Непрощенный

      Тяжелые веки всё никак не хотели подниматься, будто глаза залили воском. Послышался тихий, скрипучий голос: — До-о-олжен…        В ответ не получилось даже жалкого, вопросительного стона. Горло жгло, слёзы плавили воск забвения, и наконец он увидел мир. Сквозь темноту тянулась тонкая, грязная, точно перепачканная сажей, рука. Слишком длинная, чтобы быть человеческой.  — Кто здесь? — совладав с собой, произнес мужчина.  — Ты мне кое-что задолжал, дорогой друг.  — Почему я до сих пор жив? Ведь… Мне обещали, что… — Слишком много вопросов. Вылезай.        Рука, на удивление сильная, одним рывком вытащила мужчину из каменного гроба. Незнакомец, полностью скрывавшийся под длинным, черным плащом, поклонился в знак привествия, а затем махнул в сторону выхода.  — Идём.        Вместе они быстрым шагом покидали склеп.  — Зачем вы вернули меня из тьмы? Я сделал всё, чтобы больше не испытывать мук этой проклятой жизни!       Человек в плаще коротко усмехнулся.  — Ты всего лишь замарал свою душу пустыми клятвами. А теперь снова отправишься в Сентфор, чтобы вернуть одну вещь. Мир изменился, дорогой друг, будь готов. Даже глупые детишки возомнили себя достаточно умными, чтобы пытаться изменить его. 

Глава 1. Возвращение

      Сара со злостью выводила на запотевшем стекле машины разные каракули. В детстве мама всегда ругала её на это, аргументируя тем, что папа терпеть не может разводы, которые остаются. Теперь же отец, сидевший за рулем, лишь изредка поглядывал, вздыхал, но никак не комментируя.        Они уже третий час ехали по пустой дороге из Балтимора.       Сара возвращалась в Сентфор. Точнее, её насильно возвращали.        Днем ранее, едва рассвело, она сошла с поезда на станции Пенсильвания, твердо уверенная в том, что все кошмары позади. Она не так давно покинула этот город, может, ещё не поздно позвонить старым приятелям из школы, которые её не забыли. Потом они вместе посидят в маленьком кафе на Рейс-стрит, где Рик, бывший сосед по парте, снова будет мечтать о поступлении в Гарвард, Натали —рассказывать о проблемах с парнями, всегда милая Энн будет расспрашивать о жизни в Сентфоре, а Сара… Что ей ответить? Может, вслух вспоминать кровавую бойню с Фавном, которая до сих пор напоминает о себе периодическими болями в районе ребер? А, может, про Человека в Маске, свернувшему шею шерифу Никсону? Или просто про друзей? Кажется, бесповоротно бывших друзей…       Сара просто будет молчать, смущенно растягивая губы в улыбке, и лишь повторять, что в Сентфоре было настолько скучно, что она вернулась обратно в вечно шумный и суетящийся город.        Девушка прождала тридцать минут прежде, чем подошла к ближайшему таксофону, сунула внутрь пять центов и набрала все ещё знакомый номер. Выслушав извинения отца, она повесила трубку на место, раздраженно схватила чемодан за ручку и покатила в сторону выхода.       Кто бы сомневался. Она в очередной раз должна быть самостоятельной и самостоятельно добраться домой.        За ней по пятам следовали болезненные воспоминания прошедших месяцев, которые она никогда и никому не сможет доверить.       Лифт остановился на шестом этаже и гостеприимно распахнул двери, за которыми, нетерпеливо притопывая ногой, Сару уже ждал отец. Он быстро сунул в свободную ладонь девушки худую связку ключей, чмокнул в лоб и запрыгнул в лифт, бросая напоследок: — Я вернусь через пару часов. Поспи, на тебе лица нет.        Открыв дверь, Сара щелкнула тумблер, и в холле загорелся свет. На душе потеплело — в этой квартире она прожила так долго, что это место просто обязано вернуть ей спокойствие. Здесь она затолкает все свои страхи, все свои воспоминания в большую коробку, закроет крышкой и прилепит наклейку с надписью «не открывать никогда в жизни». Никогда.        Ей всего шестнадцать, но время в Сентфоре будто тянулось годами. Ей всего шестнадцать, а она видела столько…  — Боже, — прошептала Сара и спрятала лицо в ладонях, быстро оседая на пол. 

