Голливуд: Новая жизнь.

Глава 89: Покидая Дом?

      Четверо сидели лицом к лицу в ресторане Hooters. Айони и Гвен - бок о бок, напротив Ала и Робин. Молчание было неловким, странным, и всё же, Ал чувствовал себя комфортно. Обед с тремя красавицами, настоящая услада для глаз, особенно когда он стал объектом зависти всех в ресторане. Горячая блондинка с экзотическим лицом, соседская девчонка с невинным взглядом и красивой улыбкой, и байкерша-гот с убийственным телом.       Ал был тем, кто пытался начать разговор задавая вопросы, но девушки отвечали, как свидетели в суде. Да или нет, вот и всё. Официантка Hooters наконец подошла к их столику, разбивая тонкий лед, она была брюнеткой среднего роста и немного пухленькой. На ней был тот же скудный наряд, что и у всех официанток, - белая майка и оранжевые шорты. Ал мог бы назвать её красивой, если бы она немного похудела, но даже так, её затмили бы Айони, Робин и Гвен, сидевшие рядом.       — Хорошо, 3 мороженых, 4 диетических колы и 5 бургеров с беконом и сыром. Серьезно, девочки, я советую вам не есть эту дрянь, в каждом бургере по 1000 калорий, что может навредить вашей фигуре. - Сказала официантка. Айони ухмыльнулась, прищурилась, чтобы увидеть бейджик с именем:       — На самом деле, Дженнифер, все эти 5 гамбургеров предназначены для нашего компаньона-мужчины. - Глаза официантки расширились:       — Офигеть?! Ты так много ешь? - Дженнифер удивлённо вскинула голову, а потом принялась разглядывать парня.       Она заметила, что у него короткая стрижка, мускулистая фигура и обтягивающая простая одежда, подчеркивающая его сексуальные руки и грудь. Кто бы его ни увидел, смогли бы догадаться, что он был в армии, даже она, обычная соседская девчонка.       — О, простите, сэр. Спасибо за службу. - Отсалютовала Дженнифер. Ал улыбнулся, в то время как девушки хихикали, он не подтвердил и не опроверг её предположение:       — Все в порядке, Дженнифер. Я так рад, что ты беспокоишься о моих девочках. Они часто жалуются на свой вес, но я думаю, что они красивы, как бы ни выглядели. - Ал тепло улыбнулся. Лица Айони и Гвен вспыхнули от смущения, а Робин с силой ткнула его локтем прямо под рёбра.       Дженнифер широко раскрыла глаза. Она заметила привязанность, излучаемую тремя девушками к этому мужчине. Неужели этот человек сразу с тремя?! Я... это кощунство! Ах, так вот что мать имела в виду рассказывая о калифорнийцах? Она была ошеломлена, но, к счастью, её спас коллега, позвавший её, и попросил отнести еду гостю.       После того, как официантка ушла, смех, наконец, убил всю неловкость, с тех пор, как они случайно встретились в салоне татуировок и пирсинга.       — Эд! Ты такой злой! Должно быть, у неё произошло короткое замыкание. - Мило хихикнула Айони.       — Что? Я просто сказал правду. Держу пари, она подумала, что вы все мои девушки, вот почему была так безмолвна. Кроме того, я чувствую себя счастливым человеком, который может встречаться с вами тремя одновременно, поэтому у меня появилось желание покрасоваться. - Робин закатывала глаза, пока Айони и Гвен хихикали.       Затем они начали есть закуски, да, Ал считал эти 5 гамбургеров закуской. Хоть они и ели молча, другие посетители замечали, как они слишком часто украдкой поглядывают друг на друга. Даже когда его глаза встречались с их, они нервничали и пытались смотреть куда-нибудь ещё, чтобы избежать взгляда Ала. Было ясно, что девушки очень тонко намекали ему на что-то.       — Хорошо, нужно всё прояснить. Кто хочет начать первым? - Вздохнул Ал. Видя, что никто не хочет начинать, Гвен вызвалась первой, чтобы прояснить недоразумение:       — Хорошо, я хочу пирсинг в ухе. - Это вызвало интерес у Ала и Робин. Она продолжила:       — Ну, знаете, для группы. Я - ведущий вокалист, и обычно они находятся в центре внимания. Поэтому я хочу немного изменить внешность. Мы должны были пойти по магазинам, и вдруг мне пришла в голову эта идея. Не вини Айони, она только сопровождает меня. - Взмолилась Гвен.       — Я думаю, просто глядя на то, как ты поёшь, у тебя получилось завладеть моим вниманием. - Поддразнил Ал и получил ещё один удар локтем от Робин, подавившись гамбургером. Айони покачала головой в ответ на попытку Ала флиртовать и сказала:       — Хорошо, ваша очередь. - Ал посмотрел на Робин и понял, что она не собирается объясняться. Она смотрела куда-то в сторону, дуя в безмолвный свисток. Ал решил рассказать всё:       — Робин тоже хотела пирсинг на ухе. Она украла мой мотоцикл и похитила меня на месте встречи со сценаристом. Жаль, что она потеряла сознание, увидев иглу. Представьте себе, как она была самодовольна, когда сказала, что хочет по 10 пирсингов на каждом ухе. К счастью, она не хотела проколоть соски или влагалище, иначе я не стал бы молчать о её глупой идее. - Лицо Робин потемнело, когда он снова упомянул пирсинг сосков и, что ещё хуже, V-пирсинг. Когда она начала злиться и кричать на него, Айони неожиданно вмешалась.       — Пирсинг, Робин?! По десять?! Подожди, Робин, ты боишься иголок? Тебе повезло, что ты вырубилась до того, как тебя пронзили, иначе я не знаю, как отреагировали бы дядя и тетя Грэм. - И вдруг над её головой загорелась лампочка.       — Ты опять поссорилась с дядей Грэмом? - Она скосила глаза на Робин, и холодный взгляд в глазах показал, что она была в ярости.       — Да, Айони, папа опять ведёт себя как придурок. - Вздохнул Робин. Айони тоже вздохнула вместе с ней:       — Робин, пожалуйста... мы говорили об этом в течении многих лет. Если ты не согласна с чем-то, не делай странных вещей, чтобы досадить ему. Твой отец просто беспокоится о твоём благополучии.       — Он опять ведёт себя неразумно, Айони. Он ожидает от меня, что я буду тем кем он хочет меня видеть. Он уже начал надоедать. - Робин закатила истерику.       — Тебе не следует этого делать. Твой отец беспокоится о тебе! - Повысила голос Айони.       — Откуда ты знаешь, что ему не всё равно! Ты встретилась со своим отцом только в 14 лет! Ты не знаешь, как работает мозг отца. - Рявкнула Робин и тут же пожалела о своих словах.       — Я... Айони, прости, я не хотела...       Слова подобны пуле, после выстрела, не могут быть обращены вспять. Оставляя окровавленные раны, в ожидании смерти. Робин попала прямо в яблочко, и глаза Айони начали слезиться. Она встала из-за стола и побежала в сторону туалета. Робин встала, но её остановил Ал, покачав головой.       — Предоставь это мне, Робби. Ты останешься здесь и будешь думать о том, что скажешь ей при встрече. Ты должна извиниться перед ней, но не сейчас. Понимаешь? - Тон Ала стал жёстче.       Робин виновато посмотрела на него и кивнула. Гвен положила руки на плечи Робин и заговорила с ней. Ал пошёл за Айони в женский туалет. Он не знал, что встреча превратится в подростковую драму.       Бесстыдный парень просто ворвался в уборную. К счастью, других людей, кроме его подруги, не было, иначе его назвали бы извращенцем и позвонили в полицию. Он увидел, умывающуюся холодной водой из-под крана Айони. Услышав, как открылась дверь, она резко повернула голову в том направлении, ожидая, что Робин погонится за ней, но с удивлением обнаружила Ала. Она усмехнулась и указала на его бесстыдное поведение:       — Ал, это женский туалет.       — Я знаю, это мой первый раз здесь. По крайней мере, у меня есть алиби. Мне нужно утешить мою грустную подругу и обнять её. - Улыбнулся Ал. Айони закатила глаза, и снова погрузила лицо в холодную воду. Ал вздохнул, достал из кармана платок и протянул.       — Я всё ещё не вернула платок, который ты подарил мне на Новогодней вечеринке, - сказала девушка, уставившись на него. Он улыбнулся и сунул платок в её руку:       — Необязательно. - Подошёл сзади и обнял девушку за плечи, чтобы успокоить.       