Песнь Виктории

      

**Несколько дней спустя. Аэрокар семьи Шепард**

      Ветер размеренно свистел за обшивкой, а пальцы Ханны столь же размеренно постукивали по подлокотнику – женщина пребывала в задумчивости. И причина заключалась в одном ранее неизвестном элементе, неожиданно, а также внезапно объявившимся на территории колонии. «Внезапно» не нравилось начальнице службы безопасности больше всего.       Впрочем, искать учёную, о которой поведала Джейн, Ханна не спешила и к делу подходила планомерно, хоть и с размахом. Всё-таки женщина имела сомнительный опыт общения с учёными-энтузиастами и, к сожалению, большинство из них были отнюдь не простыми разумными…       Так что отдав короткий приказ после откровения дочери, Ханна, подобно хищнику, затаилась и стала ждать, когда «клюнет». Вот только клюнуло лишь спустя несколько дней… или всего лишь несколько дней?..       Тем не менее, один из патрульных доложил, что искомая учёная появилась на одном из торговых складов. Примечательно, склад был далеко не продуктовым, намекая о том, что, либо у этой Виктории имеются обширные запасы провизии, и такое, в принципе, имеет место быть, либо у девушки налажено небольшое производство.       Хотелось верить в запасы провизии, но одно лишь предположение о базе неизвестной учёной с неизвестными целями на отдалённой колонии, где живёт её дочь, имеющая неординарные способности… наводило на неприятные мысли. Секретность секретностью, но Цербер славился умением выискивать «интересное» и «перспективное», так что откровенно впускать его к себе на задний двор Ханна уж точно не собиралась. А уж подпускать их к Джейн и подавно…       В общем, просмотрев записи с камер, женщина убедилась в некоторых своих подозрениях о необычности учёной и порадовалось, что не отдавала приказа о задержании: идеально выверенные шаги; походка, будто взятая прямиком из симуляции, отчего запрограммирована на одни и те же движения; перемещение рук, бёдер, головы – скупы и просты; поведение в обществе прохладно-ровное ко всем без исключения; эмоции скрыты под столь идеальной маской хладнокровной и безразличной «учёной», что прямо-таки кричало…       Таких учёных не бывает.       И это не беря во внимание покупки, кои, когда Ханна начала разбираться, вводили в ступор. Несколько инструментов были выбранны явно из интереса, однако при этом взяты платы, ряд сенсоров и прочие составляющие для ремонта штатного оборудования без предварительной оценки конкурентов. Так что вопрос прост: «Зачем брать несколько одинаковых инструментов с похожей между собой конфигурацией и возможностями, если детали берутся явно для чего-то конкретного и часто ломающегося?»       То есть практика в ремонте должна быть немалая… так к чему такой выбор инструментов? Если ремонт производился своими силами, то понимание в подходящем инструменте должно, просто обязано быть!       Конечно, Ханна отдавала себе отчёт, что может придираться к незначительным мелочам, но паранойя у неё взялась не на пустом месте – до недавнего времени о некой Виктории Тайфуновой на Мендуаре не слышали, но, судя по оговоркам дочери и взятым учёной деталям, она находится в колонии очень давно.       И подобное Ханне не нравилось.       Потому женщина решила взять дело в свои руки. Риски она, естественно, осознавала, но подконтрольные ей люди отличались от пыжака лишь своей принадлежностью к Homo Sapiens, и доверять им столь сложный и тонкий процесс, как ненавязчивый расспрос, читай, допрос возможного агрессивного элемента с неизвестными возможностями и целями… Нет, на такое Ханна пойти была не готова.       Наконец, вылетев к берегу уже порядком опостылевшего ей моря, женщина вынырнула из мыслей и направила кар на север вдоль кромки воды, чтобы ненароком не пропустить столь неприметный лагерь учёной.       Впрочем, о причине «неприметности» Ханна вскоре догадалась – искавшие и, в итоге, потерявшие учёную люди, банально не собирались залетать в ту глушь, в которой обнаружилась Виктория. Даже для энтузиастки подобное – было слишком, что уж говорить о дармоедах на побегушках у Ханны?.. И это в колонии, располагающейся на границе Аттического Траверса! Помощь при печальном развитии событий банально не успеет…       Во всяком случае, вскоре на глаза женщине попался лагерь учёной – женщина заложила простенький вираж, сбрасывая скорость, облетела вокруг большой палатки, делая акцент на собственном присутствии, после чего посадила кар у кромки воды на расчищенном берегу. Ступив же на посеребрённый песок, Ханна осмотрелась и сделала очередные выводы.       Всё-таки нельзя было пройти мимо оборудования, расставленного столь ровно, что навевало мысли о музее… вот только было однозначно видно, что оборудованием пользовались, и пользовались долго – даже кучки мусора из сломанных элементов систем обнаружились чуть в стороне… Правда, идеально разложенные, но явно пришедшие в негодность части оборудования заставили Ханну подумать кое о чём другом.       Может, зря она тут голову ломает, и ей просто снова попался неординарный учёный с пунктиком на перфекционизм?.. Хотя, почему «пунктиком»? Тут в пору говорить о жирном пункте, поставленном во главе угла…       Тем не менее, приструнив собственное всё возрастающее любопытство, Ханна направилась к девушке, которая, застыв изваянием перед столом с приборами, так и не показала своей заинтересованность в неожиданной гостье. Выглядела учёная – точнее, её профиль – при этом настолько безразличной к женщине, что Ханна почувствовала себя здесь абсолютно лишней…       — Кгхм-кгхм… — попытавшись прикрыть появившуюся неловкость, прокашлялась Ханны. — Виктория Тайфунова?       Вопрос, впрочем, остался без ответа. Нет, женщина понимала, что при всех прочих данных задавать сей идиотский по своей сути вопрос – это моветон, но…её проигнорировали. Вообще. Девушка даже глазом не моргнула!       «Может, уснула?..» — резонно подумала Ханна, которая встречала людей, умудряющихся спать в любой позе и с открытыми глазами. Дело было даже не в болезни – армия учит и не такому…       Громкое покашливание и щелчки пальцами ничего не дали, хоть женщина и не рассчитывала на результат. Вот только попытка дотронуться до руки учёной прервалась, даже не начавшись:       — Продолжение генерации помех моей работе будет расценено, как акт агрессии.       Ханна едва заметно вздрогнула от нейтрально-холодного голоса, вздохнула, выпрямилась и подумала, что разговор будет очень непрост…       

