Мухоморный приход автора

      Холод. Холод обжёг меня в тот момент, когда я выплыл из синей сферы портала. Пройдя пару шагов, остановился и рухнул на колени. Под наколенниками хрустнули, разъезжаясь в стороны, гильзы. В голове раз за разом крутился момент когда в свете прожекторов появилось оно. Владыка морей. Никак не укладывалось в моём сознании что может существовать что-то настолько большое. И настолько страшное...       С самого начала моего "попаданчества" я примерно осознавал что мне придётся сталкиваться с трудностями, встречать самых разнообразных противников. Но чтобы такое. Нет, я не хочу больше такого.       Холод медленно сковывал мышцы. Закрыв глаза, я обхватил ладонями лицо и с силой растёр. Добился только того, что размазал налипшую грязь ещё сильнее. «Точно, парни не должны увидеть» - Подумал я. Из инвентаря появилась бутылка с водой. Поливая голову я размышлял над происходящим со мной. Зачем я это делаю? Ради чего? Почему меня тянет в другие миры?       Пришёл я к тому, что это есть моя природа. Взять то стремление попасть в портал как можно скорее. Это и есть моё предназначение? Наверное да. А зачем мне это нужно? Не знаю. Как же это мне надоело. Вот закончится вся эта вакханалия - заживу спокойной жизнью. Может даже пару найду. Эх, как же хочется ласки иногда.       Вытерся насухо полотенцем, переоделся, да и спустился с чердака. Было тихо. Дул ветер, шёл снег, гремел где-то оторванный лист металлопрофиля. Был тот же вечер. Я зашагал про хрустящей снежной поро́шке, глубже натягивая капюшон куртки. Вошёл в дом, отряхнул ноги, прошёл к подвалу, спустился, снял куртку, нашёл свой спальник, закутался в него, подложил свёрнутую куртку под голову и заснул. Быстро и без посторонних мыслей.       В глубокой дрёме, в короткий момент перед пробуждением слышал я голоса парней, что-то обсуждающих. - Саня, ты есть будешь?. - Спросил меня негромко, судя по всему, Филимон. Я ощущал его присутствие в непосредственной близости от меня, даже можно сказать что он нависал надо мной. - Угу. - Угукнул я тихо и перевернулся на другой бок. Было тепло, потрескивала тихо буржуйка. Кто-то что-то сказал, Филимон отошёл от меня, а я снова попытался уснуть. Выходило плохо. Дрёма отпускала меня, возвращая в этот ужасный мир. Хотелось лежать ничего не делая. Сил за время сна не прибавилось, зато странная пелена в сознании пропала, что не могло не радовать. Я окончательно проснулся, но открывать глаза пока не стал. Рядом, совсем рядом Лёня и Игнат обсуждали рыбалку. В разговор вклинивался Вася, вкидывая своё экспертное мнение. Кирилл сидел в стороне и занимался какой-то странной фигнёй, я не мог разобрать что он делает. Пахло газом, шумел котелок с водой, тихо, совсем не зло ругался Филимон. В маленьком подвале царила идиллия. Я скосил глаза вниз, на запястье своей левой руки. Стрелки на циферблате наручных часов показывали девять часов. Число было 19-м, а месяц 10-м. Ладно, пора вставать. Лишь через час после пробуждения я заметил отсутствие своего автомата в общей "пирамидке", сложенной в углу. Заметался с его поисками. Сначала в кромешной тьме и снежном крошеве полез на чердак, потом в инвентарь. Автомата нигде не было. - Что делать?. - Прошептал я себе под нос, задумчиво теребя пальцами хлястик с велкро рукава своего бушлата. Голова подсказывала лишь переход от 7.62 на 5.45. Как раз в инвентаре покоился Ак-74. Я достал его, покрутил в руках, отомкнул магазин. «Так, ладно, осталось только тайком сменить магазины в подсумках моего пояса и разгруза.» - Подумал я. Вряд ли они обратят внимание на то, что звук выстрелов сменился. Я вернулся в дом, на ходу скручивая штатный ДТК. В инвентаре покоилась недавно приобретённая "банка" - ДТК закрытого типа, её я и накрутил на резьбу. Банка встала отлично, не пришлось покупать переходник. Штатное дульное устройство я зашвырнул куда подальше. Вскинул на ходу автомат, вложился. Баланс немного изменился, но некритично.       — И где ты это всё отыскиваешь?. - Спросил меня Игнат, вертя мой автомат в руках. Я не стал отвечать, ограничившись неопределённым жестом руки. — Передай пояс. - Обратился я к Кириллу. Он поднял и с места перебросил его мне, не отрываясь от стрижки ногтей. Словив свой пояс, повытаскивал магазины из подсумков. — Пойду раздам. - Проговорил я, заодно прикидывая у кого в роте есть АКМ-ы. — Зайди к Витале, передай ему эту карту, я брал. - Проговорил Вася, копаясь в рюкзаке. Несколько секунд промедления, и небольшая Sd-карта оказалась у меня в руке. — Ага, порнуха!. - Воскликнул я. — Дыа!. - Протянул шутливо Вася, а после добавил. — Музыка там, гляди как обрадовался. — Что кому ещё передать надо? Никто больше не ответил, и я выбрался из подвала с охапкой магазинов в руках. На примете было два человека, которым я мог бы втюхать магазины — Стёпа Косяк и Юра Боков.       Магазины раздал, точнее сменял. Но это ладно, это всегда так. Не отдавать же своё запросто! Отдал и флешку, взамен получил возможность прокачать навык "Слесаря", поработав с его автоматом. Что да как в подробности я вдаваться не буду.       Ближе к обеду со стороны северо-запада началась продолжительная канонада. Что характерно, работали наши стволы. Значит бьём врага! На душе было радостно.       Поздней ночью я заступил на "фишку". Населённый пункт находился недалеко от линии фронта, вполне возможны действия со стороны ДРГ противника. Было лень, не хотелось, но что уж поделать. Под звуки канонады я снаряжал магазины, набивал обоймы патронами. Магазины в подсумки, скреплённые обоймы в сухарную сумку кучкой, горячая еда в рот. Выходили на пост молча, не перекинувшись ни с кем хоть словом.       Фишка была оборудована в полуразвалившемся здании коровника в полукилометре к северо-западу от деревни на ровном, как зеркало, поле, пересечённом лесопосадками. Нагруженные, короткими перебежками от воронки к воронке приближались мы к длинному зданию коровника. Даже за сто метров чувствовался запах навоза, намертво въевшийся в стены этого места. - Ты прикинь, посадки нужны для того, чтобы поля не выветривало ветром, а не для того, чтобы их штурмить. - Неожиданно проговорил Кирилл, когда до пролома в ближней стене оставалось метров 150. - Да ну нахуй. - Ответил я, увлечённо перебирая ногами. - Не знал. Снова с северо-запада и юго-запада зазвучали орудия, мгла осветилась яркими огненными зорями. - Ага. - Выдохнул Кирилл и неожиданно остановился, присев. Я врезался своим шлемом ему в заднюю плиту его плитника, сбив с ног. - Чё такое?. - Понизив голос спросил его. - Кто-то рядом. Я прислушался, но кроме прилётов и выходов ничего не слышал. Тихо перевёл флажок предохранителя на одиночный режим, присел, весь обратился в слух. - Где?. - Спросил я одними губами. - Не могу определить. Приподняв немного голову над краем воронки, перекинул из инвентаря монокуляр в руку и огляделся. Чёрное в экране тепловизора поле, наши ещё горячие следы на припорошенной земле. Никого не было видно и слышно.       Перевернувшись на левый бок, Кирилл открыл клапан застёжки подсумка и вытащил из него радиостанцию, поднёс ко рту и положил пальцы на тангенту чтобы зажать, но остановился. - Что делать будем?. - Спросил меня Кирилл. - Докладывай. - Не отрываясь от обозревания окрестностей ответил я. - Шихта, Шихта. Пятый на связи. Что ответила Шихта я не услышал, ибо радиостанция Кирилла была подключена к его активным наушникам. Жаль, что я посеял свои в данже. - К посту не подошли, подозреваем противника. Убрав тепловизор я спустился на дно воронки, присел на колено в ожидании ответа Шихты. - Отходим. - Произнёс Кирилл. - Э-э, отходим и дожидаемся группы. Я кивнул и переполз к Кириллу, вскидывая автомат и давая ему возможность отойти. Из-за "банки" на стволе автомат непривычно клонило вперёд. Кирилл отошёл, присел контролируя пролом в стене. Следом откатился и я. Так мы и откатывались вплоть до лесопосадки.       Укрывшись за складками местности, но не спуская глаз с здания коровника, мы ожидали группы быстрого реагирования, что наверняка уже выдвинулась к нам на подмогу. - Ты точно что-то слышал?. - Спросил я Кирилла, что сидел в десяти метрах от меня и что-то спокойно жевал. - Да, уверен. Не знаю сколько их там, но слышал двух. Думаю что ждали чтобы языка взять. - Уверенно произносит он с набитым ртом. - База, хули. - Выдохнул я тихо. Действительно, распространённая тактика добычи языка. В этом случае не нужно особо напрягаться подбираясь близко к противнику, но и ценность от такого пойманного кадра минимальна. Что может знать обычный рядовой? Вот если командира... Вспоминается случай как в соседней части выкрали лейтенанта прямо в разгар пьянки, заодно выведя из строя пару машин. Но и наши не промах. Совсем недавно спецы из разведвзвода другой части умудрились ночью пробраться в штаб