Порочный круг

      — Вы нам не подходите, простите.       Эти слова были словно тяжелейший камень, свалившийся на спину. Ещё один. Ноа натянул улыбку — насквозь фальшивую — поблагодарил и вышел из очередной школы. Хотелось кричать, но он себя сдерживал. Ни крик, ни плач — ничего не может помочь. Большой город встретил его неласково и неприветливо. И каждый раз, слушая отказы, альфе хотелось всё бросить и вернуться домой, на свою стабильную работу. Но он не мог так поступить. Глянув на время, Ноа с тяжелым вздохом отправился в кафе. Ему пришлось отпрашиваться, дабы прийти на собеседование в надежде, что можно будет наконец-то уволиться с нелюбимой работы, однако она не оправдалась.       Должность официанта в кафе — единственное, что он смог найти и куда его взяли почти сразу. Хотя было немного неловко, ведь с ним работали только студенты. На их фоне взрослый альфа смотрелся не очень. По крайней мере так казалось Ноа. Это была хорошая работа, но больше для студентов и молодых.       Администратор — точеный и серьёзный омежка, младше самого Ноа — встретил его без улыбки. Несмотря на внешнюю хрупкость, он был весьма жестким. Зато был прекрасным руководителем.       — Почти опоздал.       — Но ведь не опоздал, прошу прощения!       Администратор что-то тихо проговорил, но пропустил Ноа. Альфа быстро переоделся и забросил резюме и документы подальше в шкафчик.       — Опять не взяли?       Ноа сглотнул и с трудом сдержался, дабы не хлопнуть дверцей — его коллега, добрый и мягкий бета-повар, не виноват в неудачах, зачем его пугать. Вместо этого он улыбнулся, мягко закрыл шкафчик и пожал плечами.       — Ничего, значит, это не моя школа.       Он так всегда говорил — бета кивал, бодро улыбался и уходил работать. Альфа иногда поглядывал на кухню, ему хотелось посмотреть, как работают повара, но затем одергивал себя. Затем, натянув на лицо улыбку, уходил делать вид, что всё хорошо.       У него всё получится.       Едва Ноа приехал, у него было прекрасное настроение. Наконец-то он решился переехать из маленького городка в большой, вместе со своим женихом. Закончив университет, альфа вернулся домой и смог там работать учителем в своей родной школе.       Марко, милейший омега, его вдохновлял. Ноа устраивало, что он живет дома, работает в родном месте. Ему нравилась стабильность, особенно после бурной студенческой жизни. Но знакомство с Марко всё изменило — он был амбициозен, стремился только вперед и не хотел довольствоваться малым. Омега гостил у своего дяди и они встретились в маленьком парке. Мир заиграл новыми красками.       Они встречались полгода — то Ноа приезжал к нему, то Марко. Родители уже поговаривали, что пора бы им начать жить вместе, но вместо этого альфа сделал предложение возлюбленному и тот согласился.       — Надо ехать в большой город, почему ты тут сидишь? — той же ночью после предложения спросил Марко. Он лежал на Ноа, гладил его по щеке и смотрел прямо в глаза — он всегда смотрел прямо, говорил правду. Наверное, этим он альфу и зацепил.       — Не знаю. Начинать в таких местах безумно сложно.       — У меня есть работа, я снимаю там квартирку — двоим тесновато будет, но на первое время нам хватит. Найдешь работу. Учителя нужны везде, — не унимался Марко.       И Ноа задумался — ведь и правда может поехать и стремиться вперед. Быть может, вернется в университет и пойдет в аспирантуру, а пока выплатит кредит по учебе. Однако взяли его лишь в кафе. И новой квартиры тоже пока не было — они ютились в маленькой комнате, но зато смогли узнать друг друга ещё лучше.       Планировать что-либо было очень сложно. Свадьба — дело очень дорогое. Ноа и Марко вместе садились по вечерам за стол после работы и занимались планированием. Жених часто перебирал счета и на его чистом личике возникала тень печали. Альфа сразу чувствовал себя виноватым и мягко забирал счета.       — Всё будет хорошо. Я буду ещё больше стараться.       Марко сразу поднимал свои сверкающие голубые глаза и мотал светлой головой, хватал Ноа за руки и говорил:       — Нет-нет, я не грущу из-за тебя, Ноа! Просто… нынче так тяжело, и я устаю.       Он был таким хорошим — иногда казалось, что совершенно идеальный, хотя и был обычным. Знакомые Ноа даже спрашивали, что же в нём, таком внешне обычном и почти сером, нашел альфа.       Многие в родном городе знали его вкус, но он лишь отмахивался. Ему нравился характер Марко. Омега никогда его ни в чём не винил, хотя Ноа знал, что парню хотелось хорошую свадьбу, просторную квартиру. Но Ноа не мог ему этого дать — пока не мог.       