Бузина и рябина

      Столкновение.       Братья пересеклись в не самый подходящий момент. Майкл врезался в нагрудник вытянувшегося за время тренировок брата. Учебники, перо, чернильница - они разлетелись по полу коридора. От удара в ушах зазвенело.       Любимый «Нимбус» Гарри тоже покатился в сторону.       Смятение.       Злость.       Сложив руки крест-накрест, Майкл мрачно смотрел на брата. Между ними как будто вспыхнула искра, словно что-то долго сидело и копилось в младшем Поттере.       И вспыхнуло. Резко и, как это всегда бывает, когда этого не ждешь. Как нервный срыв, спровоцированный простым падением чайной ложки.       Случайное столкновение на перемене и стало этой чайной ложкой.       Майкл хотел, нет, жаждал услышать хоть какое-то оправдание за все те мытарства, через которые ему пришлось пройти в Хогвартсе. Из-за него. Гарри был причиной распространения тех ужасных слухов, расползшихся по школе, стоило учебному году начаться.       Том был весь во внимании. Он предвкушающе выжидал, что же такого в своё оправдание мог сказать тот, кого все считали Избранным. Могло случиться так, что Лорду повезёт, и он получил бы ещё один элемент пазла во всей этой истории, из-за которой его обратили сначала в бесплотный дух, а потом и вовсе в сущность, паразитировавшую в виде ежедневника на наивном мальчишке.       «По крайней мере, это перспективный мальчишка, терпение выходок которого в будущем окупится», — предавался коварным раздумьям Том.       Майкл глубоко вдохнул. Но стоило ему открыть рот, чтобы сделать справедливый вывод о том, что Гарри поступил как предатель, безнравственно обвинив его в проявлении тёмной магии, как его сразу заткнули нападками со стороны сопровождения национального героя.       — Пошёл прочь, мелкая нечисть! А то мы тебе покажем, как в мире магов поступают с тёмными колдунами! — проорал шестой по счету сын семьи Уизли.       Рон держал на Майкла личную обиду за то, что тот отказался есть стряпню его матери, когда Поттеры гостевали в Норе. И никакие доводы про «особые диеты» и слабое здоровье не помогли сгладить пренеприятнейшую ситуацию. Ну да, какая к черту диета? Это же для молоденьких маггловских девушек с лишним весом! Зачем она нужна мальчишке, что и так недалеко ушёл от лукотруса?       Майкл сглотнул ком, что образовался у него в горле, стоило тому посмотреть на Гарри во время этой несправедливой брани. Только это помогло ему взять себя в руки и не бросится на брата с кулаками. Губы Гарри были сжаты в тонкую линию. Он пытался смотреть в стену, как будто его и не было в том коридоре, и никуда больше.       — Значит, так ты решил поступить?! Оболгать! Собственного брата! Чтобы не запятнать свой чистый и невинный образ? Да, святой Поттер?!       Герой пророчества растерянно хлопал глазами на своего обвинителя. Он, золотой мальчик, оклеветал? Глупость какая! Он сам не знал, откуда ноги выросли у этой истории! Да как его кровный брат вообще посмел так о нём отзываться?!       Гарри собрался с силами, уже готовый дать понять своему брату, что тот не будет терпеть такого к нему отношения. Но Майкл не дал ему и слова вставить, продолжая выплескивать злобу и обиду на своего знаменитого родственника.       — После всего того, через что мы с тобой прошли?! Ты что, серьёзно решил променять меня, родного брата, на кучу какой-то шелухи, которая крутится вокруг тебя только потому, что ты!..       — Д-да как ты смеешь говорить такое о Гарри?! — пропищала Гермиона, перебивая младшего Поттера. — Да сам Дамблдор подтвердил, что именно твоя магия оказала губительный эффект на вашего дядю! Правда ведь, Гарри?       — Да! Точно! Мой отец сказал, что Дамблдор лично приходил к вам домой и не смог ничего сделать! Сам Дамблдор! Зачем бы ему врать о таком?!       Неразлучная троица сплотилась перед лицом мнимого врага.       Холодно посмотрев на брата, Гарри сделал для себя выбор.       — Дамблдор величайший волшебник всех времён, — враждебно отчеканил Избранный. Взгляд его был серьёзным, но полным разочарования. Ему казалось, что он осознавал всю тяжесть своего решения, что он Избранный и будет нести своё бремя победителя тёмных сил. — Если директор сказал, что ты виноват в том, что дядя Вернон прикован к постели, то так оно и есть!       В груди что-то треснуло и сломалось.       Ледяные иглы резко и болезненно вонзились в самое сердце.       Ком в горле.       С возгласом брата Майкл физически почувствовал, как единственный ему родной человек разорвал с ним все те связи, что некогда держали их вместе. Навсегда. Словно между ними никогда ничего и не было. Если бы в те дни, когда Майкл держал Гарри за руку в чулане, потому что его брату было страшно в темноте. Если бы в те дни, когда он отдавал Гарри свою еду, потому что его брат не мог заснуть от голода. Если бы в те дни, когда он защищал своего брата от их пьяного дяди, ему бы сказали, что Гарри променяет его на кого-то другого, то он послал бы его к чёрту.       