Полыхай, пока мерзнешь

Правда вдвоём? Не шутка, не мечта, не морок, не сон? Он готов верить во что угодно, только не в реальность происходящего. Ночь мягко кутает и обнимает. Самая нужная атмосфера, присущая сказке, поэтому поверить в правду очень сложно. Она перед ним, такая же, как снежное одеяло за окном: светлая, ласковая, манящая раствориться в ней. Приблизить долгожданный миг единения можно в один рывок, в один поцелуй, но сама ночь не располагала к этому. В комнате с низким потолком слишком уютно, огонь свечей трепещет где-то по углам, бросая отсветы на светлые волосы и вожделенные плечи. Торопиться нет смысла. Она не сбежит за тёплые стены в родную стихию. Хочется думать, что его общество предпочтительнее ледяного ветра. Только если он не допустит резкости. Перед ним не зверь, но существо не от этого мира. Никто не знает, что творится в этой голове и в этом сердце. Он скользит взглядом по её телу, стараясь смотреть как можно нежнее, всё ещё боясь спугнуть, но сам первым стыдливо отводит взгляд. Не сразу замечает, как она садится ближе. Ещё ближе. Берет его руку, рассматривает, словно примеряется, куда укусить... Он замирает, ожидая кары или спасения. От её рук - что угодно. Тонкие пальцы ведут по венам на его запястье. Думал, что теперь устойчив к любому холоду, доведись его испытать, но только не к её. Тонкие иголочки мороза впиваются под кожу. Дыхание сбивается, едва она крепко берет его за руку, переплетая пальцы. Целует с тем же лёгким холодом. Щадит его, морозит меньше, чем в полсилы. Сердце всё равно заходится и от страха, и от предвкушения, мешая вдохнуть. Она это слышит. Древняя хищница всегда знает, когда жертва загнана до нужного состояния. Добивать не торопится и безобидно гладит по спине. Казалось, он изгнал из себя холод, растопил лёд, но что-то внутри податливо отзывалось на её касания, а кожа снова леденела под белыми ладонями. Он не сопротивлялся. Приятно было представить себя в сбывшейся мечте, в сказке... Странной, холодной, но знакомой и почему-то родной. Например той, где у мальчика был в сердце осколок льда. Готов поверить, что и у него тоже... Огонь призывно плясал в печи, но благо, топка была в другой комнате. Задохнулись бы от жары иначе. Она льнет ближе, ища в нем собственный лёд. Он крепко обнимает, упиваясь холодностью. Не лучшая компания для зимней ночи? Поспорил бы. Тепла в доме полно, а такого холода нет нигде, даже за дверью. Такого... почти родного, как снег в знакомом лесу, но своевольного, как горная лавина. Сегодня хищница ленива, не применяет свой охотничий азарт. С другого ракурса посмотреть - драконица из глубин межзвёздного пространства не стремится доказывать свое величие. Смирно пригрелась у него на груди и целует все участки кожи, попадающиеся под нос. Жалит холодком, выбивает из него тихие всхлипы, звучащие в абсолютной тишине подобно крикам. С каждым разом всё громче. Она всё видит, слышит и подмечает. Ему не даст воли, поведёт сама. Всё, что видит он: почти полную темноту комнаты, любимое (?) лицо над собой и звездно-холодную глубину голубых глаз. В этом взгляде не будет нежности, но он воображает её там, иначе нельзя совместить почти тёплые ласки и колючий холод в глазах. Это точно не кара и не наказание. А если вдруг они, то он восхищён её умом и умением сочетать несочетаемое.