Проспорил?

О чём вообще думают люди в такие противоречивые, непонятные, спорные моменты? Как они должны реагировать? О чём размышлять? Жан этого всего точно не понимал, да и не знал в принципе. Он просто наблюдал за тем, как Райнер буквально в один короткий миг навалился со всей своей силой на Эрена, перевернув того спиной вниз и ловко перекинув ногу через его тело, устроившись сверху. Затем Кирштейн бросил короткий взгляд на окружающих. Марко и Армин были настолько поражены происходящем, что и пошевелиться не могли. Их глаза лишь широко округлились, даже дыхание как будто бы затаилось. Бертольд же, сидя у двери, из-за освещения видел всё крайне размыто и выдавил лишь: -Р-райнер?... Сказать, что Йегер не понял, что происходит - вообще ничего не сказать. Шатен явно не осознал, в какой момент его руки оказались заведены над головой невероятно сильной хваткой. Продолжая молчать от неминуемо нахлынувшего шока, Эрен попытался инстинктивно хотя бы освободить руки, но силы сейчас явно были неравны, потом он попытался извиваться всем телом, прикладывать усилия, но все тщетно. Сонное состояние явно ничего не давало поделать с силой Брауна. Неудивительно, что тот на всех тренировках всегда был лучше во всем. Запястья от такой хватки почти сразу же покраснели и начали болеть. От этой боли парень даже сжал зубы. Страх шатена сейчас читался буквально во всем: в этих широко распахнутых зеленых глазах, в легкой дрожи. Но Райнер как будто бы и не замечал этого, продолжая давить с новой силой. Йегер почувствовал себя каким-то беззащитным зверьком, которого загнал в угол хищник, а "нападавший" сейчас напоминал именно его: этот спокойный убийственный взгляд, полное отсутствие эмоций. В какой-то момент Эрен наконец смог хоть что-то сказать, а точнее выкрикнуть: -Райнер! Ты что делаешь?! Совсем уж... - договорить Эрену не дали. Его не очень вежливо заткнули резким, грубым поцелуем. Шатен зажмурил глаза и попытался в ответ укусить Брауна, и это, на удивление, у него получилось. Тонкие капельки алой жидкости стекали с одних губ на другие. Однако светловолосый как будто бы и не заметил этого, а его настойчивый язык наконец смог протиснуться в полость рта Йегера. Зеленоглазый вновь попытался вырываться, чувствую, помимо чужого языка, у себя во рту и привкус крови. Светловолосый понял, когда его жертве уже начало не хватать кислорода. Именно в этот момент он наконец отстранился, облизывая свои губы, дабы убрать кровь. Однако, видимо, отпускать Эрена не особо спешил. -Я сейчас, - тихо сказал Жан, не в силах больше за этим наблюдать, как будто бы что-то внутри закололо. Почему? Он и сам абсолютно не знал, не понимал. Марко, естественно, даже не обратил на уход друга внимание. Видать, слишком уж был шокирован. Проходя мимо Армина в сторону двери, Кирштейн подметил по-настоящему испуганный взгляд Арлерта. Он выглядел даже более шокировано, нежели сама жертва нападения. Бертольд, все еще сидящий у двери, ничего не сказал Жану, когда тот вышел за дверь. Снова он подвергает себя риску, уже в который раз. На улице стало куда холоднее, а темные тучи полностью закрыли луну, не давая той ничего освещать своим белым светом. Легкая дрожь прошлась по телу кадета. То ли от холода, то ли от произошедшего. А может, по обоим этим причинам сразу. Жан даже никуда не отошел, остался в полуметре от двери, стоя к ней спиной. Сейчас такой невозмутимый, сильный Кирштейн казался каким-то поддавленным. Слишком много всего в последнее время с ним происходит. Хотелось уже просто покоя. Не прибавляло радости и то, что завтра начнется миссия, на которую он будет вынужден отправиться в паре с Эреном. Прервать размышления кадета удалось быстрым и громким шагам, доносившихся изнутри. Через пару секунд дверь открылась и почти так же быстро закрылась. Однако Жан почувствовал, что сзади кто-то стоит и тяжело дышит. Не успел Кирштейн обернуться, как его схватили за края рубашки и вдавили в деревянную холодную стену. Собственно, сейчас светловолосому даже сопротивляться не хотелось, уже как будто бы ничего не хотелось. -Это ведь...