вражеского батальона и выкрасть и командира батальона и начальника его штаба. Но что самое главное - обратно вернулись на Бредли, угнанной там же. - Оба-на, пацаны. Чё сидим?. - Полушёпот над самым ухом заставил напрячься и схватиться за рукоять автомата. - Свои. - Послышался другой голос. - Да вы ебанулись. - Проговорил я, оборачиваясь. - Ещё как. - Проговорил первый голос. Пять силуэтов рассредоточились по посадке. - Ну, хули ждать? Погнали!. - Прохрипел третий. - Осади, покурим. - Первый голос. - Пацаны, есть чё? - Не без этого. - Ответил я и протянул в темноту не вскрытую пачку сигарет. Пачку забрали, зашуршал целлофан. Кто-то громко принюхался, удовлетворённо крякнул. - Ну и чё по вводным?. - Второй голос. - Неизвестно, но предполагаем что не больше пяти. - Ответил Кирилл с набитым ртом. - Предполагаем... - Передразнил его третий голос. - Хули, влетели бы с двух ног, н-на. Охуели бы пидоры. - Базар. - Ответил я, водя сигарету под носом и вдыхая аромат дорогого табака. - В следующий раз с "граником" заходить будем. - Заебок. - Третий голос. - Ну чё, погнали? - Погнали. - Ответил первый голос.       Подошли к зданию коровника, окружили его держа на прицеле. - Эй, педрилы! Вышли по одному, пока коровник нахуй не сожгли! - Заорал Третий. Внутри зашебуршались. Кто-то расстегнул подсумок, и судя по звуку выдернул чеку из гранаты. - Выходите, а то гранату кинем! Я подошёл к стене с расположенным прямо под крышей небольшим оконным проёмом. Слышалось, как прямо за стеной кто-то перемещается в снаряжении. - Вам чё, нахуй, жить надоело? Внутри коровника раздался шёпот. Мужчина. Взрослый. Крупный. Я расстегнул гранатный подсумок, вытащил РГД-5. Неожиданно изнутри раздалась длинная очередь из Ак-74, больно хлестнувшая по ушам. Мгновенно сведя усики предохранительной чеки и выдернув её, я отпустил скобу УЗРГМ и с прыжка забросил гранату внутрь. - Пидоры, огребаете!. - Заорал третий. Я заткнул уши. Бумкнуло, вибрация прошла по стенам и земле. Второй взрыв и стрелкотня. Я тоже отставать не стал, и вскинув автомат я открыл огонь одиночными в стену на уровне собственного пояса, одновременно отходя. Банка помогала со звуком, по крайней мере уши заложило только от огня парней. Наверное. Но что самое лучшее - отсутствие вспышки. Автомат непривычно смирно вёл себя, не отдавая дрожью в руках. Как же я отвык от 5.45...       Израсходовав магазин, я достал вторую гранату и с места забросил её в окно. Новый взрыв, ещё один. Потом третий. А я уже ничего не слышал. Смена магазина, и я вновь открыл огонь в стену дома. В свете дульных вспышек товарищей я видел как от старых серых брёвен отлетает крупная щепа, оголяя светлую древесину.       Сердце стучало как бешеное, изо рта вырывался горячий пар. Мы были уже внутри изрешечённого коровника и смотрели на то, что осталось от группы из пяти людей. Они лежали в разных частях здания. Тёплые бушлаты расцветки мультикам, бронежилеты, штаны, тела - всё было приведено в негодность. Разорванная ткань, треснувшие бронеплиты. На одном вообще форма загорелась. У него, кстати, очередью оторвало голову, и она висела на бафе цвета хаки на передней бронеплите, а сам он полулежал, оперевшись перебитым пулей плечом о стену коровника. Его автомат лежал смятый прямо у его горящих ног, подогнутых под себя. Я подошёл поближе и ногой принялся тушить горящую форму, спасая что уцелело. Горячее ещё податливое тело мягко прогибалось под берцем. Пока тушил огляделся.       Парни в свете красных фонарей обыскивали остальных жмуров, бесцеремонно снимая с них снаряжение и выворачивая карманы.       Вдруг кто-то загудел. Я с удивлением повернул голову в сторону звука и увидел тело человека, ранее принятого мной за погибшего. Он катался на спине, поджав под себя ноги и придерживаясь за пах. Зимние его штаны не имели пятен крови снаружи, так что насколько у него всё было серьёзно я понять не мог. Кто-то подошёл к нему, забрал лежащий рядом автомат, к которому противник уже было потянулся рукой. Затем подошедший пнул лежащего по руке придерживающей пах. Затем ещё раз. Склонился над противником, принялся вытаскивать нож из ножен, рацию, стягивать с головы шлем. Моему взору предстал молодой парень, не старше Кирилла. Низкий худощавый блондин европейского вида с коротким ёжиком волос и тонкими бровями. Лицо его было искажено гримасой сильной боли. По гладко выбритым щекам катились слёзы.       