Воспоминание: Страна Чудес. Часть 3

      Всё казалось каким-то бредом. Самым неадекватным сном, который только мог быть. Время шло слишком быстро, люди перед ней двигались словно ускоренные.       Вот Илья что-то прошептал, зажмурив глаза. Вика не могла сосредоточиться на словах. Весь её разум словно покинул тело, ей оставалось лишь что-то выкрикивать от страха, что пожирал изнутри.       А в следующую секунду… выстрел. Оглушительный, словно пуля пролетела прямо возле её уха. В этот момент ей казалось, что душа буквально упала в пятки. Это сравнимо с ощущением, что тебя облили ледяной водой. Сухой водой, как бы странно это не звучало.       А что потом? Эмоции накрыли её с головой, что даже сама Громова точно уже не могла вспомнить. Но в какой-то степени она ощутила… освобождение. Словно все те чувства и эмоции, что бурлили внутри неё вырвались наружу, сокрушая всё на своём пути.       Вот только это было ненадолго. Она увидела Илью. Истекающего кровью Илью, который продолжал держать в своих руках пистолет. Который лежал с закрытыми глазами и не дышал.       Для неё до сих пор всё происходило словно в тумане. Она даже не ощущала чьи-то прикосновения к себе. Кто-то крепко прижимал её к себе, не позволяя вцепиться ногтями в лицо. А так хотелось это сделать, разодрать всю кожу, чтобы выпустить гложущую боль, что внутри неё.       Никита ещё что-то шептал, пытался всеми силами успокоить. В нём самом играли противоречивые чувства. Он был безумно рад, что блондинка жива, цела. Его сердце бы просто разорвалось, если бы она умерла. Ему было больно от потери новых одноклассников. Этих людей он знал, Илье даже готов был доверить Вику. И страх за Громову, потому что… она до сих пор плакала. Нет, ревела. Слёзы словно ручьи текли по её щекам, девушка в первое время даже что-то кричала. Сейчас же её голос уже охрип.       Щитов не знал, что нужно говорить, что делать. Он шептал какую-то банальную фразу: «Всё хорошо»… но сам внутри себя кричал, что это совсем не так. Они в настоящем кошмаре, а ситуация не собиралась становиться лучше.       Блондин успел перекинуться парочкой слов с Лёшей. У него был какой-то план действий, но Никита не мог просто физически вникать в слова. Он и не понимал, как Мечёв держался. Словно сержант, который не первый раз видел смерть своих солдат. — Его нет… — прохрипела Громова, прижавшись к Щитову ещё сильнее, словно в его объятиях пыталась спастись. — Его больше нет… — Ты выглядишь знакомо… — задумчиво протянула блондинка, внимательно всматриваясь в его лицо.       Рыжеволосый стушевался от такого внимания к себе, покраснел до самых кончиков ушей. Ведь не каждый день тебя так пристально рассматривает красивая девочка. Он вообще был не очень социальным, поэтому внимание со стороны казалось чем-то необычным, даже некомфортным. — М-Мы в одном садике были… — выдавил из себя Илья, усердно избегая столкновения взгляда с Викой. Для него было не удивительно, что она его не запомнила. — Точно!       Никто из них не знал злая ли это ирония, или же сама судьба сводила их пути, или же просто совпадение. Но почему-то классный руководитель их посадила за одну парту. Почему-то Громова так мило улыбалась, стараясь быть дружелюбной. Ведь не каждый день тебе везёт найти кого-то знакомого в абсолютно новой компании. А сам Умнов почему-то старался держаться отстранённо, полностью погружаясь в книжку и вчитываясь в каждое слово.       А потом их пути вновь разошлись.

