Спасение «золотого мальчика»

***

Ночь. Первое, что услышал Гарри - это чей-то тихий спор. Поттер, не открывая глаз, стал прислушиваться. Голоса стали четче, что-то знакомое... О, точно! Это же Директор Дамблдор и профессор Снейп. По телу пробежала неприятная дрожь от воспоминаний о вчерашнем дне. - Поттер умирает. Нужно что-то делать, а не класть эту ношу на плечи человека, ни разу не сталкивающегося с анорексией. - твердил чуть взбешенный Северус. По его интонации было понятно, что эта фраза была сказана сотый раз, но не воспринималась собеседником. - Северус, мы отдаем Гарри в надежные руки. Мадам Помфри - опытный целитель, у нее получится с этим справиться. - все так же спокойно отвечал Дамблдор, легонько потирая свою длинную белую бороду. - Она ещё не встречалась с подобной болезнью, к тому же, маггловской. - складывая руки на груди, произнёс Снейп. Железное терпение зельевара заканчивалось, а Альбус продолжал оставаться непреклонным. - Хорошо, Северус, давай так. Если здоровье Гарри не улучшится, то тогда мы будем решать этот вопрос более радикально. - О, да неужели? Лед, спустя почти час спора, решил треснуть. Ужас Подземелий недовольно, почти незаметно, фыркнул, но согласился на предложение. - Да, хорошо, я согласен. - ответил он, отворачиваясь от собеседника. Затем послышались шаги, направляющиеся к выходу. Но шаги принадлежали только одному человеку. Медленно открыв глаза, Поттер прищурился - очков нет, они разбились еще в коридоре - и увидел черную фигуру, находящуюся перед целителем и записывающую что-то. Гарри затаился, наблюдая. Чёрный человек медленно повернулся, бегло и оценивающе просматривая список, и также вышел из Больничного Крыла, оставляя мальчика одного.

***

30 ноября. Последние несколько недель Гарри провел в Больничном крыле под надзором Мадам Помфри. Это время стало для мальчика настоящим адом. Широкие тарелки с большим количеством еды, от которых, мягко говоря, воротило. Попытки все это съесть, конечно, были, но все как одна заканчивались неудачей. А ещё мальчика пичкали немыслимо большим количеством зелий. Но, как назло, среди них довольно редко мелькало усыпляющее, которое действительно могло бы помочь Гарри. Если бы он мог, то пил бы его каждую минуту и в конце концов отоспался за все бессонные ночи. Сначала Поттер, не пререкаясь, пил все зелья, которые ему давали. Хоть он и не ел, но старательно делал вид, что питается. Но факт, что Гарри не набирал вес, выдал его, поэтому его быстро «разоблачили». Потом он перестал делать даже это, оставляя тарелки и зелья нетронутыми. За эти дни он наслушался многого: жалости, ругани, просьб. Всё так бесило Гарри. Мальчик пытался это игнорировать, смотря в окно, но иногда люди перегибали палку, заставляя его дерзко отвечать «Оставьте меня» и отворачиваться от собеседника, ложась спать или рассматривая стену. Гарри уверен, что уже знает ее вдоль и поперек, все малейшие ямы и царапины на ней. Для кого-то это - обычная стена, но Поттера это завораживало. Светлым лучиком в этой непрекращающейся тьме были его друзья. Они навещали его каждый день, но так же, как и остальные, замучивая вопросами: «Как так получилось?» «Что случилось, Гарри?». Он понимал их волнение, но боялся говорить об этом. На помощь пришёл здравый смысл: «Расскажи» «Нет, они могут отвернуться от меня» «Подумай здраво, они твои лучшие друзья, последние, кто от тебя отвернется» «Они мои друзья, поэтому и не надо рисковать» «Мерлин, Гарри, да на тебя никакие аргументы не действуют! А как на счет того, что тебе терять уже нечего?» «В каком смысле?» «Такими темпами тебя через месяц-второй будут в землю закапывать под причитания «Какой хороший мальчик был» «Так рано ушел...»» «Мм.. Хорошо, уговорил»