Обезоружив противника, человек достал атравматические ножницы и принялся разрезать на нём штаны. Действовал быстро, сноровисто. Мне до такого далеко. Не обращая внимания на мешающие руки, он вскрыл пакет с израильским бандажом и принялся пеленать залитый алой кровью таз противника. А потом на пол пути нанёс удар в нос сопротивляющемуся противнику, от чего он потерял сознание. Забинтовав таз, он вколол тому в плечо Промедол. Кто-то расстелил мягкие носилки, на которые погрузили бесчувственное тело парня и быстро-быстро унесли, оставив меня наедине с Кириллом.       Утром третьего дня до нас довели задачу. — Значит так, мужики. — Начал Филимон, только вернувшись с совещания. — Снова воюем. Филимон расстелил топографическую карту местности масштабом 1:250000 на столе. На карте синим и красным карандашом были начертаны непонятные обозначения кружков и крестиков. Я быстро нашёл наш населённый пункт, соориентировался со сторонами света. Мы сгрудились над картой. — Наша задача — штурмануть этот городок. — Филимон ткнул носиком пули патрона 5.45 в изображённый в виде кляксы городок расположенный в меньше чем сто километров к югу от нашей "деревни". Я прикинул последние сводки по фронту, полученные позавчера. Получалось что наши войска неполностью охватывали городок, оставляя полосу шириной километров 40-50 на северо-запад. — Подбираемся на БМП на километров 10, затем идём пешком. — Как всегда. - Вклинился Игнат тяжело вздохнув. — Как всегда. - Кивнул Филимон. — Заходим вот с этой стороны. Филимон ткнул в южную часть города. Что там именно было совершенно непонятно, но можно предположить что промзона. — Там нас будут ждать наши товарищи с четвёртой роты. Объединимся с ними и войдём в город. Подойти мы должны к десяти ночи. Так и было решено. В течении дня мы проверяли снаряжение и отсыпались перед выходом, а как наступили сумерки погрузились на броню. Было холодно. Очень холодно. Сильный порывистый ветер, мокрый снег и ледяная грязь летящая из-под гусениц БМП. Утеплялись как могли, но всё равно не помогало. Даже сидящая на мне шинель не сильно спасала, будучи насквозь отсыревшей.       С горем пополам доехали до места высадки, спешились и побрели на соединение с бойцами второй роты. Тяжело было идти будучи нагруженными пятидесяти дополнительными килограммами по ледяной грязи, лавируя среди деревьев лесопосадки. Поскорее бы это закончилась. Поскорее бы бой... Со стороны города доносилась плотная стрельба и разрывы. Небо множеством точек пересекали снаряды РСЗО, уходя за горизонт.       Спустя час мы встали на привал близ небольшого населённого пункта. Залегли в глубоком овраге, рассредоточились по площади и стали отдыхать. Выходило плохо. Неожиданно совсем рядом упала мина. Я слышал "выхлоп", однако не придал ему значения. Громкий разрыв хлестнул по перепонкам, мгновенно оглушив меня. Рефлекторно я упал на дно оврага в глубокую лужу и принялся скидывать с плеч тяжёлый объёмистый рюкзак. Было темно, почти нечего не видно, в добавок жидкой грязью залило противоосколочные очки. Скинув рюкзак, я взял в руки автомат. Снова разрыв. Секунд десять спокойствия, затем снова разрыв. Меня хлопнули по плечу, а затем потянули куда-то наружу, из оврага. Снова разрыв, меня забросало мёрзлой землёй. Выбравшись из оврага меня толкнули в спину и я побежал. В мгле я чувствовал направление движения силуэтов, что были моими товарищами.       Бежали мы долго, пока совсем не выбились из сил. Слух к тому времени немного восстановился, позволяя слышать тяжёлое дыхание парней. Глотая ртом воздух я привалился спиной к стволу дерева, затем сполз на мёрзлую землю. Поджопник не позволил отморозить самое дорогое, хе-хе. Потянувшись рукой к сумке быстросброса на варбелте с всегда покоившейся там литровой бутылкой воды, я наткнулся на пустоту. Тяжело дыша я снова поднялся на трясущиеся ноги и обеими руками охлопал себя по поясу. — Ёб... твою... мать... . — Просипел я. — Чё... . — Отрывисто донеслось. — Сука... ха... пояс... посеял. Я поднял напашник со второй сумкой быстросброса, пошарил под ним. Пальцы ухватились за пластиковый осколок фастекса, уцепившийся за ткань насквозь мокрой куртки. Повертев его в руках я выбросил тот в сторону, попутно прикидывая потери. Часть магазинов, патроны в обоймах, гранаты и дополнительная площадь противоосколочной защиты... Благо хоть на бронике есть подсумки с магазинами, примерно 8 штук. — Возвращаемся за рюкзаками?. - Спросил Кирилл. — Да. - Коротко ответил Филимон и поднялся с мокрого пня.       