***

— Почему ты не стал даже переубеждать меня?.. — тихо спросила Настя, неотрывно смотря на водную гладь перед собой.       Здесь было тихо, спокойно. Ей хотелось, чтобы также было у неё на душе, но… девушка лишь чувствовала боль и разочарование. — Надежда помогала тебе идти дальше, — спокойно ответил Лёша. Он тоже неотрывно смотрел на небольшое озеро, что открылось перед ними.       Ответ друга явно не сделал лучше. Часовая сильнее обняла свои колени, тем самым окончательно свернувшись в клубочек. — Я чувствовала опасность… — пробормотала русоволосая слова, которые уже сказала за последний час несколько раз. — Но я думала, что это было связано с тобой и…       Настя замолчала, ей не хотелось продолжать говорить. Она ненавидела себя сейчас всем сердцем. Слабачка, которая поддалась своим эмоциям, привязанности. Разве справедливо, что жизни её одноклассников из-за этого так безжалостно оборвались? — Почему?.. — всхлипнув, спросила в пустоту Часовая. — Почему вечно наступаю на одни и те же грабли? — Знаешь… — внезапно прошептал Мечёв. — Ты можешь прожить хоть сто лет, но всё равно совершить такую глупую ошибку… — Но я совершаю сплошные ошибки! Который раз использую свои силы не так, как надо! — девушка перешла на крик, ещё сильнее вжавшись в свои колени. Пальцами она безжалостно вцепилась в кожу, словно хотела её содрать. — Потому что ты человек с эмоциями и чувствами. — Прекрати меня оправдывать! — её отчаянный крик был больше похож на визг. — Я никогда не была идеальной принцессой, которой окружающие меня считали! Отличница, скромница? Я косячница, неудачница и позор!       Ему хотелось сорваться с места, прижать её к себе и шептать, что это всё не так. Но… он сдерживал себя, потому что так продолжаться не могло. Не должно было, ему уже начинало мерещиться. А что если… Нет и сто раз нет! Мечёву казалось, что он просто сходил с ума, и привязанность к Насте не помогала, а только сильнее запутывала. Глупо вестись на свои же чувства и эмоции, но они словно пьянили его и накрывали с головой. Лёша прекрасно понимал из-за чего это, он прекрасно понимал схему происходящего, но… с каждым мгновением держать ситуацию под контролем становилось сложнее.       Но оставлять Часовую в таком состоянии без должной поддержки он не мог. Всё из-за тех же чувств к ней, ведь… будет глупо лгать, что она не стала ему близкой подругой за это время. Глупо… опьянённый надеждой, шатен допустил крупную ошибку… а расплачиваться кому? Насте? Она не заслужила этого, она…       Мысли слишком быстро сменяли друг друга, что порой даже сам Лёша терял логическую нить. Ну же, сосредоточься на ситуации… Для начала надо успокоить Часовую, она не сможет продолжать путь в таком состоянии. Ей нужен друг, поддержка… Вика, идеальный вариант. Им двоим сейчас есть что разделить между собой. Это может сблизить их отношения. И, возможно… если действовать правильно, то Настя может начать доверять Громовой больше, чем ему.       А сам Мечёв пока займётся остальной группой. Да, так и надо сделать. Надо прямо сейчас встать и пойти за Викой. Но… что-то держало его здесь. Ему всё ещё хотелось крепко обнять русоволосую, чтобы успокоить, но сознанием он понимал, что ему нужно уйти. А в результате парень просто сидел, разрываясь на две части.

***

— А не кажется ли тебе, что это может сделать хуже? — неуверенно спросил Щитов. Ему не нравился план Лёши. Совсем, буквально каждая его деталь.       Начнём с того, что Громова только успокоилась. Блондинка всё ещё сидела с пустым взглядом, будто это именно она умерла, на посторонние звуки фактически не реагировала. А тут предлагают вновь погрузиться в тему об Илье. А ничего, что именно его смерть и привела к такому состоянию? — Им нужно разделить боль и отпустить её. С кем-то это будет легче, — Мечёв оставался непреклонным. Он продолжал заниматься своими делами, то и дело вытаскивая из походной сумки какие-то предметы. Любезно предоставленные вещи от жителей деревни. — Ну вот, Вика со мной, а Настя с тобой. В чём проблема?       Щитову не откажешь в логике. Перед ним картина выстраивалась совершенно другим образом. Шатен его не винил, ведь это у него были секреты, а не у блондина. — Для них мы будем как непонимающая сторона. Человеку проще жаловаться другому, кто поймёт его проблему. Кто тоже с ней сталкивался. Понимаешь? — Лёша оторвал свой взгляд от сумки и внимательно посмотрел на Никиту. — Человек с больным животом будет жаловаться другому с больным животом, потому что тот точно его поймёт. Так яснее? — Я точно могу доверять Насте?       Конечно же Щитов беспокоился о Вике. Его до сих пор смущало, что именно Часовая была причастна к распространению видео. И ему хотелось защитить свою любимую от любых бед, огородить, спасти. Ей итак больно, поэтому блондину хотелось предотвратить возможные страдания. — Она моя подруга, — строго, как отрезал, сказал Мечёв. — А я с кем попало не дружу.

