Right to Remain Silent

На 8-й улице всегда пахло томатной пастой. Несколько лет назад Санс выследил источник на местном консервном заводе, который чистил свои баки и сбрасывал остаток в ливневую канализацию каждую ночь, когда никто не смотрел. Возможно, это не законно, но это лучше, чем оставлять баки грязными, и дешевле, чем отправлять отходы на свалку. Хороший компромисс. Санс мог оценить прекрасный баланс между зарабатыванием на жизнь и уклонением от местной полиции. Единственное, что не давало ему покоя, так это то, как чертовски легко забыть этот запах. Это просто не укладывалось в его памяти, что делало это странно удивительным всякий раз, когда дуновение подгоревшего соуса для спагетти оживляло воспоминания о дне в порыве комически неутешительного дежавю. Нет ничего лучше ужина, чтобы вновь пережить тяжелую рутину слежки за мишенями и дремания у кирпичных стен весь день. Особенно когда запах был таким, который он должен был знать лучше, чем ириски Босса, к этому времени пироги с корицей. Санс застонал и пошевелил плечами, пытаясь устроиться поудобнее у вышеупомянутой кирпичной стены. Насколько забавным было дежавю из томатной пасты? Вероятно, тут можно сделать хорошую шутку, но весь этот опыт отчаянно нуждался в украшении. Вот если бы это был завод по розливу кетчупа… Звук захлопнувшейся дверцы машины эхом отразился от кирпичных стен. Санс вздернул подбородок и выглянул из-под шляпы. Последние двадцать минут у входа в переулок стояла полицейская машина. Пока он смотрел, из машины вылезли двое копов и направились к нему, огибая мусорные кучи и сломанную мебель с той непринужденной беспечностью, которая присуща только новичкам. Санс закатил глаза, потом с кривой усмешкой опустил подбородок на грудь. Похоже, сегодня все-таки будет много дел. Шаги замерли, а затем кончик дубинки грубо стряхнул с его лица шляпу. Санс прищурился от яркого солнца и заморгал, когда над ним появились два человеческих лица. Один из них показался ему знакомым, но он не был уверен, что видел его раньше. Людей так трудно отличить друг от друга. — Что пыльник делает в этой части города? — Дубинковый парень зарычал, убирая дубинку. — Просто заметил, что эта стена немного коротковата, офицер, — ответил Санс с дерзкой ухмылкой. — Выполняю кое-какие общественные работы и залаживаю пару кирпичей. — Ты полон дерьма, вот кто ты, — прорычал он, когда Санс хихикнул над собственной шуткой. — А что в этом чемодане? Санс взглянул на большой черный чемодан для инструментов, на который опирались его ноги. — Запасной тромбон, офицер. Легче играть, чем запасное ребро… — Не возражаешь, если мы посмотрим? В этом районе было несколько краж. Ничего серьезного, но кое-кто из местных немного встревожился и… ну, ты понимаешь. Что скажешь? — с теплой улыбкой перебил напарник Дубинкового парня. Санс застыл, борясь с желанием бросить взгляд на заднюю часть здания Хардвик. Андайн и Папирус никак еще не могли закончить работу. Тот мраморный обеденный сервиз был тяжелым. — Знаешь, вообще-то я возражаю. Здесь не самое лучшее место для музыкального инструмента, — ответил он, притворно озабоченно глядя на грязный тротуар. — Я не хочу его сломать. — Мы будем очень осторожны… — начал Напарник. — Ты пытаешься что-то здесь провернуть? А? Ты думаешь, мы тупые?! — прошипел Дубинковый парень. — Нам просто нужно посмотреть, что в чемодане. Тебе ведь нечего скрывать, сынок? Как тебя зовут? — спросил Напарник, с тревогой глядя на своего напарника. — С-Санс. Скелет Санс, — запинаясь, пробормотал он, тихо ставя ноги за чемодан. — Санс, — повторил Напарник. — Ну же, Санс, можешь открыть нам чемодан? — Я… но… но я не могу позволить себе ремонт, если он сломается! Это всего лишь тромбон, офицер. Клянусь, — взмолился он, испуганно