Ал не стал спрашивать, всё ли с ней в порядке, это глупый вопрос после того, как увидел, как опухли её глаза от слёз. Она откинулась назад, прижалась спиной к его торсу, глядя на отражение в зеркале туалета. Затем начала говорить:       — Ты знаешь, что мой биологический отец никогда не навещал меня, пока мне не исполнилось 14 лет, в день окончания средней школы? - Он не ответил, просто крепче прижал подругу к себе и положил подбородок на её голову, ожидая, когда она закончит рассказ.       — Я уже говорила, что мои родители и её были знакомы, верно? - Ал что-то промычал в ответ.       — Моя мать развелась с ним и уехала в Лос-Анджелес, когда была молодой. Я никогда не знала, кто мой отец. Родители Робин знали о том, что моя мать развелась с ним, и добровольно взяли на себя заботу о нас. Я отношусь к ним как ко вторым родителям. Я знаю, что они... вроде как контролирующие, но были хорошими родителями мне и ей. Иногда я терпеть не могу Робин, которая постоянно пытается разозлить их, но я знаю, что в глубине души она тоже их любит.       — Иногда мне просто хочется дать ей по лицу и накричать на неё, сказать, что как ей повезло, что у неё есть папа, который всегда о ней заботится. Ради бога, у меня два отчима, и ни один из них не заботился обо мне. К счастью, у меня был старший брат, который всегда был рядом. - Айони тяжело вздохнула.       — Спасибо, что выслушал меня, Робин иногда бывает такой. Мне нужно её наставлять.       — Я думаю, ты имеешь в виду нас, верно, Айони? - Ухмыльнулся Ал.       Она обернулась и улыбнулась ему, оставаясь злой и грустной, что было совсем не в её характере. Она всегда старалась быть счастливой и жизнерадостной. А ещё у неё самая красивая улыбка, какую он когда-либо видел. Как будто её рот был для того, чтобы улыбаться и дарить счастье окружающим.       Его тело отреагировало автоматически. Он наклонился и украл поцелуй. Разум девушки не мог понять, что произошло. Внезапно здравый смысл вернулся к ней, как прорванная плотина, и затопил ее окситоцином. Она последовала его примеру, и их поцелуй становился всё более страстным с каждой секундой.       (П.п. Окситоцин - гормон в гипоталамусе повышающий возбуждение.)       Ал вспомнил, свой первый поцелуй. Он скучал по этому чувству и хотел вернуть его. Как говорили люди, первый раз никогда не забывается, даже не слишком хороший. Они оторвали губы, и посмотрели друг другу в глаза. Затем Ал начал говорить:       — Эй, Айони, если я правильно помню, то должен тебе свидание, верно? Хм, в конце мая состоится премьера «Феррис Бьюллер берёт выходной», и я хочу кое-что у тебя спросить. Хочешь пойти со мной на свидание? - Айони улыбнулась:       — Конечно, Ал, конечно, с удовольствием.       — Так этот поцелуй? Эм...       — Дружеский? Как и первый? - Хихикнула она.       — Да! Дружеский! - Ал рассмеялся, затем снова наклонился, атаковав её губы.       Они наслаждались каждым мгновением, пока не услышали фальшивый кашель. Оба в панике отпрянули и увидели, что Дженнифер смотрит на Ала с отвращением, но в конце концов смягчила свой взгляд, увидев Айони.       — Ребята, пожалуйста, снимите комнату. Не делай этого в женском туалете. - Ал почесал голову:...       — Дженнифер, верно? Да, кстати, мы ведь так и не познакомились? Меня зовут Альфонс Брандт, а это Айони Скай. - Протянув руку представился Ал. Зрачки девушки расширились:       — Подожди! Альфонс, Ал? - Она ахнула и почувствовала нарастающую гипервентиляцию лёгких. Прежде чем она успела закричать, Ал приложил палец к её губам и заставил замолчать.       — Пожалуйста, Дженни, не кричи. Нам будет тяжко, если ты это сделаешь. Ты можешь оставить это между нами? - Она беспрерывно кивала и почувствовала, как его палец оторвался от её губ.       — Я твоя очень большая поклонница. Меня зовут Дженнифер Энистон. Очень приятно встретить вас здесь, Альфонс. О Боже, я не могу поверить, что всё это время были вы! Как же я вас не узнала! - Громко пробормотала она.       — Дженнифер Энистон?! - Его глаза расширились, он внимательно посмотрел на девушку.       У неё было действительно милое лицо, но она так отличалась от самой себя в будущем. Ал улыбнулся, чтобы познакомиться и немного поболтать. Затем он с Айони извинились, им нужно было решить одну проблему.       — Подожди, Дженнифер, ты актриса?       — Д-да, Альфонс. Хотя я снималась всего лишь во второстепенной роли. Откуда ты знаешь?       — Я чувствую, что у тебя будет большое будущее. - Достав из кармана две визитки, Ал продолжил:       — Это карточка моего агента, его зовут Ари Эммануэль из САА, а эта карточка - моей кинокомпания Muspelheim Films. Если нужна будет помощь, просто позвоните по номеру, указанному на них. Назови своё имя и упомяни меня.       — Спасибо, Альфонс. - Дженнифер широко раскрыла рот.       Они вышли из туалета и обнаружили, Робин и Гвен у двери. На лице Робин было виноватое выражение, а на глазах выступали слёзы. Тушь текла от глаз к щекам и падала на подбородок. Вместо того чтобы посочувствовать ей, Айони и Ал рассмеялись. Их смех заполнил ресторан, некоторые смотрели на них с презрением. Сначала Робин, казалось, разозлилась, но в конце концов тоже рассмеялась вместе с ними. Когда смех утих, Робин подошла к подруге:       — Айони, мне очень жаль, что я это сказала. Это было несправедливо по отношению к тебе. Я не понимала, что говорю. Ты простишь меня? - Айони промолчала, отчего виноватая Робин занервничал ещё больше.       — Конечно, я прощаю тебя, Робин. Я знаю тебя уже более 10 лет. Хоть иногда ты и ведёшь себя как стерва... Ты всё ещё моя подруга Робин, хотя я и злюсь на тебя за то, что ты втянул в это моего отца.       — Прости, Айони. - Опустила глаза Робин. Две подруги обнялись, создавая теплую атмосферу. Когда они возвращались к своему столику, Айони подошла к Алу и прошептала:       — О, кстати, Гвен здесь, и я надеюсь, ты не упустишь свой шанс.       (Продолжение этой истории в дополнительной главе. Это будет следующая глава.) ------------------------------       Время шло, недельный отпуск закончился, и Алу пора было возвращаться в Англию на съёмки «Цельнометаллической оболочки». Неделя прошла хорошо для него и его семьи. Ал решил проблему с Лаурой и её травмой связанной с хулиганами.       Ал посоветовал ей пройти курс терапии, и именно он отвёз её туда. С тех пор ей стало лучше, и она начала участвовать в команде группы поддержки и других школьных мероприятиях под присмотром Тоби. Чтобы избежать дальнейших проблем в школе, он попросил Джона Мика, найти для неё каких-нибудь телохранителей, чтобы охранять её тайно.       Что касается тех спортсменов, то Ал уже позаботился о них, и они больше не будут доставлять хлопот ни Лауре, ни Тоби. Угрозы убийством всегда оказывались действенными, особенно если угрожал кто-то из бывших морских котиков. Ал, вероятно, сам решил бы эту проблему, если бы не необходимость вернуться в Англию.       Он также попросил Джейсона Барнса усилить меры безопасности в приюте. Боялся, что этот человек снова придёт и доставит маме неприятности. Не хотелось, чтобы что-то случилось с миссис К., поскольку она была одним из самых важных людей в его жизни. (П.п. Про это тоже в следующей главе.)       Робин и Айони помирились, и их дружба стала крепче, чем когда-либо, что было своего рода неудачей для Робин, если она хотела, чтобы Айони видела в ней свою спутницу жизни. Они также получили дополнительного члена банды, Гвен Стефани, которая стала неразлучной с ними, хотя частенько была занята школьными делами и репетициями группы.       До сих пор всё было отлично, но Ал помнил, как собирался провести время в особняке Стэнли с Ви до конца съёмок... его спина вдруг неудержимо задрожала.