・*:.。. .。.:*・゜゚・*☆
Они не просыпаются до позднего вечера следующего дня, и всё странно. Не в плохом смысле, но всё равно странно. Они не говорят о поцелуе, но Гарри бросает на Луи довольные взгляды, из-за чего кровь в венах последнего радостно гудит. Кудрявый использует имя вора в каждом предложении, будто наслаждаясь знанием этой тайны. Луи много лет никому не называл своё настоящее имя, это… слишком много значит для него. Когда он начинает задумываться о том, почему рассказал Гарри правду, он чувствует возрождение глупых мыслей из таверны. Они не должны появляться сейчас. Перед ним стоит чёткая задача: доставить Гарри в деревню. Томлинсон уже решил остаться там подольше и посмотреть на фонарики вместе с Гарри (потому что он идиот). После всего этого… может быть, он подумает о том, чтобы уговорить Гарри навсегда покинуть башню. После фонариков. — Как думаешь, мы уже близко подошли? — интересуется Гарри. Вчера вечером они оба забыли спросить дорогу. Луи готов ударить себя. — К деревне? Не знаю, правда. Не думаю, что мы ходили кругами. Но я не настолько далеко забежал в лес, когда нашёл тебя. Мы заблудились, так что… — он вздыхает и делает паузу. — Может, мне стоит сделать татуировку компаса на руке, потому что он мне чертовски сильно нужен, принцесса. — Я не принцесса, — бормочет Гарри. В этот раз он едва заметно усмехается, опуская взгляд в землю. Он встряхивает локонами перед лицом и прячет за ними румянец. Луи смотрит вперёд с ухмылкой на лице. Они идут в комфортной тишине, когда Томлинсон слышит это. Слабый треск позади них, напоминающий хруст ветки. Луи тянет руку, чтобы Гарри тоже остановился. Звук повторяется ещё раз, только становится громче. Вор быстро хватает толстую ветку и разворачивается, готовый к бою. Он натыкается на крайне недоброжелательный вид Зейна, который снова скачет один. Томлинсон думает, а не сбросил ли он своего всадника. Лошадь такая же злая, какой была раньше. Зейн перебирает ногами, сердито фыркая. — Нам надо бежать, — шепчет Луи. — Это всего лишь лошадь, — отвечает Гарри. — Что он нам сделает? Луи смотрит на юношу, удивляясь, что тот не испугался Зейна. — Убьёт меня, Кудряшка. Он убьёт меня. Бежим. Как назло, когда они разворачиваются и проходят всего несколько футов, Гарри спотыкается о свои до смешного длинные ноги. Неделю назад Луи, вероятно, просто побежал бы дальше. Но он не может бросить этого парня. Он пытается помочь ему подняться на ноги и продолжить путь, но Зейн добирается до них раньше. Лошадь пинает Луи в спину и сильно наступает на руку. Вор старается не обращать внимания на болезненный треск, который эхом разносится по всему лесу. Гарри же, наоборот, обращает на него внимание. — Нет! — кричит кудрявый. — Прекрати! Гарри вскакивает на ноги и оказывается лицом к лицу с Зейном. — Больше так не делай. Сейчас ты отпустишь руку Луи и сделаешь три шага к тому дереву. Как ни странно, конь подчиняется. Он раздражённо фыркает и отходит, пыхтя и беспокойно пиная землю копытом. Маленький хамелеон Найл забирается к Луи на колени и грозно смотрит на Зейна. Хах. Парень неосознанно обзавёлся очень маленьким и, возможно, бесполезным, зато милым союзником. Гарри говорит с животным низким успокаивающим голосом. — Я знаю, почему ты преследуешь его, — начинает кудрявый, игнорируя протестующий крик Луи. — Он вор. Не отрицай это, Луи. А ты должен поймать его. Зейн наконец смотрит на Гарри, заинтересованный его словами. Томлинсона снова поражает это человеческое поведение. — Но он как бы… мой? Он нужен мне. Как тебя зовут? Зейн. Какое великолепное имя! Оно почти так же великолепно, как ты сам. Луи уверен, если бы у Зейна были ресницы, он бы сейчас размахивал ими перед Гарри. — А сейчас, Зейн, Луи сопровождает меня на очень важном задании. Оно сделает меня по-настоящему счастливым. Я был бы рад, если бы ты присоединился к нам. Но мне нужно, чтобы ты не убил Луи по пути. Пожалуйста? — умоляет Гарри. Он почёсывает лошадь под подбородком и закусывает губу, ожидая ответа. Зейн смотрит на Луи, закатывая глаза – серьёзно, что за хуйня – и тяжело по-лошадиному вздыхает. — Спасибо! — радуется Гарри. — Ты случайно не знаешь дорогу к замку? Луи молча раздумывает о том, насколько им повезёт. Животное встаёт по стойке смирно и кивает, беря инициативу на себя. Хорошо, что у него нет огромного самомнения.・*:.。. .。.:*・゜゚・*☆