ты... - буквально сквозь зубы процедил Йегер, смотря своими большими глазами прямо в глаза Жана, который сейчас сохранял непривычное для себя спокойствие. А ведь на губах зеленоглазого, пусть и в темноте, но были видны остатки крови, а сам парень слегка дрожал. Видимо, страх не до конца прошел. -Ты ведь до глубины души меня ненавидишь! - продолжал Эрен, чуть приподняв голову. Все-таки разница в росте была заметной. Давненько Кирштейн не видел этих огоньков в глазах Эрена. Они крайне редко появлялись в моменты их сильнейших ссор, а сейчас явно не сулили ничего хорошего. -Не до такой же степени! - наконец подал спокойный голос Жан, полностью расслабившись в хватке Эрена. Хотел дать понять, что он не намерен сейчас никоем образом вырываться, драться, пытаться уйти от разговора. Да это и не нужно было. -Строишь козни против меня только из-за того, что я хочу сражаться во имя свободы!? - снова затеял свое Йегер, продолжая держать ворот белой рубашки Жана. -Ты на ней помешан. А упьешься ли ты своей свободой сполна? - Жан сам от себя такого не ожидал. Он выдавил что-то вроде странной ухмылки, наблюдая за реакцией кадета. Тот действительно такого не ожидал. -О чем ты?! -То, на что ты готов пойти ради свободы, покажется лишь в настоящем сражении. А до тех пор никто из нас и заикаться не должен о подобном, ведь мы еще сами не понимаем, о чем говорим. Да и я ничуть не лучше, помешан на спокойной жизни... - спокойно продолжал Жан, чуть опустив глаза, которые сейчас казались какими-то тусклыми. Эрен это заметил. -Спасибо, - улыбнулся Кирштейн, наконец переключив взгляд на глаза Йегера, которые уже не выражали убийственной злобы. -Ха-а? Это еще за что? - не понял Эрен, наконец ослабив хватку. Светловолосый заметил, как его голос перестал быть злым, а сам он как будто бы чуть расслабился. -Ты ведь спас меня в лесу, - продолжал улыбаться Жан, чувствуя то, как хватка Эрена постепенно слабеет. -Я уже и забыл, - пожал плечами Эрен, полностью отпустив кадета напротив. -Давай хоть раз в жизни поработаем сообща и уделаем всех завтра? А потом мирно разойдемся,- как-то воодушевляюще сказал Жан, протянув Эрену руку. -Идет. Но сегодняшнюю подставу я тебе никогда в жизни не прощу! - наконец Йегер тоже улыбнулся и заключил их руки в дружеской рукопожатии. Тепло. Действительно мир? Или лишь затишье перед бурей? -Я здесь не причем. Райнер странный человек, мало ли что могло родиться в его безумной голове, - отшутился Кирштейн, отпуская руку кадета. -Все равно не верю, что в этом ты не замешан. -Твое право. У тебя кровь на губах. -Еще осталось... - вытер рукавом остатки алой жидкости зеленоглазый и зашел внутрь, где до этого что-то бурно обсуждали, но теперь там было тихо. Кирштейн проследовал за ним, шагнув в темноту помещения. Да, вновь денек выдался непростым... Кто бы мог подумать, что обычно безрассудный Эрен так легко согласится на временное перемирие? Да еще и при нахлынувших эмоциях от произошедшего. Все-таки изменила здешняя атмосфера этих двоих только в лучшую сторону. Конечно, наверняка возникнет куча трудностей, но преодолевать их надо будет именно сообща, что было в новинку для обоих. С этими мыслями Кирштейн как можно тише шагал в темноте за Эреном, стараясь никого при этом не разбудить. Вдруг идущий впереди резко остановился, а светловолосый, не успев вовремя среагировать, врезался в того. -Ты чего остановился? - шепотом спросил Жан, еле видя очертания фигуры перед собой. -Жан... - шепнул Йегер, резко повернувшись передом к высокому парню. Кирштейн и не заметил, как в одно мгновение оказался скован в движении из-за чужих рук. Одна рука Эрена легла на его плечо, а другая - оказалась на спине. Йегер не очень сильно, но все-таки прижал к себе светловолосого, а тот стоял, как вкопанный, вообще ничего не понимая. "Ч-чего?!" В этой темноте Жан чувствовал лишь теплое дыхание на своей шее. Снова тепло.