Overcome in the war of hearts

            Неугомонный ледяной ветер, ворвавшийся в настежь открытое окно, терзает тончайший тюль занавесок. Его потоки видимыми уликами ложатся на фарфоровую кожу девушки, выступая мурашками по напряжённым плечам и спине. Тёплое смятое одеяло давно откинуто в конец кровати, а его концы небрежно валяются на полу. Удушающая своей тишиной ночь проникает холодным лунным светом в комнату Вики Уокер, погружённой в свои мысли и не замечающей абсолютно ничего вокруг, даже озноба, который скоро будет жутко колотить её хрупкое тело.       Она не может спать. Ночью у мыслей есть особенность срываться с поводка и гулять на свободе. Поэтому каждый раз при выходе белого шара на небосвод они не забывают заглянуть к непризнанной в голову и покопаться там, будто её черепная коробка стала уже их местом жительства. Если в дневное время суток дочь Серафима может отвлечься на какие-то разговоры с друзьями, учёбу, рисование, полёты и тому подобное, то вот ночь многое усложняет, препятствуя полуденным возможностям и заставляя девушку думать о просьбе, которую озвучил у расщелины Люцифер.       Тогда, во время побега от Мальбонте, Уокер поймала себя на мысли, что этот демон стал для неё родным, самым близким, любимым – он стал её. Сын Сатаны принадлежит ей так же, как и она ему, а может, даже больше. Тогда он попросил не влюбляться в него, ведь, по его словам, боли и так достаточно, но разве уже влюблённое создание может исполнить этот приказ? Она старается не любить его так сильно, что всё внутри разрывается от вида его боли и моральных страданий, переживая их, как свои собственные, потому что он так попросил, но не может. Старается не желать его так сильно, что иногда даже на уроках безупречный образ проникает в подкорку её сознания, вынуждая отпроситься с урока и убежать куда глаза глядят, потому что он так попросил, но тоже не может.       Она знает, что умрёт без него. Война сердец проиграна ею.       Несмотря на то, что начинали они с вражды и отвращения, теперь их души не могут существовать друг без друга. "От любви до ненависти всего один шаг", – говорили они... Но оказывается, это работает и в обратную сторону. Его темнота стала необходимым элементом, в котором изначально Вики боялась заблудиться и потеряться, так и не найдя верного решения для сложного уравнения по имени Люцифер. Но сейчас его мрак - ярко полыхающий маяк, заставляющий расступаться штормующие океаны, пробивая светом дальнейший путь к счастью.       Беспокойные волны грусти накатывают на беззащитную душу, подобно морскому прибою. Сейчас демона нет рядом, поэтому покой девушки может потревожить кто угодно. Иронично, однако только с самим дьяволом преисподней Вики чувствовала себя уютно и комфортно, а в остальное время её сердце обливалось кровью, отдавая уколами боли по всей грудной клетке. Разлука была удушающей. Она давила на горло с такой силой, что в небесно-голубых глазах заблестели подступающие слёзы.       Первая мокрая дорожка побежала по бархатной щеке, расплываясь тёмной лужицей прямо на мятой простыни. Её примеру следуют и все остальные, устремляясь всё новыми потоками и расширяя мокрое пространство волокна. Дрожащие ладони усердно смахивают льющуюся мутную пелену. Они пытаются убрать наваждение, ведь понимают, что Люцифер будет сердиться из-за проявления слабости, но глаза не слушаются, как будто насмехаясь над их бессмысленной работой и специально прибавляя мощность.       – Я же просил тебя, Уокер.       Она никогда не перепутает такое произношение её фамилии. Ей не нужно видеть его силуэт, чтобы знать, кто перед ней находится. Только он умеет так разговаривать с ней, и это опьяняет. То, как хриплый чарующий бас заставляет дрожать барабанную перепонку, никогда не исчезнет из её памяти. Демон прилетел на своих бурых мощных крыльях, как по зову её кричащего со всех сил сердца, разрывающего голосовые связки от беспомощности. Она кожей чувствовала его появление, знала, что он всегда рядом. Голубой взор, облачённый в полупрозрачную дымку, притянулся к стражу её покоя и столкнулся с раскалённой лавой, льющейся из его радужек.       – Я просил тебя, но ты снова меня не послушала, – маховые перья со свистом разрезали воздух при складывании, а сам Люцифер грузно уселся на скрипнувший в немой тишине подоконник, опираясь спиной на побелённый откос, – моя маленькая упёртая девочка.       – Почему ты пришёл? – сипло прошептала непризнанная, прежде чем сесть на кровати, убирая наконец с ресниц последние солёные капли.       – Ты настолько громко думаешь, что мне было слышно в другом крыле школы, – ухмыляясь, ответил мужчина и отклонил голову к стене, всё ещё не убирая вишнёвый взгляд с нежного женского тела.       – Опять эти твои шуточки, – лёгкая улыбка мелькнула на бледных потресканных губах.       – Да, потому что так тебе идёт гораздо больше, чем утопая в болоте, которое ты тут устроила.       Сын Сатаны отпрянул от подоконника и направился прямиком к кровати, выглядевшей так, словно на ней боролась целая армия Мальбонте, а не Вики Уокер со своими чувствами. Тяжёлое мужское тело упало на влажные простыни, ложась рядом с девушкой, заламывающей покрасневшие пальцы. Тёплая широкая ладонь переместилась на дёргающийся кулачок, похожий сейчас на комок нервов, которые явно заполонили всё пространство под молочной кожей их владелицы.       – Перестань это делать.       – Какая знакомая фраза, Люцифер, – дочь ангела с осторожным вызовом посмотрела в чёрную глубину его зрачков, моментально утопая там.       – Я тебя накажу, Вики, я обещаю. Слишком много выделываешься, – цокнул языком демон и, перехватив девушку поперёк талии, притянул её к себе спиной, ласково укрывая одеялом своих крыльев.       – Кто бы говорил, – буркнула под нос Уокер и прижалась ближе к родному созданию, ощутив необходимое ей всё это время тепло.       Ровный стук двух неразделимых сердец успокаивал мирно сопевшую Вики. Теперь она была в безопасности. Даже злые мысли больше не пытались уволочь её своими безобразными когтями в жуткую мглу одиночества, потому что боялись гнева мужчины, прижимающего чувственную душу женского тела к, оказывается, живому центру новых подаренных ему чувств.       – Я тоже люблю тебя, Вики Уокер, – шёпотом произнёс Люцифер, щекоча тёплой струёй воздуха макушку спящей девушки. – Не только ты проиграла в этой войне сердец.