Давай переродимся вместе...

      — Дима? — испуганный голосок прошептал над ухом Побрацкого и отстранился назад, благо шатена не пришлось будить дважды. — Мы приехали… там тебя уже Саша с девочками ищет.       — Подождёт, не опоздаем… — ответил Дима, медленно собирая вещи и покидая купе. — Да где они, а?       — Может, из вагона уже давно вышли? — предположил Олежа, как вдруг перед духом образовался Саша. — Ой!       — Слушай, Димон, а ты с собой хоть воды взял? Я пить хочу, пиздец как, — протянул однокурсник и в следующую же секунду получает в руки литровую бутылку с водой. — Спасибо.       Побрацкий медленно покинул вагон, естественно дождавшись остальных. Лена волокла с собой два тяжелых рюкзака, объяснив это тем, что там все «самое необходимое», а Женя несла целлофановый пакет с звенящими в нем бутылками. Дима, конечно же, попытался намекнуть Саше, что возможно всё-таки стоит взять у дамы вещи, но тот, как будто ничего не слыша, вёл всех к нужному дому.       Наконец, весь квартет, не считая Олежу, приблизился к пункту назначения. Это был небольшой сельский домик, выложенный из белых кирпичей и с небольшим садом, где шатен уже приметил мангал, столик и зонт.       — Ну, добро пожаловать, как говорится, — торжственно произнёс Александр и отпер ключами калитку, приглашая всех внутрь… как только дверь закрылась, девочки сразу побежали в дом, видимо, нарезать купленные продукты и вообще готовить, а Саша ушёл к мангалу. — Дим, я тут, если че!       Побрацкий кивнул и поднялся по ступенькам к двери в дом. Распахнув её, Дима узрел вполне себе жилое место. Кухня с барной стойкой, гостиная с мягким диваном и две спальни, в одной из которых на полу уже лежал спальный мешок. Дима прошёл в ту, где всё было пусто и стал раскладывать вещи, заприметив гитару в дальнем углу.       — Ну, как тебе дом? — как бы невзначай спросил Дима, валясь на кровать.       — Да мне-то всё равно… — Душнов мило улыбнулся, соединив пальцы в любимый жест. Только бы не вспомнить момент из поезда. — Я же всё равно не смогу посидеть с вами.       — Я ехал сюда ради тебя, — беззлобно напомнил шатен. — В общем, вечерок посидим, а завтра как можно раньше свалим отсюда, хорошо? Меня просто Саня заколебал уже.       — Да, хорошо, — согласился Олежа. Старания друга портить не хотелось.       Призрак опечаленно посмотрел в чуть запотевшее окно, различая в нем силуэт однокурсника Димы и как тот что-то кричит себе под нос.       — Чего такое? — поинтересовался Побрацкий, заметив грустный вид Олежи.       — А? Да просто так… Мне довольно непривычно вылетать куда-то за пределы института, общежития и дороги между ними… Но, мне так даже нравится, — добавил Душнов, дабы поднять настроение Диме.       — Ну что ж, — продолжил шатен. — я тогда пойду к Саше? Посмотрю, чего он там творит… — после этих слов Побрацкий заглянул в окно. Александр чуть не отрубил себе палец, пока рубил дрова. — А у него, видимо, всё хуево… Ты же будешь скучать? Я на вечер сумку с конспектом на улицу вынесу, не переживай.       — Да… Хорошо, — задумчиво ответил Олежа и уловив последние частички улыбки такого дорогого ему друга, остался один…

