Счастье многогранно

      Чимин с Юнги после ухода младших посидели еще в большой купальне с оставшимися парнями. Джехён с Джонни активно выпроваживали Хэчана в номер, однако тот ни в какую не хотел вылезать из горячей воды, прячась за спину Хоби. Чона, очевидно, не смущало то, что младший закрывал себя им, словно щитом. Остальные же просто удивлялись взаимодействию этих вечных батареек. Казалось, что только активный Хосок может усмирить такого же активного Донхёка, умело направляя энергию того в нужное русло. Ведь именно с подачи Чона все-таки получилось вытащить мелкого из воды:       — Ладно-ладно, хватит спорить с хёнами, малой. Давай вместе пойдем?       Внезапно затихший Ли начал усердно о чем-то думать, поглядывая на старшего, а потом его лицо прояснилось, являя на свет очередную улыбку чеширского кота.       — А давай, хён!       Хоби посмотрел на него с прищуром, уже чуя, что младший задумал что-то, но все же полез из воды, передавая тому полотенце. Его совершенно не напрягало то, что Хёк уже успел придумать новую забаву, наоборот, ему было любопытно, на что способно это изворотливое юное дарование природы.       Когда они скрылись за дверьми на лестницу, Чимин тоже решил выходить, попутно оповещая Юнги о своем намерении пойти в номер.       — Ага, я тоже хотел тебе предложить, — кивнул старший, выбираясь из купальни.       — Ребят, мы пойдем! Хорошего вам вечера! — помахал ладошкой Пак оставшимся двум парочкам. Те попрощались в ответ, намереваясь еще посидеть в тишине без гиперактивного брательника Дже. Джонни вот уже лез к младшему за обнимашками.       — Что скажешь? По-моему, отличное место, — проговорил разнеженный горячими ваннами Чим по пути на второй этаж отеля.       — Согласен, мои косточки сказали мне спасибо за то, что я согласился поехать сюда. И большое спасибо тебе передали, солнышко, — ласково улыбнулся Юнги.       — Почему солнышко? — Чимину было очень приятно, но и неловко от такого обращения.       — Твои улыбки напоминают мне солнце… правда, — просто ответил Мин, пожимая плечами.       Тихо переговариваясь в своей уютной атмосфере, они проходили мимо комнаты, занимаемой Тэхёном и Чонгуком, который заблаговременно поменялся с Чимином номерами. Улыбка резко сползла с лица Пака, когда они услышали стон. Кровь отлила от его лица, глаза расширились, нижняя челюсть опустилась, а ноги сами будто приклеились к полу.       — Кхм, Чимин-и, думаю, нам надо…       — Етить, — прошептал Пак, — колотить…       Чимин все также не двигался. Из-за двери послышался такой же, но уже чуть приглушенный стон. Лицо Пака стали покрывать красные пятна. Юнги решил, что тому слишком стыдно слушать такие звуки, но как же его удивили следующие слова:       — Я же специально ждал, чтобы позже них выйти и пойти в номер! Раньше не могли, что ли? Нет, это ж надо было… — то ли сокрушенно, то ли яростно прошептал он.       — Нда, наверное, они только начали, — хохотнул старший, хватая Чимина за руку, чтобы увести в их номер, когда послышался другой стон. Первые, очевидно, принадлежали Тэхёну, а теперь они услышали и Гука.       — Тебе как вообще, нормально? Да я же теперь… — развернулся в другую сторону Чим, намереваясь отсидеться в холле отеля. Юнги пошел за ним.       — Ну, а как мне должно быть? Тем более, ты же сам направил их в один номер. Я думал, ты понимаешь, чем все закончится…       — Понимать и слышать наяву — это разные вещи… Это тебе не порнушку смотреть, знаешь ли! — чуть громче заметил он, все также смотря в одну точку расширившимися глазами. Юнги мысленно просто поражался этому милому пирожку. Как можно в себе сочетать такие недетские познания и невинно смущаться чужих стонов? — Господи, как я в глаза им смотреть буду… Они же мои друзья!       — И мои тоже. Ты должен за них радоваться, солнышко, они же любят друг друга.       — Любить можно и тихо, — уперто сказал Чим.       — Тихо? — усмехнулся старший. То, что он сейчас услышал от младшего, и удивило, и заставило задуматься. Если Чимин так говорил, складывалось впечатление, что он просто не понимал, о чем говорил по двум возможным причинам. Либо Чимину раньше не доставляли такого удовольствия, от которого против воли и не так еще запоешь. Либо он настолько невинный, что даже его редкие, но пошлые шуточки не спасали положение. — Посмотрел бы я на тебя в такой момент, — он ступал по тонкому льду, не зная, как отреагирует Пак, но любопытство и осознание вероятной невинности соулмейта затуманивало разум. — Хочешь сказать, что ты промолчал бы? — надвигался он на остановившегося Чимина.       — Ну естественно! Я, конечно, все понимаю, удовольствие и все дела, но держать себя в руках надо же, — неподдельная убежденность в своих словах так и искрилась в нем. Старший лишь покачал головой на сие заявление. — А если бы там ребенок проходил мимо? Да, о чем это я? Там проходил я и мои детские ушки! — указал он пальцами на свои уши.       — Твои детские ушки должны уже привыкать работать вместе с твоим повзрослевшим мозгом, который пытается устраивать многоходовочки, чтобы свести собственных друзей, — резонно заметил подошедший вплотную Мин. Чимин слегка покраснел. — Мне интересно, что же в твоей светлой головушке-то творится? — задал риторический вопрос, пропуская прядки волос младшего сквозь пальцы.       — Хочу какао, — заворожено глядя в глаза старшего, сказал Чим. И словно вспоминая, добавил, — эти кролики все равно только начали, я точно не усну. Составишь мне компанию, Юнги-хён?       Ну и как можно сопротивляться такому ждущему внимательному взгляду? Как можно разочаровать его, отказавшись, потому что спать и правда хотелось? Юнги совершенно без сомнений согласился бы с этим цветочком пойти хоть на край света, даже вопреки своим желаниям. Ну вот действовало на него так это мило создание, и все тут!       Устроившись на мягких диванчиках, они попивали купленные напитки в полутемной нише холла отеля. Многие гости уже разошлись по номерам, в коридорах никто не носился, не кричал, было тихо и спокойно.       Зацепившись взглядом за подсвечивающийся теплыми цветами стеклянный резервуар с водой и бурлящими пузырьками воздуха в ней, Чимин удобнее устроился, полулежа на диване. Юнги изначально не стал отказывать себе в этом удовольствии. Обоих совершенно не угнетало молчание рядом находившегося соулмейта. Чимин думал о том, как хорошо они провели сегодняшний день и что ждет их завтра. Когда он подумал, что хорошо бы спросить мнение Юнги по поводу приглашения Хосока, он почувствовал, как что-то оперлось о его плечо. Повернув голову, он увидел макушку старшего, который уткнулся ему в руку, видимо, уже задремав окончательно в успокаивающей атмосфере после допитого какао. Чимину стало так тепло от простого жеста хёна, захотелось, чтобы он поудобнее устроился, чтобы никто не потревожил его сон. Глаза сами собой закрывались, но он стоически пытался держаться, чтобы, если хён проснется, пойти в номер и нормально улечься. Подумав, он решил, что завтра им нужны будут силы для второго дня, поэтому выспаться нормально определенно стоит. Минут десять он боролся с собой, даже достал телефон, чтобы зависнуть в интернете, все, лишь бы не заснуть.       — Так, там, надеюсь, по второму кругу никто не пошел, — сказал он сам себе.       Очень не хотелось будить Юнги, ведь он так беззаботно доверчиво спал у него на плече, тихо посапывая, но здоровый сон важнее. Поэтому Чим набрался смелости и прошептал:       — Юнги-хён?       Тот не отозвался, дыхание было ровное, ни одна мышца на лице не дернулась. Тогда Чимин повернул голову к старшему и попробовал еще раз, добавляя к словам нежное касание кончика носа. Ну эту плюшечку и правда давно уже хотелось ткнуть! Он даже улыбнулся своим действиям. Юнги на это лишь что-то невнятно пробормотал и причмокнул губами. Ну что за прелесть! Чимин чуть не пищал от восторга.       — Юнги, — в третий раз позвал младший, но уже опустил свободную руку на щеку тому. На ощупь кожа оказалась гладкой и мягкой, он даже не удержался и провел большим пальцем по скуле.       На столь активные действия старший уже отозвался, поднимая лицо на Пака и щуря глаза. Самый настоящий сонный мишка.       — Пойдем спать? — все также тихо прошептал Пак, тепло смотря в глаза старшему.       Ничего не говоря, Мин кивнул, закрывая глаза. Заспанным облачком он шел по коридору, а Чимин крепко держал его за руку, направляя в их номер и предупреждая о лестнице или порожках.