Воспоминание: Страна Чудес. Часть 3

      Казалось, что даже природа затихла в ожидании ответа. Больше не было слышно шелеста листьев на деревьях, а разговоры остальных являлись лишь фоновыми помехами.       Блондинка сделала глубокий вдох. Всего десять минут назад закончился дождь, от которого им не получилось скрыться. И сейчас она стояла мокрая насквозь, с закрытыми глазами, прислушиваясь к каждому звуку. Потому что ждала ответа на свой вопрос. Вопрос, от которого зависело многое.       Влажный воздух приятно щекотал нос, словно хотел позвать за собой в чудесную сказку. Далеко от этого мира, далеко от всех проблем. — Нет… — прозвучал тихий ответ за спиной.       Громова поморщилась и открыла глаза. — Илья, у нас не много… — Это самый крайний вариант! — повысив голос, перебил девушку Умнов. — Ты даже не можешь представить о чём просишь!       Почему же, могла. Вот только блондинка знала, что парень редко повышал голос. И противился чему-либо. Данное путешествие явно его изменило. А возможно он был зол на неё за отвергнутые чувства. — Знаешь, чему меня учила мама? — спокойно спросила Вика и повернулась к другу. — За неимением лучших средств, нужно использовать то, что дано.              Рыжеволосый судорожно выдохнул, резким движением снял очки и закрыл глаза. В этих словах была доля правды, но он не собирался больше так рисковать. Вот если бы здесь была Настя и Лёша, то да. С ними же можно было что-то да придумать. Особенно с Мечёвым. — Никто из вас явно не знает свою родословную… скорей всего, каждый из вас со смешенной кровью… Ты слышала, что тебе говорили? Таких принижают из-за страха, потому что подобных сложно обучить контролю магии! — Это… — Ты не дослушала, — уверенно выставив руку, словно в прямом смысле её останавливал, сказал Илья. — Мы не знаем у кого какие способности, это будет русская рулетка! Был случай с девушкой в моей семье, очень давно, чьей способностью оказалась музыка! Знаешь, что с ней случилось?       Громова отрицательно замотала головой. — Она умерла через две минуты, как пробудились её способности. После этого стали назначаться надзиратели… Ты таких видишь среди нас?       Блондинка невольно вздрогнула от этих слов. Потому что… казалось бы, как могло подобное произойти со способностями, как музыка? — А всё потому, что она единовременно услышала абсолютно все мелодии, что звучали в тот момент в мире, — спокойно продолжал Умнов. — И это при том, что она была чистокровной.       Он множество раз слышал эту историю от каждого члена своей семьи. Его запугивали, чтобы мальчик даже не осмелился взять в руки пособия по магии. Да, рыжеволосый не собирался следовать предрассудкам, но… Это действительно план на самый крайний случай. У них не те условия, чтобы пытаться пробудить способности.       Да и все они уже не в том возрасте, когда это легко сделать. — Ты предлагаешь мне молча смотреть, как нас убивают? — голос дрогнул, выдавая все чувства Виктории на тарелочку. — И ждать спокойно своей смерти?       Илья, который уже давно во время разговора вернул на место очки, стыдливо опустил взгляд на землю. У него не было ответа на эти вопросы, потому что он такой же запуганный подросток, как и все они. Им приходилось делать такие выборы, от который кровь стыла в жилах.       Им пришлось оставить Виктора… Лежать на земле, под дождём. Им пришлось оставить столько трупов среди обломков. Некоторым из них становилось хуже, потому что ни лекарств, ни еды у них не было. Послышался кашель Любы. Только не хватало им теперь всем после дождя заболеть.       Светы нигде не было. Она была той, кто до последнего требовала взять Аллегория с собой. И той, кто не верил в то, что он перестал дышать. Возможно, ей нужно было побыть наедине с собой. Хотя, девушка просто-напросто никому не позволила пойти с собой, резко отпихнув от себя Александру. — Я дам тебе ещё время для ответа, хотя оно у нас не резиновое… — отведя взгляд в сторону, холодным голосом сказала Громова.       Илье оставалось лишь в тишине смотреть подруге в след. Но и побыть наедине долго ему не дали, чья-то рука легла ему на плечо. — Нужно поговорить… — напряжённо сказал Щитов.

