Мой любимый бизнесмен

POV. ГАРРИ ПОТТЕР. @ Сириус встретил меня немного уставшим. Он осмотрел моё лицо, мои руки до самых локтей, а потом порывисто и обнял. — Я так переживал, мой дорогой, что ты попал в какую-то ненормальную компанию. Ты всю неделю, Гарри, вел себя немного неадекватно и я боялся, не попал ли ты в историю с наркотиками, с подростками ведь всякое случается. — Что ты, дядя? — ответил я. — С наркотой я не дружу и парней с ними обхожу стороной. Я просто никак не мог разобраться в одном деле, но сейчас все в порядке, выяснил кое-что для себя и остался доволен. — Хорошо, мой дорогой. Если захочешь поговорить об этом, знай, что я всегда рад выслушать тебя, помочь советом, — улыбнулся Блэк. — Ну, идем к столу? Я приготовил плов по-азиатски с мясом, все, как ты любишь. Я немного переживал, где ты и здоров ли, поэтому плов немного у меня подгорел. Мясо подгорело… — Я… ну, купил нам два вида пиццы, колбасу, сыра и фруктов, если ты захочешь. И ещё… Сегодня директор, он же и наш классный руководитель, попросил тебя завтра прийти в школу по поводу моего «тролля» по химии. — Да, — кивнул мужчина, — и к скольки? — Ну, в шесть часов вечера. Мол, ты до этого времени занят бываешь, а к шести — само то, — ответил я. — Кабинет ты его знаешь. — Хорошо, малыш, я схожу, — снова кивнул Блэк и вдруг выронил вилку из рук. — Сириус, ты в порядке? Чем-то расстроен? Снейп в прошлый раз сказал тебе что-то неприятное? Он у нас — жёсткий препод, может и уколоть, куснуть. — Нет, у нас с ним свои дела. Не обращай внимание. Гарри, давай к столу, а то ты голоден, поди? — Ужасно голоден, крёстный. Одни коктейли безалкогольные по горло за вечер надоели, — улыбнулся я. За пять минут до полуночи я попрощался с крёстным, пожелав ему крепких и ангельских снов, и ушел в свою комнату. Моё тело все ещё помнило горячие ласки Малфоя, мне не уснуть, пока не поговорю с мужчиной. Я вынул из стола визитку, набрал личный номер президента «Kingdom&M» и услышал гудки. Несколько секунд он не отвечал, а потом я услышал его низкий, бархатистый баритон. — Слушаю? — спросил блондин. — Привет, — тихо ответил я, — это я — Гарри. — Доброй ночи, малыш, — произнес он очень низким голосом, почти штробасом. — У тебя все хорошо? Как Сириус, не сильно волновался? — Ну, он немного сжег мясо в плове, с кофе у него не получилось… А так — все нормуль. Слушай, я вот чего звоню. Ты ведь попечитель нашей школы? Ты давно знаешь директора Снейпа? — С трёх лет, малыш. Он — мой крёстный отец, почти родственник и единственный близкий мне человек. Теперь ещё ты стал моим человеком, которому я могу всецело довериться. — Вот прямо так сразу можешь довериться мне, мой король? — рассмеялся я, а Драко там, на том конце провода бархатным голосом рассмеялся. — Ты очень мне понравился, Гарри. Ты честен, очень открыт, не корыстолюбив, безумно страстен. Ты идеален для меня. У тебя есть возражения? Увидев тебя в лифте, я сначала подумал, что ты — один из прочих, но оказалось не так. Если бы ты был таким, как все, то позвонил бы в тот же вечер, но ты не сделал бы этого и сегодня, если бы я не попросил тебя. Я прав, мой сладкий мальчик? — Прав! — смущенно ответил я. — Сказать тебе правду, Драко? — Ну, говори, если не шутишь, и коль у нас сегодня ночь откровений, — услышал я улыбающийся голос блондина. — Точно, — рассмеялся я снова. — На самом деле там, в лифте, я кажется влюбился в тебя. Твои глаза меняли цвет, твой голос, руки… Если