***

      Квартира стала совсем пустой и безликой без побрякушек матери, которые находились в самых неожиданных местах, без милых плюшевых игрушек, которые Сара с восторгом получала на каждый День Рождения и любовно расставляла по полкам шкафа, вытесняя неинтересные книги. Папа, кажется, не особо интересовался поддержанием порядка — по углам паркета гуляли клубки пыли, лаванда, живущая в голубом глиняном горшке, давно засохла без воды. Девушка задумчиво провела рукой по сухим веточкам — когда-то давно этот цветок благоухал так, что аромат въедался во все вещи и даже в волосы. Интересно, почему они не забрали его с собой в Сентфор?        Сара достала из шкафа комплект постельного белья, но сил застелить постель не было. Впрочем, уснуть бы она сейчас тоже не смогла.        На запястье уродливым мазком всё ещё лежала кровь мамы — прощальный подарок Человека в Маске. Будто он не пропал, а навсегда поселился внутри, в голове, проник под кожу и никак не хочет отпускать.       Став её персональной уродливой маской.       Девушка не заметила, как пролетело несколько часов, как вернулся, хлопнув входной дверью, отец, прошел в её комнату, заставая за комканьем сиреневой простыни. Кашлянул, немного смутившись. Сара, будто очнувшись, подняла голову, поспешно стирая кровь с руки. — Милая, — осторожно начал он разговор. — Тебе придется вернуться. Завтра я отвезу тебя к маме.

***

      Тревога нарастала с каждым километром дороги, огромным комком вставая поперек горла. Становилось тяжело дышать, будто из машины постепенно выкачивали весь драгоценный воздух. Сара бесконечно вытирала потные ладони об джинсы, зажмуривалась и мотала головой, словно отрицая своё безвыходное положение. — Дочь, послушай… — Я не хочу ничего слышать. — Сара, я тебя не узнаю! — нахмурился отец. — Сбегаешь посреди ночи, никого не предупредив, из города! — Я оставила записку. И позвонила тебе, — девушка раздраженно выдохнула. Один и тот же сценарий диалога повторялся по кругу уж в который раз, и они ни разу не пришли к пониманию. — Я решил, что это шутка! Половины слов и разобрать не смог, а ты объясняться не желаешь. Тогда пойми хотя бы меня — я не смогу заниматься твоим воспитанием. Ты ведь уже взрослая… — Мне всего шестнадцать! — повысила голос Сара. — В этом возрасте готовятся к университету, а не переживают развод родителей и…       Девушка стушевалась, не в силах произнести ничего более. Будто кто-то взял с неё клятву.       То, что было в Сентфоре, там и похоронят. — Что ж, — она неожиданно для себя усмехнулась. — Ты не пожелал забрать меня даже, когда мама бросила меня. С чего я взяла, что теперь согласишься? — Твоя мама… — Моя мама ни разу не позвонила с тех пор, как я уехала, — от этой горькой мысли глаза защипало. — Вы оба меня бросили. Отец открыл рот, чтобы возразить, но вместо этого лишь сильнее сжал руль. Справа показалась табличка «Добро пожаловать в Сентфор».

