Спасение «золотого мальчика»

***

2 декабря. В последнее время, на удивление, Гарри почти никто не беспокоил, кроме друзей. Мадам Помфри не заставляла через силу есть и принимать зелья, а Дамблдор со своими разговорами сошел на нет. Все затаилось, предвещая резкий поворот событий. И это до чертиков пугало Поттера. Он всё сидел, выжидал... Друзья разделяли состояние Гарри, зная о разговоре Альбуса Дамблдора и профессора Снейпа, и обсуждали этот момент с другом. И вот, страхи Поттера сбылись... В один из дней в Больничное крыло пришло сразу три человека: Дамблдор, Снейп и Помфри. Это было довольно неожиданно : первые два вообще его не навещали последнюю неделю. Но Гарри не хотел думать об этом и просто отвернулся. - Гарри. - тихо позвал Альбус, останавливаясь в метре от кровати больного. Поттер тихо простонал и повернулся к пришедшим. Вот Дамблдор, все также в сиреневой, как кусты сирени, мантии, с очками-полумесяцами и звенящими бубенчиками на седой бороде. Вот мадам Помфри : на ней все также белая косынка и такого же цвета фартук, темно-бордовые рукава, схожие с цветом крови. Вот профессор Снейп : черная мантия, развевающаяся за Северусом по всему полу, вот, на фоне темноты ярко-белый воротник, перекрывающий ту часть шеи, что не скрывает его сюртук, а на лице вновь бомба замедленного действия. Но в глазах было... волнение? Страх? Беспокойство? Поттер не был уверен, что именно он увидел, но что бы то ни было, это необычно и в какой-то степени ненормально для профессора. - Как я вижу, сильных улучшений нет. - начал директор, установив зрительный контакт с Гарри. - Поэтому я принял решение отправить тебя на лечение к профессору Снейпу. - мальчик готовился к этим словам, но они все равно отразились в голове диким шоком. Он пытался успокоить себя до боли простыми словами: «Все могло быть хуже». Однако в глубине души казалось, что не могло. Северус заметил смену эмоций мальчика и закатил глаза. Мда. «Контролируйте эмоции», - это не про него... - Ты поселишься рядом с личными комнатами профессора Снейпа, чтобы он смог постоянно контролировать твое состояние. - Альбус посмотрел на Северуса и с одобрительной улыбкой повернулся обратно к мальчику. - Мы зайдем через тридцать минут и заберем тебя. Сейчас ты можешь забрать все нужные тебе вещи. - продолжал директор, пока Гарри тупо смотрел в одеяло. Он думал, что его просто будет отслеживать и навещать профессор Снейп, но чтобы перемещаться в его личные комнаты! Ужас! Поттер поднял руку и укусил себя за запястье. Резаться было нельзя, но физическая боль нужна как ничто другое. Мальчик продолжал впиваться зубами в запястье, пока характерная теплая жидкость на руке не вывела его из транса. Кровь. Резко одернув себя, Поттер начал думать над планом действий: сходить к друзьям, взять некоторые вещи из общей гостиной, вернуться и продолжить собираться. План неплохой, но есть маленькое НО, о котором Гарри вспомнил только сейчас. Рон и Гермиона ушли в Хогсмид. Это делает все проблематичнее. Гарри медленно плелся, опираясь на стены и перебирая ногами к портрету Полной Дамы. Давно он тут не был. Приятно обволакивающая атмосфера придавала уверенности движениям, делая из него подобие старого Поттера. Такого, каким он был - истинным гриффиндорцем. Как он выиграл Кубок Трех Волшебников, и отнюдь не с такими ногами и руками, как сейчас. Раньше они были наполнены силой и смелостью. Сейчас это даже нельзя назвать частями тела, просто кости с тонкой прослойкой кожи. Это сильно мозолило глаза Поттеру и ещё больше убивало его изнутри.