***

— Гении… — недовольно пробормотала Настя, попытавшись вновь вытащить руки из пут.       Идея явно была Лёши, вот только… Лёня и Глеб исполнили её в своём корявом исполнении. Да, Часовая сопротивлялась. Как и Вика, которая до сих пор не отошла от стрессовой ситуации. Но это же надо было додуматься к ней подходить со спины!       Русоволосую, если честно, больше волновал другой вопрос… почему Мечёв не сам подошёл к ней? Он будто… только сильнее начал отдаляться от неё? Или же это её больная фантазия? Ей сейчас плохо и тяжко. Естественно, что ей хочется внимание близкого и родного, кому она доверяет все свои секреты и переживания. Это естественно. Да, всё так и есть.       Ох, да брось, кого ты пытаешься обмануть… наверняка в тебе разочаровался, как это было и с Маргаритой… Точно так же тебя внезапно покинет, оставит одну. А потому что большего ты не заслуживаешь… — Прости, я виновата в его смерти! — голос Громовой, что сидела сзади неё так, что их спины соприкасались, вывел Часовую из размышлений. — Нет, ты… — растеряно пробормотала русоволосая. Она искренне не понимала слов блондинки, ведь всё это было лишь её виной. Подруга была ещё одной пострадавшей во всей этой истории. — Я его надоумила на эту идею! Хотела как лучше, а… Он был прав, магия опасна! — Подожди, о чём ты? — Часовая начала чувствовать странное покалывание у себя за спиной, словно электрошокер близко поднесли.       Казалось, что у Вики вновь началась истерика. Ох, идиоты, который их связали! Как им в голову пришла эта «гениальная» идея? — Я просила его пробудить у кого-нибудь магию! Это была моя идея, но я… я не знала, что такой ценой! — Вика, постарайся сделать глубокий вдох, а затем медленно выдохни, — нащупав руку подруги, русоволосая крепко сжала её, стараясь не обращать внимания на обжигающее покалывание. Оно не было уж очень сильным, но дискомфорт приносило.       Со стороны блондинки послышался рванный вдох, её явно вновь накрывали с головой эмоции. Если догадка Насти верна… Ей тогда гром не показался. Произошедшее вызвало внутри Громовой взрыв эмоций, что и способствовало освобождению магии. И если так и продолжится, то подобная волна повторится. Нападавших на них не было рядом, так что не ясно, что будет с людьми в близком радиусе… Блондинке нужно прийти в себя. — Что произошло? — отчасти Часовая понимала, что подобный вопрос мог только вызвать новую волну эмоций, но… ей нужно было знать. Знать ради себя самой, ради того, чтобы знать, как помочь подруге сейчас. — О-Он… он вы-выстрелил в себя… — было слышно, что Вике сложно говорить, но она старалась. Девушка продолжала делать глубокие вдохи и выдохи, пытаясь прийти в себя, хоть и выходило рвано и обрывисто.       Тело Насти словно током пронзили. Его… его не убили, он… он сам сделал такой выбор… возможно, Илья больше не видел другого пути, парень… парень хотел, чтобы Громова спаслась…

It's who we are

Doesn't matter if we've gone too far

— Он всегда хотел поступать правильно… — пробормотала Часовая, пока её сердце обливалось кровью от осознания. — Всегда следовал всем правилам…       Умнов готов был спасти невинную жизнь ценой собственной. Его подвиг восхваляться должен, а русоволосая лишь занималась тем, что корила себя. Да, она всё ещё виновата в потерях, но… Почему-то стало легче от новости, что Умнов погиб не от чужой руки. И погиб не от того, что потерял смысл жизни. Он погиб ради справедливости, ради кого-то. И Илья заслуживал того, чтобы виновные были наказаны.