***

Целый день Поттер провел как на иголках, игнорируя всех и вся: мадам Помфри, Альбуса Дамблдора и некоторых гриффиндорцев. Гарри сильно переживал, он обещал друзьям объяснить сегодня, почему это происходит с ним. Обещания нарушать он не любил, даже в ущерб самому себе. Гарри не заметил, как время приблизилось к роковому часу. Оставались считанные минуты. Мальчик лежал спиной ко входу, смотря в окно, как вдруг услышал две приближающихся пары ног. Вдох. Выдох. Открытие дверей и шаги, быстро направляющиеся к его койке. - Гарри! Привет! Как ты? - спросила восторженная Гермиона, садясь на край кровати. Эти слова были сказать только для приличия, глаза девушки не скрывали истинного желания и интереса. - Да, как видишь. - ответил в шутку Гарри, максимально оттягивая неизбежный момент. Компания усмехнулась, и Рон начал: - Так... что ты хотел нам рассказать? - медленно спросил друг, все еще стоя. По спине пробежали мурашки. Да почему? Гарри весь день готовился к этому вопросу, придумывал варианты ответа и своего поведения, но сейчас все словно вылетело из головы! Поттер лихорадочно начал думать: - А... ага. Вам ведь было интересно, почему со мной в последнее время происходит всё это. - Гарри невольно опустил взгляд на свои руки, словно выжидая что-то. - Так вот... Как вы знаете, летом меня отправили к Дурслям. - пауза. - И они применяли ко мне насилие. - голос сильно начал дрожать, ладони невольно сжались, и Гарри быстро спрятал их под одеяло. - Не торопись. -попыталась подбодрить его Гермиона. Ей как никогда раньше хотелось обнять друга, поддержать, но она боялась его реакции. Из-за этого девушку просто разрывало на куски изнутри. Поттер, такой испуганный, нуждался в помощи или хотя бы поддержки со стороны друзей. Но она не умела это делать словесно,равно как и Рон. - Ну и... - Гарри оттягивал роковой момент. На уголках его глаз начали появляться маленькие слезинки, которые мальчик быстро стер рукавом. - Они применяли ко мне не только психологическое и физическое насилия. - закончил свою мысль Поттер. Рон и Гермиона переглянулись. У рыжего на лице читалось непонимание и замешательство. - То есть... я правильно понимаю, что ты говоришь про се... - начала была девушка, но Гарри резко качнул головой, что означало : «Да, Гермиона, это и имеется ввиду, а теперь объясни это, пожалуйста, Рону». - А что... - начал был рыжий, но девушка шикнула на него, взглядом указывая на состояние их друга. Ему и так плохо, а еще обсуждать это при нем... Гарри качнулся и уперся лицом в плечо Гермионы - она была ближе -, оставляя на мантии мокрые следы слез. Девушка удивилась этому знаку, но виду не подала, чуть коснувшись плеча Поттера. Тот никак не среагировал. Грейнджер приняла это, как соглашение, поэтому тихонько приобняла друга за плечо. Рон тоже сделал это, садясь на кровать к другу. В эти секунды Гарри чувствовал себя свободным от всего того, что происходило с ним летом. Так троица просидела минут пятнадцать, пока не зашла мадам Помфри. - Что это вы тут делаете? Быстро по комнатам! Скоро отбой, а Гарри надо отдыхать. Нехотя, Рон и Гермиона вышли из Больничного крыла, оставляя Поттера наедине со своими кошмарами, страхами и едой, что, в принципе, было одним и тем же.

