Давай переродимся вместе...

      Яркий белый свет неистово сочится в глаза. Вокруг томится пелена из буйства красок, что размылены взором только что проснувшимся. Олежа за голову хватается тут же, как просыпается. Мигрень давила на черепную коробку ужасно, заставляя мысли в голове скакать кругом. Душнов головой мотает из стороны в сторону, еле осознавая, что происходит.       Глаз понемногу привыкает к кислотным цветам, ставшими вдруг нежных оттенков, стоило бросить на них взгляд… это были какие-то цветы. Сладко пахнущие красивые бутоны устремились ввысь, к небесам голубым, пока листья на стеблях сочного зелёного цвета развевались на ветре теплом. Вокруг лишь облачная пена простирается до самого горизонта, да и сам Олежа обнаружил, что лежит клубочком на подушке из белого пушистого облачка. Душнов испугался, руками за голову изнывающую хватаясь. Где он? Что вообще происходит?       — Ты проснулся?       Спокойный ровный голос заставляет призрака поднять взгляд вверх чуть-чуть, видя перед собой… девушку? Или это не девушка? Во всяком случае, выглядит она миловидно. Скромная, руки её сложены впереди на передничке белом, сама одета она в нежно-желтое платье длинное с лимонной ленточкой в виде пояса. Волосы её соломенные заколоты сзади штучкой непонятной какой-то. Олежа сглотнул, видя как внимательно осматривает его эта девушка.       — Идём за мной.       Молвит она, ступая босиком по облаку пушистому, звука ни единого не проронив. Девушка оборачивается только, с выжиданием смотря, как Олежа собирается с силами, лишь бы вопросов лишних не задавать. Наконец, призрак догоняет её, за ворота золотые проскальзывая.       Дорога устремлялась вверх, намного выше, чем они были сейчас. Вдалеке Душнов замечает что-то похожее на деревню или город. Дома там стояли небесно-голубые с позолоченными крышами. Однако, рассмотреть все получше девушка не дала, кашлянув для приличия, начиная подъем по крутой лестнице, сделанной, кажется, тоже из облаков.       — Я… умер? — все же аккуратно спрашивает Олежа, кончики пальцев указательных соединяя. Голова ещё больше кругом шла, стоило заглянуть вниз.       — Нет.       Больше девушка не сказала ничего. Она уверенными шагами ступала на каждую из многочисленных ступенек. Так грациозно и плавно. Олежа смутился даже немного, подмечая про себя, что на ангела она не особо-то и похожа. Крыльев у неё не имелось, нимба тоже… это всё какая-то очень плохая шутка?       Преодолев бесчисленное множество ступеней, незнакомка и Олежа пересекают ещё одни большие золотые ворота, попадая под купол гигантский. Всё украшено орнаментом мраморным, столбы каменные и статуи неизвестных божеств стояли по всему периметру купола, поражая Душнова своей роскошью. У парня даже язык отнялся, не то что даже вопросы иметь какие-то.       Девушка останавливается резко, молча смотря вперёд. Олежа следует её примеру, хотя внутри всё разрывалось от любопытства детского. Тут же зажглись фонари наверху, озаряя пламенем красочный витраж на потолке. Незнакомка удаляется тут же, поспешно покидая купол, закрывая за собой ворота. Душнов сглатывает громко, испугавшись не на шутку.       — Здраствуй, Олег, — названный оборачивается внезапно, встречая перед собой… сову? Да, это была большая сова, принявшая форму женщины. Статной женщины. Она хихикает тихо, заметив реакцию Олежину. — Видел бы ты лицо свое!       — Что… что тут происходит? Вы кто?       — Я та, кого ты спас в трудную минуту, — отвечает сова, вышагивая вперёд элегантно. Наряд ее из перьев переливался всеми цветами радуги под витражом, на ногах птичьих висели кольца блестящие, когти на руках держали скипетр крохотный. Эта сова явно не так проста, как кажется. — Ну же, припоминаешь?       — Баба Нюра? — Олежа в ужасе стоит, каждой клеточкой своего тела трясется. Сова ближе подходит, хвостом пушистым цепляя призрака.       — Всё верно, мальчик мой, пусть это и не моё настоящее имя. Полагаю, ты вообще не понимаешь, где ты находишься и что здесь делаешь.       — Ага…       — Тогда поясню, — сова обходит Душнова медленно, клюв свой коготочками цепляя. — Ты попал в рай. И сейчас ты на приёме у его главы.       — Ты — Бог? Или… что? — только и может выдавить из себя Олежа. Сова смеётся громко только, заставляя стенки купола содрогнуться. — Я умер?       — Ну, во-первых, я не Бог. Бога вообще не существует. Это всё придумали людишки, для того, что им удобнее было верить. Видите ли, человек в образе кого-то могущественного дарует им силы… чушь несусветная! — сова ухает недовольно. — Но, вернёмся к делу. Ты не умер, Олег. Ты лишь попал в Чистилище — место в раю, где я отбираю достойных продолжить жить в нём.       — А я каким образом здесь… замешан?       — Всё просто, мальчик мой, — улыбается сова. — Ты, в тот злополучный день, когда я оказалась в беде, запертой в этом ужасном тёмном месте, спас меня, даровав силы на то, чтобы я смогла вернуться сюда. Я лишь выдумала ту историю, ведь так людям было бы легче мне сопереживать.       — Ты обманула меня?       — Это была вынужденная мера, — женщина-сова скипетр в ладонях перьевых сжимает крепче лишь. — И, поскольку ты помог мне в моей тяжёлой ситуации, я решила помочь тебе. Я видела, как ты страдаешь. Как ты хочешь вернуться обратно в мир живых… я проверила твоё досье и результат оказался положительным.       — Что это значит?       — Что ты можешь вернуться на Землю. Что ты сможешь снова быть живым. Замечательно, не правда ли?       Олежа в ступоре стоит, не зная, что и сказать. Радость переполняла его бренное тело, глаза засияли от сказанных слов. Призрак старается смотреть в глаза сове спокойно, однако, выходит плохо.       — Но, — женщина взмахивает крылом, откуда вылетает одинокое серое перо. — нет гарантий, что всё пройдёт хорошо. Ты можешь как и переродиться, так и нет. За это мы не в ответе.       — То есть?       — Ты можешь вернуться обратно живым человеком в том возрасте, в котором ты умер, продолжить свою жизнь и дальше, состаришься и умрёшь седым. А можешь и стать младенцем. Начать свою жизнь заново, не будешь помнить ничего из своей прошлой жизни. Для тебя все воспоминания будут утрачены, а личность разбита на множество осколков, некоторые из которых смогут вернуться к тебе в будущем.       — Но… шанс же есть? Правда?       — Увы, никому из нас это неизвестно, — сова ухает печально в конце, молча смотря на растерянного призрака. Олежа думает, варианты перебирает. Оставаться призраком точно не хочет, но и Диму забывать… нельзя.       Точно, Дима.

***

      Дверь в комнате с потерянными вещами распахивается резко, чуть ли не с петель слетая. Дима отвечает только охраннику громко, что дверь сам открыл и начинает рыться в коробке хлипкой, стоящей рядом.       — Нашёл, блять.       Хватает тетрадку зелёную, по страницам судорожно взглядом проходится. Вроде, все страницы на месте. Дима плакать от счастья готов, только вот… Олежи не видно. Не мог же он пропасть куда-то отсюда? Слезы капают на обложку мягкую, со звуком тихим в ушах отдаваясь. Да, наверное, Душнов обиделся на него. Да и есть за что.       Побрацкий хватает конспект, кидая его в сумку спортивную и выходит из кладовки, ключи охраннику на стол кидая.       Похоже, дома Диму ждёт серьёзный разговор.