Обречены?

Кровавые пятна украсят твой пол, зачем тебе это? зачем ты живёшь? В поисках себя, её ты теряешь, чего же ты ждёшь? Казалось, так просто, себя лишь познать, но тонет в зависимости твоя душа. Разум и тело прикованы к ней, вкусивший однажды кровь доброты, вовек не забудет вкус кислоты разъедающий плоть.

Вечерний замок мерцал рождественскими огнями, оживая воспоминаниями в мыслях гордой пожилой леди, что прошлась по силуэту молодой прислуги надменно-приветливым взглядом. Тем самым, от которого некогда падали ниц милые юноши и неопытные девушки, прячась в своих юбках, однако, забывая про быстро краснеющие уши. Статность и величие сквозили в каждом сантиметре её тела: от черной ленты на волосах, до каблучков модных туфель с блестящими носиками, которые не поддавались грязи вокруг. Словно паря в воздухе, не задевала внешнюю оболочку мутного мира. Но кто знал наверняка, было ли оно так? Она все помнит... «Некогда», — не успев всплыть на поверхность, воспоминания разбились о жестокую действительность, едва успев вернуться в закоулки сознания, и, склеивая острые углы, лелеяли надежду на скорое принятие. Да и как бы могло быть иначе? — Добрый вечер, миссис Ильвия Аркорт, надеюсь, вы добрались в комфорте, а сейчас, прошу, пройдите за мной. Ваш багаж будет доставлен в покои. — Благодарю, не могли бы вы оповестить о моём прибытии миссис Миллеонор? Я бы хотела как можно скорее встретиться с ней. Ложь, я все ещё боюсь её увидеть. — Разумеется, миссис уже ждёт вас. Она сказала передать вам это, — мозолистые руки служанки протянули сложенный в несколько (три) раз лист пожелтевшей бумаги. Изящные пальцы мягко, хоть и несколько поспешно, приняли послание, тут же раскрыв два оборота (больше и не нужно).