Колючий

- Что случилось с твоим ёжиком, Геральт? - спросил Эйвар Хаттори, когда Геральт подошел к нему. - О, ммм… - начал Геральт, так и не придумав ответа на случай, если кто-то действительно задаст такой вопрос. - Он, э-э-э, пошел домой? Это было ужасное объяснение, но Эйвар все равно кивнул, и Геральт смутно помнил, что некоторые эльфы имеют привычку время от времени заботиться о раненых существах, поэтому он предположил, что именно так всё и произошло. - Конечно, - улыбнулся ему Эйвар, явно рад довольным этим. - Я полагаю, ты здесь для ремонта, или…? Геральт кивнул. - Всего несколько мелочей, - сказал он. - Хорошо, ну, вообще-то, я хотел попросить тебя об одолжении. Мы можем войти внутрь? Геральт пожал плечами. - Конечно, показывай дорогу. Он последовал за Эйваром в его мастерскую, гадая, что, черт возьми, ему нужно обсудить наедине. - Я получил секретный заказ из Нильфгаарда. На самом деле, от самого Императора, - пробормотал Эйвар. - И он упомянул, что ты высоко отзывался о моей работе? Геральт моргнул. Очевидно, он это сделал. Эмгыр был прямо там, когда он пел дифирамбы Эйвару прямо ему в лицо, и, очевидно, слушал. - Твоя работа прекрасна, - сказал Геральт, отчаянно надеясь, что Эйвар не станет гадать, когда, черт возьми, он успел поговорить с императором Нильфгаарда о мечах. Слабый румянец окрасил щеки эльфа. - В любом случае, мне предложили постоянную должность, если начальное собеседование пройдет хорошо. И хотя в Новиграде в наши дни жить намного легче… - Эмгыру нравятся эльфы, - сказал Геральт, зная, что это правда. Он тоже их предал, но такова была политика. Ему лично нравились эльфы, как лично Геральту нравились горячие ванны. Эйвар с энтузиазмом кивнул. - И он предлагает полностью оборудованную мастерскую и помощников, а также большую свободу творчества. Вот почему я хотел бы заручиться твоей помощью. Ах. Вот почему его затащили внутрь. - Я, конечно, заплачу тебе, - серьезно сказал Эйвар. - Но … я точно не могу сам передать свою работу нильфгаардцам. Не …не с таким определенным отношением к ним, преобладающим в городе, и будучи не человеком. Геральт кивнул. Быть замеченным в том, что он примкнул к Нильфгаарду, прежде чем он сможет прорваться на юг, было бы рискованным шагом, и Геральту нравился Эйвар целиком. - Так ты хочешь, чтобы я его передал? - В идеале… - начал Эйвар, нервно глядя в окно. - В идеале, я бы хотел, чтобы ты довез его до самого Нильфгаарда. Опять же… Я могу заплатить, и щедро. Помимо всего прочего, работа на империю очень прибыльна. Геральт вздохнул. Что же, он планировал в конце концов отправиться в Нильфгаард и не мог вечно оттягивать момент. - Я пойду, - согласился он. - Я все равно иду туда. Тебе не нужно мне за это платить. - Я бы хотел. Ты был необычайно добр ко мне. - Вот что я тебе скажу, - начал Геральт. - Я приду снова после захода солнца, а ты сможешь приготовить мне ужин и дать мне доставку. Звучит справедливо? Лицо Эйвара просияло. - Я буду польщен, - сказал он. - Спасибо, Геральт. И у меня будет время закончить этот ремонт, когда тебе придется быть в другом месте. - Да уж, - Геральт сбросил мечи. Они ему больше не нужны в Новиграде, что было долгожданным изменением. Нильфгаардское правление было не так уж плохо. - Я вернусь за ними позже, - сказал он, передавая их. - Если уж я зашел так далеко, то сначала должен кое-что сделать. - Ты не представляешь, как много это значит для меня, Геральт, - сказал Эйвар. - Как всегда, твоя доброта делает тебе честь. - Да, хорошо...- Геральт криво улыбнулся. - Не говори людям этого. Они все будут этого ожидать. - В этом случае я сохраню твой секрет, - сказал он. - Но я не забуду этого. Геральт вздохнул и ушел. В конце концов, ему пришлось бы отправиться в Нильфгаард, а он лишь откладывал неизбежное.