Вернулись за рюкзаками. Пояса своего я так и не нашёл. К месту встречи прибыли далеко за полночь. Прибыли и никого не встретили. Под полнейший штиль и доносившиеся звуки стрельбы вошли в здание. В низком одноэтажном здании было пусто, лишь валялись упаковки из-под рационов и окурки. Филимон связался по рации с командиром штурмовиков для координации. — Вторая точка, ёбанный в рот, блять. Хули вы там копаетесь, блять? Вторая точка, ёбанный в рот. - Доносилось из радиостанции. — Плюс. - Отвечал Филимон на гневную тираду, пока ему не надоело слушать и он закончил сеанс связи. В сумерках мы переглянулись, пожали плечами и пошли в указанную точку.       Место откуда мы должны были заходить в город действительно оказалось промзоной. Длинные ряды зданий неясного назначения перечерчивали местность, уходя бесконечно вдаль. Мы подошли к полуразвалившемуся двухэтажному зданию котельной, и тут же были обнаружены постовыми. О нас доложили, мы прошли внутрь. В здании было полно людей, и что характерно, было тихо.       Пришли, поручкались с присутствующими, сбросили рюкзаки и принялись ждать распоряжений командира. Держа в руке рацию, а шлем в другой он выслушивал доклад о текущей ситуации на нашем участке. Наконец он убрал рацию в подсумок на разгрузке. — Короче, мужчины, задача такова: Необходимо зачистить территорию промзоны от засевших здесь западных агрессоров. Делимся на группы, Верба распределит. - Кивнул он на стоящего подле него низкого пухлого гладко выбритого человека в мультикаме и флисовой шапке на голове. Плитник, напашник, безухий шлем навроде Опскор в чехле и с ночником, Ак-74м с коллиматором на крышке ствольной коробки и банкой. Он начал распределять нас по полувзводам, а там мы уже сами делились на тактические группы. Наше отделение объединили с отделением Витали. При членении на тактические группы мы остановились на двойках. Я остался с Кириллом. Поделив нас, он разделил личный состав на резерв и, собственно, на сами штурмовые группы. В резерве оказалось нас человек 80.       В 1:12 группы вышли на исходные и сразу начали бои, продвигаясь на север и северо-восток. Заговорили миномёты противника, причём 120-е, наши. Наша артиллерия не отставала и пыталась задавить позиции миномётчиков врага, однако малорезультативно. Мне не особо была понятна причина, однако могу предположить что противник активно "шифровался".       Первые два часа наши штурмовики активно продвигались по промзоне, отбивая цех за цехом, однако плотный заградительный огонь миномётов спутал все карты. Штурм захлебнулся. Мы приготовились к тому, что начнут подтягивать резерв - нас. Тем более что штурмовики понесли немалые потери.       Наши предположения оправдались, и нас кинули на подмогу. Пока штурм был затруднён, нам предстояло пополнить ряды штурмовиков и доставить им боеприпасы, а затем вступить в бой. — Дядя Саша, Шмели. – Обратился ко мне Кирилл, протягивая два тубуса пехотных огнемётов. Приняв их, я отложил в сторону свой автомат и перекинул два Шмеля через шею на спину, поверх рюкзака. Шмели постоянно съезжали, пришлось туго подтянуть ремни. Теперь кое-как накинул на себя старую, советскую ещё противогазную сумку для гранат, доверху набитую РГД-5. В карманы куртки спешно запихивал скреплённые обоймы, получилось впихнуть не особо много, но ничего. Благо Инвентарь есть. — Давай, пацаны, на выход. - Поторопил нас Игнат, тоже навьюченный как ишак. — Ща, пять сек. - Проговорил я и глотнул из бутылки с водой. Вода была ледяная настолько, что после глотка свело горло. Отложив бутылку на ящик из-под цинков, я кивнул Игнату и стоящему подле него Кириллу с двумя портпледами с термобарическими "морковками". Подхватив свой автомат и вещмешок с тротиловыми шашками, я потрусил за уходящими парнями. У пролома в стене дал краба стоящим там бойцам. Все были мне знакомы.       