С любовью, Брат.

— И что теперь, я должен вынюхивать своего соулмейта? — яда в словах Тобирамы было достаточно. Хаширама вздохнул. Он знал, что заводить эту тему лучше не стоит. Они оба уже смирились, что найти своего соулмейта почти невозможно. Успокаивал факт, что можно быть с любым человеком без каких-либо последствий. Только если всё-таки встретишь своего соулмейта, ты начнёшь осознавать, что влюбляешься в него. Но старший Сенджу всё равно надеялся, что они когда нибудь встретят их. Интересно хотя бы посмотреть, какого человека тебе послала судьба. Они могли ощущать те же запахи, что и соулмейты. Они не заменяли полностью свои, скорее, ощущались сильнее, если сконцентрироваться на желание почувствовать. В повседневной жизни было легко игнорировать их. Некоторым не везло: друг Хаширамы, Мадара, вынужден мириться с постоянным запахом цитрусовых, а ведь он их терпеть не может. Хаширама снова решил завести эту тему пятничным утром, сидя на кухне у брата в частном доме, и именно поэтому он поймал на себе убийственный взгляд младшего брата. — Я просто поинтересовался, собираешься ты пытаться найти соулмейта или нет, Тора. Не злись, — Хаширама говорил спокойно, в то время как Тобирама отчаянно пытался сдержать в себе желание убивать. — Стабильно раз в неделю интересуешься, Хаши, — передразнил обращение младший Сенджу. — Я похож на человека, способного поменять мнение за неделю? — Уговорил, закрываем тему, — Хаширама усмехнулся и взял кружку с чаем в руки. В течение двух минут он просто смотрел на плавающие в ней чайные листья и поднимающийся вверх пар. — О чем-то задумался? — Тобирама закончил делать бутерброды. Положив тарелку с ними на стол, он присел рядом с братом. — Слушай, а может соулмейт быть одного с тобой пола? — старший Сенджу произнес это медленно, явно не горя желанием начинать эту тему. Тобирама задумался. — Если честно, я даже не знаю, — спустя некоторое время молчания произнес он. — А что? — Я уже неоднократно начал замечать, что чувствую запах мужских одеколонов, шампуней и гелей для душа. Сначала думал, что у нее может быть парень, но она ведь не круглосуточно нюхает его. А пахнет так слишком часто… — Хаширама заметно поменялся в настроение. Плечи опустились, голову он склонил. Тобирама подвинулся ближе. — Знаешь, не стоит тебе слишком обдумывать эту тему. Не важно, кем будет твой соулмейт, если ты найдешь его, — младший Сенджу успокаивался также быстро, как и заводился. — У нас все-таки толерантный век, да? Хаширама глянул на брата. В его глазах было непонимание, ровно столько же, сколько и надежды. У Тобирамы не было человека важнее, чем брат, и он готов был принять его с кем угодно, лишь бы человек был хорошим, да и брат счастливым. — Ты серьезно готов будешь принять моего соулмейта, кем бы он не был? — Дурак, а как иначе? — Тобирама засмеялся. — Главное, чтобы в твоих глазах сияла любовь.

