Служебный роман.

Слова Кости смутили Виктора. Просто симпатия переросла в нечто большее. Игра переставала быть игрой. Нужно было подбирать слова. Непринужденно отшучиваться становилось все сложнее. И причина была не только в поведении Кости. Сам Виктор постепенно начинал все воспринимать иначе. Мужчина не понимал, что за странное чувство поселилось в его душе в последнее время. Почему он так рад видеть Костю. Почему прислушивается к словам Киры, если тот говорит о брате Алека. Почему сам все чаще о нем спрашивает, замечая при этом на себе понимающий взгляд Киры. И что это Кира там понимает? Вначале мужчине казалось, что и понимать тут нечего. Он упорно себя в этом убеждал и уговаривал. Не верил в зарождавшееся в его душе тепло. Но все труднее ему становилось в присутствии альфы находить слова. Уверенный в себе и хладнокровный Виктор порой просто терялся. Многочасовые операции и утомительные дежурства стали казаться ему детской игрой в сравнении с пятью минутами с Костей. Поведение альфы говорило за себя. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять его заинтересованность. Альфа тоже смущался, иногда даже робел. Ловил каждое его слово. Костя уже не мог просто отпустить Виктора, выходил за ним из палаты, ловил в коридоре, ждал у ординаторской. Все это носило благовидный предлог – здоровье Алека, необходимость прояснить некоторые медицинские аспекты. И Виктора бы это не удивляло, но давным давно никто не ждал его по четыре часа из операционной. Альфа все порывался подвезти его домой, предлагал помощь. Спрашивал, не нужно ли больнице новое оборудование, медикаменты. И очень расстроился, когда омега с вопросами благотворительности отослал его к начмеду. Открытый и доступный в общении Виктор не был легкомысленным. Омегу всегда отличали серьезность и склонность обдумывать свои поступки. Он не крутил интрижек. Не менял парней, как перчатки. Альф к нему влекла его внешность и отталкивала холодность. Виктор не был бесчувственным. Он просто не привык играть чужими чувствами. Способный на верность и преданность, Виктор тяжело допускал новых людей в свое окружение. Серьезный, искренний он требовал того же от других. Ему не нужно было жертв. Парень был не из тех самовлюбленных омег, кто ради собственной потехи заставляет других страдать. Красавцу-отличнику, юному дарованию не нужно было компенсировать собственное убожество, свою ценность он доказывал не числом поклонников. Это рождало зависть. А дети бывают очень жестоки. Ведь если ты не такой, как все, если ты не с нами – ты против нас. А уверенный парень не считал нужным ложиться под тупицу ради признания в школе. Так он постепенно стал чужим среди ровесников. С коллегами отца одаренному мальчику было проще, чем со сверстниками. Со старшими было о чем разговаривать. Он любил по-настоящему только один раз. Любил и верил. Доверял. Он ненавидел интриги, не способен был на подлость. И от других такого не ждал, особенно от близкого человека. Возлюбленный Виктора, переспав с ним на спор, доказав, что «ледяная королева» растаяла, бросил его. Он просто перестал отвечать на звонки, а при встрече не замечал парня. За спиной Виктора шушукались. Только омега оказался не робкого десятка. Не перестал ходить на занятия. Не повесился. Сдал сессию на отлично и поступил в ординатуру. Правда, никто не знал, чего ему стоила невозмутимость. Он искал утешения в работе. И очень радовался, поступив в ординатуру и уехав потом на стажировку за границу. Получив нож в спину, парень свои взгляды пересмотрел. Предательство любимого отучило его доверять людям. Он был доступным и открытым в общении, но дальше определенной черты никого не пускал. Со временем у него выработался синдром одиночки. Лучше быть одному, чем с кем попало. Так считал Омар Хайям, Виктор эту точку зрения поддерживал. Самыми близкими стали родители. Они не предавали. Не лгали ему. При этом в глубине души он хранил веру в настоящее чувство. Хотел создать со временем семью. Но боялся снова ошибиться. Переживать предательство снова не хотелось. Он боялся еще больше разочароваться в людях. Многие коллеги проявляли интерес, оказывали знаки внимания красивому и умному омеге, но получали мягкий, но категоричный отказ. В духе Виктора, с шутками. Больше всего ему не хотелось служебного романа. Как в случае расставания работать с человеком? И вот в его жизнь ворвался Костя. Умный, образованный альфа произвел на него впечатление. И Виктор проводил его с сожалением, посчитав возлюбленным Киры. Но со временем разлад Киры и Кости стал ему ясен, принес смутную надежду на взаимность. Взаимности омега хотел и одновременно боялся. Виктор не врал, что в его жизни была преимущественно работа. Работа стала самой его жизнью. Операции, научная работа, занятия со студентами. Дома он почти не бывал. Коллеги-альфы были для него только коллегами. Все просто и ясно. Появление Кости лавиной смело всю ясность. В жизнь пришла радость ожидания, радость встречи. Виктор уже не удивлялся, выходя из операционной, видеть у ординаторской альфу. Мужчина расстраивался, не находя там своего поклонника, хоть и не признавался себе. Кроме того, чудеса цивилизации сделали возможными их общение и вне больницы. Альфа часто звонил Виктору. Вечером – спрашивал, как тот доехал, утром - не нужно ли его подвезти. Последний разговор все расставил на свои места. Костя открыто заявил на него свои права, с радостью отреагировал на страшное слуху альфы слово «ЗАГС». А Виктор показал, что не против такой инициативы. Сказанного не вернешь. Теперь он немного жалел о своем случайном признании. Ему хотелось внимания Кости. Но он этого в то же время боялся Поэтому он снова отшутился и сумел ускользнуть от альфы, не дав четкого ответа. Свидание не было назначено. Виктор получил передышку. Время на осмысление.