***

— Это многое объясняет… — пробормотал Умнов, не сводя своего взгляда с Есении.       Девушка в этот момент о чём-то говорила с Незабудкиной, будучи явно недовольной. Но при этом было заметно, что она старательно подбирала слова. Будто боялась их силы. — Скорее всего, ей нужен зрительный контакт… — взгляд юноши прошёлся по подолу юбки, на которым и был изображён глаз, а затем вновь на попытки Охотниковой донести свою мысль. — И её слова… — Да уж, с её прямолинейностью это огромная проблема! — с досадой процедил Никита, облокотившись на ближайшее дерево.       Ему стоило быть честным с самим собой, что сейчас он испытывал такую злость… С которой ещё никогда не замечал у себя. Ни когда это дурацкое видео распространилось, ни когда он узнал о том, кто сделал это… Рыжеволосый парень подтвердил слова Мечёва и Часовой. — А что-нибудь ещё Лёша предположил? — повернувшись к своему временному союзнику, спросил Илья.       Ему важно было знать всё, что шатен думал об этой ситуации. Среди них был человек с магическим даром. Полукровка. Так и явно уже давно с пробудившимися способностями! Повезло, что это было подчинение, для которого был важен зрительный контакт. — Мы старались не предполагать, — честно ответил блондин, пожав плечами. — Мы пытались соединить имеющиеся детали. — Я даже не знаю, повезло ли нам… — Повезло? — непонимающе переспросил Никита и уставился на одноклассника так, словно впервые его видел.       Илья невольно стушевался под таким взглядом, поспешно отвернулся и вновь уставился на Охотникову. — Вика просила обучить её магии.       От таких слов по спине Щитова прошёлся неприятный холодок. Он, конечно, не знал всех тонкостей этой магической белиберды, но… уж слишком печальный у него опыт общения с человеком-подчинение. Да и тон говорящего давал прекрасно понять, что идея ужасна и опасна. — Или хотя бы хоть кого-то, для нашей защиты… Одним из аргументов против был о том, что пробудить способности не так легко… — продолжал Умнов, нервно поправив очки. — Вот только теперь среди нас оказался с пробуждёнными. И это ухудшает нашу ситуацию. — Почему?.. Конечно, сложно будет сделать так, чтобы каждый из тех ребят посмотрел ей в глаза… — Никита, конечно, был зол на Есению, но он понимал, что у них нет другого выхода. — Тут больше загвоздка в том, знает ли Есения о своих способностях, — спокойно перебил поток слов блондина Илья. — Если нет, то это значит, что никакого контроля её сил у нас нет, что может навредить и нам самим. А если знала…       Никиту словно холодной водой облили. Рыжеволосому не обязательно было продолжать свою мысль. Ведь если Охотникова знала про свои силы, это могло значить только одно. Она намеренно приказала ему переспать с ним. И, скорей всего, приказала забыть этот момент. Такой исход складывался с тем, что Щитов не помнил тот вечер. — Но я подошёл не только поговорить об этом… — осипшим голосом сказал блондин и выпрямился.       Умнов недоумённо взглянул на одноклассника, словно пытался понять, что от него ещё хотят. — В последнее время твоё слово имеет вес для неё.       Так вот в чём было дело… Ведь, учитывая текущий статус отношений Никиты и Вики, девушка даже слушать его не станет. Просто примет, что он пытается оправдаться, солгать, лишь бы вернуть её. — И ей нужна будет поддержка друга. Насти и Лёши рядом нет, я не могу их попросить… — Подожди… что? — непонимающе спросил Илья, в очередной раз за этот диалог перебив блондина. — У неё будешь рядом ты. — Во-первых, я не хочу, чтобы она вернула наши отношения из чувства вины передо мной за то, что не верила, — тяжко вздохнув, начал Никита. Ему самому не хотелось верить этим словам, они делали слишком больно. — Во-вторых… Не хочу пользоваться ситуацией ради своих чувств. Для меня она всё же на первом месте.       Умнов уже хотел сказать, что тогда зачем парень собирается ей всё это рассказать, как сам мысленно ответил. Чем быстрее Громова узнает, тем меньше больно ей будет. Но с другой стороны обстановка была не из лучших. Точнее, самой худшей. Но именно поэтому Щитов ищет человека, который будет рядом и не даст ей сломаться.       Но вот только таким человеком являлся не Илья. В сердце Вики всё ещё хранились чувства к блондину, хоть она и пыталась откреститься от них любыми способами. Это было видно невооружённым взглядом и даже прозвучало вслух.       Сердце заныло от воспоминаний. Громова не могла принять чувств Умнова. Но так ли это плохо? Странно, рыжеволосый не испытывал ненависти или злости на парня перед собой. У них был общий человек, о котором они заботились. И это блондинка, что украла их сердца.       Илья давно не верил в судьбу, потому что ему не повезло с рождения. Получить магические способности? Сначала он был рад, а потом осознал, что был ошибкой. Но каждый раз, когда их взгляды с Викторией пересекались, когда они оказывались вместе… Ему казалось, что сама судьба их сводит.       Сейчас же до него кажется доходило в чём смысл судьбы. Потому что, несмотря на все события, всё идёт к тому, что Вика будет с Никитой. Весь этот тернистый путь приведёт к одному итогу. И так во всём. Каждого в этом мире ждёт один конец — смерть, к которому каждый придёт тернистым путём.       Есть ли выбор у человека? Определённо. Ему даётся множество выборов для достижения определённой цели. И каждый выбор — это путь к ней, хоть сразу так не скажешь. Человек самостоятельно решает, как ему пойти.

