Хозяйка черных роз

«Даже в самом глубоком сне, тьма ждёт своего часа, чтобы поглотить всё.» — Дневник Эйлин Принц Дни сливались в один бесконечный кошмар для всех, кто оставался в доме Принцев. Эйлин лежала на диване, её дыхание было ровным, но казалось, что душа её витает где-то далеко, в лабиринтах Ватикана или ещё более мрачных местах. Михаил и Максим дежурили по очереди, их лица осунулись, а глаза горели от недосыпа. Александр Принц, обычно невозмутимый, ходил по дому словно загнанный зверь, его магия пульсировала вокруг него, предупреждая всех о его гневе и отчаянии. Марволо и Гонт, несмотря на свои разногласия, оставались рядом, понимая, что в этой дьявольской игре их судьбы теперь переплетены. Кот, рыжий зверь, что обычно был воплощением лени, теперь не отходил от дивана, словно чувствуя нечто, недоступное человеческому пониманию. Он мурлыкал, порой царапал обивку, пытаясь привлечь внимание своей хозяйки, но Эйлин оставалась неподвижной. На третий день после возвращения из Ватикана, когда первые лучи солнца пробились сквозь занавески, Эйлин резко вдохнула, словно только что вынырнула из ледяной воды. Её глаза распахнулись, и в них не было и тени прежней мягкости – лишь бездонная тьма, полная ярости и чего-то древнего. Она застонала, пытаясь сесть, и Михаил тут же оказался рядом. — Лин, ты в порядке? — В его голосе была надежда, смешанная со страхом. Эйлин отшатнулась от него, словно от прокажённого, её взгляд был полон отвращения. — Не прикасайся ко мне, — прохрипела она, её голос был низким и чужим, будто говорил не её собственный язык. Она потянулась к своим запястьям, на которых ещё виднелись следы ожогов от рун, и провела по ним пальцами, словно пытаясь стереть воспоминания. В комнату ворвались Александр, Марволо и Максим, привлечённые голосами. Все замерли, глядя на Эйлин, в которой теперь чувствовалась неведомая сила. — Что с тобой, дочь? — Голос Александра был полон боли. Эйлин медленно подняла голову, её взгляд скользнул по каждому присутствующему, задерживаясь на Марволо. — Я была в Ватикане, — её голос звучал отстранённо, словно она рассказывала чужую историю. — Меня пытали. Они хотели узнать тайны моей семьи. И им это удалось. Александр сделал шаг вперёд, его глаза сверкнули. — Что они узнали? Эйлин усмехнулась, её смех был холодным, безжизненным. — Они узнали о пророчестве, о той силе, что течёт в моих жилах. О том, что я — ключ. Марволо почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он знал о древних пророчествах, о силе, что могла либо спасти, либо уничтожить мир. И теперь он видел, что Эйлин стала вместилищем этой силы. — Что значит «ключ»? — спросил Максим, его голос был полон недоверия. Эйлин медленно встала, её движения были плавными, почти нечеловеческими. Красное платье, хоть и обгоревшее, всё ещё сидело на ней идеально, словно было частью её самой. Она подошла к камину, где сидел кот, и тот, словно почувствовав что-то, сжался, его шерсть встала дыбом. — Ключ к тому, что они ищут. К власти, что покорит этот мир, — прошептала она, её глаза засияли в полумраке, словно в них плясали звёзды. — Амадео Санторо… он не просто папа Римский. Он глава ордена, который столетиями охотится за силой моего рода. Михаил побледнел. — Орден Теневого Пламени? Эйлин повернулась к нему, её улыбка была ледяной. — Именно. Они полагают, что в моей крови скрыто древнее заклинание, что может воскресить их падшего бога или же призвать нечто ещё более ужасное. Наступила тишина. Каждое слово Эйлин было подобно удару молота по наковальне. — Почему ты не сопротивлялась? — Марволо наконец нарушил молчание, его голос был напряжён. Эйлин склонила голову набок, её взгляд был полон странной нежности, направленной на него. — Потому что это было частью их плана. Они не пытали меня, чтобы получить информацию. Они пытали меня, чтобы активировать её. А теперь… теперь я чувствую, как она просыпается, как течёт по моим венам, как она поёт мне песни о власти и разрушении. Она протянула руку, и из её ладони вырвался клубок чёрной энергии, что закрутился вокруг неё, создавая жуткое сияние. Кот, мяукнув, спрыгнул с каминной полки и спрятался за диваном. — Я не просто ключ, — её голос стал громче, наполняя комнату жуткой силой. — Я и есть пророчество. И теперь, когда оно пробудилось, я должна выполнить свою судьбу. Александр Принц подошёл к ней, его лицо было искажено болью и отчаянием. — Дочь, что ты говоришь? Ты сама не своя! Эйлин оттолкнула его силой, которая удивила всех. Александр отлетел к стене, ударившись головой. — Я своя, как никогда прежде! Я чувствую, как тьма даёт мне силу, которой я никогда не обладала. И я знаю, что нужно делать. Она повернулась к Марволо, её взгляд был полон странного, пугающего желания. — Ты обещал мне королеву. Теперь я возьму её сама. А затем… затем я возьму весь мир. Последствия и новые альянсы В кабинете лорда Принца царил хаос. Александр сидел, прижав руку к голове, его магия была подавлена. Михаил и Максим стояли, их лица были бледны. Марволо, впервые за долгое время, чувствовал настоящий страх. Эйлин, его Эйлин, превратилась во что-то другое, во что-то страшное. — Мы должны её остановить, — прохрипел Александр. — Как? — Голос Михаила был полон отчаяния. — Вы видели, что она сделала. Её магия… она стала бесконтрольной. — Она права, — неожиданно произнёс Марволо, его голос был тих. — Она — пророчество. И теперь, когда оно пробудилось, она способна на всё. — Что ты предлагаешь? — спросил Максим. Марволо посмотрел на них, его взгляд был твёрд. — Мы должны найти способ контролировать эту силу. Или, если это невозможно, уничтожить её. Но сначала мы должны понять, что именно они с ней сделали в Ватикане. — Ты уверен, что она не обманывает нас? — спросил Александр. — Что это не просто спектакль? — Я был там, когда она исчезла. И я видел её глаза. Это не спектакль, — Марволо сжал кулаки. — Нам придётся сотрудничать, хотим мы того или нет. Иначе мир падёт. Им предстояло принять тяжёлое решение. Спасти Эйлин, даже если это означало идти против её воли, или уничтожить её, чтобы спасти других. Но в глубине души каждый из них чувствовал, что выбор уже сделан, и путь будет кровавым.