром. На это он тоже не обратил внимания, продолжая натягивать гусеницу. Сплюнув на землю, передёрнул затвор. Подкрутив барабанчик вертикальной наводки на одно деление, взялся за ложе и немного приподнял ствол винтовки. Медленно выдохнув, задержал дыхание. Поймал промежуток между ударами сердца. Пульс около 75-и ударов в минуту. В голове звенящая пустота. Медленно сдавил свободный спуск, дождавшись пока тот высунется из-за ведущего катка. Выстрел был резким, хлёстким, как удар хлыстом. Стальной затыльник приклада больно впился в голое плечо. Будет синяк. Тот наверное даже и боли почувствовать не успел, как пуля вошла ему прямо в височную кость. Вокруг ровной дырочки образовалось облако кровавого аэрозоля, оседая на многострадальную гусеницу густым слоем. С другой стороны наверняка отверстие размером с фалангу большого пальца. Тот как будто потерял опору и рухнул на землю, уткнувшись лицом в сухую траву. Завалившись на левый бок, он начал мелко вздрагивать, без всякого порядка сокращая мышцы ног и рук. Протерев глаз, порыскал прицелом на поле. Внимание привлекло облако пыли, поднимающееся меж двух валунов. Наведясь прямо в середину этого облака, выстрелил. Пулемётчик переключился на меня и уже через мгновение я вжимался в тёплый дёрн. Пули выли, отскакивая от земли и рикошетом уходя в небо. Воздух загудел от плотного огня, сгустился, нагрелся. Одно из самых страшных мгновений, что можно было бы себе представить. Продолжалось это долго, пока я внезапно я осознал что он больше не ведёт огонь. Выпрямив винтовку, прильнул к прицелу и посмотрел в расщелину меж двух булыжников. Облако пыли снесло в сторону ветром и я увидел стрелка. Пулемётчик лежал, запрокинув руку на пулемёт, подёргиваясь в предсмертных конвульсиях. Не знаю кто из наших это сделал, но большое спасибо ему. — Додавим их ребята! Ну!. — Послышался громкий крик откуда-то сзади. Крик придал энтузиазма и следующим действием я пристрелил амера, приставшего на локте и держащего в вытянутой руке предположительно гранату. Пуля поразила его куда-то в шею над ключицей, от чего граната выпала из его руки. В следующую секунду над его телом, которого я не видел из-за складок рельефа, начало образовываться густое облако белого дыма. Дым начало относить в нашу сторону поднявшимся ветром. — Надеть про… , блять, газы! Чуть ли не отбросив винтовку, потянулся рукой к противогазной сумке на боку. Открыв её, вытащил МАГ, скинул с головы каску и натянул противогаз на морду. Сразу стало душно. Лицо вспотело мигом. Нахлобучив шлем обратно на голову, взял винтовку в руки и начал перекатываться вправо. В голову само собой пришёл шашлык, от чего меня чуть не вывернуло наизнанку. Воспоминание было ещё свежо. Открыв затвор винтовки, из подсумка на портупее достал пяток оболочечных и зарядил в винтовку. Облако тем временем добралось до нас, полностью перекрыв обзор. Плохо, очень плохо. Взявшись за ремень ближе к передней антабке, пополз по пластунски в бок, уходя из облака. Амеры начали отступать. Отчаяный наводчик уже просто бил в облако дыма из башенного пулемёта, прикрывая отход сослуживцев. Под плотным огнём что с их, что и с нашей стороны я полз к БМП, боясь поднять голову. Невольно глянул на часы. «19:35». — Подумал я. — «Главное уйти, пока амеры вертушек не прислали».       Подобраться к «Bradley» было не сказать что легко, но и невыполнимой задачей это не было. Когда я подполз к ней на метров двадцать пять, вытащил из инвентаря две РКГ-3. Отложив винтовку, взял кумулятивную гранату поудобнее за рукоять, придерживая пальцами предохранительную скобу. Вырвав чеку, привстал на колени и максимально отведя руку за плечо, швырнул гранату прямо в борт машине. Не успел раскрыться стабилизирующий парашют, как я уже замахнулся второй гранатой. Ударившись плоским донцем в броневую сталь борта, первая граната с глухим хлопком разорвалась, образовав облако дыма, которое заволокло машину. Пулемёт заглох. Вторая граната влетела наверное в то же место. Не став особо долго думать, взял из рюкзака бутылку с зажигательной смесью. Подпалив ткань зажигалкой, метнул её в маску орудия. Огнесмесь наверняка залепила прицел и тепловизор. Оксид магния в смеси с оксидом железа и дизелем с керосином дал такой жар и такой густой чёрный дым, что даже на такой дистанции находиться было невозможно. Не смотря на жар и дым, я остался на месте. Напала сильнейшая усталость. Как только пулемёт заглох, наши перешли в контратаку, добивая остатки американцев.       Подхватив меня под руки, Женя оттащил меня в какую-то канаву. Грязная тельняшка выглядывала из растёгнутого на груди кителя. — Молодец ты, Саня! Молодец!. — Тот чуть ли не сдавил меня в обьятиях. В канаву следом спрыгнул Баир уже без противогаза и сразу открыл огонь из своего Ланкастера. Стянув с меня противогаз, Женёк вручил мне мою винтовку, а сам подхватив РПК с коллиматором, бросился вперёд, окрылённый маленькой победой. Правильно, надо радоваться даже самым незначительным вещам, а иначе просто сойдёшь с ума. Над полем пронеслось дружное: «Ура!». Безостановочно, почти на расплав ствола били два ПКМ-а. Мелко стрекотали автоматы, разрывались с глухими хлопками ручные гранаты. Отдышавшись, взял винтовку в руки и начал вместе с Баиром отстреливать особо ретивых противников.

