Воспоминание: Страна Чудес. Часть 3

      Только не снова… нет, нет, сто раз нет!       В ушах всё ещё стоял шум, заглушая абсолютно всё. А были ли вообще какие-то другие звуки? Страх парализовал всё тело, даже не позволяя потянуться к ноге, которая так жутко болела. В голову невольно пришла картинка с раной прямо у самой стопы. Что она округлой формы, края её напоминают рванную ткань. И постепенно текла алая кровь, покидая тело. От такой фантазии казалось, что потемнело в глазах, хотя жертва уже лежала на земле с закрытыми глазами. А ещё подступила рвота от всего этого ужаса, но страх настолько сковал… Даже дышать приходилось через силу, через некую боль в груди.       Вот чего она хотела. Вот чего желала. Очередная волна мурашек прошлась по позвоночнику, заставляя Тису блаженно улыбнуться. О, девушка была больна убийствами. Ей больше всего нравился именно страх жертвы. Когда существо не знало, куда ему спрятаться, когда осознавало всю свою никчёмность. А что он сделал при жизни? Плевать. Тиса никогда не смотрела так вглубь. Потому что её всегда окружали те, кто младше неё, глупее.       Эти детишки действительно так легко поверили в то, что она является джинном. Боже, их легко так было рассорить между собой, слегка нажав на эмоции. Ну, что с них взять, малы совсем, под властью своих гормонов. В их убийстве было кое-что особенное. У них до этого не было чёткого представления о смерти, это являлось чем-то далёким, не касающимся их. И видеть, как розовые очки разбиваются…       Тиса слышала, как бешено стучали их сердца, выдавая их с головой. Они лежали на траве, боясь даже пошевелиться, от чего обычные маги могли принять их за мёртвых. Но кого-то не хватало…       Гуль оглядел тела, обращая внимание больше на цвет волос подростков. Её здесь нет. Этой русоволосой девчонки, которая оставила на её лбу злосчастную надпись. А Тисе казалось, что у них тут никто магию свою не пробудил, да и познаний о ней толком не имел. Попалась же на то, что это всего лишь подростки, а значит тупые… — Двое, за мной, — щёлкнув пальцами, гуль привлёк к себе внимание напарников. — Часть убежала, их нужно догнать.       И дело даже не в отсутствие Насти. Здесь не было как минимум ещё троих. Мальчишка, что таскался с русоволосой, да и сладкая парочка, рыжеволосый да блондиночка.       Илья сам не понимал куда его несли ноги. Он в панике схватил Вику за руку, когда в суматохе столкнулся с ней. И теперь они уже вдвоём бежали подальше от ужасающих звуков, от которых перехватывало дыхание. — Мы… — сквозь слёзы пыталась сказать Громова. Она отчаянно попыталась высвободить свою кисть из хватки одноклассника, но не получилось. На фоне стресса Умнов необычайно сильно сцепил пальцы, чтобы блондинка даже и не думала сбежать.       Но Вика не могла так всех бросить. Хоть и часть неё кричала, что всё правильно, им надо уносить ноги, ведь… её может ждать смерть. От этого слова шли мурашки, словно тысяча льдинок впивалась в её кожу.       Но девушка чувствовала себя ответственной за жизнь своих одноклассников. За каждый вдох, выдох… за каждую секунду. — Порой тебе придётся делать выбор, — положив руки дочке на колени, серьёзным тоном сказала женщина. — Мам, я знаю, — невольно закатив глаза, Вика шутливо улыбнулась. Ведь действительно, такую простую истину она уже знала. Выборы были везде: выбор одежды на сегодняшний день, выбор покупки и так далее. — Быть лидером непросто, — посмотрев дочке прямо в глаза, продолжила серьёзным тоном мать. — Тебе придётся решать кому оставаться наплаву, а кому покидать игру. На днях мне пришлось сокращать отдел. И выбирать пришлось, отложив в сторону свою симпатию.       Что она могла сделать для их защиты? Ничего. Вообще ничего, могла лишь умереть вместе с ними. А потом что? В этом и была проблема, кто-то да должен был выжить. И, видимо, эту роль судьба предоставила ей, раз именно Громова сейчас убегала вместе с Ильёй.

