Бузина и рябина

      Растолкав пару-тройку зевак, близнецы Уизли заняли самые что ни на есть лучшие места для себя и детей, к которым навязались в товарищи. Сцена была перед ними как на ладони. С такого расстояния они не только могли всё хорошо рассмотреть, но и, в случае необычайного невезения, схлопотать заклинание прямо в лицо.       — Интересно, кто же будет тренером? — задумчиво протянула Луна.       Пока они продирались сквозь изнывающую от любопытства толпу к подмосткам, их облепили непонимающие взгляды окружающих.       — С чего вдруг эти двое гриффиндорцев толпятся вместе с этими чудиками? — слышались отголоски по углам.       Все гриффиндорцы, за исключением старшекурсников, и вовсе находились в замешательстве. Младший из Уизли, Рон, сделал такое несуразно удивленное лицо, как если бы те продали родную мать за горсть волшебных бобов.       Он, Гарри и Гермиона всем своим видом источали наивное подобие праведного гнева.       — Вряд ли Флитвик, — хмыкнув, ответил Фред. — Он бы вас, неоперившихся, предупредил. Разве я не прав?       Близнецы расчётливо поставили малышню напротив себя. Они не отпускали Майкла ни на минуту. Том, будучи невидимым наблюдателем происходившего, считал, что эти двое проявляли к младшему Поттеру излишнее и крайне двусмысленное внимание. Их жесты, движения и слова вызывали внутреннее напряжение и ощущение угрозы. В список очереди на получение магических оплеух Тёмный Лорд внёс Фреда и Джорджа, но, в отличие от Снейпа и семейства Малфоев, пока только карандашом. Ситуация с ними пока казалась туманной и неоднозначной.       Сначала все шуточки и проделки рыжих вызывали неуверенную усмешку, но когда они начали заходить слишком далеко, проявляя свою бурную натуру и кипение гормонов в крови, Реддл понял, что это не его ум был испорчен пороками взрослого мира.       «Так вот что есть настоящая мука мученическая…», — иронично вздохнул он.       «Что ты сказал?» — уловил, но не разобрал его слов мальчик.       Тёмный Лорд, не успел ему ответить. Да и, в принципе, он и не горел желанием этого делать. К его удаче тут же, сияя белозубой улыбкой, на подмостки вышел Златопуст Локонс в отливавшей при свете лучей новизной лиловой мантии. Казалось, что знаменитый герой своих же книг вспыхнул на сцене так же ярко, как фотоаппарат, снимавший его для обложки «Ежедневного пророка». И оттого очень забавно было наблюдать, как того сопровождала блёклая угрюмая фигура Снейпа в черном будничном одеянии.       Северус глядел на новоявленного профессора с кривоватой ухмылкой. Ветреный Локонс совсем не догадывался о жестоких кознях суровой реальности, которая выжидала его под самым носом. Он привычно улыбался и эпатировал неискушенную вниманием знаменитостей публику. А такие же наивные дети заглядывали ему в рот, с придыханием ожидая, как тот повторит свои книжные подвиги. Но, честно признаться, были и те из детей, кто имел вид расстроенный, едва ли не разочарованный. Всё больше и больше обитателей замка посещало сомнение, что холёный Златопуст был не так хорош, как он сам себя малевал.       — М-м-м… — сдерживая предвкушение, возбужденно прошептал младший Поттер. — Грядёт грандиозный пиздец. Дело идёт к мясорубке.       Пока преподаватель Защиты в красках и мишуре эпитетов объяснял правила магической дуэли, к Тёмному Лорду пришла весьма соблазнительная, оттого рискованная и оттого прекрасная, идея. Если Снейп вызовет в качестве дуэлянта Избранного, то он сможет незаметно провернуть один фокус, от которого он и Майкл останутся в выигрыше. Тома всё ещё ощутимо нервировало то, что по школе продолжал ходить слух будто бы именно Майкл являлся наследником Слизерина. И это стоило бы изменить. Пристальное внимания старика Альбуса было последним, с чем Волан-де-Морт хотел бы столкнуться на пути к своей цели.       — Экспеллиармус!       Громко.       Чётко.       Уверенно.       Ослепительно яркая молния вырвалась из палочки Снейпа. Локонса, как старый туфяк, отбросило на противоположную сторону сцены. Преподаватель Защиты съехал по каменной стене зала и распластался на подмостках. Да так громко, что многие поёжились, представив себя на его месте. Слизеринцы во главе с Малфоем гаденько захихикали. Гермиона, как любимая ученица Локонса, встала на цыпочки и в испуге прижала ладонь ко рту. Близнецы же выглядели впечатлёнными.       — Вау! Не каждый день можно увидеть Снейпа в деле, правда, Джордж?       — И не говори, Фред. Не зря ведь отец говорил, что Снейп бывший пожиратель смерти.       Младший Поттер удивленно повернулся в их сторону и навострил уши.       О пожирателях он слышал лишь однажды, от профессора Квиррелла. Ему тогда пришлось долго упрашивать учителя рассказать ему хоть немного о Том-Кого-Нельзя-Называть и о тех временах, когда его родители были живы. Вспоминая о Квиррелле, по спине мальчика пробежала неприятная дрожь. Учитель, в отличие от всех остальных жителей мира магии, был единственным, кто проявлял доброту и внимание к нему, в то время как внимание всех остальных было приковано к Гарри. Майкл до сих пор с негодованием вспоминал, как Макгонагалл в ответ на то, что любимец волшебного общества наплевал на предупреждения мадам Трюк, взяла того в команду по квиддичу. Да ещё и метлу (или, как выражался младший Поттер, «дурколёт») подарила поновее. И это не говоря о той обиде, которой мальчик затаил на Хагрида, когда тот преподнес на день рождения брату целую сову. Майкл тогда был слишком благопристойным и скромным мальчиком, и у него просто язык не повернулся сказать что-то вроде: «А мне?» Да даже Снейп, казалось бы, ненавидевший обоих Поттеров, всё же, если присмотреться чуть-чуть повнимательнее, из них двоих выделял именно Гарри. Квиррелл же был целиком и полностью предрасположен к Майклу, даже не замечая этого. Покойный учитель во внеурочное время, выслушивал всё, что у мальчика наболело на душе: о том, как ему не нравилось в школе, как ему одиноко на факультете, что его брат от него отдалялся… Чем больше он перебирал воспоминая о заикающемся учителе, тем больнее ему было воскрешать в памяти случай, когда Квиррелл, одержимый Волан-де-Мортом, напал на него.       Локонса, уже без мантии и с растрепавшейся прической, кое-как подняли на ноги.       — Слабак, — отчеканил Майкл.       Невилл, боясь, что его вызовут в числе первых, спрятался за одним из близнецов. Луна, не обращая внимания ни на кого, хлопала выжившему после атаки мастера подземелий Локонсу.       — Потрясающе сработано! — пытался замять свой провал за уверенными речами Златопуст. — Профессор Снейп применил на мне заклинание разоружения, и, как вы все видите, я безоружен. Благодарю вас, мисс Лавгуд! Волшебник без палочки всё равно, что сквиб! Браво, профессор Снейп, браво! Вы уж простите, мне проще простого было бы, отразить ваш удар. Но ученикам очень полезно увидеть. На этом показательная часть окончена. Ну же, давайте-ка перейдем к практике!       Снейп на эту софистику лишь раздраженно повёл бровью. Разделяя присутствующих на пары, учитель постепенно дошёл до пятёрки ребят, стоявшей у самого подмостка. Его прожигающий взгляд не обещал ничего хорошего.       — Уизли, будете бороться друг с другом. Долгопупс выйдете против Джастина Финч-Флетчли. А-а, Поттер…       Майкл, которого Северус выделил довольно неприятной интонацией, поспешил быстро и едко отмахнуться от него.       — А я без сменки, — без единой надежды на давно умершую совесть ответил Поттер-младший.       Снейп сложил руки на груди, пока близнецы едва сдерживали смех.       — И да, ещё я инвалид. Увы, мне нельзя драться! — изображая досаду и разводя руки в стороны, потешался Майкл.       Том неслышно прыснул, злорадствуя над бывшим соратником.       — Какая досада… — холодно протянул Снейп. — И что же Вы, мистер Поттер, будете делать при нападении чудовища?       — Хе-х, наверное, я умру! — без капли смущения продолжал издеваться мальчишка.       Майкл умудрялся для своих двенадцати лет парировать настолько ядовитым сарказмом, что Северуса воротило от него. Он переключил внимание на второго из братьев Поттеров. Локонс, почти не напрягаясь, поставил его против Грейнджер. Но профессор зельеварения вмешался:       — О, нет, — возразил Снейп с леденящей душу ухмылкой. — Мистер Малфой, подойдите сюда. Поттер, раз ваш ни на что не годный брат отказывается от учебной дуэли, то мы посмотрим как знаменитый Избранный сразится с Малфоем. А вы, мисс Грэйнджер, будете стоять с мисс Булстроуд.       «Идеальный расклад, не так ли?», — довольно подумал Тёмный Лорд.       Майкл на это лишь хмыкнул, даже не догадываясь о планах своего друга.       «Думаешь, кто-то даст им прибить друг о друга?» — пессимистично высказался он. — «Хрен там плавал».       Тем временем помятый Невилл спустился с подмостка, и, с трудом продираясь сквозь толпу, добрался до своего места.       — О, Невилл, ты еще живой? Вот же твари, скажи? Устроили тут петушиные бои, да ещё и высказывают своё «фе» на отказы сражаться.       Долгопупс на слова Майкла лишь вымученно кивнул.       — В Хогвартсе просто очень скучно… — протянула Луна, доставая кусок щепки из волос Невилла. — Зато здесь есть пудинг…       Внезапно студенты затихли, на помост вышли двое — сын члена Совета Попечителей и Избранный.       «Точно. Петушиные бои», — продолжая капать ядом, подумал Майкл.       Златопуст заголосил:       — Палочки наизготовку! На счет «три» вы должны разоружить противника. Только разоружить, никакого насилия. Раз. Два. Три!       Гарри занёс палочку.       Малфой опередил его, начав бой на счет «два».       Поттера откинуло.       Упав плашмя на помост, прямо напротив брата, он поднял собой небольшое облако пыли. Взгляды Поттеров столкнулись. Майкл, то откашливаясь, то смеясь, сказал:       — Ёперный театр, Гарри, посмотри на себя! Может, я и инвалид, но ты у нас, походу, просто корнеплод огородный!       Гриффиндорец, злобно рыча, подскочил на ноги и, несмотря ни на кого, ответил Малфою тем же заклинанием, которое поразило его буквально минуту назад.       Как и ожидалось от слизеринца, Малфой увернулся.       Раздосадованный Гарри, перемещаясь по сцене, своим шипением и недовольным видом дал понять, что он захромал.       — Ох, по-моему он подвернул ногу при падении, — отозвалась Луна.       Драко, воспользовавшись состоянием соперника, мгновенно взмахнул палочкой и крикнул:       — Серпенсортиа!       Раздался звук, похожий на выстрел.       На глазах ошеломленного Гарри из искр вылетела длинная чёрная змея и с громким шлепком приземлилась на пол. Зрители, стоявшие впереди, отпрянули в ужасе. Кто-то истошно завопил. Змея извивалась и недовольно шипела на всех вокруг.       Шипение.       Не от неё.       Все напряглись.       Змея тоже. Она хотела наброситься на ближайшего недоросля, но резко остановилась. Шипящий голос доносился со стороны Гарри. Ни с того ни с сего рептилия послушно опустилась перед Избранным, свиваясь в кольцо, как блестящая атласная лента. Её аспидно-чёрные глаза неподвижно уставилась на гриффиндорца.       Избранный, сам не понимая, почему, осмелел. Почему-то он был уверен, что змея больше ни на кого не бросится.       А тем временем незримый для всех Том Реддл продолжал шипеть на парселтанге, сея суету и сомнения в души людей, собравшихся в этом злачном месте…