Итого

По результатам обследования области, было обнаружено 15 комплексов Противо Воздушной Обороны.

Среди них 6 комплексов российского производства «С-400»

— Молодцы. — Проговорил Подполковник, внимательно рассмотрев карту с помеченными кружками местами расположения ЗРК и ЗПРК. — От лица командования партизанского отряда «Красный Октябрь», выражаю благодарность вашей группе. — Служу Российской Федерации. — Хором ответили мы, чувствуя явное облегчение. Всё же без передряги никак. Убили американского майора с его свитой, когда забрались на склад ГСМ. Тот, видать, заявился с проверкой и явно не ожидал, как посередине разговора с местным прапорщиком, ему прилетит под ноги осколочная граната Ф-1. Тот тупо уставился на покачивающееся чугунное яйцо меж своих ног, в то время как прапорщик уже гигантскими прыжками направлялся к груде щебня, вылявшейся в пятнадцати метрах от пожарного щита. Граната рванула так, что майора подбросило на высоту в три метра, чуть не закинув на навес, под которым, будучи разлитым по бочкам, находился дизель. Прапорщику тоже досталось и тот катался по брусчатке, держась за посечённые осколками ноги. Там и свита и охрана склада переполошились, но бравый десант и Денис перестреляли их всех, даже не оставив раненных. Потом начался разбор полетов, но так-как причиной всего был не я, удалился мародёрить.       Отсканировав принтером карту, её электронную форму переправили к командованию, а там, возможно, и до самого верховного дойдёт. Кому как, а свободным временем я никогда не пренебрегал. Вот сейчас я с помощью бруска правлю свой Протоитовый нож. За время эксплуатации он конкретно затупился до такого состояния, что им даже ничего не порежешь. Сдувая образовавшуюся от абразивного камня пыль, я медленно двигал нож к себе, постоянно проверяя степень заточки. Закончив затачивать нож, обтёр руки тряпкой и принялся за осмотр своего имущества. Комбинезон изрядно изношен, даже есть несколько разрывов на боках и на коленях. Ремень поди скоро порвётся, вон, уже нитки видны. Набедренная сумка порвалась на днище, сколько ты её не зашивай. Берцы просят каши. Кстати, надо сходить к каптёру. Может, вытрясу у него новое снаряжение. Почесав уже начавшую рости бородку, недовольно поморщился. Надо ещё и побриться. Только вернулись в лагерь, а уже столько дел! Ладно, бритиё откладывается. Надо идти к каптёру — снабженцу.       Землянка Павла Ильича встретила меня душистым ароматом трав, исходящих из чайника, стоящего на газовой плите. Каптёр сидел также за своим столиком, мелкими глотками попивая душистый напиток. Завидев меня, он улыбнулся и сделал приглашающий жест.