Каждый раз альфе приходилось поднимать себе настроение и не впадать в отчаяние.       Последний клиент ушел и наконец-то альфа смог снять с лица улыбку — обнажилась вся усталость и едва ли не злость. У него жутко болели спина и ноги, а как хотелось спать! Ночью, вместо того, чтобы лежать под одеялом, он переделывал резюме и напрасно пытался довести до идеала свои знания, дабы лучше сдать тестовое задание. Лучше бы выспался.       Администратор отсчитал ему дневную сумму и Ноа мог уйти, но на секунду всё же заглянул на кухню, где повара уже убирались. Все, кроме кондитера. Альфа любил следить за его работой — пару раз Ричи, искусный кондитер, который непонятно почему работал в скучной забегаловке, замечал и подзывал к себе. Ноа иногда видел кое-какие процессы, но администратор замечал и отправлял в зал или домой. Может, хоть сегодня?..       — Мне на завтра надо подготовить бисквиты, может, хочешь мне помочь? — улыбнулся заметивший его Ричи, украдкой глядя за спину Ноа, а затем подмигнул — администратора не было.       Альфа с чувством удовлетворения и легкости согласился. Ему нравилось этим заниматься — в такие моменты он хотя бы забывал о своих проблемах. А они не могли отпустить его даже во сне. Ноа казалось, что он просыпается уставшим и уже отовсюду выгнанным и уволенным. Однако приходилось заставлять себя вставать и идти.       Смотреть в зеркало, прямо в собственные глаза, и убеждать себя, что всё выйдет. А потом, вечером, вновь смотреть себе в глаза и говорить, что он ещё найдет работу. Он обязан, он не будет сдаваться, иначе потеряет всё уважение к себе.       — У тебя так хорошо выходит! Ты не думал быть кондитером? — воскликнул Ричи, смотря на готовый бисквит Ноа. Свеженький, красивый и ничем не хуже, нежели у опытного повара. У альфы внутри расцветала просто детская радость, однако, осознав вопрос, он горько улыбнулся и покачал головой.       — Да нет, какой из меня кондитер. Я же альфа, мне надо заниматься чем-то другим…       Ричи фыркнул и забрал готовые бисквиты. Ноа даже стало немного стыдно — кажется, звучало высокомерно и так, будто он унижает труд кондитеров. Когда омега ушел, его захлестнуло чувство вины, однако альфа собрался с силами и прогнал свои чувства.       На телефон пришло сообщение от Марко: «Я уже свободен, забирай меня».       Жених работал довольно далеко от кафе Ноа, но альфа быстро добрался до него. Омега работал в известном журнале и был рядовым сотрудником, но ему очень нравилось там работать — каждый день он слушал рассказы о проведенном рабочем дне. Слушая его, Ноа не понимал, что может быть такого интересного в перекладывании бумаг и ежедневных записях, но Марко говорил так увлеченно, что оставалось улыбаться и умиляться. Омега был на своем месте.       Ноа успел зайти и купить цветы — жаль, что большой букет не вышло купить, — и когда подошел к высоченному офисному зданию, увидел у входа Марко.       — Привет! — радостно воскликнул омега, едва альфа приблизился. Он сразу бросился обниматься и не заметил букет, пока не уткнулся в него. — Это мне?       — А кому же? — усмехнулся Ноа и взял жениха за руку.       Он долго расспрашивал его о дне и хотел, дабы рассказы не заканчивались, но пугающий вопрос всё же прозвучал. Марко сжал его руку и спросил, уже догадываясь, какой ответ прозвучит:       — А что там с твоим собеседованием?       Ноа сглотнул и едва сумел удержать на лице улыбку.       — Не моя эта работа, видимо.       Марко понимающе кивнул и старался своим щебетом заглушить переживания альфы. В их тесной квартирке было очень жарко и Ноа не смог уснуть. Большую часть ночи он безучастно смотрел в окно, разглядывая усеянное звездами небо.       Рядом сопел Марко и рука сама тянулась к его голове. Коснувшись мягких волос, Ноа словно отбросило на много лет назад. В родном городке у него был дом на дереве: такой же тесный, как эта квартирка, оттуда виднелись звёзды, в нём было так же холодно, но почему-то уютно и хорошо. Он туда частенько сбегал вместе с таким же улыбчивым омегой, чьи мягкие волосы альфа тоже гладил. Спустя столько лет вспоминать было не больно, временами даже приятно, временами безразлично, но затем его одолевало странное настроение — липкое, неприятное и непонятное.       