***

— Стой! — выставив руку прямо перед Настей, прохрипел Мечёв.       Зрачки его сузились, парень нахмурился. Сейчас русоволосая могла прочесть в его глазах явное беспокойство, смешанное со злостью. — Я слышал выстрелы… — от всей серьёзности его слов голос парня стал ещё ниже. Можно было даже сказать, что слышалось озлобленное рычание. — И чую кровь, мы совсем рядом.       Услышав эти слова, Часовая хотела со всех ног рвануть прямо туда. Она не должна позволить кому-то умереть, нет. Если это произойдёт… это будет только её вина. — Без плана нам нельзя идти, — словно прочитав мысли девушки, осадил её шатен. — Я думаю, ты хочешь уменьшить количество жертв, а не увеличить. — Их вообще не должно быть! — голос невольно дрогнул, когда слова сорвались с её губ. — Ты… до сих пор надеешься, что в том взрыве выжили все? — тихо, почти шёпотом, спросил Мечёв. Он видел это в её глазах все эти дни. Сначала ему даже показалось, что Настя ведёт себя странно. Нормальной реакцией в их случае было бы разреветься от горя. — Они должны были, — отчеканила Часовая, упрямо посмотрев в карие глаза. — Потому что их время явно не истекло. Их ждёт впереди вся жизнь. — А что насчёт Владимира? — внезапно спросил Лёша, задев не самую лучшую тему.       Потому что русоволосая не хотела отвечать ему, не хотела говорить. Ведь… это могло ранить шатена ещё сильнее, он итак не самым лучшим образом переживал смерть возможного родственника. — Ты же знаешь, что… порой я словно предчувствую чью-то смерть, — Часовая старалась изо всех сил подбирать верные слова. — И в его случае… этого не было… словно… — Его время истекло, — спокойно закончил Мечёв, смотря куда-то вдаль за спину подруги. Он просто не решался посмотреть на неё, всё сильнее погружаясь в свои мысли. — Лёш, я… — У меня есть идея. Для начала надо будет подобраться ближе, а затем из безопасного места в сторону нападающих… — парень поспешно переключился к дальнейшему плану. Так ему было легче самому отвлечься от боли, что распространялась будто змея в груди.       С одной стороны, это правильно. Сейчас некогда говорить о своих сердечных переживаниях, когда на кону стоит чья-то жизнь. И даже не одна, а их несколько. Вот только стержень веры в то, что из их класса ещё в первый раз выжили все… начал трескаться. Часовой хотелось до самого последнего отрицать, но после вопроса друга… А точнее того, как он задал его. Ощущалось, что сам Мечёв считал, что многие погибли. — Итак… ты сможешь хорошенько ударить дубиной по голове? — спросил шатен с полной серьёзностью, которую от него можно было услышать редко. — Может быть, — неуверенно ответила Настя.       Драться до этого ей не приходилось. Ну… да, она избила Лёню и Валеру, когда в её теле оказался дух бабушки. Но тогда это делал кто-то другой, управляющий её телом. Да, она умудрилась даже что-то применить к Тисе. Но тогда она просто делала что-то на автомате, да и это могли быть остатки от бабушкиного духа. — Это лучше, чем ничего, — сделав небольшое круговое движение кистью, с неким сарказмом бросил Мечёв.       В это же мгновение в воздухе появилась обычная дубинка бледно-фиолетового цвета. Повисев немного в воздухе, оружие упало парню прямо в ладонь. — Я могу наколдовать нам и посерьёзнее оружие, но… — Никаких смертей, — упрямо сказала Часовая. Она была за справедливость, поэтому самой нарушать правила не собиралась.       На языке Мечёва крутился один вопрос. А что насчёт Тисы? Ведь Настя сама пришла к такому выводу, что гулю суждена такая судьба. Хотя, была одна идея. Потому что для неё уже не было больше другого наказания. Девушка не была похожа на других охотников, ею двигали совершенно другие цели.       План был простым, даже скомканным. Потому что они не знали сколько противников, какого они происхождения. От последнего особенно зависело много, потому что дымовые бомбочки, которые они собирались пустить в ход, могли вообще не иметь смысла против любого вида оборотня. Но именно эти бомбочки и были основой их плана, которая позволяла скрыться в тумане и неожиданно напасть.       Создание двух оружий подряд занимало достаточно сил. Ох, сколько у него времени ушло на осуществление подобных трюков… А ведь когда-то было желание по максимуму использовать свои особенности.       Первые шаги их плана прошли даже успешно. Всё внимание было сосредоточено на противниках, а не на телах, что лежали буквально под ногами. Хотя Лёша отчётливо слышал биение сердец, тихие всхлипы, сбитое дыхание.       