На что я надеюсь?

Телефон снова зажужжал. В который раз? Не хочу я с вами разговаривать. Простите. Я занят. "И чем же ты занят? Пытаешься выжать из себя хоть каплю чего-то похожего на звук?" Смешок разлетелся по студии эхом. Парень, сидящий в одиночестве за компьютером, снял наушники и попытался пригладить волосы, которые торчали во все стороны. "Признайся хоть сам себе, что ты просидишь тут ещё неделю, месяц, год, но все будет без толку." Снова телефон. Что, кто-то умер? Парень вздохнул и, мельком взглянув на экран, взял трубку. — Алло? — Чани, наконец-то, - на том конце послышались какие то звуки, возня и тихий мат, после чего раздался другой голос. — Ну просто охуеть, мы думали ты умер, Чан! Обычно звонкий и радостный Джисон звучал слишком обеспокоенно. — Со мной все хорошо, не переживайте. Я на студии. — А-а-а, поймал птичку за хвост? Понимаю. Мы с Чанбином написали такую лирику! Ты должен это увидеть, потому что это не просто хит, это бомба, особенно моя часть. Нет, ты обязан сегодня заценить. Ты придёшь? Я сделал жареный рис. Сегодня открылся магазин на углу, как из общежития выходишь - налево, и там такие скидки, я четыре пачки и вз... Эй! Эй, отдай, я не договорил! В трубке снова шум, тихое "Свали от моего телефона" и, уже чёткое "Я сказал отстань, иди досмотри свое шоу про черепах." — Бинни, вы ещё не спите из-за меня? — Да, представь себе. Ты снова останешься там на ночь? — Ммм, думаю да. Работа идёт, знаешь, как это бывает. — Знаю. А ещё знаю, что ты там уже третьи сутки, наверняка ничего не ел и воняет от тебя как от Джисона в его лучшие годы. - Смешок Чанбина заглушил едва слышное "Эй!". — Не беспокойся, не все так плохо. Запасные носки делают свое дело, да и кто меня тут унюхает? — Но поесть ты все равно забыл, да? Только попробуй сказать, что нельзя есть рядом с оборудованием, я приеду и ткну тебя носом в круглосуточный на первом этаже! — Забыл, - Чан устало потирает глаза. Не скажешь же им, что в горло не лезет ничего. - Забыл, каюсь, но обещаю исправиться сейчас же. А пока не отвлекайте меня, хорошо? Чанбин вздохнул, и некоторое время в трубке были слышны только маленькие потрескивания. — Чани, ты же знаешь, что мы тебя всегда поддержим, да? Ты можешь рассказать абсолютно все. Я понимаю, после того, как она с тобой поступила, я бы тоже замкнулся, но ты... — Со мной все хорошо. Клянусь. Я просто пишу музыку, Чанбин. — Я сделаю вид, что поверил, хён. Возвращайся в общежитие, хотя бы завтра вечером. Мы с Джи всегда... - он запнулся. - А впрочем, делай как считаешь нужным. Просто пообещай, что поешь. — Обещаю. Всё будет хорошо. Спокойной ночи, Бинни. — Позвони завтра, или хотя бы напиши. — Хорошо. - Чан первым кладёт трубку, чувствуя, что ещё секунда - и он не сдержится. Но кричать на Чанбина, возможно единственного человека, которого сейчас заботит где он, поел ли, как и где спал и когда вернётся домой - просто неразумно. — Давай, Крис, посрись вообще со всеми и умри один. Но друг прав — он снова забыл поесть. Ноутбук в рюкзак, рюкзак на плечо, запереть дверь, не выключая свет - все равно вернётся через десять минут. Пятнадцать обшарпанных бетонных ступеней, одна железная дверь, и вот он - слишком яркий свет круглосуточного магазина. Посетителей всего двое - он и какой-то парень. Чан подошёл к знакомым до боли сэндвичам, начал выбирать один, самый не влажный на вид, как вдруг услышал тихое "Извините, вы говорите по-английски?" Парень смущённо смотрел на него, сжимая упаковку каких-то снеков. Оправившись от небольшого шока, Чан молча кивнул, и парнишка улыбнулся во все тридцать два зуба, продолжив уже на английском: — Пожалуйста, помогите определить, сколько здесь калорий? Ни единой английской буквы, а цифр здесь очень много, ха-ха. Его улыбка была волшебной. Тёплая, яркая и притягивающая. Людям с такой улыбкой сразу хочется доверять, хочется их обнимать и оберегать, снося на своём пути все, что может эту самую улыбку стереть с веснушчатого лица. — Калории? — Да, я танцор, и мне важно следить за этим, но сейчас я.. Ох, извините, может быть вы не совсем понимаете меня из-за моего акцента? — Нет-нет, я... - Чан вдруг запутался в словах, услышав такую знакомую речь. - Я тоже... Тоже из Австралии. Давайте посмотрим, что там у вас.