Мой любимый бизнесмен

POV (От Автора) @ Проснулся Гарри около полудня. Блэк оставил ему завтрак на плите и записку: «Погуляй, Гарри, сегодня суббота. Сто фунтов стерлингов на холодильнике под магнитом совы. Крёстный». А также брюнет обнаружил пять пропущенных звонков от Малфоя. Оказалось, что Поттер забыл включить зарядное устройство в свой мобильный телефон и он разрядился. Как только брюнет включил подпитку, он заработал новой трелью. — Малыш, наконец-то! Что случилось? — услышал он голос президента торгового дома. — Привет! — ответил Гарри. — Прости, телефон разрядился, я только проснулся и вот… — Я рад за тебя, что ты выспался и в порядке. А мне не спалось этой ночью. — Хм… Могу предположить, что ты не спал из-за меня? — поинтересовался парень. — Конечно, мой хороший, — улыбнулся в трубку Малфой, — ты стал для меня первым, о ком я думаю, засыпая ночью или просыпаясь утром. Малыш Гарри, у тебя есть загранпаспорт? — А что? — замерев от удивления спросил Поттер. — Хочешь увезти меня куда-то на хэллоуин? — Ты очень проницателен, олененок, — снова улыбнулся блондин. — В этом году хэллоуин в понедельник, мы бы уехали в пятницу вечером и вернулись в понедельник вечером. Три дня только мы с тобой. В Лондоне начались проливные дожди, а мы бы улетели в солнечную Калифорнию. Там океан, у меня свой особняк почти на холмах Голливуда. До океана несколько минут на машине. Хочешь? — Спрашиваешь? Я хочу, Драко, вот только загранпаспорта у меня нет, и Сириус не знает о нас. Да и отпустит ли он меня с тобой — мужчиной? — Возьми с собой паспорт сегодня или копию его, через неделю будет загранпаспорт готов. Об остальном не переживай, — ответил Драко. — Давай, ты пока позавтракай, а мне на встречу пора. — Так-так, твое величество, и с кем у тебя встреча? С грудастой моделью или с… — Это по делу, малыш, не изводи себя, — успокоил парня президент «Kingdom&M», — я считаю часы и минуты, когда увижу тебя. — Драко?.. — хриплым, от подступившего кома в горле, произнес Поттер. Слезы навернулись на глаза от того, что такой барс у его ног, подобно котёнку ласковый. Нет, ревновать Малфоя не стоит, но Гарри не может не ревновать. Блондин слишком красив и желанен. — Да, мой хороший? — спросил мужчина. — Я люблю тебя, Драко! — ответил Гарри и дал отбой. Поттер позавтракал и отправился в магазин. Ближайший супермаркет был через дорогу, поэтому на покупку продуктов для приготовления ужина времени ушло не много. Он купил свежие свиные ребрышки с мякотью, специи, соусы, зелень, некоторые овощи и итальянскую пасту, а также сыр и сливочное масло. Сириус очень любил ребрышки и неважно — свиные они, говяжьи или бараньи. Увидев армянский тонкий лаваш, Поттер взял и его, а к нему куриную грудку, решив, что приготовит ещё и конвертики из курицы, овощей и соусов. Вернувшись домой, парень все разложил в холодильнике, кроме мяса. Его он на час замочил в воде, чтобы крови не осталось, пока сам Гарри пошёл в душ перед свиданием с любимым, а после замариновал ребрышки и оставил в холодильнике. Готовил Поттер прилично. Конечно, до шеф-повара ему далеко, но замечательный ужин он приготовить умел так, что не стыдно было гостей угощать. А в доме Блэка гостей всегда было достаточно: друзья и коллеги по работе Сириуса, его закадычный приятель, Римус Люпин с женой, Нимфадорой Тонкс, плюс Гаррины одноклассники, в числе которых Рон по прозвищу «Вечноголодный», его братья-близнецы, Гермиона Грейнджер с Полумной, да Невилл с Симусом. Так