Полыхай, пока мерзнешь

Они боялись касаться друг друга. Огонь замерзал в присутствии льда, но одновременно неумолимо сжигал его. Растворяться во Вселенной - так вместе. Робкие секундные переплетения пальцев, невесомые поглаживания по плечам, поцелуи с расстояния сантиметра до обжигающих губ. Постепенно сближаясь душами, не позволяли себе долгого контакта кожи к коже. Спали рядом, даже обнимались, но только если кто-то из них был заботливо укутан в одеяло. Спустя время, контакта избегали не из личного страха за себя, а боясь причинить боль самому любимому дракону во всех мирах. Случайно коснулись руками. Сидя рядом, одновременно потянулись к одной подушке и замерли. Горячая ладонь легла поверх холодной. Не едва касаясь, как бывало обычно, а накрывая целиком. Два сердца пропустили удары. Два дыхания остановились на несколько секунд. Сейчас или никогда. Он мягко и предельно осторожно взял её руку. Следом она сама подсела ещё ближе. Настолько близко, что холодное дыхание чувствовалось на губах. Хотелось прижаться всем собой, стать с ней одним целым, раствориться в ее холоде... Все желания отражались во взгляде, полном муки. Она видела, не отводила глаз, внимательно следила. Её руку он держал как хрупкое сокровище. Бережно прижимался губами к пальцам. Наконец-то... Сердце со сладкой болью ударялось о ребра. Рвалось к ней. Медленно поднёс ладонь к своей щеке. Нет больше поверхностных касаний. Она гладит его, задевает пальцами волосы, ведёт по шее, чувствует трепет перед морозом. Её руку не выпускает из своей, почти задыхается, когда она замирает у его глупого сердца. Опасной хищнице, стихии воплоти - ей ничего не стоит выпустить когти и остановить этот дикий пляс в его груди. Она не станет. Оборвет любую жизнь за него, но на самого не покусится никогда. Крепче прижал ледяную ладонь к себе. Не холодно, не больно. До одури приятно. Она может касаться его как пожелает, а вот он её... Второй рукой задел край платья на плечах и осторожно спустил. Обвел пальцами ключицы, снова чуть не лишился воздуха, пронаблюдав как она наклонила голову назад, прикрыв глаза, приоткрыв губы... Тревожило ненормальное биение сердца об её ладонь. Руку жгло. Весь его огонь, вся его страсть - всё там и готово прыгнуть в тонкую ладонь. Он поцеловал внутреннюю сторону её руки, отняв от себя, мазнул носом по запястью, нежно положил обе ладони на белые плечи. Почувствовал дрожь, ощутил отрывистое дыхание. Ей не лучше чем ему... Не навредить бы... Обнаженная шея так и манит. Она часто сглатывает, ведёт языком по губам. Касается её шеи носом, увереннее, но всё ещё осторожно сжимает пальцы на плечах. Он внимателен, осторожен, он не причинит боли. С удивлением понимает, что груди всё ещё холодно. Не отняла руку. Не так сильно прижимает, но всё равно не отняла. Горячие губы прижимаются к ямочке между ключиц, ладони гладят дернувшиеся плечи, золотые глаза внимательно следят, не пора ли остановиться. Она часто дышит, смотрит в ответ и робко улыбается. Снежный ураган сейчас, в его руках, - хрустальная снежинка. Они не целуются в губы. Всё ещё страшно уколоть болью. Но касаются ими щёк, плеч, шей. Руками гладят спины, руки, плечи, талии. Он замирает, обжигая дыханием её шею у бьющейся жилки. Тихонько клацает зубами и ласково гладит по волосам, спрашивая разрешения. Согласие выражается поцелуем в лоб. Зубами он мягко прикусывает белую кожу на шее. Наслаждается шумным вздохом и последующим всхлипом. Слышит, как часто колотится лядяное сердце совсем рядом, но прикасаться к нему не рвётся. Обожжет её и не простит себе.