бы лифт не остановился на пятом этаже тогда бы я… Ох… — Стал моим прямо в лифте, любимый мой мальчик? — поинтересовался президент. — Да… — всхлипнул я. — Твои губы… они сводили меня с ума, я так хотел попробовать их. Буду теперь всегда заказывать десерты с малиной и черникой в ассортименте. — Ты сделал уроки? — спросил он. — Я их делаю в школе, у меня только химия немного не идёт, а твой крёстный вечно за это изводит меня, ставит «тролля» — не выше. — Хочешь, я поговорю с Северусом? — предложил вкрадчиво мужчина. — Спятил? Ой, прости, твоё величество! Мне не должно так говорить… — спохватился я и закрыл ладонью рот. — Говори как хочешь, мой сладкий, мне нравятся твои непосредственность и открытость. — И моя наглость, ты это хотел сказать, моя вседозволенность? Да ладно, не парься, я при людях так с тобой не заговорю, я знаю свои рамки, ведь кто — ты, а кто — я. — Я люблю тебя, мальчик, полюбил ещё в том лифте, поэтому я все прощу, кроме измены. Ложь, измену и предательство я не потерплю, — ответил Малфой. — Если уж ты становишься моим, то никаких девушек и парней, ты будешь только моим, малыш. Смекаешь? — Я только «за», Ваше Величество! Но и я вправе требовать того-же. Только я у тебя во всех смыслах, никаких моделей и актрис. — Клянусь, сладкий, что будешь только ты! Ах, Поттер, как же я хочу, чтобы сейчас ты был рядом и я разложил бы тебя на кровати и всю ночь показывал, как сильно я люблю тебя и как ты дорог мне. Я сглотнул, а к глазами подступили слезы. Неужели я любим им так, как люблю сам? Неужели счастье для нас реально? — Гарри? Ты ещё на связи? Ау, Земля вызывает мистера Поттера. Малыш? — произнес он. — Я здесь, Драко, просто у меня ком к горлу подступил, я ведь до сегодняшнего дня не думал, что смогу хоть на пять процентов заинтересовать тебя, как личность, а не как мальчик, с которым можно разок того-этого. Понимаешь? — Ты даже не представляешь, насколько ты прав. Слушай, час ночи уже, тебе не пора ли спать, а то завтра проспишь в школу, школяр? — снова улыбнулся он на той стороне телефона. — Я завтра не учусь, — ответил я. — Суббота! — А я работаю, но с десяти часов, а не с восьми, поэтому мы можем поговорить, если хочешь? — Я хочу… — Секса по телефону? — усмехнулся он. — Как ты узнал? Мысли читаешь? — Ты так хрипло ответил: «Я хочу…», что я сразу понял, чего именно мой малыш желает. Ты никогда не играл в такую игру? — Нет, я только читал о таком или слышал от парней, — вздохнул я. — Вот я вошел в твою комнату, — произнес насмешливо Малфой, у тебя выключен свет… — Оу, мы уже играем, да? Погоди-ка, сейчас выключу,  — ответил я и потянулся к ночнику. — Готово… — В твоё окно светит полная луна (в моё оно точно светит), а в твоё, малыш? — Не знаю, я сейчас открою шторы, — кивнул я, словно он мог увидеть мой кивок головы. Я в два прыжка оказался у окна и открыл шторы. — Эх, в моем окне луна появится только через час, она пока за углом. — Иди, вернись в кровать, ничего страшного, что нет луны. Переиграем. Тусклый свет от твоего бра был нашим освещением. Я подошел к тебе в тот момент, когда на тебе были только трусики и тонкая майка. — Да, — выдохнул я, — на мне действительно такая одежда сейчас, я разделся. — Я знаю моего малыша, — ответил мужчина. — Ты приглашающе похлопал по кровати и я сел на неё, провел по острой коленке рукой, подбираясь к внутренней стороне бедер. Ты ждал меня и выдохнул, прогнувшись в спине, когда моя ладонь через