Подводя итоги
31 декабря 2025 г., 02:48
В вечер перед Новым Годом некоторые представители иностранных флотов собрались в бальном зале на третьем этаже международного общежития. Приглашение исходило от Айовы. Еще утром она приклеила в холле соответствующее объявление, а также продублировала сообщением в общем чате в «Line».
Бальный зал был оформлен в соответствии с новогодними японскими традициями: бумажные ленты, цветочные венки и кадомацу — крупная композиция из стеблей бамбука и сосновых веток. Однако среди японского декора также присутствовали элементы западной культуры: сахарные тросточки, вязанные носки, наклейка с санями Санта-Клауса, бумажные снежинки и звезды, а также электрические гирлянды. Посреди комнаты по-прежнему высилась рождественская ель, несмотря на то, что сам праздник закончился несколько дней назад. Для советских кораблей Новый Год был праздником даже важнее, чем Рождество, но своими традициями их праздник был ближе к европейскому и американскому Рождеству, чем к японскому Новому Году. Возможно, у обычного японца при виде подобной мешанины случится культурный шок, но иностранки чувствовали себя вполне комфортно. А если верить словам Гангут, в России ель может хоть до Лунного Нового Года стоять.
И всё же, следуя местным традициям, многие иностранки принарядились в яркие новогодние кимоно. Поскольку для большинства из них Новый Год не был таким значимым праздником, как Рождество, его обычно отмечали его в узком кругу. Но в этот раз Айова попросила, чтобы ближе к полуночи в бальный зал пришли хотя бы по одному-двум представителям фракций.
Когда какая-никакая компания наконец собралась, Айова вышла в середину комнаты.
— Собираешься выступить с речью? — догадалась Уорспайт. — На тебя не похоже.
— Все бывает в первый раз, — озорно подмигнула Айова и обратилась ко всем собравшимся: — Не мне рассказывать вам, что этот год был сложным. Вы и без меня это прекрасно знаете. Многочисленные боевые операции, наступление глубинных, дисциплинарные взыскания, ограничения бюджета — все это не имеет значения. Важнее другое. В этом году мы лишились нашей главной радости в эти непростые времена. Как вы знаете, Ограбление этого года было отменено из-за полетевшего отопительного котла в адмиралтействе.
— И я была уверена, что это намеренный саботаж! — сердито надув щеки, воскликнула Уорспайт.
— Ты пыталась доказать, что кто-то просто перекрыл кран, — укоризненно напомнила ей Бисмарк. — Дело было не в кране, но из-за тебя он в итоге слетел напрочь.
Настал черед Ришелье язвительно высказаться:
— Зато ты пыталась всех убедить, что кто-то намеренно сломал котел.
— Так или иначе! — Айова была вынуждена повысить голос, пока тема разговора окончательно не перетекла в другое русло. — Вызванный специалист подтвердил реальность проблемы, и на несколько дней в адмиралтействе все сидели по комнатам с обогревателями и не вылезали из-под котацу.
— Ты считала, что за всем стоит Готланд, — посчитала нужным напомнить Атланта.
— Чуть что, сразу я виновата! — послышался голос из другого конца комнаты.
Айова сделала шаг в сторону, заглядывая за преграждающую обзор рождественскую ель. Голос принадлежал Готланд, которая в нарядном кимоно сидела на коленях и недовольно покачивала молотком в руке. Рядом с ней на полу лежали доски и ящик с инструментами.
— Что ты там делаешь? — с любопытством вытянула шею Вэлиант.
— Чиню пол! — сердито ответила Готланд. — Вы готовы безосновательно обвинить меня в любом грехе, но если сломается какая-то мебель или пол, все сразу: «Готланд, помоги! Готланд, почини!»
Вдруг дверь резко распахнулась, и в бальный зал, неуклюже ковыляя, ввалилась Гангут.
— Здрасте! Простите, что задержалась! — ухмыльнулась она и заковыляла к основной толпе. — Каток, который сделали наши новенькие, просто суперский!
На нее разом устремились удивленные взгляды. Конечно, не все иностранки по случаю праздника надели кимоно. Но среди них Гангут выделялась особенно сильно. Ведь, придя с улицы, она была единственной, кто не удосужился переодеться. И дело даже не в том, что она явилась в отапливаемую комнату в теплом пальто, в шапке и с шарфом.
— Почему ты в коньках? — спросила первой Перт.
В ответ Гангут просто махнула рукой:
— Лень переобуваться было.
— То есть ты… — удивленно протянула Бисмарк, — поднялась в них на третий этаж?
— Ну да.