***

31 ноября. Прошло 2 недели, как Гарри положили в Больничное Крыло, но улучшений всё не было. Бедра становились тоньше, кожа - бледней, а порезы - глубже. Да, Поттеру разрешили забрать несколько вещей из его спальни. Вся эта атмосфера давила на мальчика неимоверным грузом, что не добавляло шансов к излечению. А также ежедневные упрёки Помфри: « - До чего ты себя довел. Съешь хоть это... и это выпей. Не бережешь ты себя». Недовольный взгляд Альбуса вперемешку с попытками узнать что творится с Гарри: « - Гарри, мальчик мой, расскажи, что случилось?» И гриффиндорцы со своей, проснувшийся в самый «нужный» момент, жалостью: « - Ох, Гарри, мне жаль...» Поттер понимал, что все это делается для его же блага, но это не спасало трещащего по швам Гарри. Чтобы окончательно не развалиться, мальчик лежал и смотрел в окно. Там царила жизнь, а это то, чего ему хотелось - в его комнате закупорился запах болезни и смерти. На улице резвились птицы, шел снег, иногда можно было увидеть летающих на метле детей. Душу Гарри это и умиротворяло, и разрывало ее на куски. Он хотел выйти хотя бы за пределы этой комнаты. Побегать по коридорам и со всего размаха прыгнуть в белое полотно, лежащее ровным слоем после ночной вьюги. Но сил не хватало даже на то, чтобы дойти до Большого зала, что уж и говорить про прогулки. Друзья замечали этот упадок настроения, но ничего не могли сделать. Последнее, что они хотели делать, - это подвергать больного друга опасности, коей и являлся выход на улицу. Они просто молча сидели, наслаждаясь компанией Гарри. Больно было понимать, что это из-за болезни друга и его может скоро не стать, но Гермиона с Роном пытались отгоняться эти навязчивые и нехорошие. мысли. «Все будет хорошо, Он скоро поправится». Вот и сейчас Поттер лежал на кровати, смотря в открытое окно, от которого веяло бодрящим холодом. Хотелось насладиться этой легкой пургой, будто гуляешь по улице, почувствовать себя живым. Большинство людей не ценят того, чего имеют. Вот и Гарри мог в свободное время выйти из Хогвартса, побродить по тропинкам, но редко когда это делал. А сейчас он желал этого больше всего на свете. Пока желал. Мадам Помфри зашла в Больничное крыло, и Гарри мельком взглянул на нее. После секундной паузы в крыло вошел Дамблдор и... Снейп? Серьезно? Гарри обреченно и, к счастью, неслышно застонал, отвернувшись от пришедших и в глубине души надеясь, что пришли не к нему. - Вот, не ест, не принимает зелья. - причитала мадам Помфри, указывая на «спящего» Гарри. Поттер опять глубоко вздохнул и попытался уйти в себя, чтоб ничего не слышать. - Хорошо, Поппи, спасибо. Мы поняли. - ответил Альбус. Послышалось отдаление чьих-то шагов. Как Гарри понял, это были шаги мадам Помфри, и направлялись они в ее кабинет. - Альбус. Ты понимаешь, что улучшений нет? - спросил Снейп, ненароком бросив взгляд на мальчика. Они оба думали, что Гарри спит, и это играло им на руку. Так желающие подслушивать сами собой отпадали. - Да. Ты прав, Северус, надо что-то с этим решать. -Ужас Подземелий почувствовал невольное ликование. Наконец-то признали, что он прав. Но это ситуацию с Поттером не улучшало. - Я подумаю, что можно сделать. - завершил свою мысль Альбус. Они продолжали молча стоять, смотря на измученного мальчишку. Из транса этих двоих вывели приближающиеся шаги мадам Помфри, несущей какой-то список. Она отдала его Северусу, и тот быстро покинул Больничное крыло. Дамблдор обговорил пару моментов с Поппи, но вскоре тоже ушел.