что, опыт у Гарри имелся. На свидание с Малфоем брюнет надел чёрные джинсы, малахитового цвета водолазку и жакет, ботинки утепленные, так как сентябрь в этом году особенно выдался промозглым и больше смахивал на конец октября, а не на середину сентября. Также Поттер вынул из шкафа теплую куртку с капюшоном. Президент «Королевство&М» приехал в 13.20 и просигналил под окнами. Поттер вышел на улицу, запер дверь и побежал скорее, хоть и под зонтом, но все же под холодными струями ливня к «Мерседесу». Сегодня блондин приехал не на своей «Alfa Romeo», а на другом автомобиле, по типу внедорожника. Он большой и уютный, о таком Гарри только мечтал. Задние сиденья можно сложить, превратив их в ложе. В желудке от желания у парня сладко свело. Он хотел быть с Драко и неважно совсем дворец это будет или машина, можно и в шалаше, только бы Малфой был рядом. У Гарри с Сириусом тоже имелся автомобиль, не менее классный, темно-зеленого цвета «VOLVO — XC40». Блэк купил года три назад, продав их старенький «Ford». Малфой открыл парню дверцу и тот запрыгнул на переднее сиденье, закрыв зонт. В машине пахло лесной хвоей. Ароматизатор. — Иди ко мне, олененок, иди, поцелую тебя, — улыбнулся блондин и Поттер подался вперёд, обнимая любимого. — Как же я соскучился. Гарри отвечал все ещё не столь умело на поцелуй, но Драко тихо застонал от удовольствия. — Ты так свежо пахнешь, Гарри. Так хорошо, детка, — произнес президент. — Только тебе я прощаю и Сириусу, когда вы так называете меня. Он — на правах крёстного, а ты — любимого мужчины. Если я твой малыш, то мне стоит называть тебя «папочка?» Мне это не по душе, я не хочу чувствовать себя «содержанкой», — насупился брюнет. — Гарри, иди ко мне, — ответил Малфой и обнял мальчишку. — Ты — не моя содержанка. Ты — мальчик, невинный мой ангел, школьник, поэтому я и называю тебя «малышом», «моей деткой». Это не оскорбление, а проявление любви. Ну, посмотри на меня, не хмурься. Гарри? — Я знаю, Драко! — выдохнул Поттер. — Я верю, что ты не хочешь меня унизить этими словами. Это я так просто немного капризничаю. Просто погода такая отвратная и я голоден. Поцелуй меня крепче, Малфой, и поедем уже. В ресторане их провели в отдельную комнату, чтобы побыть вдвоём и чтобы Гарри не чувствовал себя неловко под взглядами чужих глаз. Даже официант приходил-уходил по звоночку колокольчика, чтобы принести-унести блюдо. Гарри очень смущался под горящими взглядами блондина, который изучал мальчишку. — Какие у тебя планы на будущее, уже выбрал, чем хочешь заниматься? — спросил Малфой. — Сириус мечтает, что я пойду по стези адвоката, как и он, а я мечтаю заниматься дизайнеской работой. Люблю чертежи, рисунки, обожаю мечтать и создавать что-то новое, что-то свое,  — улыбнулся брюнет. — Хм, это очень даже замечательно, мой хороший. У тебя есть что-то, на что я смог бы посмотреть и оценить? Рисунки, чертежи и эскизы? — Целый альбом дома валяется. Чего я только не рисую: от набросков особняков, музеев, вилл и разной архитектуры, до человеческих лиц. После той встречи в лифте я нарисовал тебя в трех разных ракурсах. И мне самому понравились твои портреты. Но они… карандашом нарисованы, один, правда, тушью. Я так дико скучал по тебе, так мечтал, что вся моя боль вылилась в эти… рисунки. — А мне покажешь их? — улыбнулся счастливо мужчина. — Конечно. А тебе нужен дизайнер? — спросил парень. — Конечно, я бы нанял тебя. «Королевству» нужно расширяться. Я мечтаю построить что-то наподобие