Спасение «золотого мальчика»

***

С последнего дня прошло много времени. Наш герой все так же по ночам не спал, утром маскировал бинтами следы своих ночных истерик, а днем ничего не ел. Гермиона пыталась поднять тревогу, но все безуспешно. Гарри понимал, что они с Роном очень часто волнуются за него, поэтому иногда ходил на завтраки и для большей напускной убедительности брал что-нибудь легкое, по типу яблока или каши. Но, к сожалению, все заканчивалось так же, как и любые предыдущие попытки поесть - ужасными судорогами и рвотой в туалете. В один из таких дней ему не посчастливилось быть застигнутым Невиллом в туалете, но с ним все обошлось гораздо проще: «Отравился» и все, никаких вопросов. Но был еще один человек, который подозревал, что что-то неладное происходило с Гарри. Ужас Всея Подземелий, тот самый профессор Северус Снейп. Он начал наблюдать за Гарри, когда появились еще первые внешние проявления, наводящие на ненужные мысли - бледность на лице и темные, почти чёрные синяки под глазами. Каждый день Снейп ждал его за завтраком, но часто это было напрасно. Поттер не приходил. А если и приходил, то почти никогда ничего не ел. После этого произошёл взрыв зелья, а за ним и памятный инцидент с ложкой. Вот тогда зельевар и решил вызвать подмогу в лице Дамблдора. - Северус, не переживай, я уверен, с Гарри ничего не случилось. А если это и правда, то он справится. - спокойно ответил директор, размеренно попивая свой чай. - Вы серьезно, директор? Я его за едой не видел неделю как минимум. - выпалил Северус, заводя за спину руки. Он не понимал, как можно пускать подобную ситуацию на самотёк. У мальчика началось явное истощение, а он так спокойно об этом говорит. - Северус, мальчик мой, не переживай, если что, мы примем все необходимые меры. - хлебнув чая, продолжал директор. А Снейп опрометью вылетел из кабинета, что-то недовольно бурча себе под нос. Это «если что» может обернуться смертью мальчика, что тогда он сделает? Да, Альбус Дамблдор - великий волшебник, но воскрешать пока ни у кого не получалось.

***

Опять бесконечная ночь. Нудная, да, но красивая. Множество точек рассыпаны на небе, будто какая-та богиня опрокинула золотой песок на чёрное полотно. Сегодня были попытки поспать, но это вновь вылилось в искалеченные руки. Как же всё это достало... Гарри просто лежал на кровати, прислушиваясь к каждому шороху. Он чувствовал чей-то призрачный взгляд, направленный на него. Это немного пугало, но Поттер пытался не обращать внимания. «Луна или звезды»,- успокаивал себя он. Голова все сильнее кружилась, кровь струйками продолжала течь, а ноги дрожали. Но обработать руки было необходимо - заражение крови само не вылечится, придется идти к мадам Помфри. А уже там - придумать отмазку, откуда же у Гарри так много порезов на руках и подобная худоба? Вдох. 6:14. Поттер начал медленно подниматься. В глазах темнеет, мальчик опирается на кровать. Тяжело, но надо привыкнуть. Он начал медленно спускаться по лестнице. Скрипучее дерево. При условии полной тишины скрип был громким, очень громким. Пластыри, бинты. Крови слишком много, она капала на пол, спускаясь вниз по ладоням. Поттер не хотел просто так оставлять это, тут даже причины объяснять не нужно. Поэтому быстро вытерев кровь с пола и с руки, мальчик поднялся, направляясь в туалетную комнату. Сверху послышался скрип. Гарри резко обернулся, но там никого не было. Паника подкатилась к горлу. «Его кто-то видел...». Поттер замер, не зная что делать. С одной стороны - лучше поскорее уйти, но с другой - дождаться, пока появятся другие, более явные признаки нахождения человека. Идя спиной к двери, Гарри наблюдал. Медленно. В глухой тишине раздавались только его шаги. Прислонившись спиной к двери, мальчик быстро забежал внутрь, что вызвало очередной приступ головокружения. Ужасно... Он аккуратно сел, опираясь на дверь и прикрывая глаза. Тишина, наконец-то... Так прошло минут пять. Гарри медленно встал, тяжелые шаги его ватными ногами были сделаны в долгие и казавшиеся бесконечными минуты. Одна, другая, и Поттер уже стоит у крана и включает холодную воду, подставляя под нее окровавленную руку. Мальчик наблюдал за тем, как вода окрашивается в мутно-красный цвет. Завораживающее зрелище, если, конечно, не знать его предыстории. Отдельные капли медленно стекали по рукам к локтю, обжигая предплечье холодом. Чуть дотронувшись до руки, Гарри зашипел. Было больно, очень больно. Убрав руку из под струи воды, Поттер взял пластыри. Старые были пропитаны кровью, поэтому их надо было поменять. Больно. Очень Больно. Гарри оторвал один, шипя. Пластырь в буквальном смысле прирос к ране, поэтому она вновь начала сочится кровью. Дьявол. Быстро промыв ее и сопровождая все это действие тихим шипением, Гарри наклеил новый пластырь. Их оставалось не так много, и надо было думать, что же с этим делать. Купить? В магическом мире мало где найдешь пластыри, а точнее - нигде. Да и подозрительно будет перед друзьями. Оставлять все как есть? Тоже не вариант. Надо будет подумать над этим. Замотав предплечья плотным слоем бинтов, Поттер убрал все следы его пребывания здесь. Вздохнув, посмотрел на себя в зеркало. Там он увидел измученного парнишку, весь вид которого вызывал жалость. Гарри захотелось разбить зеркало, но ему же не нужны проблемы. Ведь он сам и есть одна большая проблема. Медленно повернувшись, Поттер подошел к двери и резко открыл ее. Это и стало его роковой ошибкой. В глазах все поплыло, постепенно сменяясь темнотой. Ноги подкосились, опуская безвольное тело на холодный кафель туалета. Голодный обморок, первый в жизни, ведь никогда не поздно начинать. Глаза медленно закрывались и последнее, что Гарри увидел, была рыжая копна волос...