На улице было темно, хоть глаз выколи. Спасал фонарь с синим светофильтром и вспышки прилётов. По одному, цепочкой, перемещались от строения к строению. Звуки боя всё приближались и приближались, пока мы не вышли к сборочному цеху - ближнему пункту пополнения боеприпасов для штурмовиков северного направления. — Свои! Свои! Свои!. - Прокричал Филимон, выбегая из пролома в стене с поднятой рукой и направляясь к раскрытым воротам цеха. Я выбежал следом за ним, мгновенно преодолев разделяющее здания расстояние. Только ступила подошва моих ботинок на заваленный стеклянным крошевом пол, а я уже скидывал с плеча вещмешок с взрывчаткой. — О, пацаны! Вовремя!. - Крикнул стоящий в центральном широченном проходе сборочного цеха высокий боец. Широкоплечий, в бафе скрывающим половину лица, надвинутых на глаза баллистических очках, плитнике с противоосколочным воротником, наплечниках, набедренниках и в шлеме типа Опскор. Я огляделся. Никогда раньше я не видел такого огромного цеха, даже в Берлине. Тут и там остовы тракторов, некоторые раскурочены. Под потолком располагались огромные краны, к полу свисали тросы. Большие оконные проёмы, металлические мостки, лестницы и приборы неясного назначения. В помещении было много бойцов. Они копошились, отдыхали, пополняли боеприпасы, ели. В общем всё как обычно. — Куда разгружаться?. - Спросил Филимон. — Проходите туда. - Ткнул он пальцем в сторону лежащего на боку почти собранного трактора. — Складывайте у стены. Пока шли к намеченному месту, я оглядывался по сиоронам и в угоу заметил тела десяти человек на носилках, завёрнутых в термоодеяла по самые глаза, рядом с ними крутилось два бойца - медики.       Разгрузились, сбросив часть груза, получили расклад по обстановке в промзоне и сразу же выдвинули вперёд.       Передвигаясь цехами, были атакованы. Длинная пулемётная очередь разорвала тишину цеха, ударив в бетонные колонны в середине. Вспышки выстрелов в кромешном сумраке показались электрической дугой от сварки и располагались на балкончике в дальнем правом углу от нас. Пламя освещало мешки с песком и какие-то доски, вырисовывая узкую амбразуру и укреплённое пулемётное гнездо. — Ёп твою мать!. - Вскрикнул я и пригнувшись рванул к ближайшему станку. Моему примеру последовал и Кирилл, на ходу ведя огонь одиночными.             Прыгнув за станок, я скинул рюкзак вместе с трубами, вскинул автомат, высунулся из-за агрегата и тоже открыл огонь. Банка справлялась со своим делом, совем сильно не оглушило. Остальная наша кодла укрылась от пулемётного огня, начав давить пулемётную точку. — Может со Шмеля вдарить?. - Перекрикивая грохот стрельбы обратился я к Филимону. — Нет! Нет, прибереги пока трубы!. - Ответил он, не отрываясь от боя. Тем временем со стороны противника появились новые действующие лица, интенсивность перестрелки возросла. От грохота выстрелов зазвенело в ушах, не предвещая ничего хорошего.       Понимая что если так и будет продолжаться, то нас обойдут и замочат, я открыл гранатную сумку и достав две гранаты, приготовил их к бою. Обе гранаты с немного сдвинутыми с места предохранительными чеками сунул в карманы куртки и аккуратно пополз к пулемётной точке, натыкаясь на раскиданный тут и там металлолом.       Продвинуться удалось метров на пять, и тут же пришлось залечь, так как был замечен пулемётчиком. Оторвавшись от работы на подавление, он дал длинную очередь патронов на пятнадцать прямо в меня. Конвейер за которым я скрылся содрогнулся как от удара кувалдой, раздался лязг и звон такой громкости, что мне тут же наглухо заложило уши. — Задавите! Задавите его!. - Истошно заорал я, стараясь перекричать какофонию рвущейся конструкционной стали. Пули разлетались мелкой шрапнелью, врезались в бетон, рикошетили со снопом желтоватых искр от твёрдых поверхностей, бросали крошево и осколки. Несколько горячих крупинок впились неглубоко в лицо и шею, причиняя дискомфорт. И тут же пулемётная очередь смолкла, лента перестала содрогаться. «Пора». - Подумал я и ползком выбрался из-за изувеченного агрегата, принявшись продвигаться дальше.       Нас разделяло ещё метров двадцать. Высунув голову из-за края опоры какого-то станка увидел дульные вспышки, бьющие из просветов наставленных друг на друга ящиков, образующих огневую точку всего в пяти метрах от меня. Противников было человека три, все кучно. Грех не воспользоваться. Вытащив две подготовленные гранаты, выложил их на пол. Твёрдый корпус РГД-5 лёг приятной тяжестью в облачённую в перчатку руку. Вытащив чеку за кольцо, что всё равно погнулось от усилий, повторил со второй гранатой, и приподнявшись зашвырнул её с отстрелом предохранительной скобы в две секунды прямиком в огороженный ящиками пятачок. — Мама!. - Закричали по-русски с той стороны. Разрывы сотрясли пол почти сразу как я скрылся за станком и окончательно добили мой слух.