переводя взгляд с Напарника на Дубинкового парня. — ЧЕРТ возьми, ты пытаешься что-то затеять, коротышка? НЕ ТАК ЛИ? ЧТО ЗА ХЕРЬ ТЫ ЗА НАС ПРИНИМАЕШЬ? — прорычал Дубинковый парень, приблизив свое лицо к нему. Санс посмотрел прямо на него, позволив фальшивой заботе о своем тромбоне перерасти в тонко завуалированное презрение. — Дерьмовый вариант хорошего копа, плохого копа? — сказал он с сарказмом. Дубинковый парень рванулся к чемодану. Санс уперся обеими руками в стену и пнул ногой чемодан вне досягаемости, затем повернулся в сторону как раз вовремя, чтобы избежать явно недружелюбного пинка Напарника по ребрам. — Не поймите меня неправильно, у вас есть плохой коп, но хороший коп тут просто безнадежен, — признался Санс, ныряя в сторону, когда Дубинковый парень нанес ему правый хук и пару ударов по голове. — Он не думал о работе, что больше соответствует его навыкам? Проститутка? Клоун дня рождения? — Стой, блядь, смирно! — взревел Дубинковый парень, выхватывая дубинку из кобуры. — Нет, спасибо? — Санс тяжело дышал. — Я-угх! Его плечи ударились о стену, и Дубинковый парень тут же замахнулся ему в лицо. Санс сжал челюсти и позволил своей голове откатиться в сторону, когда ударила дубинка, но удар был всё еще достаточно сильным, чтобы белые вспышки звезд вспыхнули перед его взором. — Нннхх! — проворчал он, качнувшись в сторону, когда Дубинковый парень последовал за ним со злобным пинком и еще парой взмахов дубинкой. Он отшатнулся, слепо подняв обе руки, чтобы защитить лицо, и полностью ожидая быть размазанным в тротуар. Вместо этого Напарник схватил его за левое запястье и дернул вперед. — Ау! — взвизгнул он, когда Напарник заломил ему руку за спину и толкнул лицом в стену. — Поверь мне, Санс. Тебе нужно, чтобы я был хорошим копом, — мягко сказал Напарник. Санс выплюнул полный рот слюны цвета костного мозга и мрачно усмехнулся. — Хорошая шутка, приятель. Тебе заплатят за то, чтобы пугать детишек на днях рождения в два счета. Большая рука прижала его голову к стене, и Санс рассмеялся, не оказывая больше никакого сопротивления, поскольку его запястья были скованы наручниками за спиной. Он согнул пальцы, тщательно отметив, что наручники достаточно ослаблены, чтобы выскользнуть, когда звук открываемого чемодана с инструментом эхом разнесся по переулку. — Сказал же. — Санс ухмыльнулся в стену, представляя себе разъяренное замешательство Дубинкового парня, когда он уставился на любовно отполированный медный тромбон Санса. — Заткнись на хрен, — рявкнул Дубинковый парень, захлопывая чемодан. — Ты уже обыскал его? Санс поежился, когда любопытные руки начали ощупывать его ребра и стали слишком любезничать с внутренней стороной его ног. — Полегче, я боюсь щекотки. — Да? Тебе будет очень щекотно, когда мы закончим с тобой, — парировал Дубинковый парень. — Не так уж много на нем, — смущенно сказал Напарник. — Бумажник, мелочь… немного кетчупа? — Эй! Я собирался допить его, — запротестовал Санс, когда Напарник двумя пальцами вытащил из кармана стеклянную бутылку. — Удостоверение? — потребовал Дубинковый парень. — А ты как думаешь? — протянул Напарник, бросая Сансу бумажник. Он был совершенно пуст. — Что я думаю? — гадко задумался Дубинковый парень. — Я думаю, коротышка пойдет с нами. Думаю, он сможет кое-что прояснить, ответить на некоторые вопросы. Может, проведет ночь в камере, обдумывая всё, если станет слишком извиваться. — Что? Вы тащите меня? Но я даже ничего не СДЕЛАЛ, — пожаловался Санс, поворачивая голову в сторону. Дубинка предостерегающе постучала его по плечу. — Глаза вперед, преступник. Ты слышал? Коротышка думает, что он ничего не сделал. — Я слышал. Не волнуйся, Санс, я уверен, что всё это просто недоразумение, — успокаивающе сказал Напарник. — Мы всего лишь зададим