***

Гарри сидел на своей койке, мысленно прощаясь с белоснежными предметами, напоминающими ему его болезнь. То, что он болен. Небольшая сумка уже находилась на плече, больно натирая выпирающую кость, пока Поттер проводил рукой по бархатному пододеяльнику. Тот расплывался в легких складках. Легкая безмятежность царила в палате, оттесняя запах смерти, прощаясь с настолько близким и частым пациентом. Он покидал это место, но, не как другие, здоровым. Он покидал его больным. - Гарри, ты уже собрался? - донесся голос входящего человека. Поттер чуть приподнял глаза, смотря на вновь пришедших. Вот Альбус, в своей обыденной сиреневой мантии, украшенной бусинками и серебристой вышивкой. За ним шел Северус - полная противоположность Дамблдора. В черной мантии, в черном сюртуке, с черными глазами и волосами, в противопоставление белой бороде Альбуса и его серо-голубым глазам. Они были своего рода инь-янь. Угрюмая, мрачная тень и добрый, воодушевляющий свет. Даже характеры подходили под это определение - полностью разные. - Да, профессор. - тихо ответил Поттер. Слишком много сил было затрачено на поход в гостиную своего факультета и обратно. - Хорошо, следуй за мной. - ответил Альбус и, не дожидаясь шагов мальчика, вышел из дверей. Гарри выдохнул и начал подниматься с кровати, но голова все также кружилась. Сильно. Поттер облокотился одной рукой на стену, медленно приходя в себя и восстанавливая силы. Но мальчик забыл, что он тут не один. Снейп наблюдал за этой, судя по всему, уже обыденной картиной. За этими потухшими глазами его Лили. За измученным телом. Но предлагать помощь не в его компетенции. Он Ужас Подземелий. Он так не может.

***

Дверь в личные комнаты профессора Снейпа открылась, и директор с Гарри прошли внутрь. Было светло и прекрасная возможность рассмотреть интерьер. Это - гостиная, выполненная в зелено-серых тонах. Вот диванчик и кресло, камин и маленький столик. Сразу видно - эта комната декана Слизерина. Но именно для Северуса тут было довольно уютно. - Гарри, пойдем сюда. - сказал директор Дамблдор и прошел в одну из дверей. Поттер направился за ним и вскоре очутился в небольшой, но милой комнатке. Просторная кровать, небольшая тумбочка, комод и большое окно, закрытое черными занавесками. Это создавало чуть сумрачную атмосферу, но при этом очень приятную для Гарри. - Здесь ты пока будешь жить. Располагайся. - произнёс Альбус и вышел со Снейпом из комнаты. То ли для того, чтоб не смущать мальчика, то ли обговорить что-то без свидетелей. Но ему было не интересно. Он закинул сумку с вещами под кровать, а своё лезвие - под тумбочку. Между полом и ней было небольшое расстояние. Достаточно большое, чтобы без проблем спрятать лезвие, но настолько маленькое, что этого никто не заметит. Идеальное место. После незначительной распаковки вещей, закончившейся киданием сумки обратно под кровать, Поттер камнем упал на неё - спать хотелось ужасно сильно. Но этот мимолётный покой нарушил профессор Зелий. -Директор ушел, мистер Поттер. - сказал Снейп, входя в комнату. - Сразу нам следует выяснить правила, которые будут здесь действовать. 1. Не входить в мои покои без острой необходимости. 2. Отбой в 11:00, после этого времени не шуметь. 3. Пока меня нет, не ходить по комнатам и ничего не ломать. - смешно. «Он думает, что мне есть дело до его комнат? Делать мне нечего.» - А сейчас у меня пары, поэтому не подорвите мое доверие в первый же день, мистер Поттер. - продолжил он, пристально глядя в глаза Гарри, от чего у последнего невольно пробежала дрожь по спине. Взгляд презрения и осуждения. Это продолжилось еще пару секунд, и Северус вышел из комнаты. Для самого мальчика будто проходили часы. У Гарри чуть подрагивали от страха руки, но это быстро прекратилось. Юноша лег на кровать, накрылся одеялом, а глаза начали невольно закрываться.