Doesn't matter if it's all okay

Doesn't matter if it's not our day

— Найду каждого… — пробормотала Настя, сильнее сжимая руку Вики.       Гнев. Чистейший гнев наполнил её душу. Она хотела лишь одного: правосудия. Наказания преступникам. И первой в её списке была Тиса. Часовой хотелось хоть прямо сейчас вскочить с места, схватить эти палки-телепорты и отправиться искать эту чертовку. Найти, расправиться, уничтожить. — Его не вернуть… — Громова уже смогла справится с эмоциями. Её голос был слегка охрипшим, низким.

Because it's who we are

Doesn't matter if we've gone too far

— Он сделал это ради тебя. Потому что знал, что ты сможешь справится, — Настя слегка повернула голову к подруге. Она не лгала, это было действительно так. Вика была из тех, кто готов работать с любым полученным опытом. Было больно, ещё сколько раз ей будет больно, но… Блондинка вставала и продолжала свой путь. — Но… — Ты должна, — ещё крепче сжав руку Громовой, уверено сказала Часовая. — Мы с тобой должны. Иначе его смерть не будет иметь смысла.

Doesn't matter if it's all okay

Doesn't matter if it's not our day

— И не только его, — послышался мужской голос сбоку. Повернув голову, девушки увидели Никиту. — Я прибью тебя, Лёня… — Они сопротивлялись, и я… это максимум, что пришло мне в голову, — стыдливо оправдывался Огнёв, пока остальные начали развязывать. — Они погибли, да. Но ведь это не значит, что они никогда не существовали. Каждая душа… имеет свою цену, — голос Лёши был пропитан горечью. — Если мы выживем… это будет один из способов сказать «спасибо».

So won't you save us

What we are

      Им всем было страшно, потому что будущее оставалось неизвестным. Но… внутри каждого был и гнев, который толкал теперь на отчаянные шаги. Как только руки Насти Мечёв развязал, она схватила его и Вику и крепко прижала к себе. Она мысленно клялась, что такого больше не повториться. Они все выживут, Часовая больше этого не допустит. Спустя секунду девушка открыла глаза и выразительно посмотрела и остальных. В своих объятиях она ждала каждого из них.

Don't look clear

Cause it's all up hill from here

      Их класс никогда не был особенно дружным, чтобы каждый был друг за друга. Но сейчас… они сидели на мокрой траве и друг друга обнимали, прижимались друг к другу словно к спасительному кругу. Сердца выживших стучали в унисон, они позабыли все разногласия между собой, позволяя… позволяя растворится в моменте.

***

— Мы с тобой прекрасно знаем, кого она больше всего ненавидит, — спокойно сказала Настя. — Ты вновь пытаешься сдохнуть? — сквозь зубы спросил Лёша. Его это раздражало, потому что… ему итак тяжко, а Часовая ещё и сама лезет под когти опасности! — Я хочу лишь одного, — холодно сказала Часовая, отвернувшись от друга. — Правосудия.       Мечёв невольно закусил губу, вновь обдумывая предложение подруги. В принципе, этот план можно было бы воплотить в жизнь… Он понимал, что русоволосая могла постоять за себя, хоть сама она этого не понимала до конца. И ему самому хотелось добиться справедливости. — Хорошо… но только при одном условии, — Лёша всё же сдался.       Ему безумно хотелось вновь прижать к себе Настю и никуда не отпускать. Чтобы она была рядом с ним, в безопасности. Чтобы он не потерял её. Ему до сих пор казалось, что… стоит лишь закрыть глаза, как она просто растворится в воздухе. — Пообещай, что ты останешься в живых. — Обещаю, — помедлив всего на секунду, уверенно ответила Часовая. Она не собиралась просто так уходить на тот свет. Теперь уж точно, когда ей есть ради кого жить. — С тебя прошу того же. И чтобы никто из них… не умер. Они будут под твоей защитой и твоей ответственностью.