пару простых вопросов. Будешь немного сотрудничать, и всё будет кончено, прежде чем ты это узнаешь. — Недоразумение, да? — Санс что-то пробормотал себе под нос, когда Дубинковый парень схватил его за плечо и потащил обратно к машине. Эти идиоты не знали и половины. Им понадобится тридцать минут, чтобы добраться до станции, а потом они могут выкачивать из него информацию всю ночь, если захотят. Андайн и Папирус получат всё необходимое время, чтобы сделать чистый излом, Семья получит прибыль, а Санс выйдет на следующее утро, как ни в чем не бывало. Попались, весело подумал он, когда Дубинковый парень втолкнул его в машину. Очередь на бронирование была, к счастью, короткой. Они раздали ему свободные вещи, взяли набор фотографий и целую минуту ломали голову над карточками для снятия отпечатков пальцев, прежде чем покрыть обе его руки чернилами и прижать их к бумаге. Санс не был уверен, почему они беспокоились. Последний набор отпечатков, которые они сняли, тоже не получился. В основном потому, что у него не было отпечатков пальцев. — Ладно, двигай, — наконец прорычал Дубинковый парень, снова сковывая руки за спиной, прежде чем провести его мимо ряда пустых камер в комнату без окон с парой стульев и столом в центре. У Санса не было времени оглядеться, прежде чем Дубинковый парень втолкнул его внутрь, заставив споткнуться на пару шагов. — Лицом к столу, коротышка. Санс уставился на него в ответ, его глаза метнулись к Напарнику, когда он тихо закрыл и запер за ними дверь. — Что— — Я сказал, ЛИЦОМ К СТОЛУ, — рявкнул он, толкая Санса на стол. Угол ударил его по бедрам, и он с болезненным шипением уткнулся лицом в поверхность, скованные наручниками руки не смогли смягчить падение. — АааААЙ?! — вскрикнул он, когда руки стали нащупывать его таз и нижнюю часть позвоночника таким образом, что сразу перешли все его личные границы. — Гха! Какого хрена ты делаешь? — Раздвинь их, коротышка, — рявкнул Дубинковый парень, ударив дубинкой по внутренней стороне бедер. Санс взвизгнул и непроизвольно отдернул их, затем съежился, когда руки начали небрежно ощупывать его тазовое отверстие. Для чего, черт возьми, всё это? Его арестовывали больше раз, чем он мог сосчитать, и эти больные ублюдки никогда раньше не испытывали потребности приставать к нему. — Чего ты вздрагиваешь? У тебя там ничего нет, — усмехнулся Дубинковый парень, просовывая пальцы в тазовое отверстие Санса через брюки. — Н-ххххх… н-не надо, — Санс задохнулся сквозь стиснутые зубы, когда глубоко нежеланный жар начал стекать по его ногам и крестцу. Свежие рубцы от дубинок уже побудили его тело накачивать магией, и он был более чем счастлив сменить направление, чтобы «защитить» таз. — Тогда что это? Ты занимаешься контрабандой наркотиков? — нетерпеливо спросил Дубинковый парень, когда Санс задыхался, заставляя магию, скопившуюся между его ног, оставаться бесформенной. — Раздень его. Помнишь тот Пайроп? — подозрительно спросил Напарник. — Черт, да, я помню, — прорычал Дубинковый парень, рывком поднимая Санса за воротник рубашки и ощупывая его спереди, пока кончики пальцев не нашли пряжку ремня. Санс крепко зажмурился, скулы горели, а на лбу выступили капельки пота, когда давление между ног стало невыносимым. Исчезни, исчезни, исчезни, исчезни исчезниисчез— — Аххх! — простонал он, быстро прикусывая язык, чтобы заглушить звук, когда его магия обрела форму, находя свои обычные точки опоры внутри тазового пояса и распирая на его седалище и тазовом входе. Новообразованная плоть жадно покалывала, когда его нижнее белье слегка терлось о нее, оставляя его одновременно униженным и отчаянно нуждающимся в большем контакте. — Оу. Санс, ты покраснел, — сочувственно проворковал Напарник, когда Дубинковый парень сдернул с него подтяжки и