***

      Вот и вечер. Магическое, волшебное время… Дима уже успел помочь разрубить дрова и сложить их, девочки же разнесли тарелки и прочую ерунду для стола, под который положили дурацкую клеëночку. Побрацкий ещё предложил зажечь гирлянду над местом пиршества, поэтому сейчас единственные лучики света падали на деревянную поверхность.       — Ля, а давай я гитару принесу, ты нам че-нить сыграешь? — предложил однокурсник, незаметно для Жени уплетая два бутерброда со шпротами за раз.       — Давай я сам схожу, всё равно хотел сумку взять, — ответил Дима и тут же скрылся в доме, забирая Олежу с собой, хотя тот ещё немного стеснялся, даже если и знал, что его никто не видит. — Не волнуйся, мы просто посидим, поедим, попоём… ну, может моё пение тебе понравится.       Душнов слабо улыбнулся и полетел вслед за другом, сразу пугаясь новых личностей. Лену и Сашу он и в глаза не видел, а вот Женя ему немножко знакома, пусть и по первому занятию.       — Че играть будем? — громко спросил Дима, вылетая из двери и оглядывая весёлых однокурников, что уже успели немного заскучать. — Три икса? Или гражданскую оборону?       — Хм… — призадумался Саша, опустошая залпом очередную стопку водки, закусывая долькой лимона. — Давай второе.       Побрацкий лукаво ухмыльнулся и уселся на табуретку под ночной завесой неба, и начал:

Границы ключ переломлен пополам, А наш батюшка Ленин совсем усоп, Он разложился на плесень и на липовый мёд, А перестройка все идёт и идёт по плану, А вся грязь превратилась в голый лёд. И всё идёт по плану. А моя душа захотела на покой, Я обещал ей не участвовать в военной игре, Но на фуражке на моей серп и молот и звезда, Как это трогательно серп и молот и звезда, Лихой фонарь ожидания мотается, И всё идёт по плану… Всё идёт по плану…

      Остальные стали подпевать, даже Олежа, хотя текст он знал довольно плохо, его научил отец и с тех пор, смутные воспоминания связывают его и эту песню… Дима играл уже последние аккорды, а Душнов просто слушал и слушал, забываясь, что он призрак, забывая о сидящих здесь людях, ему просто хотелось подойти и поцеловать Диму в его розовые, искусанные во время мороза губы, но нет, Олежа отогнал от себя эти мысли и запрятал глубоко в своей прозрачной душе.       — Охрененно! — подытожил Саша, склоняясь над тарелкой салата. Девочки же уже почти клонились в сон, а поэтому Лена ушла, забрав с собой Женю. — Вот вечно эти бабы… Нет бы посидеть, посмеяться, выпить… эх… даже винище с собой забрали.       — Ну, не все такие, уж поверь, — ответил Дима, убирая гитару куда-то в сторону.       — Ладно, ты спать, что ли?       — Не, я ещё полежу, — сказал Побрацкий и попрощавшись, захватил сумку с собой в комнату, где уже и закрыл дверь. Теперь свет в доме горел только у него.       — Ну, что там с пунктом? — взволнованно поинтересовался Олежа, витая по всей комнате. Побрацкий хлопнул себя по лбу и быстро открыл сумку, доставая оттуда зеленую тетрадь.       — Сейчас посмотрим… — Дима пулей перелистывал страницы, пока не наткнулся на нужную и стал бегать по ней глазами. Вдруг, его взор расширился от удивления.       — Что? Что там? — вопросил Душнов и заглянул в конспект… Нет, нет, не может быть! Пункт поцелуя с однокурсником/цей был зачеркнут наполовину. Внутри Душнова все рухнуло. В один момент.       — И когда ты успел? — только спросил Дима, удивленно глядя на полностью зачеркнутый пункт отдыха. — Не ври.       — Эм… Да… В поезде ещё… — стал выдумывать Душнов на ходу, покрываясь голубым румянцем. — в купе заходила девушка, ну, с нашего факультета… узнала тебя, а я, вот, решился… два пункта с-сразу выполнить.       — Ты знаешь, что ты очень хреново лжешь? — сказал Побрацкий, пристально вглядываясь в кристально-голубые зрачки. — Может, скажешь правду?       — Н-нет! — отрезал Олежа и схватился руками за голову. — Я не хочу об этом разговаривать! Пожалуйста…       Дух шумно сглотнул и лег заранее подготовленную расстеленную куртку друга, стараясь заснуть… хоть и получалось из ряда вон плохо… Судя по звукам, Дима выключил свет и тоже улегся спать… до тех пор, пока дверь не открылась и в комнату не вошёл Саша, уговорив выпить ещё по стопочке.