тому зданию, что ты видел и в котором побывал, но более интереснее. — Хочешь, я нарисую парочку, как я вижу твоё королевство, например, в Германии или во Франции, — загорелся идеей школьник и глаза его засияли ярче. Официант принес десерт, а Поттер все говорил и говорил, но Драко, при этом серьёзно и внимательно его слушал, понимая, что у ребёнка этого особый дар видения снаружи и изнутри, он буквально читал мысли, желания и мечты самого Малфоя, который хотел построить именно такие шедевры. Гарри не заметил, что пока говорил слопал оба кусочка торта — свой и Малфоя. Драко не возражал. Он давно был сыт, его заинтересовал этот мальчик ещё больше, чем прежде. Они пробыли в ресторане около четырёх часов, пили чай и говорили-говорили-говорили. Поттер поведал многое о том, о чем мечтал и блондин удивлялся богатому внутреннему миру обычного лондонского школьника. — Если хочешь путешествовать, я только «за», малыш, — улыбнулся в конце президент. — Кстати, ты копию паспорта взял? — Естественно, твоё величество! — фыркнул парень. — Разве я такое забуду, ведь если все получится, я смогу поехать с тобой? До хэллоуина еще месяц и почти две недели. С завтрашнего дня я включу режим ожидания. — Кстати, ты знаешь, что сегодня мой крёстный позовет на свидание твоего крёстного? — как бы невзначай спросил блондин, Гарри чуть не подавился минеральной водой, которой запивал третий кусок торта. — Что? — удивился он. — Как это, но ведь Сириус — не гей. — Да и ты у меня тоже не гей, малыш, вроде как, но ведь любишь меня? — возразил Малфой. — Северус давно хочет Блэка. Моя мать и твой крёстный — кузен с кузиной, родственники. Сириус со Снейпом знакомы с детства и мой крёстный устал ждать, с педагогического универа ждёт Блэка. Возможно, сегодня Сириус ответит-таки на чувства моего крёстного. Он собирался пригласить его в ресторан, а потом отвезти к себе. — А когда ты отвезешь меня к себе? — спросил брюнет. — Прямо сейчас, — если ты этого хочешь, мой хороший? — Малфой положил свои пальцы на пальчики Поттера. — Хорошо… — выдохнул Гарри. — Я пока позвоню крестному, а ты закажи нам домой ещё шесть таких кусочков, а лучше весь торт, в нем восемь помещается. — Сладкий, а тебе не поплохеет? Мне не жалко, но лопать столько калорий? — усмехнулся Малфой. — У меня организм растёт? Он ещё до двадцати пять лет расти будет, да все калории сгорают. Не жадничай, Драко, а то я подумаю, что ты не любишь меня. Жмот. Но Сириус сам позвонил за секунду до того, как Гарри решил набрать его номер. — Гарри? — услышал парень голос Блэка. — Ты как? — А ты как, Сириус? Встретился с директором школы? — поинтересовался брюнет. — Гарри, ты дома? — спросил мужчина. — Нет, — ответил Поттер и глянул на Драко, который заказал на вынос целый торт. Мальчик улыбнулся. — Я с другом и думаю, что заночую у него. Ты не потеряешь меня, Сириус? — Хорошо, отдохни с другом, но крепче сливочного пива ничего не пей, хорошо? Другу можно доверять? Он — нормальный? — Замечательный, крёстный, мы поиграем с ним, посмотрим фильм, я буду в надёжных руках. Ты там тоже отдохни, Сириус. Директор лютует, он не обижает тебя? — Нет, он очень настроен мирно, даже... Ммм… Ох... — простонал мужчина уж больно горячо, видимо Снейп был рядом. — Ладно, до вечера, Гарри. — Я позвоню завтра днем Сириусу, не раньше, — кивнул Поттер и выключил телефон. — Ну, как? — поинтересовался Малфой. — Похоже, Снейп уже зажал крёстного. Сириус так сладко стонал между словами. Ох, тяжёлая