Вот только всё вышло из-под контроля, когда оставшихся противников оказалось трое, а не двое. Как он мог проглядеть, как он мог так просчитаться? Секунды словно тянулись, пока охотник подходил к Часовой. Сама девушка тоже уже заметила его. Мужчина сделал круговое движение рукой, призвав к себе саблю с характерным изгибом. Он был готов нанести удар, просто убить подростка. Ненависть действительно самый страшный и главный враг всех живых существ. Она делает из нас монстров, бесчеловечных, безжалостных…       Буквально в последние секунды Часовая юркнула вниз, что лезвие просвистело где-то у неё над головой. Шустро извернувшись, девушка с некой грацией подпрыгнула и резко, со всей силой ударила в шею сбоку. Именно там и расположена сонная артерия. Именно так можно задеть блуждающий нерв, что приведёт к сильному головокружению, а в некоторых случаях даже к потере сознания.       Казалось, что даже сама Настя от себя не ожидала, поэтому растерялась, когда противник упал на землю. От чего сама совсем не плавно приземлилась после прыжка, подвернув правую ногу. — Мы думали, что вы подохли! — послышался крик Есении. Надо же, где-то глубоко в душе Мечёв даже был рад слышать её голос. Кто-то ещё из одноклассников зашевелился. — Где Тиса? — слегка прихрамывая, русоволосая подошла чуть ближе. Она изо всех сил старалась не смотреть на землю, чтобы… чтобы что? Узнать, кто умер? Увидеть, кого нет?       И что вообще сейчас опять такое было? Ей всегда, конечно, говорили, что танцы полезны и так далее. Но Часовая никогда не подозревала, что будет использовать это для самозащиты, чтобы увернуться от удара. Да, это не было чем-то изысканным или явным танцем, но её движения были плавными.       Лёша вновь сделал резкое движение рукой, давая понять, что лучше молчать. Он всё ещё был серьёзен, парень внимательно всматривался в окружение, словно кого-то выискивал. — Кто-то ещё идёт…       Почему… почему судьба не давала им расслабиться хоть на секунду, перевести дух? Нервы были готовы сдать в любую секунду, высвобождая абсолютно все чувства и эмоции, что стучались изнутри. Но нельзя было этого допустить сейчас, не вовремя, опасно. — Я уже сказала Вам, — женский голос звучал уверенно, настырно. — Я хочу уметь постоять за себя. — Но Ваш… — Он не узнает, — девушка даже не стала слушать до конца мысль своего собеседника. Для самой себя она уже всё решила и была готова идти до конца. Хотя в её голосе можно было услышать некую безысходность. Словно у неё не было другого выхода. — При всём уважении, пр… — Вы мой учитель, — уже более тише зазвучал женский голос. — Мой отец готов отдать Вам свою жизнь, да и жизни всех членов нашей семьи. Он доверяет Вам секреты и тайны.       Послышался тяжёлый вдох со стороны мужчины. Видимо, он прекрасно понимал к чему клонила юная особа. — Мне не к кому больше обратиться с подобной просьбой. Потому что Вы один из лучших и прекрасно умеете хранить тайны. Прошу… — Хорошо, — хрипло ответил учитель. — Но предупреждаю сразу: я буду делать из тебя не сильнейшую физически. — Но… — девушка явно хотела возразить, что именно это ей и нужно. — По биологическим причинам ты всё равно будешь уступать в силе противникам-мужчинам, — холодным голосом пояснил мужчина. — Я обучу тебя приёмам, это без сомнений. Но всё будет зависеть от самой тебя. Тебе нужно научиться использовать свои недостатки и слабости как оружие, использовать весь свой ум на максимальном уровне. — Я понимаю. — Чаще всего я советую стратегию «жертва». Она заключается в том, что вводишь в заблуждение противника. Притворяясь жертвой, ты даёшь ему уже заранее почувствовать победу. Что он в безопасности. Самое главное угадать правильный момент, когда противник расслабится.       Словно молния фрагмент ударил в голову, отдав небольшой болью. Она не видела лиц, где происходил этот разговор. Лишь слышала голоса. Но думать об этом сейчас некогда, нужно действовать.       Ей пришлось сдержать подступающую тошноту, когда Настя присела на корточки возле тела недалеко от себя. Саша. Девушка с различными хобби, которые не всегда одобряли окружающие. До безумия обожала фантастику, мистику, даже изучала различные ритуалы в интернете. Её так тянул к себе весь этот магический мир… Да, порой с ней было трудно найти общий язык, она всегда присваивала всю заслугу себе.       