***

Рон проснулся посреди ночи. Нет, его не разбудил шум или чьё-то неосторожное касание. Просто в какой-то момент глаза распахнулись, и сон больше не приходил. Рыжий не хотел нарушать тишину, что само по себе было странно. Рон и не нарушать тишину? Не заболел ли он случайно? Как ни странно, но он этим мертвой тишиной, отсутствием каких-либо посторонних звуков. Каждому свое. Уизли наблюдал за Поттером, пытаясь понять, спит ли тот? Хотя, скорее всего нет. Гарри лежит ровно, словно пластом.Так практически никто не спит, а уж Гарри - особенно. Да, даже Рон заметил, что другу плохо ночами. Он просыпался, иногда вскрикивая и сильно ворочаясь во сне. Никто об этом не знал, но Уизли все больше и больше убеждался в правильности желания рассказать обо всем Гермионе. Уж слишком слаб и бледен был Гарри. От размышлений его отвлекла какая-то посторонняя активность со стороны Гарри : он начал подниматься с постели, опираясь на нее. Почему так медленно? Неужто что-то случилось?... Когда Поттер начал спускаться по лестнице, раздался скрип. Рон последовал за ним, наблюдая и пытаясь не шуметь. Да, детские игры с близнецами в шпионов хоть где-то пригодились. Уизли остановился перед лестницей, заранее готовясь спрятаться в любой момент за стенкой. Друг спускался медленно, зажав рукава на обоих руках. Непохоже на него. Шаги были тихими, но слишком тяжелыми для Гарри, это было заметно. Тело чуть ли не лежало на перилах, как будто у него не было рук. Рон никогда не видел его в таком состоянии. В голову начали лезть плохие мысли, которые Уизли старательно пытался отгонять, но безуспешно. Он представлял умирающего Гарри с раной на полживота, истекающего кровью, которая не останавливалась. Потом он представил тяжело болеющего Поттера с высокой температурой, который медленно погибал от этого. Мысли неприятны, но были словно корнуэльские пикси - приклеивались к Рону, вызывая сильные чувства волнения и жалости. Если бы он только знал, КАК Гарри ненавидит подобные чувства по отношению к себе... Уизли продолжал наблюдать за Поттером. Тот доставал бинты и пластыри, что было странно. Друг получил ранение? Что делать? Может, подойти помочь? Рон попытался сделать шаг, из-за чего под ним раздался скрип, заставивший его в последний момент передумать и спрятаться за стенку. Он сам не понимал, что его остановило. Словно какое-то внутреннее чутье, шепчущее на ухо рыжему : «Наблюдай, но не лезь!». Не понятно, было это правильным решением или нет, но Рон опять затаился, иногда задерживая дыхание, чтобы прислушаться к шагам друга. Сначала ничего не было слышно, только давящая на плечи тишина. Потом ее нарушили гулкие шаги, которые удалялись от его места, кажется, в туалетную комнату. Когда Уизли спустя долгие минуты ожидания услышал стук двери, то выдохнул. Наконец можно было спуститься без проблем и дышать полной грудью. Садясь на диван, Рон расслабился, все так же прислушиваясь. Из туалетной комнаты послышалось журчание воды и шипение, как от сильной боли. Уизли не шевельнулся - не хватало еще быть замеченным. Однако после резкого удара о дверь он быстро вскочил и забежал в туалетную комнату. Перед ним открылась картина лежащего на полу Гарри. Он был бледен, недвижим, а вокруг него остались кроваво-красные разводы. Рон запаниковал. Кто же ни с того ни с сего падает в обморок?! Да ещё и в крови вокруг? Это явно ненормально. За паникой последовали быстрые попытки нащупать пульс. Ура! Он есть, но слабый. Дьявол. Вызывать помощь? Нет, может к мадам Помфри? Черт, черт, черт. Уизли пытается привести Гарри в чувства, трясет его, легонько бьет по щекам. Спустя пару минут мольбы и попыток «оживить» Поттера, Рон встает, чтобы позвать на помощь других. Но тут темноволосый мальчик открывает глаза, стремительно вдыхая такой свежий и нужный воздух. - Друг, что это было!? Тебе нужно к мадам Помфри! - завопил встревоженный Рон с паникой в глазах. - Нет, это ничего, все нормально. Я просто не спал долго. - ответил Гарри, пытаясь подняться. Оперевшись на руки, зашипел, неосторожно задев рану. - Что случилось, ты ранен? - обеспокоенно спросил Уизли, помогая другу подняться. - В-все нормально, просто головой больно ударился. - Если это повторится, то пойдешь к мадам Помфри, ясно тебе? - Да, да. И «золотой дуэт» начал уходить. Гарри шёл, еле передвигая ногами, и Рон, как настоящий друг, предложил свое плечо. Но Поттер отпрянул от него, как от огня. Никак не комментируя. - Что это значит? - возмущённо спросил Уизли. Невольно он начал думать, что эта дружба Поттеру неприятна. - Все нормально, честно! Я просто не люблю в последнее время касания. - ответил с улыбкой Гарри. И формально, это была правда. Причину же тот не спросил? - А что такого случилось? - Вот же.... Накаркал, называется. - Да так, неважно. - пытаясь успокоить, сказал мальчик. - Важно. Кто я тебе такой? Чужой человек что ли? - недовольно настоял Рон. Какого единорога? Что между ними такого произошло, что Поттер ему не доверяет? - Можно я потом тебе расскажу? Сейчас не могу. «Потом наступит после смерти», - мысленно добавил про себя Гарри. Они начнут его ненавидеть, расскажут всем, что наш избранный такой...грязный и испорченный. На выходе в гостиную их встретила Гермиона. Жаворонок, не иначе. - О, ребята, вы рано, неужто заболели? - со смехом спросила девушка, пока не перевела взгляд на Гарри. - Что с ним? - спросила Грейнджер у Рона. - Может, надо у меня спросить? - хмыкнув, произнёс Поттер. Это его тело, значит, надо у него спрашивать, а не у своего возлюбленного, кем бы тот не был. - У меня все нормально, просто чуть голова закружилась. - сказал Гарри, смотря на рыжего взглядом «Не говори правду». - Да, да - поддакнул Рон, недовольно фыркнув.