ночка будет у Сириуса, — ответил брюнет. — У тебя — не легче. Поехали домой, малыш, — улыбнулся Драко. @ POV. ГАРРИ ПОТТЕР. @ Чем ближе мы подъезжали к дому Малфоя, а он жил далеко от Лондона, в графстве Уилтшир, до которого на машине два часа пути, я все больше переживал. Да, я безумно хотел блондина, готов был всего себя отдать, но я никогда не был с мужчиной до этого дня, и грядущий опыт страшил меня. За полчаса до приезда, президент вдруг остановил свой «Мерс», съехав с дороги. Он обнял меня очень ласково, посадив на свои колени. — Мальчик, ты весь дрожишь, боишься? Я прямо чувствую, как у тебя зубы стучат от страха, — произнес он. — Не правда, не стучат мои зубы. Но — да, я немного боюсь. Я читал, что это больно, в первый раз особенно чувствительно. — Я запасся хорошими средствами, малыш, твоя боль будет совсем минимальной, клянусь, мой хороший. Я — не изверг и накидываться на тебя не буду. Обещаю, тебе будет со мной хорошо, я буду очень нежен с моим мальчиком. Расслабься, я рядом, доверься мне полностью, Гарри. Я уткнулся в изгиб его шеи и кивнул, целуя губами чистую кожу. — Хорошо, — наконец, произнес я. — Поехали, пока я снова не начал дрейфить. Малфой пересадил меня на сиденье и мы выехали на дорогу. Малфой-мэнор оказался четырехэтажным особняком с башнями, очень красивое и мощное строение. Кованные ворота, голубые ели, фонтан, кругом все красиво и ухожено. От ворот до самого особняка метров сто расстояние. Мы ехали по белой дорожке, выложенной мраморными камешками. Дворецкий встретил нас у входа. Драко что-то сказал ему по-французски. Мужчина кивал, что-то отвечал. В доме нас встретил ещё повар, я понял это, потому что на нем был белый колпак и белая форма кока. Маленький мальчик пяти лет, похожий на повара, стоял рядом и во все свои глаза смотрел на нас. Либо сын его, либо — внук. Драко снова заговорил на французском языке, и теперь уже повар закивал головой. Малфой вынул из кармана две кредитки: красную и розовую. Одну он отдал дворецкому, а другую — повару, затем протянул плитку шоколада ребенку и погладил того по голове. Приобняв меня, он что-то снова проговорил, я лишь поклонился им. — Что ты им сказал обо мне, Малфой? — поинтересовался я. — Сказал, что ты — почти мой муж, что летом мы поженимся, — ответил блондин, а я поперхнулся слюной, которая вдруг не в «то» горло пошла. — Гаспар, — позвал он дворецкого и что-то сказал. Тот мгновенно принес мне воды. Драко похлопал меня по спине и отдал торт в руки мужчины лет пятидесяти, потом посадил меня в кресло близстоящее и сел на корточки. — Что тебя так удивило, малыш? — спросил блондин. — Ты не хочешь становиться моим мужем, или считаешь, что я стар для тебя? — Нет, не так, Драко, о чем ты вообще? Стар? — спохватился я. — Нет, просто свадьба — так неожиданно, мне в июле исполнится восемнадцать, я едва школу закончу. Будь я девушкой, все бы сказали, что так рано я выхожу замуж, потому что «залетела», но я — парень и в моей природе нет функции забеременеть. А как же учёба? — Будешь учиться в моем строительном университете на дизайнера, который я курирую. Это не вопрос, любимый. Хочешь ребёнка? Через несколько лет можно прибегнуть к суррогатному материнству. Гарри, у нас будет ребёнок, я обещаю это, потому что и сам хочу от любимого парня. Все будет, но не враз, пока ты у меня сам ещё дитё. Пойдем, слуги сейчас уйдут. Повар плохо говорит по-английски, дворецкий — отменно, но с ними я общаюсь на французском языке, они оба с