***

Гарри вновь проснулся от своего крика, одновременно с этим молясь, чтобы этого не услышал профессор Снейп. Тогда расспросов было бы не избежать. Поттер лежал не дыша, прислушиваясь к движениям за стеной. Была мертвая тишина, за исключением тиканье часов. Значит профессор еще на парах. Поттер посмотрел на тикавшие часы - время подходило к ужину, следовательно, с минуты на минуту появится профессор. Словно в подтверждение словам Гарри входная дверь открылась и послышались гулкие шаги, направляющиеся в туалетную комнату. Поттер глубоко выдохнул, готовясь к неизвестному. Мало ли что будет делать с ним профессор. Ожидать от него можно даже империо, чтобы мальчик под ним ел. Ещё лучше - привяжет и насильно накормит. Привяжет... Так, стоп. Это, кажется, лишнее. Гарри начал отмахиваться от своих «эротических» мыслей, пока в комнату не вошел профессор, держа в руках тарелку. - Мистер Поттер, соизвольте съесть хоть что-то. - ехидно сказал профессор, ставя тарелку на тумбочку. Гарри перевел недовольный взгляд со стены на содержимое. Нарезанные фрукты и овощи словно издавали противный запах, вызывающий отвращение и тошноту. Пока Гарри рассматривал еду, Северус вышел, не произнеся ни слова. Мальчик остался наедине со своим страхом. Поттер с отвращением взял кусочек яблока, приблизил ко рту и попытался жевать, но сильная тошнота резко подкатила к горлу, и Гарри его выплюнул. Ни на что другое он не рассчитывал, поэтому не сильно огорчился и просто принялся лежать под теплым одеялом, глядя в потолок. Этот день был насыщенным для мальчика, пошедший наперекор его еженедельным будням в белоснежной кровати больничного крыла. Поэтому ему надо было переварить и проанализировать произошедшие события. Но, как оказалось, это было еще не все. Время ужина подходило к концу, и Гарри резко понял, что не хочет оставаться тут, взаперти рядом с профессором. Ему хотелось оказаться как минимум в больничном крыле, а как максимум в своей спальне гриффиндора. А для этого нужно начать есть, а лучше - набирать вес. Минимум он сделать в силах. Или хотя бы сделать видимость выполнения... Гарри быстро взял пару фруктов и стал гадать - куда их спрятать? Он начал быстро думать. Под кровать? Загниет. В окно? В кого-то может попасть.. А может смыть в туалете? А что, хороший вариант. Мальчик взял эти кусочки, подорвался с кровати и практически побежал к туалету, попутно борясь с сильным головокружением. Он выкинул кусочки фруктов и овощей в воду и смыл. Гарри наблюдал за уходящей едой, и внутри появилось ликование. Приятно смотреть за тем, как один из твоих самых сильных страхов уходит с твоих глаз по твоему же желанию. И никто не заставляет тебя есть, никто не пытается в тебя насильно впихнуть еду вперемешку с горькими и противными зельями. Постояв еще пару секунд над успокоившейся водой, Гарри медленно вернулся в свою комнату с легкой улыбкой на лице. Как только он коснулся серебристой простыни, раздался звук открывающейся вдалеке двери - Снейп возвратился. Поттер закутался в одеяло и отвернулся от неё, смотря в окно. Он уверял себя, что за сегодня его больше никто не тронет, но что-то внутри него этому не верило. И, надо сказать, правильно делало. Спустя треть часа в комнату вошел профессор. Гарри приподнял голову, рассматривая его. Профессор был в обыденной черной мантии. «А у него вообще есть другие?» Однако эта была просторнее и чем-то напоминала домашний халат из льна. Она красиво подчеркивала расправленные плечи и подтянутое тело, обходя каждую частичку груди и становясь свободнееближе к запястьям. - Мистер Поттер. - оторвав мальчика от созерцания его мантии, произнёс Снейп. - Дайте руки. - Не беспокойтесь, профессор, я завязал с этим. - ответил Гарри с ледяным спокойствием на лице. Снейп уже видел их и все равно никому не рассказал, поэтому переживать не стоит. Но профессор все равно взял руки и упёрся взглядом в пропитанные кровью бинты. - Завязал значит, - безразлично продолжил зельевар, отпуская руки Гарри, так и не размотав бинт. - Мистер Поттер, поднимите штанину. - Зачем вам? - холодно спросил Гарри. В такие моменты он чувствовал себя беззащитным, опозоренным, униженным. - Необходимо убедиться в одном факте. -ответил Снейп, взглядом прожигая ногу парня. Юноша неохотно подтянул штанину левой ноги : белые шрамы перекрывались только затянувшимися красными порезами. Зрелище было намного лучше, чем на руках, но все равно смотрелось плохо. - Так и думал. - процедил Снейп, переводя взгляд на Гарри. - Лезвие. - продолжил он, протягивая руку. Юноша начал мяться. Это - его единственный шанс спасаться от накатывающих воспоминаний. Чувствовать себя живым. - Быстро! - грозно сказал Северус, и Поттер, с неохотой потянувшись к своему «тайнику», отдал Снейпу лезвие с засохшей на нем кровью. Преподаватель сложил его в карман, перевел взгляд на тарелку и быстро вышел из комнаты. Эта ночь была самой сложной для мальчика.