***

- Гарри, зайди ко мне после завтрака. - сказал директор Дамблдор, выловив Поттера в коридоре. - Хорошо, профессор. - спокойно ответил мальчик, однако в душе зародилась неприятная тревога. Они что-то знают? Гарри надеялся, что нет. Он шёл с друзьями на завтрак. В ноздри ударил запах традиционного английского завтрака. Как приятно... Урчат животы, в ожидании богатого пира, но не у Поттера. Ему от этого только хуже. Дамблдора нет на своем месте. Странно. Неужто он так захотел поговорить с «золотым мальчиком»? Странно. - Я пойду, директор позвал на приватную беседу. - сказал Гарри, не дойдя до стола. Друзья недовольно покосились на него. Эти отмазки были ненужными, они и так все понимают. Но ничего не поможет. Поттер знает, что им все известно, но лучше было делать вид, что ничего не понимаешь и вообще, с ним все хорошо. - Ладно, хорошо. - ответил Рон, засовывая тост в рот. Гермиона недовольно фыркнула, смотря на друга. Все же она - любитель этики и манер. Гарри улыбнулся с этой картины, она вызывала невольную улыбку. Это всё так ...обычно, но так близко к сердцу, что невольно начинаешь думать: «Хочу так каждую секунду». Но это невозможно. Это невозможно.

***

- Летучая шипучка. - сказал Гарри горгулье. Та опустила лестницу, разрешая Поттеру наступить на нее. Медленно поднявшись, мальчик постучал в большую дверь. В тишине раздались гулкие удары кулака и короткое «входи». Он повиновался голосу и прошёл внутрь. - Гарри, мальчик мой, заходи, присаживайся. Садись, чай? Конфетки? - проговорил со своей любимой интонацией спокойствия и умиротворенности Дамблдор. - Пожалуй, откажусь. - занимая место у стола, ответил Поттер. - Ты рано пришел, на завтрак не ходил? - так же садясь, спросил директор. - Ничего, не умру. - чуть съязвил мальчик. Кого же не взбесит то, что кто-то так лезет. Его жизнь, не чужая. - Конечно, если ты пропускаешь их уже неделю. - хлебнув чая, мимоходом заметил старик. - Да, есть такое. Вы что-то хотели? - дал толчок разговору Гарри. - Да. Да, точно, прости старика. Мне тут сообщили, что ты давно не посещал приемы пищи и не ел. Что-то случилось? - обеспокоено спросил Дамблдор. Поттер ненароком удивился. Директор и волноваться. Это же абсурд чистой воды! - Не беспокойтесь, все хорошо. - ответил Гарри, выдавив чуть испуганную улыбку. Последний, кто должен обо всем узнать, - это Дамблдор. - Ну, раз все нормально, то не буду держать тебя в своем кабинете. Можешь идти, мальчик мой. Как только директор это сказал, Гарри пулей вылетел из кабинета и направился в гостиную Гриффиндора. Кто за ним следит? Кому делать настолько нечего, кроме как следить за каким-то сопляком вроде него? Это надо выяснить.