***

Даже если бы у него еще не было нескольких отчетов о скором прибытии Геральта в Нильфгаард, Эмгыр мог бы догадаться, что он появился во дворце, по особому качеству болтовни и волнения придворных. В качестве побочного эффекта того, что для Геральта были отведены комнаты, быстро распространился слух, что он был близким другом императора, где близкий друг в данном случае подразумевал, что Эмгыр трахал его, хотя никто не смог бы сказать это вслух, в пределах слышимости, если бы это не было уже публично подтверждено. Дело не в том, что Эмгыр противился слухам. В целом он, возможно, предпочел бы, чтобы это было правдой, но он не замечал, чтобы это его беспокоило. Это заставляло его казаться более человечным, и, учитывая недавно расширенную под его командованием империю, это было более чем хорошо. Если бы он больше стремился избежать этого, он, возможно, не поместил бы выделенную ему комнату Геральта так близко к своей. Его заявленный аргумент заключался в том, что они должны быть рядом с Цири, что и было его истинной мотивацией в выборе, но от его внимания не ускользнуло, что Геральт оказался совсем рядом с ним. Та же самая эгоистичная часть, которая хотела, чтобы Геральт был близок, возможно, имела свое слово в этом вопросе. Нет смысла лгать самому себе по поводу чего-то столь важного. Геральт был добр к нему, несмотря на то, что он был достаточно умен, чтобы знать лучше, и это, как оказалось, было слабостью Эмгыра. Чтобы кто-то увидел в нем нечто большее, чем монстра. Особенно человек, который видел в нем буквально чудовище. Что его удивило, так это то, что ему представили Геральта, все еще полностью вооруженного, и хотя он явно не представлял угрозы, Эмгыр понял, что, возможно, у людей сложилось впечатление, что они были гораздо ближе, чем на самом деле. Он не только был вооружен, но и держал в руках еще один мешок, полный мечей. - Тебе повезло, что я не против сыграть курьера, - сказал Геральт, не произнеся ни слова приветствия, и это было слишком фамильярно, слишком дерзко, и, как обычно, Эмгыр собирался позволить ему уйти безнаказанным, потому что, к сожалению ... Ему нравился Геральт. Не говоря уже о том, что он влюбился в него, по крайней мере, в той степени, в какой этого требовало его последнее проклятие. Он всегда нравился Эмгыру. Нравится его полное отсутствие страха, когда дело доходит до встречи с ним, где большинство мужчин дрожат и заикаются. Ухмылки на его лице было достаточно, чтобы член Эмгыра зашевелился. Он поерзал на стуле и махнул рукой стражникам и слугам, чтобы те оставили их в покое. - Я так понимаю, это от твоего эльфийского кузнеца, - сказал Эмгыр, кивая на коллекцию клинков, которую нес Геральт. Геральт кивнул. - Он хорош в своем деле, и его преданность стоит того. Ты должен дать ему эту работу . Эмгыр приподнял бровь. - Ты ведь не для того проделал весь этот путь, чтобы просить о аудиенции? - Ну, я решил, что у меня всё ещё есть приглашение, - Геральт пожал плечами, кладя мечи на стол Эмгыра. - Там есть кинжал, который, как я полагаю, предназначен для Цири. Эмгыр кивнул. - Достаточно мал, чтобы держаться на ней даже в самой, кхм-м, неземной официальной одежде, - сказал Эмгыр. - И, думаю, достаточно велик, чтобы убить человека одним ударом. - Для Цири? Она, наверное, могла бы вынести двоих, - гордо сказал Геральт. Эмгыр криво улыбнулся. - Другой мужчина может быть расстроен тем, что ты научил его дочь так эффективно убивать. - Благодаря этому она жива. Умный человек был бы благодарен. - Тогда тебе придется