***

Гермиона и Рон ворвались в Больничное крыло, по другому этот приход не назвать. Гарри метнул свой взгляд на часы. 6:34. Зачем же они пришли к нему в такую рань? - О, Гарри, доброе утро! Я уж подумала, что мы тебя разбудим. - сказала Гермиона, подходя к Поттеру. - Утро. - поздоровался тот сразу со всеми, пытаясь спрятать свои руки хоть куда-нибудь. В итоге придумал спрятать руки под тонкий пододеяльник (одеяло ему не выдали), что стало ошибкой. - Мы тут тебе такое вчера подслушали насчет тебя, - опять начала говорить девушка, но Гарри ее перебил. - Гермиона? Что за дела? Подслушали? Ха-ха, мы на тебя плохо влияем. - усмехнулся Поттер, не замечая, как белоснежный пододеяльник миллиметр за миллиметров окрашивался в кроваво-красный цвет. - Да-да... О кстати, цель нашего визита, Дамблдор обсужда... - ее взгляд упал на темно-красное пятно. - А... это что? - Да так, кровь из носа те.. - не успел закончить Гарри, как девушка резко отдернула пододеяльник. Поттер машинально спрятал руки за спину. - Что там? - подал голос Рон впервые за эту беседу. Скорее всего, он просто до сих пор не совсем проснулся. - Да так, случайно поцарапался - ответил на это Поттер, понимая, что никакие отмазки не пройдут. Если уж они увидели, то докопаются до правды, во что бы им это ни стало. - Покажи - настоялся Гермиона. Не дождавшись ответных , действий девушка сама взяла руку парня и потянула на себя. Она впала в ступор. Множество белых, почти ровных полосок, чуть меньше бордовых и еще немного меньше - алых и красных, испачканный к крови. Среди троицы воцарилась тишина. - Давай я позову мадам Помф... - Нет. - резко перебил Гермиону Гарри, не забирая при этом руку. Терять было уже нечего, поэтому он потянулся к тумбочке, где у него лежали бинты. Достал их и начал перекрывать измазанные в алой крови руки белоснежной тканью. - Как давно? - нарушила тишину девушка. Этот вопрос Гермиона хотела задать с первых мгновений после увиденного, но не могла найти нужные слова. При этом гриффиндорская смелость куда-то таинственно исчезла. Гарри, не отрываясь от своего «очень занимательного» дела, ответил. - После того, как со мной первый раз сделали это. - это прозвучало, как плевок в лицо девушке и ее возлюбленному. «Вы не замечали это почти 3 месяца, находясь со мной на одном курсе и факультете, как вы можете считаться моими друзьями?» Воцарилась гробовая тишина. Рон и Гермиона хотели задать не одну сотню вопросов, но разум им говорил : «Не время, эти слова могут быть болезненными для Гарри». Однако, когда Поттер перебинтовал свои опухшие и пораненные предплечья очередным слоем бинта, тишина словно начала бить по ушам молотком. - Так... что ты хотела мне с самого начала рассказать? - поднимая глаза на девушку, спросил Гарри, решив направить мысли друзей в нужное русло. - Ах да, точно. В общем, мы услышали разговор директора Дамблдора и... Снейпа. - по спине Поттера прошла дрожь, предупреждающая о чем-то нехорошем, отдающаяся в и так замерзшем теле цепляющим морозом. - Они обсуждали твое лечение, и он предложил Северусу взять тебя к себе для выздоровления. Как я поняла, это из-за того, что не было результатов твоего лечения, - закончила свою мысль Гермиона. Нет. Нет! Нет... Человек, считающий его редкостным выпендрежником и любителем всеобщего внимания, будет его лечить от болезни, о которой, скорее всего, думает также, как и о нем. Абсурд. Глаза мальчика начали метаться по всей комнате, не находя места. Друзья просто сидели, терпеливо ожидая следующих слов Поттера. И, остановив глаза на бордовом пятне своей же крови, Гарри спросил. - А... он что ответил? - вышло чуть нервно, но никто этого не заметил, кроме него самого. - Это мы уже не услышали, сбежали. Были большие шансы быть увиденными. - наконец подал свой голос Рон. - Но с ЭТИМ надо что-то делать. - продолжил Рон, качнув головой, показывая на кровавое пятно. Гермиона одобрила предложение Уизли-младшего: - Да, надо что-то делать. Что ты скажешь в свое оправдание? - То же, что и вам. «Кровь из носа потекла, пока я спал», делов то? - усмехнувшись, ответил Гарри. Было так приятно и легко на душе - сидеть рядом с друзьями, полностью открывшись им, без тайн и секретов друг от друга. Те, в свою очередь, зная, что случилось с Поттером, не просто не отвернулись от него, но еще и поддержали. Без жалости. Только поддержка. Вот что такое настоящие друзья. - Вам пора бежать, с минуты на минуту должна прийти Поппи, она всегда меня проверяет в это время. - напомнил с улыбкой Гарри. Друзья, ойкнув, выбежали из Больничного крыла, словно сдутые ветром, а Поттер прикрылся одеялом, имитируя погружённого в сон человека. Как раз вовремя. Из личных покоев вышла мадам Помфри, чуть испуганно вздохнувшая, увидя большое кровавое пятно рядом с Поттером. Но Гарри «спит». Гарри все равно.