Именно поэтому один из старых коридоров Хогвартса разрезал отчаянный крик.       — Да пошёл ты к черту!!! Пошёл ты на хрен, Гарри!!!       Майкл кричал. Кричал, не замечая ни ответных реплик неразлучной троицы, ни то, как все они одновременно достали волшебные палочки и устроили небольшую перестрелку из заклинаний. И даже тогда, когда из-за угла выплыла фигура Снейпа, он продолжал ругать всё, на чем свет стоял.       До тех пор, пока его не успокоили звонкой затрещиной.       Дневник, лежавший в сумке и до этого мирно наблюдавший за обычной школьной дракой, захлебнулся в собственной ярости: «Да как ты смеешь?! Сальный, полукровый выродок!»       Том выпустил тёмные энергетические отростки своей сущности по направлению к чёрной метке его бывшего приспешника. Он жаждал принести как можно больше боли и страдания, сделать так, чтобы этот высокомерный сухарь никогда больше не смел даже смотреть на то, что Лорд обозначил как свою собственность.       Внезапно его остановили.       Как?       Почему произошел отток сил?       «Что?!» — только и успел подумать паразит       Звук затрещины отрезвил головы всех участников баталии. И Майкла в том числе.       «Прекрати, пожалуйста», — мысленно дотянувшись до дневника, коряво написал мальчишка. — «Ты выдашь себя. У нас будут ещё большие проблемы, чем сейчас».       Оказалось, магический обмен не прошёл бесследно ни для ребенка, ни для паразита. Магия между ними перестала циркулировать, и Лорд, не найдя лучше способа успокоить приступ ярости, ушёл в созерцание раздражавших его наклеек.       «Кошечка, коровка, собачка. Я вырву этому ублюдку глаза!!! Сердечки, птички, так, всё хорошо, спокойствие, все под контролем…»       Том был зол на себя за несдержанность. Нельзя было допустить такую безрассудную растрату всех накопленных на воскрешение сил на то, чтобы бездумно поддаться эмоциям.       Сделав пометку на полях переломать Снейпу руки после возвращения физического обличья, Волан-де-Морт выжидающе наблюдал за исходом событий.       Неразлучная троица, пораженная случившимся, уставились на профессора Зельеварения. Гермиона даже прикрыла от удивления рот руками.       — Прекратить вопли и визги, — привычным грозно-холодным голосом отрезал Снейп. — Минус сто очков Гриффиндору за драку в коридоре. И минус шестьдесят баллов Когтеврану за публичную брань и нападение на одноклассников на территории школы. Ваши плебейские манеры нуждаются в коррекции, мистер Поттер. Назначаю вам отработку у Филча на месяц. Быть может, уборка замка поможет вам очистить ваш разум, раз другие методы не принесли ожидаемых результатов.       Снейп с нажимом сверлил своим взглядом глаза Майкла. Казалось, профессор пытался пробраться к тому под черепную коробку, держа ребёнка крепко за грудки.       «Наглая тварь!» — подумал Реддл, почувствовав ментальную атаку на своего носителя.       Как и говорил Майкл, щит не поддался, и Снейп с раздражением выгнув брови, отвернулся от мальчика, оставшись не с чем.       «Подавись!» — злорадствовал Том.       — А вашей троицей займётся лично ваш декан. А теперь — пошли все вон.       Гриффиндорцы быстро скрылись из поля зрения декана Слизерина, в то время как Майкл еще некоторое время собирал свои вещи с каменного пола под прожигающим, не сулящим ничего хорошего взглядом профессора.       Когда он уходил из трижды проклятого им коридора, его резко припечатала к полу реплика, брошенная ему вслед учителем:       — Вам стоит зарубить на носу, Поттер. Если не научитесь вовремя держать язык за зубами, то будете по жизни получать так, как получили сегодня. Я имею в виду, на постоянной основе.       Тёмный Лорд вспыхнул от бешенства, перенимая от своего носителя пагубную привычку браниться последними словами всей магической Британии. Уши Майкла заалели в бессильной ярости, что возымело неприятный отклик в расколотой душе Реддла.       «Когда-нибудь, когда-нибудь я сделаю ему очень и очень больно. Обещаю», — прозвучало в голове ребенка.       Злость его стала отступать. На её место пришли благодарность и осознание того, что он в этой лодке был не один. Фантомная рука ободряюще сжала плечо мальчика, успокаивая и подталкивая идти дальше.       Мальчишка принадлежал Тёмному Лорду. Отныне. Во веки веков. И никто никогда не посмеет даже пальцем его тронуть. Поэтому одним из первых, кто пойдет под раздачу, будет его бывший пожиратель. Снейп же, продолжая стоять в коридоре, даже не подозревал, какая угроза повисла над ним. Ладонь его правой руки все ещё продолжала подозрительно пылать.