***

Вечером Тобирама лег позднее, чем обычно. Брат уехал на дачу ещё днём. Хаширама любил проводить там выходные: ухаживать за цветами, разбирать старые вещи, оставшиеся ещё от родителей. Эти дни не стали исключением, и по подсчётам Тобирамы, старший брат уже должен быть там. Он долго ворочался и не мог уснуть. Утренний разговор с братом стоял комом в горле. Он ни в коем случае не врал, говоря о принятии соулмейта брата. Но его обеспокоенный вид не выходил из головы. Тобирама попытался сосредоточиться на запахах соулмейта. Постепенно он начал чувствовать запах свежего постельного белья, лёгкий отголосок аромата цветов и… Газ. Тобирама резко сел на кровать. Он попытался сконцентрироваться на своих запахах, но из-за паники не мог. Подскочив на ноги, он принялся одеваться, попутно схватив телефон и набирая брата. — Чёрт тебя дери, Тора, что тебе надо в час ночи? — ответил сонным голосом брат. — Утечка газа, — кратко и ясно в ответ. Тобирама уже был почти одет и стал искать важные документы. — Чего-чего?! — сон как рукой сняло. Хаширама по ту сторону трубки подскочил с кровати. — Я решил узнать, что чувствует мой соулмейт, и внезапно учуял запах газа, — Тобирама говорил быстро, в его голосе чувствовалась паника. — И теперь я не могу понять, у меня она или у него! — Тора, срочно выходи из дома, — ответил брат. — Я собираюсь и еду к тебе. Хаширама сбросил трубку. Он также попытался сконцентрироваться на запахах своего соулмейта, попутно натягивая на себя одежду. Сенджу почувствовал запах ночного воздуха и цветущей сирени. Он вылетел из дома меньше, чем через две минуты после окончания звонка. Нельзя было терять время. Тобирама ждал брата возле дороги. В городе был небольшой район с частными домами, в котором он и жил. От него шло шоссе в сторону дачных поселков, где и находился дом Хаширамы. Младший Сенджу поэтому и переехал именно сюда. Запах газа пропал, но Тобирама решил не заходить назад в квартиру. За своими переживаниями и мыслями он не заметил, что прошло уже двадцать минут. Вдалеке показался свет фар. Хаширама подъехал ближе и вылетел из машины. Тобирама бросился в его сторону. — Ты цел? С тобой всё в порядке? — не успев толком поздороваться — да и не до этого было — завалил его вопросами брат. — В порядке. Запах газа пропал, когда я из дома вышел, — ответил Тобирама. В глазах всё ещё был заметен страх, а движения были резкими, нервными. — Я очень волновался за тебя… — Хашираму прервал звонок. Он потянулся за телефоном, смотря на брата. Тот кивнул. — Соседка с дачи звонит, — пояснил старший Сенджу, когда взглянул на имя звонящего. — Наверное, видела, как я уехал. — Ответь, она волнуется за тебя, скорее всего, — Тобирама помнил эту женщину. Она хорошо относилась к братьям и была не против пообщаться с ними, когда те приезжали на дачу. Хаширама кивнул, нажал на кнопку ответа и отошёл от брата. Тобирама начал переминаться с ноги на ногу, наблюдая за ним. От его взора не ускользнула резкая смена настроения брата. На его лице сначала отразилось удивление, затем появился шок. Хаширама закончил разговор, убрал телефон и сел на корточки, обхватив руками голову. — Что случилось? — спросил подошедший Тобирама. — Взорвался, — спустя некоторое время молчания ответил брат. — Дом, из которого я уехал буквально полчаса назад, взорвался. Тобирама потерял дар речи. Он присел рядом с братом и положил руку ему на плечо. — Ты понимаешь, что произошло бы, не позвони ты мне? — голос Хаширамы был тихим, а сам он еле держал себя в руках. — Если бы не запах газа у твоего соулмейта, я бы сейчас… — он замолчал, не желая произносить очевидное. А у Тобирамы в голове заработали шестерёнки и он резко встал на ноги. — Что тебе ещё сказала соседка? — задался вопросом младший. Хаширама посмотрел на него, в его глазах читался немой вопрос. — Она проснулась от грохота на улице. Увидела, как с моего дома поднимается столб огня и вызвала пожарных, — медленно начал он, не понимая, к чему брат спрашивает это. — Потом она вспомнила, что видела днём мою машину. Лично мы с ней не виделись, я до позднего вечера возился в доме. Но на момент взрыва моей машины не было, поэтому она набрала мне с надеждой, что я уехал. Пожарные сказали, что с большой вероятностью причиной взрыва была утечка газа, — Хаширама закончил, и до него постепенно начинало доходить, к чему ведёт брат. — Только не говори, что… — Нет, стой, — перебил его Тобирама. Он оглянулся в поисках чего нибудь пахучего. Взгляд остановился на машине и он поспешил к ней. В бардачке должна была быть противная вонючка для салона, запах которой сильно не нравился Тобираме, поэтому Хаширама был вынужден запихнуть её куда подальше. Взглядом он зацепился за оставленные другом брата спички. Взяв обе вещи он направился назад к брату. — Надеюсь, мне не нужно объяснять, что ты должен сделать, — он отдал вонючку брату. Хаширама сжал её в руке, чтобы не чувствовать запах сразу. Тобирама отошёл на приличное расстояние и взглянул на брата. Тот уже поднялся и также смотрел в его сторону. Кивок со стороны младшего. Хаширама сомневался. У него возникали мысли, что лучше остаться в неведении. Он переводил взгляд с брата на зажатый в руке ароматизатор для машины. — Хватит отсрочивать неизбежное, — обращаясь к самому себе. Он поднёс ароматизатор к носу и вдохнул полной грудью. Тобирама дёрнулся. Неприятный запах обрушился на него, словно снег на голову. — Быть не может… — трясущимися руками он начал открывать коробок спичек. Вытащив одну, он постарался поджечь её на расстояние от себя. Первая спичка сломалась от слишком сильно нажатия. Тобирама выругался и достал ещё одну. На этот раз получилось. Резко дёрнув рукой он потушил её и медленно поднёс к носу. Хаширама почуял запах палёных спичек. В детстве они с братом любили этот запах и постоянно жгли их, из-за чего родители ругались. На этот раз запах вызвал не детский восторг, а непонимание и ком в горле. Он прикрыл лицо руками. — Этого просто не может быть, — шепотом произнес Хаширама. — Видимо, может, — ответил подошедший Тобирама. Он притянул к себе брата и обнял его. — Если найти своего соулмейта, ты неосознанно начнёшь влюбляться в него, — старший озвучил слова, мучающие их двоих. — Получается, мы полюбим друг друга? Мы же братья, — уже шёпотом добавил он. — Я и так люблю тебя сильнее, чем кого либо, ведь ты мой брат, — Тобирама гладил его по спине. — А про другую любовь мы подумаем позже, ладно? Хаширама поднял на него глаза со слезами и улыбнулся. В объятиях брата он чувствовал себя спокойнее. Они обязательно разберутся с этим.