Сделав глубокий вдох, Часовая ущипнула саму себя, чтобы вернуться в реальность. Если она раскиснет прямо сейчас, то будет также лежать на земле. Возможно, стоило всё же выпустить свои эмоции ещё в первый день. Но нет же, русоволосая так привыкла откладывать это на самый «подходящий момент». А теперь слёзы наворачиваются на глаза.       Проведя дрожащими руками по открытой ране, девушке вновь пришлось сдержать приступ рвоты. Ей не нравилось это, все органы внутри неё сжимались и переворачивались. Всё такими же дрожащими пальцами она что-то нанесла на щеку Мечёва.       Тот молчал, его взгляд был пустым. Возможно, он догадался, что собиралась делать Настя. Было у них ещё минут пять, так ещё и туман от бомбочек не рассеялся. У них есть время подготовиться к приходу. Есть время залечь. — Чё… — непонимающе протянула Охотникова, когда и её для пущей убедительности тоже начали обмазывать чужой кровью. Невооружённым взглядом действительно выглядело, что в них попали. — Ты же чем-то занималась для самозащиты? — дрожащим голосом спросила Настя. — Сможешь по моей команде… — Я могу просто создать оружие прямо над ними, — спокойно сказал Мечёв. Это было проще, чем прибегать ещё к чему-то. Да, он потратит слишком много энергии за такой короткий период времени, но это не самое худшее.       Казалось, что сердце стучит в ушах. Бешенный стук заглушал абсолютно всё, даже собственные мысли. Лежать на холодной земле… было ещё страшнее. Так она была ближе к остальным одноклассникам, которые от ужаса тряслись, беззвучно всхлипывали. Часовая надеялась, что вот-вот… сон закончится. Как это было каждое утро, как это было всегда. Но шла секунда за секундой… А девушка всё никак не просыпалась.       Было проще закрыть глаза, потому что не хотелось. Не хотелось слышать, видеть… Всю работу взял на себя Лёша. Он был собран, сосредоточен… Словно подобное для него не первый раз, словно он всегда был готов к этому. Хотя… его же с рождения обучали всем магическим вещам… Может, действительно можно быть готовым к подобному?       Руки продолжали дрожать, когда приходилось связывать отключенных охотников. Оставлять их просто лежать на земле тоже нельзя. Они не смогут быстро уйти с этой поляны, да и предчувствие Насти не давало покоя. Всё ещё не закончено, они всё ещё в опасности.       Никита молча помогал ей. Ему казалось, что он окончательно потерял способность говорить. Хоть и не кричал вслух, а лишь мысленно всё это время. — Где Вика с Ильёй? — послышался вопрос за спиной русоволосой.       Вот. Вот что не давало ей покоя. Вот что не так прямо сейчас. Тело бросило в дрожь, ей казалось, что мир вокруг неё растворяется. Все внутренности перевернулись, поступили к горлу и собирались выйти наружу. Ей было жутко страшно, Часовая схватилась руками за свои волосы и спрятала голову ото всех. Ей казалось, что кто-то наступил ей прямо на лёгкие, не позволяя сделать даже глоток воздуха.       У сидевшего рядом Щитова ситуация была не лучше. Он тихо взвыл что-то неразборчивое, крепко сжав руки на своих коленях. Ему было плевать на эту боль, ему было плевать, когда ткань одежды и его собственная кожа сдались под силой его же рук. Маленькие струйки крови полились из-под пальцев. — О-Они могли убежать! — послышался заботливый голос Любы где-то слева от блондина, а затем ему положили руку на плечо. — Тиса… она же… — осипшим голосом шептал Андрей. — Она же заметила, что кого-то не хватает и… направилась на поиски… — Мы все тут подохнем! — схватившись за свою раненую ногу, проревел Огнёв.       Снова. Они снова в ловушке и ничего не могут сделать… Мечёв невольно нахмурился. Всё уже очень давно вышло из-под контроля. Ему нужно что-то срочно придумать, ему… — Я… — шатен уловил тихий шёпот Насти. — Я должна…       Девушка встала на ноги и даже сделала несколько шагов. Её надежда уже разбилась вдребезги. Семеро одноклассников уже точно были мертвы. А сейчас и Саша не подавала признаков жизни. Это всё была её вина. Почему она вообще способна подобное предчувствовать, но… Часовая не предотвратила всего этого, а значит вся эта кровь на её руках. И сейчас её количество может увеличиться.       Русоволосая остановилась, схватившись за ближайшую ветку дерева. Дыхание перехватило, от чего перед глазами картинка резко размылась. Такое ощущение у неё уже было, тогда она спасла Катю от машины, а сейчас… Казалось, что очагов подобной опасности несколько и все они рядом.       Но через секунду ей стало уже лучше, когда по лесу разнёсся выстрел.