отбросил их в сторону. — Не смущайся, мы всё это уже видели. — Отвали, больной урод, — закипел Санс, спотыкаясь о стол, когда Дубинковый парень стянул с него брюки, прихватив с собой ботинки. — Пффф! Зачем скелету боксеры? — усмехнулся он. У Санса было несколько секунд, чтобы почувствовать себя более униженным из-за своего поношенного, пестрого нижнего белья, прежде чем они тоже были сорваны. — Черт возьми, теперь вы удовлетворены, извращенцы? Я не занимаюсь контрабандой, — прорычал Санс в стол, униженный и очень, очень злой. Наступила долгая мертвая тишина, вероятно, пока тупой коп и еще более тупой коп пялились на его ноющую, неуместно возбужденную киску. Затем Напарник начал смеяться. — Что это за хрень? — потребовал Дубинковый парень, звуча искренне озадаченным. — Это, друг мой, вагина, — услужливо ответил Напарник. — Я знаю ЭТО. Какого хрена это делает с НИМ? — Наверное, потому, что он с этим трахается. — Зачем? — Зачем? — весело повторил Напарник. — Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе про пестики и тычинки? — Да пошел ты со своими пестиками и тычинками. Я думал, они просто отламывали ребра или что-то в этом роде, — рявкнул Дубинковый парень, проводя лапой по ребрам Санса, как будто один из них вот-вот отвалится и превратится в скелета-младенца. Санс отпрянул с бессловесным рычанием, ни капли не в настроении прояснять механику размножения монстров. — Кто знает, может, они и это делают, — фыркнул Напарник, поднимая брошенные подтяжки Санса, прежде чем подтащить стул к другой стороне стола и весело усесться на него. — В этом-то и проблема с вами, монстрами. Вы не хотите делиться информацией. Но это становится всё труднее и труднее терпеть, Санс. Видишь ли, мы расследуем серию краж за последние пару лет. Очень чистая работа, большой объем краденого. Никаких следов преступников. Вещи просто исчезают, мы получаем много сердитых звонков, а затем добавляем их в список вещей, которые нас бесят, и начинаем расследование. Ничего не напоминает? Санс сердито посмотрел на него. — Понятия не имею, о чем тыХРК! МММГХ! Напарник засунул подтяжки Санса в рот, затем передал свободные концы Дубинковому парню, который крепко завязал их за головой. — Дело в том, что мы получаем всё больше и больше сообщений о монстрах, околачивающихся в человеческих частях города, — продолжил Напарник, перекрывая яростные, приглушенные протесты Санса. — Итак, мы сложили два и два. Может, тут есть какая-то закономерность. А может, и нет. Санс взвизгнул и вывернулся, когда большой палец бесцеремонно засунулся в киску. Дубинковый парень рассмеялся, потом прижал голову к столу, медленно вытащив палец и засунув его обратно. — И это привело нас сюда, — продолжил Напарник с пугающе спокойной улыбкой. — Мне кажется, ты кое-что знаешь, Санс. И, к несчастью для тебя, для монстров не существует сценарий. — МММНГХ! — взвизгнул Санс, когда второй палец с шокирующе резким жжением вонзился рядом с первым. Его киска непроизвольно сжалась вокруг вторгшихся пальцев, сочась горячей, скользкой жидкостью, которая быстро начала стекать по внутренней стороне бедер, отчаянно пытаясь облегчить проникновение. — Даже если и так, у меня такое чувство, что ты в тупике. Твой босс, вероятно, выставляет тебя на передовую, потому что ты крепкий парень. Ты принимаешь удар за своих друзей, а потом всё продолжает ускользать от радара. Все счастливы, верно? Санс заскулил, когда пальцы начали изгибаться и напрячься на его внутренних стенках, ноги задрожали, когда он заставил себя стоять смирно и терпеть это. Он мог убить этих ублюдков в мгновение ока и взять короткий путь обратно в переулок на 8-й улице, но Семья нуждалась в полном объеме магии монстров, чтобы оставаться в секрете. Если он сбежит, то тайна будет