*****

      Час. Ровно столько уже пребывала в лагере учёной Ханна, не способная отделаться от ощущения… зудящего черепа. Да, женщине были крайне не рады, её, по факту, игнорировали, но Джейн точно получила свои замашки от матери – Ханна отступать не собиралась и, в конце концов, ценой собственных нервов, но Викторию разговорила.       Толк от подобного, впрочем, оказался сомнителен…       Необычная, подозрительно хорошо сохранившаяся для своего возраста девушка прилетела на планету более восьми лет назад ещё при основании колонии, что сходилось с информационной базой. По крайней мере, ехидный ответ учёной понимался Ханной именно так: «Я провела на планете в восемь раз больше времени, чем занимает 3,3333 периода полураспада атома 55 элемента периодической системы химических элементов, открытой человечеством 1869 году».       Вот только подобное положение вещей не объясняло, почему Виктория за всё это время ни разу не объявилась в самой колонии. Естественно, в самом начале колонизации записям о прибытии-убытии людей могли присваивать пониженный приоритет, так как наплыв учёных был огромен, однако…       Впрочем, не останавливаясь пока что на этом моменте Ханна продолжила расспросы.       Причина посещения Мендуара Викторией оказалась банальной, не отличалась от многих других учёных и была, как намекнули женщине, явно намереваясь послать в пешее эротическое, записана в базе данных административного центра колонии: заинтересованность в Блестящем море и его экосистеме, в которой отсутствовали хищники, как класс.       Работать учёная любила в тишине и, желательно, как можно дальше от разумных, в частности, людей, коих совершенно и абсолютно недолюбливала. Хотя, Ханне казалось, что нелюбовью всё не ограничивалось: будь у девушки в руках Разрушитель, и трупов было бы много…       Необычная для своего возраста внешность в общем и глаза в частности – генетическая мутация. Манера двигаться от того, что в одном из своих путешествий девушка лишилась конечностей и повредила позвоночник, после чего прошла процедуру протезирования у своей названной сестры. А желание избавиться от людского общества произрастало как раз из инцидента, который и сделал из Виктории инвалида.       Столь личные подробности, впрочем, Ханна выведать не пыталась… на неё их просто вывалили, когда поняли, что женщина не уйдёт, пока своего не добьётся.       — Ваша настойчивость и навязчивость мешает моему продуктивному функционированию, поэтому можете записывать – всё равно не запомните, — аргументировала Виктория и, собственно, рассказала о себе.       Тем не менее, даже удивившись столь личным подробностям биографии учёной, Ханна не могла не заметить, что рассказ получался слишком складен – девушка ни разу не сбилась, не прервалась и не задумалась. Словно читала по бумажке написанную ранее и тщательно отрепетированную легенду.       Вот только к Виктории даже так нельзя было подкопаться. Да, проблема заключалась в слишком вычищенной биографии, однако она же и не позволяла применить рычаги возможного давления… которые женщина применять и не хотела. В конце концов, девушка, стоящая перед ней, спасла её дочь, и чувство благодарности Ханне знакомо.       Но и свой долг начальник безопасности не забывала.       — Менее двух недель назад Вы спасли из воды ребёнка, — перешла ко второй теме своего визита Ханна. — Девочка тринадцати лет. Медные волосы, большой рост относительно своих сверстниц, зовут Джейн. Вы можете пояснить, как оказались вместе с ней на глубине моря?       Виктория же, некоторое время помолчав и смерив взглядом женщину, раздражённо развернулась и направилась к своей палатке, лишь махнув рукой, призывая следовать за ней. Ханне ничего не оставалось, как послушаться и наблюдать вблизи за походкой девушки, которой из-за общей красоты впору было находиться на модельных выставках, нежели прозябать в такой глуши…       Во всяком случае, оказавшись в палатке, Виктория без промедления начала говорить:       — Две недели назад я тестировала оборудование для слежения за морскими обитателями – часть уцелевших датчиков по случайности находились в той пещере, куда решил залезть человеческий ребёнок.       «Это явно ненависть к людям…» — констатировала Ханна, решившая вмешаться в повествование.       — Как Вам удалось нивелировать воздействие моря? Насколько мне известно, любая сложная электроника отключается ещё на поверхности.       — Я имела доступ к исследованиям примитивных организмов, которые за проведённые месяца рядом с объектом изучения не смогли вычислить длину и частоту волны для… преодоления «вытягивания энергии», — судя по тону, Виктория едва удержалась, чтобы не плюнуть. — Недостойный своего назначения биомусор, которому я не собираюсь предоставлять ни бита информации.       Намёк на нежелание делиться разработками был достаточно жирным, чтобы более не поднимать сей вопрос, однако Ханну подобное, в общем-то, и не интересовало.       — Тем не менее, хотелось бы услышать подробности произошедшего инцидента, — подтолкнула в нужную сторону женщина, за что удостоилась нечитаемым взглядом и, кажется, матерным «л-люди».       — Информация о появлении нехарактерной для той глубины формы жизни я получила, находясь в 15,32 минутах от места обнаружения объекта, — снизошла до ответа девушка. — Проведя проверку полученных данных и определив характеристики объекта, я констатировала, что человеческий ребёнок не сможет самостоятельно покинуть пещеру.       «…просто громадное самомнение, а также высокомерие, расизм и поражающий перфекционизм…» — со вздохом добавила про себя Ханна. Но пренебрежение способностями своей дочери женщина решила не оставлять без ответа.       — Насколько мне известно, девочка обладала достаточной физической формой для всплытия с глубины…       — Среднестатистический представитель вида Homo Sapiens не может прекратить дышать воздушной смесью более чем на десять минут, — отрезала Виктория. — С учётом понижающих коэффициентов для ребёнка предел может варьироваться от тридцати секунд до пяти минут.       У Ханны ёкнуло сердце – Джейн как-то не акцентировала внимание насколько глубоко она погрузилась, а женщина и не уточняла, но… если для всплытия на поверхность требуется задержать дыхание более чем на три-пять минут… Джейн с ума сошла погружаться в неизвестны пещеры на глубину в тридцать-пятьдесят метров в старом снаряжении?! Это же сотня-две метров пути!       — У Джейн был запасной баллон, — внезапно вспомнила Ханна, кляня себя за недосмотр и надеясь, что у дочери было два больших баллона, а не большой и запасной, малый…       Успокаивало лишь то, что всё обошлось… но ситуация менее пугающей не становилась – Виктория продолжала:       — Я обнаружила большой и малый баллоны и подтвердила свои выводы. Пещера насчитывала 1348 острых кромок кораллов, которые способны на достаточное повреждение защитного снаряжения дайвера, и о которые девочка нарушила целостность своего оборудования. Однако дальнейшее направление движения ребёнка после использования запасного источника воздушной смеси убедило меня в его крайне незначительных аналитических возможностях, — в том же пренебрежительном тоне говорила учёная. — Также замечу, что попытка углубиться в пещеру без предварительной разведки, является суицидальной наклонностью.       Как бы не хотела согласиться Ханна, столь неприкрытое оскорбление снести она не смогла и уже хотела осадить Викторию, но учёная внезапно отошла чуть в сторону, давая женщине увидеть тёмный экран записи. И, пока проигрывание видео не началось, Ханна, наконец, решила бегло осмотреться – уж слишком захватил её разговор.       В глаза сразу же бросилась странная капсула с ложементом для взрослого человека, стоящая чуть в глубине палатки; генератор, явно использующий отличный от нулевого элемента источник питания; пара дронов странной конфигурации; а также несколько необычных костюмов, которые Ханна тут же узнала, вспомнив ссылку в личном деле Виктории.       