***

Тобирама возился на кухне, пытаясь приготовить что нибудь съедобное из оставшихся продуктов. После взрыва прошло уже полтора месяца. Они с братом начали замечать, что бороться с зарождающейся любовью бесполезно. Хаширама начал сдавать свою квартиру, а сам переехал к Тобираме. После произошедшего они решили, что лучше жить вместе. Старшему Сенджу пришлось возиться с последствиями взрыва и доказывать, что его вины не было. Брат активно помогал ему с этим. Тобирама усмехнулся. Именно в порыве ссоры из-за документов произошёл их первый поцелуй. Оба были удивлены внезапному порыву. Решено было не возвращаться к этой теме. Сейчас Хаширама отправился к своему другу. Мадара попросил помочь ему с ремонтом комнаты, и старший Сенджу не мог отказать другу. Учиха был одним из немногих проверенных людей, которые знали о ситуации братьев. Внезапно Тобирама учуял запах спиртного. Он окинул взглядом кухню в поисках источника запаха. — Странно, я же ничего не… — не успел он договорить, как в мозгу щёлкнуло. Он схватил телефон и набрал брату. — Да, Тора. Говори быстрее, я тут занят немного, Мадару страхую, — после нескольких гудков ответил старший. — Страхуешь? Я не знал, что в пьянках надо кого-то страховать, — съязвил в ответ. — Тора, мы просто решили передохнуть… — Тебе конец.