***

— Где Настя? — буквально прошипела Тиса.       Ей не составляло труда прижать парня к земле и направить на него оружие. Его тело дрожало и фактически не сопротивлялось. Гуль получал удовольствие от этого, но сейчас ей хотелось другого. Мести. Ей пришлось перебинтовать свой лоб, чтобы скрыть проклятую надпись. Эта штука не проходила, она оставалась с ней в любом образе. — Мы не знаем! — закричала Вика, в который раз попытавшись выбраться из хватки крепких рук двух помощников Тисы.       Да что же эта девчонка лезет туда, куда её не просят… Ведь не с ней же диалог ведут! Этот очкастый явно знает больше остальных. Это чувствовалось, было заметно, когда она присоединилась к ним. Гуль с радостью бы уже расцарапал глотку блондинке, но она была запасным рычагом для Умнова. Она была ему дорога.       Это понимал и сам Илья. Хоть у него и не было информации о местонахождении Насти… Он не хотел, чтобы Громова пострадала. Нет, только не на его глазах. Да вообще только не в этом мире, не в этой реальности! Нет, эта девушка заслуживает остаться в живых!       Взгляд изумрудных глаз скользнул по подолу платья. Голубая ткань была изрисована различными хаотичными линиями, напоминающие… молнии…       Вот он их крайний случай. — Прости… — зажмурившись, прошептал Илья. Он не хотел делать ей больно, он… не хотел видеть в её фиалковых глазах печаль, разочарование…       Учитывая, что до этого Тисе не приходилось прикладывать особого труда, чтобы держать его… Ему было легко выхватить пистолет из её рук и направить на самого себя.

Feels like we're on the edge right now

I wish that I could say I'm proud

      Насте казалось, что она услышала гром. Фантазия? Погода решила над ними поиздеваться? Случайное совпадение?       Плевать, не до этого. Больше чем предчувствие смерти её могло пугать только одно… резкое прекращение этого предчувствия. Она бежала в сторону звука, как только могла. Рядом она слышала чей-то ещё бег, но для неё это было не так важно.       Особенно когда Часовая нашла…

I'm sorry that I let you down

Let you down

      Вика, захлёбываясь своими же слезами, держала руки где-то на уровне живота парня. Алое пятно быстро распространялось по ткани, а руки девушки уже были все в той же крови. — Он… — Громова не могла даже выдавать из себя и слова, казалось, что девушка ещё и задыхалась.       В глубине её глаз можно было ещё заметить небольшие вспышки, словно молнии. Он пробудил её способности, чтобы у неё была возможность спасти свою жизнь. Самый банальный способ… яркие эмоции…

All these voices in my head get loud

I wish that I could shut them out

      Часовая упала на колени. Ей хотелось выть. Словно одинокий волк на луну. Почему она постоянно совершает сплошные ошибки? Умнов не должен был умирать… Никто не должен был умирать!       Так почему, Настя, это произошло? Кому достался дар предчувствовать эти смерти? Ты никого не можешь винить, кроме самой себя. В очередной раз. Думала, что имеешь право на нормальное отношение к самой себе? Забыла, кто ты? Забыла, что вся эта кровь должна быть на твоих руках?

I'm sorry that I let you down

— Прости… — прохрипела Часовая, спрятав голову своими руками. И заплакала, не сдерживая своих эмоций.

L-l-let you down