раскрыта, и все они окажутся в опасности. Папирус окажется в опасности… — Ну, все, кроме тебя. Извини, но вот что я тебе скажу. Я дам тебе это… — Напарник вытащил из кармана короткий обрубок карандаша, протянул руку и осторожно вложил его в сжатый кулак Санса. — Если хочешь рассказать нам что-нибудь полезное, брось карандаш. Если мне понравится то, что ты скажешь… Санс выплюнул противную цепочку ругательств, которые были трагически заглушены его подтяжками, затем сжал в кулаке карандаш. Он раскололся на три части, которые он выпустил сквозь пальцы на пол. Партнер моргнул, потом медленно откинулся на спинку стула с непроницаемым выражением лица. — Ты собираешься трахать его пальцами весь день или перейдешь к делу? — холодно спросил он Дубинкового парня. Санс вскрикнул, когда пальцы были выдернуты, оставив его киску гореть и болеть. Секундой позже что-то круглое и пугающе большое прижалось между его половыми губами, лениво скользя взад и вперед по его входу медленными, беспрепятственными движениями. — Разве это имеет значение? — Дубинковый парень фыркнул, затем выпрямился и толкнулся вперед. Санс закричал, цепляясь за стол и тщетно скребя по кафельному полу пальцами ног в носках. Проникновение было слишком, слишком чертовски большим, и это было больно, но это быстро подавлялось тем, как оно продолжало бить его прямо в гребаную точку джи, снова, снова и снова— Партнер небрежно расстегнул брюки, сунул руку внутрь и принялся гладить себя с долгим удовлетворенным вздохом. — Говорил же тебе, Санс. Тебе действительно нужно, чтобы я был хорошим копом, — сказал он сочувственно, когда Санс с долгим, мучительным криком вынес свой оргазм.

***

В то утро тюрьма была почти пуста. Просто пьяница, отоспавшийся после вчерашнего баловства, и этот забавный маленький скелет-монстр, который сказал, что его зовут Санс. Гэри не нравилось, как часто арестовывали этого маленького парня. Казалось, что слишком много не в то время, не в том месте, когда на самом деле ничего не случалось, но никто никогда не спрашивал его. Его работа состояла в том, чтобы наблюдать за тюрьмой, а не высказывать свое мнение. Гэри пробирался по тюремному блоку, методично совершая обход. Пьяница храпел и будет мертв для всего мира еще часа три, пока надзиратель не вышвырнет его на улицу. Санс забился в дальний угол камеры, свернувшись калачиком на полу, обхватив себя руками и ногами. Бедняга был похож на паука, за которым кто-то охотился со свернутым журналом. Гэри медленно покачал головой и направился к кофеварке. Проклятые, самоуверенные новобранцы, приезжающие из большого города и плохо обращающиеся с другими. Ничего хорошего из этого не выйдет, вот увидят. Не то чтобы его кто-то спрашивал. Всё еще ворча себе под нос, Гэри налил себе полстакана кофе, затем наполнил его до конца молоком и добавил тошнотворное количество сахара. С кружкой в руке он вернулся в камеру Санса и тихо поставил ее на землю прямо за решеткой. Покончив с этим, он вернулся к своему столу, вытащил дневную газету и перелистнул кроссворд, сложив страницу в аккуратный квадрат, прежде чем просмотреть дневные подсказки. Много с подвохами сегодня… Из тюремного блока донесся тихий шорох. Гэри поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как костлявая рука медленно высунулась из-за решетки, осторожно зацепила пальцем ручку кружки и потащила ее обратно в камеру. — Движущая сила? Девять букв? — крикнул он, облизывая кончик карандаша и заполняя пару простых колонок. Последовало долгое молчание, а затем рука снова появилась и поставила пустую кофейную чашку за решеткой. — Двигатель. Да брось, это же легко, — прохрипел Санс. — Да, да, умный парень. Не нужно тыкать носом, — проворчал Гэри, старательно подбирая слова под хриплый смешок Санса.