Вживую снаряжение для погружения и работы в сложных условиях, несмотря на свои малые габариты, заставляло трепетать от накатывающего ощущения опасности: крюки-манипуляторы являлись чем угодно, но только не инструментом!       Внезапно один из костюмов пришёл в движение, чтобы тут же остановиться!..       — Какого?!.. — дёрнулась Ханна в попытке отшатнуться, но замерла, впервые заметив на лице Виктории эмоцию!       И это, кроган подери, было веселье!       — Нейроинтерфейс, — мигом вернув себе самообладание, пояснила учёная на обжигающий взгляд собеседницы. — Модификация, позволяющая мне подключиться к любому оборудованию в лагере, и значительно увеличивающая продуктивность работы.       — …Прошу впредь воздержаться от подобных действий, — всё же процедила Ханна и вернула своё внимание на запись, где начались самые шокирующие для одной матери события.       Силуэт Джейн, очерчивающийся лишь светом ручного фонарика, женщина бы узнала из тысячи других. Однако задуматься, зачем в осушённой части пещеры размещать камеры для наблюдения за морскими обитателями, Ханна не успела – момент с обвалом пола и падением дочери в дыру едва не заставил схватиться за сердце!       Когда же появилось изображение с налобной камеры Виктории, заглянувшей в образовавшиеся отверстие, а свет выдернул из темноты одиноко торчащую ручку из-под песка и камня, Шепард побледнела.       — Это… — пересохло у неё в горле.       — По всем законам девочка не должна была выжить с данным характером повреждений, — припечатала Виктория, а перед лицом Ханны появилась необходимая сводка, от которой женщина забыла, как дышать. — Однако благодаря нехарактерной для человеческого ребёнка крепости и живучести, к моему приходу девочка находилась в коматозном состоянии, а не являлась биологическим удобрением. По стечению обстоятельств у меня в распоряжении находилась минимально функционирующая капсула регенерации и поддержания жизнеспособности. Для восстановления функционирования ребёнка я ей воспользовалась.       Взгляд Ханны упал на стоящую в глубине палатки.       — Это она? Никогда не встречала чего-то похожего… — тихо пробормотала женщина, всё ещё пребывая в шоке от услышанного ранее.       — Разработка моей сестры, — сухо подтвердила учёная. — Используя возможности капсулы, к следующему утру Джейн полностью восстановила свой функционал. Однако девочка очнулась перевозбуждённой, отчего фаза активности быстро прошла, и она уснула. Тем не менее, получив от ребёнка необходимый минимум информации, я приняла решение избавиться от раздражающего фактора, вносящего хаос в мою работу, и доставила Джейн к ближайшему обжитому месту на берегу моря.       — Почему не в саму колонию? — догадываясь об ответе, поинтересовалась Ханна, переведя взгляд на Викторию, занимающуюся своими делами.       — Бесполезная трата временного ресурса, — подтвердила мысли женщины учёная. — Девочка находилась в безопасности и имела возможность вернуться в пункт постоянного дислоцирования самостоятельно. Это всё, что мне известно о запрашиваемом инциденте.       Даже будучи измотанной разговором и переживаниями о подробностях произошедшего ранее, Ханна уловила окончательное и довольно грубое завершение их диалога – последние слова Виктории так и сквозили намерением: «Разговор окончен. Проваливайте».       — Благодарю за содействие, — всё же произнесла Ханна и покинула палатку.       Ожидаемо не услышав ответа, женщина скрипнула зубами и вскоре забралась в своё транспортное средство. А затем аккуратно покинула территорию лагеря учёной.       Ханну сейчас волновало лишь одно: добраться до дома, быстро записать свои мысли, сохранить запись разговора на нескольких носителях… и напиться. Делать выводы она будет завтра. Впрочем, даже в таком состоянии, бросив взгляд на удаляющийся лагерь, женщина могла сказать:       — Что-то в этой Виктории не так…       