В школьное время он был безумно увлечен своим одноклассником, влюблен так, как влюбляются только подростки. И ему отвечали тем же. Та любовь совершенно вскружила им голову, захватила, и лишила способности здраво рассуждать и оберегаться. Всё это привело к огромной ошибке, разбившей сердца. Рука Ноа на миг замерла — иногда и правда неприятно вспоминать об этом. Сердце не щемит, не хочется кричать, но внутри что-то словно, ноет, ворочается и хочется его уничтожить.       — Ты чего не спишь? — раздался тихий и хриплый голос Марко. Омега проснулся и поднял голову.       Всё, что роилось в душе, вмиг затихло и Ноа нагнулся к жениху.       — Не спится чего-то, — сказал он, чмокнув его в лоб. — Вспоминаю свой домик на дереве дома.       — Какой домик? — сонно пробормотал Марко и улегся прямо на колени альфы.       — Я тебя туда не водил. Никого не водил… — задумчиво проговорил Ноа, а затем всё же добавил: — Кроме моего первого парня. Наверное, там уже и нет этого домика.       — Ммм, поговорить о бывших хочешь? Я ревную!       С этими словами Марко рассмеялся и потянулся к Ноа. Ночная тоска и воспоминая канули, будто и не было их. Стягивая с омеги пижаму, альфа отметил, что обязан не оглядываться на прошлое.       Утром Марко как обычно упорхнул на работу, а у Ноа была вторая смена. Однако лежать дома он совершенно не хотел — надо вновь искать работу. Захватив ноутбук, он спустился в кафе возле дома и вновь погрузился в поиски.       У него был диплом с высокими оценками, преподаватели говорили, что он талантлив и хорош в математике, имелся опыт работы, однако все это почему-то совершенно не привлекало работодателей.       Вместе с тем Ноа вспоминал, как относились к его научным разработкам, которые он писал с большой неохотой и точно так же выступал, за что и получал нелестную критику.       — В вас нет ни капли интереса к собственной работе, мистер Дей.       Ноа был обычным ремесленником, но не творцом — в такие моменты он совершенно не понимал, почему начал заниматься этой чертовой математикой. Да, она ему легко давалась, однако с самой школьной скамьи он её не особо любил. Его считали очень умным и когда-то математика ему сильно помогла. Она позволила быть ближе, чувствовать приятный и манящий запах, видеть улыбку…       С тех пор Ноа связал жизнь с математикой, будто больше ничего в жизни и не было. Совсем ничего — родители предлагали ему подумать, но альфа словно несся по этой жизни. И поэтому пошел туда, куда в голову взбрело.       Хотя не сказать, что университетская жизнь была ему не по душе.       Просидев безрезультатно несколько часов, Ноа тяжко вздохнул и закрыл ноутбук. Рядом с ним стояло уже несколько стаканчиков с кофе, но ни бодрости, ни настроения так и не прибавилось. Альфа достал телефон и написал Марко. Однако после первого же сообщения жених позвонил.       — Ноа, я нашел того, кто поможет тебе с работой!       Эта новость оглушила его — в голове сразу пронеслась картина того, как он наконец-то преподает, а не разносит еду. Но почему-то сильной радости это не вызвало, хотя веселый голос омеги заставлял его улыбаться.       — Правда? Марко, ты невероятен!       — Ты сможешь подъехать к кафе возле офиса? Просто у него мало времени…       — Да, конечно, уже еду.       Ноа, зайдя домой и забрав все свои бумаги, буквально летел к тому кафе. Там уже сидел и ждал Марко — омега широко улыбался и сразу же схватил альфу за руку. Его глаза горели так, что хотелось сделать всё на свете, пойти на любую работу, которую предложат, лишь бы он и дальше был таким.       — Он сейчас придет, садись. Ты документы взял?       — А кто это хоть?       — Мой начальник, я тебе о нём рассказывал, — сказал Марко, осматриваясь и будто ища его взглядом. Когда-то Ноа даже ревновал жениха к его боссу, пока тот со смехом не сказал, что его директор — омега. Они неплохо ладили и даже дружили. — У него много связей, я ему рассказал о нашей проблеме и он согласился помочь! Ах, вот и он!..       Ноа сразу же подготовил дежурную улыбку, как вдруг учуял знакомый запах — едва уловимый под запахом тяжелых сигарет и чьим-то чужим. Он даже дышать перестал. В голове пронеслась мимолетная мысль: «Этого быть не может, ты ошибся!».       — Познакомься, Ноа, это мой босс — мистер Лакруа.       Тонкие губы больше не растягивались в лучезарной улыбке, а сжимали сигарету. В серых глазах, в которых он когда-то ловил каждую яркую эмоцию, плескались лишь холод, усталость и безразличие.       — Софус Лакруа.       Горло сжало от нахлынувшей вины.       Спустя столько лет Ноа не знал, что сказать — и не мог.