юга Франции и очень мне преданы. Горничных до понедельника не будет, я велел им уйти пока. В мэноре я часто не бываю, живу в Лондоне, в основном, но сегодня решил показать тебе родовое имение Малфой. — Здесь красиво, — улыбнулся я и поставил пустой стакан на столик у кресла. Малфой поднял меня на руки и понес наверх, по правой стороне лестниц, а их было две. — Господи, — хрипло улыбнулся президент, — как я люблю тебя, Гарри. Ты у меня такой красивый и бесподобный. Мы все поднимались и поднимались наверх, а на стенах висели дорогие картины и гобелены, в напольных вазонах росли деревца и небольшие кустики, цветы. На потолке лепнина как в «Сикстинской капелле». Все серебристо-золотое, дорогое и красивое. На полу постелена дорогая дорожка, закрепленная золотыми ковродержателями. Я выдохнул в шею блондина и прошептал: — Я люблю тебя, Драко! Как же сильно я люблю тебя. Меня обняли крепче, но нежно. — Я знаю, мой хороший, все знаю. — Скажи мне, Малфой, а в этом мэноре бывали твои бывшие? — спросил я. — Нет, только в лондонском доме, — ответил, даже не задумавшись, Драко, — поэтому я и не повёз тебя туда. Этот мэнор не для всех, а ты у меня особенный мальчик. Мой. В Лондоне я тот особняк продам и мы купим новый. Я не хочу, чтобы тебя что-то тревожило, Гарри. Вот мы и пришли. Чуть позже я покажу тебе весь мэнор, а пока осмотри нашу спальню. Я поцеловал снова шею блондина и он опустил меня на ворсистый ковёр. Комната просто огромная, но в ней тепло, отапливается батареями. Все в серебристо-малахитовых тонах. Вазоны с цветами по двум сторонам сплошного окна, выходящего на застекленную лоджию, стенка с книгами; на подставке орёл резной из дуба в состоянии полёта, расправивший свои мощные крылья. Красиво и очень подходит хозяину мэнора. Раскрашенный орёл с агатовыми глазами. Три двери в стенах. Туалет и ванная — понятно, а третья куда ведёт, интересно? — Третья? — услышал я голос Малфоя. Я, что, вслух спросил? — Это моя гардеробная комната. Пойдем, покажу, малыш. Тёплая рука мужчины приобняла меня, и я вошел в не менее большую комнату. Шкафы-купе во всю стену, шкаф для обуви, для зонтов; витрина для часов и запонок; для украшений и колец. Шкаф для спортивной одежды. — После свадьбы мы часто будем жить здесь. В мэноре летом обитает Северус, думаю, когда они с Сириусом поженятся, в левой части мэнора будут жить они, поэтому со своим крёстным ты будешь видеться постоянно. Я подошел к Малфою и обнял. Меня приподняли за попу и вынесли из гардеробной. — Хочешь в душ или отдохнешь с дороги? — поинтересовался мужчина в центре спальни. — Я хочу тебя, Драко, но я читал, что перед ЭТИМ надо принять не только душ, но и сделать клизму. Мы ведь не купили в аптеке ничего. Как же быть, я грязный? — Пойдем, я покажу тебе все. Я не знал, когда ты решишься стать моим по-настоящему, но я купил все необходимое: клизму, смазку, презервативы, мазь и лекарства. Я покажу тебе, как и что надо делать, мой сладкий и такой мудрый мальчик. Давай, раздевайся и я отнесу тебя в туалетную комнату. Я не буду рассказывать, как Драко помог мне, как смазал задницу. Потом перенес в душевую комнату, где мы вместе ополоснулись горячей водой. Он сам меня помыл во всех частях тела, показал, как надо, а после вытер махровым полотенцем и вынес на руках в спальню. Огроменная кровать просто меня поглотила — траходром настоящий, я на ней потерялся, пока Малфой вынимал из тумбочки жирный вазелин с ромашковым отваром и с шалфеем. Он не