ткань трусиков погладила тебя. «Да…» — произнес ты хрипло, а я склонился к твоим губам, втянул в мокрый поцелуй, от которого ты застонал, отвечая не менее горячо и мокро. Я перелёг и устроился между твоих разведеных ног. «-Это будет больно?» — поинтересовался ты, но я обнял тебя под спиной очень нежно, чтобы ты почувствовал, что со мной не страшно, мне можно довериться, что я не причиню тебе боли, которую ты не в силах будешь вынести. И ты доверился мне, малыш. «-Я покажу тебе сегодня сладкую муку», — произнес Малфой, но тут в дверь постучались и я со страха нажал на отбой. Это был Сириус. — Ты чего не спишь, Гарри, с кем разговариваешь по телефону? Время почти два часа ночи, — поинтересовался Блэк. — Этот так, друг позвонил… А ты почему не спишь, Сириус, расскажи, что беспокоит тебя? — Ну, как-нибудь расскажу. Завтра. Возможно, — ответил мужчина. — Давай, сейчас выкладывай, а то мы на пару не уснем, — сказал я и сел на постели. — Понимаешь… В школе я учился с твоими родителями, мы дружили, но с нами в одном классе учился ещё и Северус Снейп — твой директор. Твой отец, я и ещё мой друг, Римус Люпин, ты его знаешь, мы доводили парня до белого каления за то, что Снейп был не такой, как все: тихий, очень любил твою мать и все хотел подружиться со мной. Ботан. Я был для него особым человеком. — Снейп — гей? — спросил я. — Я точно не знаю, — кивнул Блэк, — но этой весной, когда я был на родительском собрании, он предложил мне встретиться вне школы, но я не пришёл. Я ушел и вот теперь он снова вызывает меня в школу. — Хочешь, я пойду с тобой сегодня в школу, при мне он не станет что-то предпринимать, — предложил я. — Да я не боюсь его, Гарри, я боюсь себя. В школе я любил твоего отца больше, чем друга, возможно, как брата или сильнее. Однажды под Рождество мы все были на балу, Люпину удалось пригласить Лили на танец, а Джеймс вдруг утянул меня в коридор, а оттуда в ближайший класс математики и геометрии. Там он поцеловал меня сам, а я ответил. Твой отец сделал мне минет, а после убежал в зал. Мне было хорошо с ним в тот момент, но больше Джеймс меня не подпускал к себе, сказав, что был не прав, что сливочное пиво ударило ему в голову. — Тебе, наверное, тяжело видеть меня, ведь я — копия моего отца, Сириус? — произнес я. — Нет, Гарри, ты для меня только сын человека, которого я до сих пор люблю, но теперь как брата и друга. То чувство во мне перегорело, но этот ваш директор… Есть в нем что-то дьявольское и искушающее. — Да, не без этого. Мы его называем за глаза: «Харизматичный черт», — ответил я. — Так как, идти мне вечером с тобой? — Не стоит, Гарри, — ответил Блэк. — Возможно, я приду поздно, поэтому ужин на тебе. — Договорились, Сириус, — кивнул я улыбнулся. Когда крёстный ушел, я написал смс-ку Малфою: «Прости, крёстный пришёл ко мне, пришлось дать отбой. Сегодня я не решусь звонить, напиши, если хочешь встретится?» Ответ пришёл через пять минут. Эти минуты длились долго, я уж хотел звонить, когда пискнул телефон. «Я понял, малыш, что ты не смог говорить. Не переживай. Завтра я до часа дня занят, но могу пригласить тебя на обед в 14.00 в ресторан. Я закажу нам столик, если ты не против? Заеду за тобой в 13.30. Как тебе?» «О’кей, Драко, но в 18 часов я должен быть дома, ужин надо приготовить, пока крёстный будет на собрании в школе». «Хорошо, малыш, а сейчас отдыхай, тебе надо поспать. Возможно, я приснюсь тебе сегодня, а ты завтра расскажешь мне свой сон.