***

— Ты что-то хотела? — неуверенно спросила Вика, оглядев одноклассницу с ног до головы.       С той вечеринки они ни разу не говорили. Да и стоило ли? Обломова внезапно накинулась на блондинку, словно очень давно хранила эту агрессию внутри себя. Тогда зачем нужно было обрывать резко дружбу с Настей и втираться в доверие к Громовой? А ведь блондинка действительно считала её своей лучшей подругой. И даже верила, что причиной ссоры была Часовая, с которой просто скучно дружить. Теперь было ясно, почему русоволосая была опустошена из-за Маргариты, почему до последнего пыталась понять, что происходит.       Шатенка внезапно врывается в жизнь, становится дорогим человеком, а потом… А потом непонятно что происходит, и ты остаёшься один. Опустошённым и разбитым… — Я бы хотела поговорить о Насте, — спокойно сказала Обломова, за что получила в ответ лишь удивлённо изогнутую бровь на лице одноклассницы.       Фиолетовое платье с очень глубокий вырезом и широкими рукавами сейчас было всё в кровавых и чёрных пятнах, местами порванное и оголяющее девичью кожу. Почему же Виктория обратила внимание на одежду? Ну, Маргарита была одной из тех, на кого среагировала магическая ткань, значит, в ней что-то есть. Может, это что-то сможет объяснить странное поведение шатенки? К сожалению, блондинка не могла связать различные кристаллы с поведением Обломовой. — Ты видела что-то связанное с её исчезновением? — наконец найдя слова, спросила Громова. В ответ отрицательно замотали головой. — Не кажется ли тебе странным, что она так резко поменяла отношение к тебе?       Оу, так вот к чему клонила шатенка. Ведь раньше отношения Вики и Насти никак нельзя было назвать дружескими. Что уж там, в начале этого года Громова всё ещё считала Часовую чудачкой, с которой никогда не будет подругой. Но жизнь переиграла их, поменяв всё местами. Хотя, сама русоволосая это и сделала, решив сыграть роль некого «Правосудия». — Знаешь, я всё меньше понимаю твои мотивы, — полностью развернувшись к собеседнице, сквозь зубы сказала блондинка. — Кто для тебя друг, а кто враг? Просто… в один момент ты мило улыбаешься, а уже в другой проклинаешь и желаешь смерти. И ладно, если бы такое отношение было со мной, но и… — Уверена, что ты считаешь её правильной и светлой девочкой, которую все вокруг обижают, — поспешно перебила Маргарита. — Но не задумывалась ли ты, что она сейчас просто играет с тобой, когда ты потеряла свой высокий статут?       А был ли он высоким хоть когда-то? Вика давно сделала переоценку своих ценностей. И стало ясно, что не было никакой иерархии в их классе. Они все были равны друг перед другом, а зачем-то сами для себя каждый придумал какую-то схему.       Считала ли Громова Настю «правильной и светлой девочкой»? Ну… Хорошим человеком уж точно. Но как выразилась Обломова… Нет, это было явно не про Часовую, уж теперь блондинка знала. Это раньше согласилась бы с этим. Но после всей этой истории с «Правосудием», нахождением приключений себе на пятую точку только за счёт просто своего существования… Русоволосая могла задать жару.       Вот только шатенке это не было известно. Она не знала, что Вика раскусила уже давно, кто посылал ей тайные послания, что даже поблагодарила за этот опыт Настю. И пусть так будет дальше. — А ты знала, что она говорила с Никитой?       Этот вопрос был таким неожиданным. Не понятно, чего хотела добиться Маргарита. Но по взгляду её глаз было ясно — она считает, что все карты у неё на руках. — И кажется, что очень даже в дружеской форме.       