Миссия невыполнима, или как полюбить Королеву Сердец

Исчезнув с места происшествия, Кора материализовалась на кладбище, рядом с фамильным склепом семьи Миллс. Вернув свой облик, женщина заспешила к постройке. Реджина сказала ей, что внизу есть убежище, где какое-то время можно скрываться от горожан. Колдунье необходимо было остаться наедине со своими мыслями и как следует подумать. Она давно привыкла оставаться надолго с самой собой, под гнетом тяжелых мыслей и неразрешимых вопросов. А в этот раз необходимо было еще и спасти свою жизнь. Магия магией, но в Сторибруке большое колдовство могло обернуться неожиданным катаклизмом. Тяжело вздохнув, женщина вошла в склеп и тихо поздоровалась с мужем. Мысленно извинившись, она с силой толкнула каменный гроб и открыла путь на лестницу, ведущую вниз. Быстрые шаги гулким эхом отдавались от стен подземелья. Ведьма оглядела помещение - это было хранилище сердец, когда-то ее, а теперь оно принадлежало дочери. Грустная ухмылка коснулась губ женщины, и та, не задерживаясь и не придавая внимания нахлынувшим воспоминаниям, подошла к зеркалу, за которым находилась комната. Кора подумала, что в этот вечер ей побыть одной не удастся, потому что почувствовала чье-то присутствие. Войдя внутрь, она увидела изящно сидящую на диванчике Реджину, неторопливо попивающую вино. - Я ждала тебя раньше, мама, - не то с упреком, не то с подозрением произнесла младшая Миллс, - срочные дела? - Вроде того, Реджина, - нехотя ответила Кора. При всей ее любви к дочери, сейчас был не лучший момент для копания в душах друг друга. На это у них и так ушел весь день. - Что-то случилось? - Случилось, мам. Они знают, что ты в городе. И не оставят тебя в покое, - в голосе Реджины читалось волнение, которое она всеми силами пыталась скрыть от матери. "Любовь - это слабость" - пронеслось в голове у Коры, но она отмела эту мысль и обняла дочь. Колдунья понимала, что Генри стал слишком дорогим для ее дочери человеком, и она не сможет от него отказаться. Ясно было, что в войне Сторибрука против Коры Миллс Реджина примет сторону нейтралитета, - и я... Мама, я очень тебя люблю...Но...- Мадам мэр отвернулась, чтобы скрыть предательский блеск в глазах и не видеть разъяренное лицо матери. - Я понимаю, милая, я все понимаю... - спокойно произнесла Кора и прижала к себе дочь, тихо убаюкивая ее в своих объятьях. - Дай мне пару недель, и я исчезну из города. Я никого не потревожу, не покалечу и не убью... Мне просто нужно кое-с-кем переговорить в последний раз, - колдунья почувствовала, как дочь отстранилась и вопросительно уставилась на нее. - Это не опасно. Все будет хорошо, моя девочка. - Мама! Я только нашла тебя и снова могу потерять. Но теперь я тоже мать и должна ставить своего ребенка превыше всего, - Реджина уже не сдерживала, хотя и вряд ли замечала, влажные дорожки слез на своих щеках. - Прости меня. Я знаю, что любовь - это слабость. Ты и Генри - моя слабость. Я ничего никому не скажу о твоем местонахождении. А ты спасайся... Мы еще увидимся, мам? Я ведь думала тогда, что больше никогда тебя не увижу... Внутри Коры боролись противоречивые чувства, но она понимала, что Реджина все делает правильно. - Все будет хорошо, девочка моя. Не переживай. Спасай свое счастье и не беспокойся за меня, - кровь стучала в голове колдуньи, отбивая оставшиеся дни, часы, минуты ее жизни в Сторибруке. Она была опустошена, потому что все, на что она надеялась, рухнуло в один миг. Тогда, когда Эмма воскликнула "Кора в городе!" - Я люблю тебя, Реджина. И мне жаль, что ты узнала об этом только сейчас. Прощай, дочка, - ведьма напоследок обняла дочь, вдыхая ее неповторимый запах и вновь успокаивая ее в своих объятьях. Через миг Мэр исчезла. Устало опустившись на кресло, Кора откинула голову назад и стала считать удары, отмеряющие пульс. Один, два, три... Взгляд затуманился, и колдунья была вынуждена прикрыть глаза. Конечно, сразу было ясно, что она в этом городе лишняя, что никто ее здесь не ждет. Даже Реджина, которая любит свою мать. Удивляться нечему, это понятно. Только вот почему всем им был дан шанс начать все заново, измениться, забыть все свои невзгоды, а ей, Коре, матери той, что это проклятие наслала, нет места в этом мире? Мысли о справедливости поступка дочери добили ее. Колдунья тихо всхлипнула, сквозь стиснутые зубы. Казалось, что по венам разливается электрический ток. Старшая Миллс была готова даже к короткому замыканию, тогда ей не было бы так нестерпимо гадко. Когда она в последний раз говорила кому-то о своих чувствах? Даже любимая дочь не так часто получала от матери похвалу и ласковые слова, что уж говорить об остальных. Кора питала нежную привязанность к Генри-старшему, но она никогда не могла бы назвать это чувство любовью. Она очаровывалась красотой и наивностью молоденьких девочек, соблазнить которых ради одной-двух страстных ночей ничего не стоило. Она забавлялась юношеским порывам молодых парней, готовых на многое, чтобы получить ее благосклонность. И колдунья скучала, уже целый вечер тосковала по Руби. Человек без сердца не способен на чувства - так всегда думала Королева Сердец, но, кажется, она ошибалась. Все ее размышления сводились к тому, что нельзя по пустякам тревожить Реджину, чтобы город ее окончательно не уничтожил, и что нужно встретиться и поговорить с Шапкой, объяснив ей, что это все ради ее же блага. - Черт возьми, какая Руби? Кора, что с тобой происходит? - прикрикнула в пустой комнате сама на себя ведьма. - Она еще ребенок! А ты взрослая женщина, сломавшая ей жизнь! C чего ты взяла, что она захочет тебя видеть? С чего ты вообще взяла, что нужна ей? - женщина тяжело вздохнула и, не открывая глаз, нащупала на стеклянном столике бокал Реджины с недопитым вином. Горькая сладость прокатилась густой волной по языку и ухнула вниз, согревая все внутри. Иногда Кора думала, что пустота ее сердца заполнена алкоголем. Отставив бокал, колдунья не заметила, как задремала.