считать меня умным человеком, - сказал Эмгыр. - Если я найму твоего кузнеца, кто будет делать твои мечи? - Он будет, - сказал Геральт. - Мне просто придется пройти этим путем, чтобы забрать их. - Долгий путь из северных пределов. - Я нечасто бывал на юге, - сказал Геральт. - Я подумал, что мог бы немного побродить здесь. Эмгыр облизнул губы. Это прозвучало так, словно Геральт искал предлог остаться. - Тогда я попрошу передать, что его работа более чем приемлема и кузница ждет. - Без проверки? - спросил Геральт. - Ты все проверил, - сказал Эмгыр. - И ты лучше меня отличишь хороший клинок от плохого. Я созвал небольшую комиссию, дабы проверить, сделает ли он это для меня, и чтобы не объяснять, почему я вдруг захотел лично нанять кого-то, о существовании которого даже не подозревал. - Ну, он взволнован, - сказал Геральт. - Ты не спросил меня о Присцилле. Ах. Геральт, конечно, все еще пребывал под впечатлением, что Присцилла сняла проклятие. Вряд ли это было необоснованным предположением. - В этом нет необходимости. Мы регулярно переписываемся, - легко ответил Эмгыр, потому что это была правда. Ему нравилась Присцилла. Она также не боялась его, что было опасным качеством для артиста. И все же он верил, что она будет уважать его личную жизнь. Это действительно побудило его не делать ничего такого, что могло бы ее расстроить. Иметь друзей - настоящих друзей, которым было наплевать, кто он такой - оказалось сложнее, чем Эмгыр сначала представлял. Только потому, что выгода перевешивала подводные камни, Эмгыр вообще не сдавался. - Я слышал, ты финансируешь остаток ее жизни, - сказал Геральт. Эмгыр приподнял бровь. - Ты хочешь, чтобы я увел ее от твоего друга Лютика? Ты предупреждал меня не делать этого.. - Да, - согласился Геральт. - С тех пор, как ты ушел, он стал намного внимательнее. - Так я понял из писем Присциллы, - сказал Эмгыр. Разумеется, они не были настолько личными, как частный разговор, но у него было достаточно информации, чтобы знать, что события принесли ей пользу во многих отношениях. - И тебя это устраивает? - спросил Геральт. Почему он настаивает на этом? Эмгыр понимал, что это были его друзья, которыми он, несомненно, дорожил, но это было похоже на большее беспокойство, чем он должен был проявлять. Если только… Нет. Нет, он не мог ... - Разумеется, - ответил Эмгыр. - Я не стану оттаскивать бедную девушку от мужчины, которого она любит, по моим прихотям. Это было бы невыносимо эгоистично. Геральт вздохнул. - Эмгыр, я знаю, - сказал он. Эмгыр моргнул. - Что это не Присцилла разрушила проклятие. Она сказала мне. Кстати, она тоже знает. Эмгыр сглотнул. Он подозревал, что Присцилла понимала, что на самом деле она не была объектом его привязанностей, но он не думал, что она могла сказать Геральту об этом. - Я никому не скажу, - пообещал Геральт. - И я не буду… использовать тебя или что-то в этом роде. Я бы не стал. - Я не настолько жалок, чтобы позволить тебе это, - сказал Эмгыр, потому что не мог придумать, что еще сказать. Он не привык чувствовать себя неловко, но очень быстро привык к этому ощущению. - Я думаю, что одним из условий моего проживания здесь было то, что добровольно буду мыться, - сказал Геральт. - Я должен пойти и сделать это. - Конечно, - сказал Эмгыр, разрываясь между разочарованием от ухода Геральта и облегчением от передышки. - Кто-нибудь проводит тебя в твои покои. Геральт кивнул и ушел, не сказав больше ни слова. У Эмгыра сложилось отчетливое впечатление, что он совершил ошибку, о которой не совсем осознавал.