Громова прикусила губу. Да, с одной стороны в этом нет ничего такого. Ведь все они одноклассники, да и блондинка не должна указывать подруге с кем общаться. Вот только… неприятный червячок забрался в её душу. Почему, ведь Настя прекрасно знала о действиях Щитова? Она имела к этой истории прямое отношение… А что если она специально подделала то видео? Так, хватит, именно этого явно добивалась Обломова. Да и не логично это, ведь Есения просила прощения. Но сам же Никита ничего не помнил о том вечере… — Я не уверен, что это можно было назвать дружеской формой, — послышался голос самого блондина за их спинами. — Но спасибо, что случайно подвела разговор к нужной для меня теме, Маргарита.       Шатенка презрительным взглядом оглядела Никиту и, недовольно фыркнув, поспешила уйти. Что ж, Часовой ещё долго не будет рядом, так что у неё есть время продолжить этот диалог. Громова же вопросительно посмотрела на своего бывшего парня, явно желая услышать подробности диалога. — Это было больше похоже на то, что я отчитывал её, она извинялась, а Лёша её защищал передо мной, — спокойно и кратко пояснил Щитов. — А я ему ещё в восьмом классе говорил, что пригляделась Настя ему… — Сейчас разговор не об этом, — кашлянув, сказала Вика. — Но я с тобой согласна.       Внезапно серые глаза заполнились такой безграничной болью и сожалением. Он явно пытался правильно подобрать слова, чтобы что-то ей сообщить. Казалось, что его волнение передалось и ей. — Настя кое-что заметила на том видео, — осипшим голосом начал парень. В горле пересохло от волнения, так любопытный взгляд фиалковых глаз не делал ситуацию лучше. — Мы думаем, что Есения использовала магические способности… — Подожди… Что? — поспешно прервала рассказ блондинка и с неким оскорблением посмотрела на блондина. — Ты сейчас так свою измену оправдываешь? — Ты замечала красный блеск в её глазах хоть раз?       Конечно же замечала. Даже как-то пошутила, что у них особенный дуэт. Одна постоянно током бьёт, а у другой глаза красным цветом переливаются. Вот только Охотникова тогда это совсем не оценила, отреагировала очень остро и бурно, избегая Громову несколько дней. Такое было впервые за всю их дружбу. — Я обсудил это ещё с Ильёй… — Никита достал верный козырь из своего рукава, судя по очень удивлённому лицу девушки. — Он тоже согласен с возможностью этого… Вот только мы не знаем специально она это сделала или же даже не подозревая о своих способностях. — И что же вы предположили? — уже неуверенно спросила Вика, с явным волнением в голосе. — Что за способности? — Подчинение, — совсем тихо, словно боялся, что лишние уши их услышат, ответил блондин. — Для этого ей нужно иметь зрительный контакт и произнести приказ вслух. Но Илья не до конца в этом уверен.       Последнее было добавлено поспешно, ведь вводить в заблуждение он не собирался. Никита хотел добраться до правды, потому что вся эта недосказанность вокруг его достала. Он самый последний узнал обо всём: об своей же измене, об «Правосудии», о том, что этим «Правосудием» оказалась Часовая… Щитов мог продолжать список. И глубоко в душе был уверен, что имена «Лёша» и «Настя» там обязательно будут упоминаться.       Если раньше для него королём бесконечных странностей был только Мечёв, то сейчас к этому трону активно шла Часовая. Хотя, даже не шла, а бежала, учитывая короткий срок — месяц. Всего месяц ей понадобился, а они уже в каком-то подземном мире.       А вот мысли Громовой совсем не были такими миролюбивыми. Её словно холодной водой облили, а затем кинули в сугроб, а она телом пошевелить не может. Ясных мыслей в голове вообще не было. Что она сейчас испытывала? Страх? Боль? Гнев? Ненависть? Разочарование? Обречённость?.. А может всё в одном коктейле?       Было ясно лишь одно: до конца разобраться с этим ей может помочь только один человек.