Тем временем Готланд злобно глядела на Гангут.
— Я тебя придушу, если ты повредила где-то кафель или паркет, — с грозным прищуром проговорила она.
— Да ладно тебе, я же легкая! — попыталась та возразить. — Уж я-то не Айова, которая отрабатывает свое «супергеройское приземление».
Готланд посмотрела на Айову вымученным взглядом, словно молча спрашивая «Ну сколько можно?»
— Не будем сейчас никого обвинять! — Айова спешно попыталась замять тему. — Я хочу сказать главное: несмотря на много неприятностей в этом году, давайте смотреть позитивнее. Недавно глубинные подобрались близко к Японии, но мы ведь успешно вытеснили их обратно! Кроме того, за этот год наши ряды снова пополнились новыми кораблями. Кажется, некоторые присутствуют прямо здесь.
Айова осмотрелась. Ее взгляд выловил несколько новичков: легкий крейсер Киров, подводную лодку Ваху и авианосец Глориес.
— И, что особенно важно, после нескольких лет у нас снова появились представители новой страны! Броненосцы береговой обороны Норге и Эйдсвольд из самой Норвегии. Сейчас их, к сожалению, здесь нет, но именно они стали инициаторами идеи с катком. Давайте похлопаем им и всем нашим новичкам!
В качестве показательного примера, Айова первая захлопала в ладоши. Вслед за ней зазвучали и другие аплодисменты разной тональности. Кто-то хлопал громко и искренне. Кто-то растерянно и неловко.
— В чем смысл? — спросила Бисмарк, хлопнув в ладоши всего пару раз для приличия. — Каток делали к Рождеству, и мы уже в полной мере их отблагодарили.
— Благодарностей много не бывает! — ответила Айова.
— Верно! — мигом подхватила Глориес. — Хвалите нас! Хвалите!
Глориес раскинула руки, закрыла глаза и застыла в ожидании. Зазвучали новые аплодисменты. И на этот раз неловкости в них было куда больше. Кажется, единственной, кто хлопал искренне, как раз была Айова. Ваху и Киров тем временем старались делать вид, будто их тут нет, и они совершенно не знакомы с этим тщеславным авианосцем.
Айова, наоборот, похвалила ее:
— Это правильный настрой! Давайте войдем в Новый Год с позитивными мыслями. Забудем обо всех неприятностях и будем думать только о хорошем!
Жан Бар неодобрительно покачала головой.
— Мы бы меньше о них думали, если бы ты не напоминала о них каждую минуту, — резонно заметила она.
Но Айова как будто намеренно проигнорировала ее слова.
— А теперь все натянули улыбки и вместе с ними дружно встречаем Новый Год!
Гангут взглянула на свои наручные часы:
— До Нового Года еще полчаса, — сообщила она.
— Отлично! Как раз есть время, чтобы попрактиковаться. И помните: думаем о только хорошем. У нас было много неприятностей, но это не должно повлиять на наш моральный дух! Новый Год начинаем с улыбкой!
Пожалуй, лишь немногие разделяли энтузиазм Айовы. Искреннюю поддержку ее словам выразили только Глориес, Флэтчер, Массачусетс и Аквила — единственная итальянка, которая по какой-то причине явилась на это собрание. Все остальные были не так довольны. Ведь вместо того, чтобы заниматься своими делами или готовиться к празднику, каждая в своей компании, они стоят здесь и слушают бессмысленные мотивационные речи Айовы. И хотя все они явились сюда добровольно, они полагали, что на собрании будет что-то более важное или хотя бы интересное, а не такое бессмысленное.
К тому моменту Готланд уже закончила ремонт пола и подошла к Атланте, намереваясь выяснить у заместителя коменданта, кто и как на самом деле пробил насквозь две паркетные доски. Все остальные уже собирались расходиться, когда вдруг раздался неуверенный стук в дверь.
В зал, робко переминаясь с ноги на ногу, прошла незнакомая загорелая девочка.
— Всем привет! — она помахала ладошкой. — Броненосец береговой обороны Королевства Таиланд — Тонбури, только что прибыла! Мне сказали, что комендант иностранного общежития и ее заместитель должны быть здесь.
На новенькую устремилась толпа удивленных взглядов. Никто не подозревал о столь внезапном пополнении. Причем, когда оставалось всего ничего до Нового Года.
— Н-новенькая? — растерялась Атланта.
— Таиланд? — недоверчиво переспросила Уорспайт.
— Еще одна из береговой обороны? — удивленно хмыкнула Гангут.
Бисмарк озадаченно моргнула и на секунду потеряла связь с реальностью:
— Чего бл…