В эту ночь они почти добираются до деревни, однако из-за страха Луи, что их могут поймать, останавливаются на другой стороне озера. Зейн дремлет под деревом, а Найл, свернувшись калачиком, лежит на его шерсти. Гарри рад, что у него появился ещё один друг. Жизнь в полном одиночестве никому не идёт на пользу. Ему в том числе. Гарри собирается поделиться этим с Луи, когда замечает, что тот лежит, прижав руку к телу. — Ты в порядке, Луи? — спрашивает Гарри. Он до сих пор с трепетом произносит его имя. Томлинсон доверился ему больше, чем другим. — Я в порядке, — заверяет парень. — Просто, эм, Зейн сильно наступил мне копытом на руку. Гарри подходит ближе и за запястье приподнимает руку Луи. У него перехватывает дыхание, когда он видит, что она багровая и распухшая. Рука выглядит очень болезненно. Это Гарри виноват во всём случившемся. Если бы Томлинсон никогда не встретил его, он бы, вероятно, был счастлив и шёл к лучшей жизни. Однако он может кое-чем помочь. — Я хочу кое-что попробовать, — говорит кудрявый. — Только пообещай не пугаться. Луи раздумывает пару секунд и кивает. Гарри аккуратно берёт его руку в свои ладони и поднимает её к волосам. Томмо немного морщится от движения, но позволяет юноше это сделать. Он ожидает, что же будет дальше. Закрывая глаза, кудрявый начинает петь. Солнца яркий луч, Путь найди во мгле. Я прошу, верни, Что так желанно мне! Раны исцели, Жизни свет пролей, Я прошу, верни, что так желанно мне. Гарри открывает глаза и видит, как золотое сияние от его волос освещает восхищённое лицо Луи. Он допевает последнюю строку. — Что так желанно мне… Сияние от волос медленно гаснет, остаётся только лунный свет, отражающийся от поверхности озера. Луи крепко держит его кудри. Гарри сдавленно стонет, когда парень убирает руку от его локонов и изумлённо смотрит на неё. — Это было… ты?.. — он заикается, сжимая и разжимая заживший кулак. — Помнишь, я говорил, что люди хотят навредить мне из-за волос? — шепчет Гарри. Он пожимает плечами и нервно накручивает кудряшку на палец, боясь посмотреть Луи в глаза. — Всё дело… в этом. — У тебя волшебные волосы, — это даже не вопрос, а скорее утверждение со скрытым неверием в происходящее. Младший кивает. — Это… это невероятно. Гарри поднимает голову и видит благоговейный трепет в глазах Луи. Нет ни страха, ни нервозности, ни чего-то подобного. Томлинсон проводит пальцами по волосам юноши, массируя кожу и заправляя локон ему за ухо. — Ты невероятный. У Гарри появляется это чувство в животе. То самое чувство, которое он испытал, когда впервые увидел Луи, когда поцеловал в таверне, когда узнал его настоящее имя. Он хочет поцеловать парня. Именно это он и делает. Кудрявый наклоняется и нежно касается губ Томлинсона своими. Тот крепче вплетает пальцы в его волосы и притягивает ближе к себе, в этот раз охотно отвечая на поцелуй. Тёплое чувство, зародившееся в животе, расходится огнём по венам. Гарри никогда не был настолько счастлив. Он уверен, что никогда не будет таким же счастливым, если вернётся в башню. Младший отстраняется, чтобы отдышаться. Их губы всё ещё находятся рядом, когда они мягко трутся носами. Луи улыбается и легонько чмокает Гарри в губы, в нос, в обе щеки. После этого вор отодвигается и тихо смеётся. — Невероятно, — он повторяет. Гарри краснеет и утыкается лицом в шею Луи, пока тот гладит его по спине и целует за ухом. Так они и засыпают, обняв друг друга, чтобы было теплее. Через несколько часов Гарри просыпается. От лежания на земле у него хрустит спина. Единственное, по чему из жизни в башне он скучает – кровать. Юноша не засыпает дальше, он встаёт и идёт к озеру, чтобы посмотреть на деревню. Трудно поверить, что уже завтра он увидит фонарики. Улыбаясь, Гарри смотрит на воду. Он едва ли не кричит, когда в отражении видит сердитое лицо матери. Он думает, что ему мерещится, но она начинает говорить: — Я очень разочарована в тебе, тыковка. У меня возникло неприятное чувство, что с тобой что-то случилось. Можешь называть его материнской интуицией. Поэтому я бросилась обратно в башню и увидела, что ты пропал. Я думала, тебя похитили, Гарри. А оказалось, ты ушёл по собственной воле. — Я должен увидеть фонарики, — шепчет юноша. — Ты собиралась навсегда запереть меня в башне, мама. Ты должна меня понять. — Я тебя прекрасно понимаю, — она фыркает, — ты пренебрёг моим приказом и ушёл. Ты проявил неуважение ко мне, и ради чего? Ради проклятых фонариков, которые ужасно переоценены… — Мама, — перебивает Гарри, — я встретил кое-кого. Женщина выглядит застигнутой врасплох. — Ты… встретил кого-то? В лесу? Кого ты мог встретить? — Его зовут Луи, — с улыбкой отвечает Гарри. — Он милый. Видишь, ты ошибалась, что все люди плохие, мама. Может, он и вор, но он замечательный. — Вор! Ты бросил меня ради никчёмного грабителя. Женщина драматично хватается за грудь и делает вид, будто падает в обморок. После этого она шмыгает носом и вытирает глаза. — Ты должен немедленно вернуться домой. Ты в опасности, малыш. Этот преступник разобьёт тебе сердце. — Он этого не сделает, — уверенно отвечает Гарри. — Он не станет. Я люблю тебя, мама, но я остаюсь здесь. Я впервые вижу мир, и… и… Кудрявый замолкает, вглядываясь в отражение матери и вздыхая. — Мне нравится то, что я вижу. Я не могу вернуться. Отражение женщины начинает дрожать. Она сильно хмурится и с издёвкой говорит: — Ты ошибаешься. Вот увидишь. Сказав это, она исчезает и не оставляет после себя ничего, кроме ряби на поверхности воды. Сбитый с толку Гарри встаёт и стряхивает грязь со штанов. Он продолжает смотреть на озеро, но мама больше не появляется. Юноша возвращается к спящему Луи и сворачивается калачиком у него под боком, погружаясь в беспокойный сон.