***

      Сара, открыв окно машины, скептически наблюдала за тем, как папа, задевая руками укутанные на зиму розовые кусты, идет ко входной двери. Стук-стук-стук. Стук-стук-стук. — Её здесь нет, — наконец, открыла ему правду Сара, отгоняя от себя приступ паники перед встречей с неизбежным. И с некоторым мстительным удовольствием отметила его вытянувшееся лицо. — Она наверняка у мистера Никсона. Но тебе об этом не стоит беспокоиться.       Небольшой двухэтажный домик, окруженный белым штакетником, будто был накрыт незримой пеленой скорби. Сара медленно покинула автомобиль и направлялась к дому, путаясь в собственных ногах. Разум кричал: «стой!», но она шаг за шагом преодолевала расстояние между шансом на жизнь и кошмарами каждую ночь. — Детка! — тёмно-зеленая дверь распахнулась, и навстречу девушке побежала мама, в одних носках ступая по снегу. — Детка, я так за тебя переживала! — Настолько, что не было времени позвонить? — тихо отозвалась Сара, чувствуя, как по щекам стекают слезы, смешивая в душе облегчение, досаду, обиду и страх.       Мать не слушала, изо всех сил обнимая её. — Это…так эгоистично! После всего, что я пережила, как я могла потерять ещё и тебя?       Сара быстро отстранилась, глядя в непонимающие глаза матери. «Я пережила». — Занесу вещи, — холодно произнесла она и вошла в дом.       Бросив порядком надоевший чемодан в гостиной, девушка зашла в уборную, повернула кран и просто слушала. Слушала, как журчит вода, стекая по трубам, как неровный ритм отбивают её пальцы, как в гостиной ругаются отец с матерью. Ещё бы, они ещё даже не развелись, а она успела обзавестись мужчиной на стороне.       Мистер Никсон… Холодная рука в очередной раз сжала сердце. Сара не позволяла себе вспоминать дальше его имени, но даже этого хватало, чтобы почувствовать бесконечную скорбь. Повидав столько смертей за несколько месяцев, она не смогла примириться с тем, что этот город снова и снова забирает важных её людей.       Этот город продолжал пачкать её своей тьмой.       Не задерживая взгляд на раздраженной матери, она поднялась в свою комнату, где её уже ждали. — Сара! — с кровати подскочила Кэнди, но не решалась подойти ближе. В углу спиной сидел Дерек, уткнувшись взглядом в открытое окно. Внутрь залетали редкие снежинки, но ему было всё равно.       Отмахнувшись от Кэнди, Сара села рядом с Дереком и поежилась от декабрьского ветра. — Привет. — Быстро ты вернулась.       Сара нерешительно сжала его плечо. — Я не буду извиняться. — Они ничего не нашли, — прошептал парень спустя несколько минут тягостного молчания. — Ни следов, ни отпечатков. Ни признаков…убийства. Как будто папа сам решил себя прикончить. — Дерек… — Не нужны мне твои слова поддержки, Сара. Я сам с этим справлюсь. Можешь бежать обратно в свой Балтимор.       Дерек медленно поднялся, потёр озябшие ладони и вышел из комнаты. Кэнди умоляюще взглянула на Сару. — Ты когда-нибудь простишь меня? — Когда-нибудь, — кивнула девушка. — Но сейчас мне нужно попрощаться с папой.       Проводив хмурого отца, Сара еще долго смотрела вслед машине, которая привезла её обратно в обитель мрака. Кажется, теперь она принадлежит этому городу.       Возвращаться, чтобы выслушивать причитания мамы, не хотелось. Порывшись в карманах пальто, Сара выудила ключ от их старого дома, застегнула пуговицы и пошла прочь.       На улице стайками гуляли дети, кидались снежками и катались на ледяных горках. При взгляде на них девушка начинала тревожиться — что, если каждый из них в опасности? Их поймает Фавн, как малышку Меган Уайт, а у их родителей найдутся грешки, за которые Человек подарит маску… Девушка перешла на бег, пытаясь оторваться от собственных мыслей, и её внезапно схватили за руку. — Вишня? — Сара ошеломленно оглядывала парня, который был удивлён не меньше. — Неужели Балтимор так близко? — Вишня улыбнулся так радостно, будто они не виделись много лет. — Почему ты вернулась? Наверняка поняла, что не сможешь жить без моего чудесного лица. — Это долгая история. И я не хочу рассказывать её посреди улицы. — Если хочешь, можем приземлиться в месте потише. И потеплее, — тонкая кожаная куртка явно была создана не для зимней стужи. Вишня запахнулся, скрывая тёмно-синий свитер. — В другой раз. Хочется немного уединения. — Понимаю, — кивнул парень, не дав опомниться, обнял Сару и растрепал волосы широкой ладонью. — Увидимся, Принцесса. Рад, что не пришлось ехать в Балтимор и отнимать у тебя куртку Драконов. Пойду, обрадую Аарона.       До дома девушка летела с пунцовыми щеками. Она прекрасно, в мельчайших подробностях помнила, чем закончилась их последняя с Аароном встреча.

***

      Её комната в розовых тонах казалась гротескной, такой неподходящей для нынешней Сары. Такая комната подошла бы той Саре, которая вечерами напролет болтала с подружками, переходя на шепот, когда мимо комнаты проходила мама; Саре, которая обнимала плюшевого слоника, чтобы уснуть и даже иногда разговаривала с ним; Саре, которая по утрам огорчалась, если волосы плохо лежат и не получается сделать красивую прическу; Саре, которой не нужно было спасать людские жизни и проклятых любой ценой, вытаскивать одноклассника из горящего дома, спасать душу мамы, в глубине своей души зная, что мама это заслужила, ведь заслужила же…       Ей хотелось никогда не выходить из своего убежища и принять события за слишком реалистичный сон, от которого не могла пробудиться. Здесь — её розовые мечты, а за дверью — страшный кошмар без единого лучика солнца. Или, может?..       Она распахнула платяной шкаф.       Вернувшись в дом покойного ныне мистера Никсона, Сара чуть не упала, наткнувшись на свою пушистую питомицу, бросившуюся в ноги. — Вукнесс! — радостно воскликнула девушка, взяла кошку на руку. Та замурчала и будто с отчаянием прижалась к плечу. — И я скучала. Пойдем в нашу комнату, пока всех не перебудили.       Кошка медленно поднималась вслед за девушкой, которая крепко сжимала в руках лишь одну вещь — куртку Черных Драконов.       «Мне жаль, что тебе не удалось освободиться от того, что происходит, — думала Вукнесс, впервые за несколько дней засыпая рядом со своей хозяйкой. — Но ты должна быть сильной и найти надежную опору. Тебе нужно много друзей, чтобы справиться с четвёртым».