спешил. Его поцелуи были очень нежные, чтобы я не испугался. Я немного дрожал сначала, а потом растворился в них и сам уложил любимого на кровать. Но мои неумелые ласки переняли и блондин перевернул меня на спину. Я совсем растворился в его поцелуях, сладких ласках, пока он занимался моим телом и членом. — Милый? — услышал я сквозь марево огненных ощущений. — Гарри, перевернись на животик, пожалуйста. Да, сладкий, вот так… Поцелуи спины, лопаток, позвоночника — все это было так нежно и тепло. А потом я почувствовал губы Малфоя на своих ягодицах. Ох, такого я ещё не испытывал. А когда губы прижались к моему самому сокровенному, мне стало не по себе, напал стыд и неловкость. — Нет, Драко, не надо! — взмолился я, пытаясь закрыться. Малфой снова повернул меня на спину и сел между ног. — Гарри? Доверься мне, мальчик, я не причиню тебе боль, олененок мой. Это местечко у тебя девственно-тугое и я должен немного расслабить его. Сделать это губами и языком приятнее, чем пальцами, малыш. Доверься мне. Войти в тебя в таком состоянии я не могу, потому что просто не получится или я порву тебя. Давай, доверься мне, — произнес мужчина и принялся целовать. В какой-то момент я снова оказался на животе, а моя задница приподнята. Лежать головой и грудью на прохладных простынях было приятно. Губы Малфоя снова прижались к моей розовой дырочке, язык принялся кружить, чуть надавливать на вход, раздвигая тугие стенки ануса. Я услышал чьи-то всхлипы и стоны. Ой, это же я их издаю и уже давно. Это было прекрасно. Если таково проникновение членом, то я готов немедленно. Я стал сам насаживаться на язык Драко и стонал-стонал, прося поскорее взять меня. Но президент не торопился, он убрал язык и я почувствовал его палец, обильно смазанный вазелином. Он растягивал стеночки, кружил, вращался, а потом нащупал во мне простату и я закричал. Это было ни с чем не сравнимое наслаждение. — Ещё, Драко… — простонал я. — Сделай так ещё! — закричал я и он повторил. Второй палец вошел туго и мне стало больно. — Все хорошо, мой родной, — улыбнулся блондин, целуя мои лопатки и позвонки, — сейчас станет легче. Уже через несколько минут я расслабился и стал легко принимать два пальца. От третьего я зашипел, потому что они не хило распирали, растягивали меня в виде ножниц. Драко непрестанно целовал моё тело, ласкал мой член рукой, гладил по бокам и снова целовал, шепча слова любви и утешая. Но и эта боль прошла, стало снова горячо и хорошо. А после, спустя долгие минуты, я почувствовал у входа горячую, шелковистую головку члена блондина. Я порадовался, что член Малфоя был сейчас не в презервативе, так как резина в первый раз не вяжется с тем сокровенным единением двух тел, как и двух душ в одно целое. Сейчас я стану единой плотью и единой душой с Драко, он сделает меня своим и это навсегда. Первый, он навсегда останется для меня первым мужчиной в этом воплощении. — Малыш мой сладкий, я вхожу, — проговорил он и головка преодолела вход. Крупная какая. Я видел член президента сегодня. Он был весь в венках, горячий, твердый и пульсирующий, широкий и мощный. Ох, помогите мне, все боги земли! — Ничего не бойся, расслабься полностью. Я люблю тебя, поверь мне, поверь в нашу любовь, Поттер. Он сделал большой толчок и я закричал от боли. Меня словно разорвало изнутри. Ощущения? Будто на кол насадили, на раскаленный до бела. — Драко… — заплакал я. — Больно… Драко… — Все хорошо, мой олененочек, я весь в тебе. Ты у меня молодец, малыш. Я люблю тебя, Гарри, расслабься, моё солнышко. Я в тебе, моё сокровище, а ты в порядке, твоя попа — молодец, постаралась. Я всхлипнул и попытался улыбнуться сквозь слезы.  — В этой позе в первый раз хорошо принимать, не так больно, — произнес Драко. — Я хотел видеть твои глаза, Малфой, хотел лицом к лицу, а ты задницей меня повернул к себе, — возразил я и шевельнулся, чтобы нос почесать, так как он зачесался, но зашипел снова от боли. — Было бы больнее, если бы я взял тебя на лопатках. В следующий раз я оттрахаю тебя на спине, но сегодня будет так. Дай мне знать, малыш, когда боль уйдёт. — Ты такой большой, у меня ощущение, что сейчас во мне кувалда, а не твой член, — сказал я. — Это просто ужас, Малфой! — Ты полюбишь мой член, Гарри, я обещаю тебе. Совсем скоро ты будешь сам объезжать его, скакать на нем и просить меня трахать тебя жестче. Мы будем заниматься любовью везде, мой олененочек. Я научу тебя всему, мой родной. — Боль стихла почти, Драко, попробуй, любимый, — попросил я и повернулся чуть назад. Малфой поймал мои губы и жадно поцеловал. — Расслабься, мой хороший, доверься мне, — ответил блондин и сделал первые два толчка. Я застонал. Потом он чуть изменил угол траектории и попал по простате, теперь уже я закричал, но от огромного удовольствия, ибо искры блаженства пронзили меня всего, будто током, но не болезненным, а сладким. — Драко, ещё! Пройдись так ещё… Сделай также хорошо, как было только что… — закричал я и сам подался назад, ища любимого, желая, чтобы он снова прошёлся по простате. Уже через минуту я кричал во все горло и на всю спальню, и на весь мэнор, наверное, от восторга, умоляя не останавливаться, а трахать меня глубже и острее. Я делал круговые движения задом, стараясь, чтобы шелковистая головка Малфоя описывала круги на моей простате, нажимала на неё, вышибая искры удовольствия. Я комкал простыни и кричал, почти выл, скулил, когда Драко начал входить так, как мечтал, наверное, или как привык трахать. Пальцы на моих ногах скручивались от напряжения. Каждый толчок выбивал дух из меня. Его руки успевали гладить меня, ласкать мой член, подводя нас к пику оргазма. — Драко? — заорал я, еле сдерживаясь. — Я не… мог… уу! — Кончи, Гарри, давай, я тоже готов. Вместе, любовь моя! — ответил блондин и мы кончили. Я в ладонь блондина, а он вышел из меня и кончил на мои бедра. Откуда-то появилось полотенце. Малфой нас вытер и уложил меня на бок, обнял. Я тоже обнял мужчину за шею, чувствуя горячее тело, которое все ещё дрожало в моих руках, как и моё в его. — Мой отважный мальчик! — проговорил президент. Он потянулся за чем-то к тумбочке и попросил: — Ляг пока на животик, я смажу твой анус мазью, чтобы утром было не больно. — Не хочу двигаться, — улыбнулся я, зарываясь носом в светло-русые завитки волос на груди, — мне так хорошо сейчас. — Надо, Гарри, чтобы попа не болела и поясница утром, — ответил Малфой и сам перевернул меня. Ласковые пальцы нежно смазали меня не очень вкусной мазью, напоминающей запахом на мазь со змеиным ядом. Я Сириусу как-то мазал поясницу ею. Согревающий эффект и обезболивающий. Эта же мазь, коей мазали меня, успокаивала и обезболивала, но не горячила, а наоборот — охлаждала немного. Малфой поцеловал мои полушария ягодиц и снова уложил набок. Я обнял любимого и оказался в кольце его рук. — Сегодня я стал твоим и только твоим, Драко, и это навсегда, — произнес я. — А я — твоим и это тоже навсегда, моё сокровище! — ответил блондин. — Засыпай, мой хороший.