Получен урон: -35 Хп

Получен дебафф:

Разрыв барабанных перепонок

(Частичная потеря слуха на оба уха)

Рефлекторно схватившись за уши, я упустил из внимания то, что находусь в непосредственной близости от противника. А кто это, собственно? Может быть свои? Я точно слышал разговоры на русском языке. Это что же я наделал? Внутренняя поверхность перчаток стала скользской. Открыв заслезившиеся глаза, я пошарил взглядом рядом с собой, выискивая автомат. Нашёл его, схватил и замер. От ствольной коробки Ак, со стороны где находится крепление "Ласточкин хвост", отскочила граната. Я не успел разглядеть что это была за граната, лишь проследил за её полётом. Отскочив от автомата, боеприпас прокатился с метр и замер чудовищно близко от меня.       Аки пьяный акробат я перемахнул через груду сорвавшихся из-под потолка труб, свалился на пол и свернулся клубочком. Резкая боль стиснула грудь, не давая возможности сделать вдох. В голове зашумело, в висках застучала кровь. Скосил взгляд на логи.

Получен урон: -280 Хп

Получен дебафф: Огнестрельное ранение груди, Оскольчатый перелом 6 и 7 ребра с правой стороны грудной клетки, Перелом 3 и 7 ребра с левой стороны грудной клетки, Разрыв правого лёгкого, ушиб левого лёгкого, осколочные ранения лёгочной артерии, осколочные ранения верхней полой вены, Массивное кровотечение: -75 Хп/с

Дрожащими руками я откупорил невесть откуда взявшийся бутылёк с зельем здоровья, поднёс дрожащую ёмкость к сухим губам, присосался к горлышку. Даже в таком угрожающем состоянии смог с неприязнью отметить как неприятно бьётся стекло о сколотые зубы. Ледяная жидкость прокатилось по пищеводу, часть попала в пищевод, а часть в трахею. Слабость не позволила откашляться.

Оказывается лечение

Зажмурившись, я напрягся изо всех сил чтобы выдавить густую жидкость из трахеи. Выходило тяжело и вскоре я оставил попытки сопротивления.