***

— Скажи… ты знала? — дрожащим голосом спросила блондинка. Она надеялась, что это ложь, всей душой хотела в это верить. Но глаза бывшей подруги говорили за себя. Есения не могла солгать, отчего молчала. И явно была в панике из-за того, что её раскрыли.       Сейчас Охотникова была похожа на беззащитного зверька, которого загнали в угол. — Ты меня никогда не понимала! Да лучше б ты сдохла! — Как ты с матерью разговариваешь, юная леди?!       Страх, захвативший каждый уголок её сознания, требовал действия. Защититься, огородиться…

Дай мне забыть тебя, дай, разлюбить тебя.

Сны о тебе и грусть, время стирает пусть.

      Резко схватив Вику за плечи, брюнетка протянула её к себе ближе, чтобы та могла смотреть ей только в глаза. — Забудь! — вырвался крик из груди Есении. — Забудь все воспоминания, что связанны с Никитой! Забудь этот разговор!       Громова впервые видела слёзы, что стекали по щекам обычно стойкой Охотниковой. Красный блеск в карих глазах был последним, что Вика видела перед тем, как в груди болезненно что-то кольнуло, а в глазах потемнело.

Память — смертельный яд.

Я — без тебя распят.

      Казалось, что до Есении только сейчас дошло то, что она сделала. Слёзы ужаса и новой волны страха полились с новой силой, а всё тело бросило в дрожь. Она разжала пальцы, на секунду даже показалось, что до этого она вцепилась ногтями в светлую кожу бывшей подруги.       Бежать. Далеко, чтобы никто не нашёл и не поймал. Чтобы больше никому не навредить… Она остановилась за каким-то деревом и всем телом к нему прижалась, словно искала в нём спасения. Рот пришлось закрыть руками, чтобы не закричать.

Но продолжаю жить.

Дай мне тебя забыть.

      Она вновь это сделала, вновь сделала необдуманный приказ на фоне эмоций… Возможно, именно это и имели в виду, когда говорили, что магия — это не игрушки. И Есения давно это знала. Так почему вновь? Охотникова не собиралась даже отвечать самой себе.       Брюнетка клялась, что больше такое не повториться. Она потеряла уже мать из-за необдуманного поступка. Сейчас ей самой хотелось забыть всё на свете…

Дай мне тебя забыть… тебя забыть.