Получен дебафф

Удушье

-4 Хп/с

Кирилл Стерехов

20 лет

Рядовой

      — Дави! Дави! Дави! Дави!. - Кричал истошно Филимон, пытаясь собственным огнём задавить пулемётчика засевшего в своей точке. Работая одиночными, он смещался куда-то вправо, к черневшей в темноте колонне, стремясь сблизиться с пулемётным гнездом. — Может... со "шмеля" вдарить?. - Не менее громко прокричал Дядя Саша, с ловкостью достойной жанглёра меняя магазин и укладывая пустой в сухарку. Я с надеждой посмотрел чуть вправо от дульных вспышек Филимона, туда, где он по моим прикидкам должен был находиться. Тактические наушники чётко передали ответ Филимона: — Нет! Нет, прибереги пока трубы! Недовольно фыркнув, я высунулся и дал короткой очередью прямо по дульным вспышкам, тут же скрывшись обратно. Рокочущие пули с хрустом и воем вдарились в колонну, заставив её вздрогнуть. И зачем беречь Трубы? Возросшая интенсивность огня со стороны противника стала неожиданностью. — Бля, чё делать?. - Крикнул я Филимону. — Хуй приделать!. - Крикнул он с той же стороны, но чуть ближе, а затем добавил: — Давим их! Сказано — сделано. Чуть высунувшись, я взял на мушку место, откуда било больше всего вспышек, распологавшееся прямо под пулемётным гнездом, но чуть ближе к нам, и высадил длиннющую очередь. Тут же в колонну прилетело столько свинца, что я понял, ещё минута и ей хана. Высунув автомат на вытянутых руках, я нажал на спуск и не почувствовал привычной отдачи. Уткнув ствол автомата в пол, я быстро как мог сменил магазин, бросив старый под ноги, высунулся и увидел как короткая неяркая вспышка разрыва гранаты осветила с той стороны на мгновение сложенные ящики, служившие укреплением той огневой точке под гнездом пулемёта. Затем сразу же вторая. Грохот, интенсивность огня гандонов снизилась. — Давайте, парни! Накат!. — Заорал я, отработав одиночными по другой намеченной мной ранее огневой точке. Хех, вот и прицепилось же, "парни". А всё от Дяди Саши. Парни, смекнув что появился шанс, все мы двинули вперёд, на ходу поливая автоматическим огнём. И я не стал отставать.       Мгновенно мы сблизились на дистанцию броска гранаты, чем и воспользовались. Гранаты одна за другой рвались за баррикадами. Ещё одна взорвалась прямо в пулемётном гнезде. Не снижая темпа наката, мы перемахнули через баррикаду. Быстро глянул. Вроде больше никого. На вытянутых руках я высунул автомат и дал длинную очередь по телам перед собой. Эти готовы. Глянул на лестницу, у балкончика уже стоял Игнат. Чуть наклонившись, держась за перила одной рукой он подобрался к бойнице и закинул туда гранату. Взрыв. Кипевший адреналин стал утихать. Тело покинула сила. Я поднял наушники, прислушался. В цеху было тихо, лишь стонали раненные за баррикадами - Все целы?. - Спросил Филимон. - Мои все. - Ответил Кулак, он же Виталя. - Санька нет. - Проговорил Лёня после короткого молчания. Я огляделся. Дяди Саши действительно не было. - Санёк двести. - Донеслось рядом. - Уверен?. - Переспросил Филимон. - Да. - Где? - У кучи труб. Я подошёл к куче вместе с Филимоном и не сразу увидел лежащее на боку тело, скрючившееся в форме эмбриона. Достав из кармана фонарь с синим светофильтром, я включил его и осветил покрытое грязью и маленькими шрамами лицо. Под поцарапанными баллистическими очками виднелись закрытые глаза. Рот был чуть приоткрыт, с него капала красноватая жидкость. - Не повезло Саньку. - Проговорил подошедший Игнат. Я вновь осветил лицо Дяди Саши, замер. Может всё же жив? Может хоть сейчас хотя бы бровью дёрнет? Но нет. Он мёртв. Грудь под бронежилетом не поднималась. - Кирилл, собери БК с Сани, а Игнат - сгоняй за его рюкзаком и вещмешком. - Проговорил Филимон, а затем промолчав немного, добавил: - Заберём его на обратном пути. Буднично, не ощущая ничего в душе, я вытаскивал магазины из подсумков разгрузки Дяди Саши, шарил по карманам. - Прости. - Проговорил я, достав зажигалку зиппо из кармана его штанов. Больше ничего у него не было. - Закончил? - Поинтересовался Виталя у Филимона. - Да, двигаем. - Ответил он. Я в последний раз взглянул на темневшую кучу металлоконструкций, где лежало тело некогда живого товарища.