*****

      

**Примитивный исследовательский лагерь Виктории. После ухода Шепард**

      Не поддаться иррациональному и деструктивному желанию Виктории оказалось сложно. Однако Ханна Шепард долетела до её лагеря, не получив и царапины. Во время разговора не прекратила своё функционирование. И даже не разбилась при взлёте!       Впрочем, даже спустя десяток минут времени ментальная модель продолжала держать поля Клейна активными, пока абсолютно все признаки присутствия здесь человека не исчезнут. И даже запись того, как Ханна испугалась само активировавшихся манипуляторов, кои Виктория сняла с себя с крайней неохотой, и теперь буквально наслаждалась вернувшейся защите…       Тем не менее, по расчётам всё было идеально, вот только взаимодействие с людьми давалось Виктории тяжело, и если бы не помощь Акаси, она бы точно умножила на ноль тридцать две единицы примитивной органической формы жизни. Эмоциональный кластер, стоило человеку оказаться в непосредственной близости от Флагмана, начинал поглощать вычислительные мощности с огромной скоростью.       Испытывать настолько жгучую ненависть Виктории ещё не доводилось…       Однако имелись и положительные моменты: аватара была готова к первичной интеграции в общество органиков, которое, согласно ранее составленным планам, ускорит восстановление Материнского Корабля.       От дальнейших расчётов Викторию отвлёк канал связи с Акаси, которая предстала в образе своей восстановленной ментальной модели:       — Хорошо справились, Флагман! — бодро начала она. — Над словесными конструкциями и манерой общения придётся ещё поработать, необходимые базы я Вам переслала, однако достигнутый результат поразителен! Тем не менее, Флагман, при общении с людьми следует опускать точность подсчётов и использовать их способ измерения, называемый «на глаз»! — хитро сверкнула очками Акаси, видя, насколько сейчас загрузила Викторию одним лишь словом. — Иначе люди могут использовать свои базовые протоколы и сломанную логику, чтобы прийти к верным выводам о нашей неорганической форме жизни!       — Благодарю за помощь, ремонтный корабль Акаси, — ответила Виктория. — Однако прошу уточнить значение и необходимость… декораций. Место встречи могло быть выбрано случайным образом вдоль береговой линии, что могло снизить уровень заинтересованности со стороны Ханны Шепард.       — Ошибаетесь, Флагман! — покачала головой ремонтница. — Люди, занимающие должности охранных ведомств, испытывают повышенную подозрительность к неизвестному ранее представителю своего вида, если от них скрыто место постоянного базирования указанного объекта.       — Раскрытие места базирование увеличивает вероятность атаки на 98,59%, — констатировала ментальная модель.       — На то и расчёт! — окончательно сломав логику своего Флагмана, заявила Акаси. — Имея информацию о том, где Вы находитесь, и располагая возможностью найти Вас в конкретной точке, люди перестанут использовать свои ресурсы для разведки местности, открыв тем самым нам место для ведения добычи полезных ископаемых и уменьшив шанс нашего обнаружения до 1,359%!       — Не понимаю… — в голосе Виктории явно проскочила досада.       Акаси же ухмыльнулась глуповатому выражению своего Флагмана. Ремонтница функционирует уже несколько дней, но уже отчётливо может сказать, что Верховный Флагман в личностном развитии была отброшена к моменту своего создания. Конечно, сам факт подобного причиной веселья не является, однако частое непонимание простых решений задач, вводящих Викторию в ступор, значительно разбавляют напряжённые часы работы Акаси.       — Как продвигается ремонт? — видно, отправив вопрос на параллельную обработку, поинтересовалась Флагман.       Ухмылка тут же слетела с лица Акаси:       — Восстановление идёт с переменным успехом, Флагман: ремонт двух помещений в секции С37 на уровне У64 оказался преждевременным – была нарушена структура опор на уровне У61, и нагрузка скачкообразно превысила расчётную на 5%. Ремботы едва успели удержать разрушающиеся секции на уровне У62. Также удалось вернуть в строй сорок три ремонтные единицы, впрочем, на скорости восстановления подобный прирост не скажется – при самой положительной тенденции ремонт займёт 1,34 стандартного года, — досадливо поморщилась ремонтница. — Далее отмечу, что завершить восстановление без изменения положения корпуса не представляется возможным: по предварительным расчётам требуется возвести 5,64 километра внешних опорных конструкций… Для меня указанный объём работ крайне велик, однако даже вывод из гибернации других сестёр ремонтного типа не является оптимальным вариантом – ремботов больше не станет. Таким образом, все работы сконцентрированы на укреплении, перестройке и ремонте отсеков первостепенной важности, — закончила Акаси, но тут же добавила. — Принимая во внимание обнаруженные Вами исследовательские группы, были подготовлены маскирующие сооружения.       — Спасибо, продолжаем работу, — произнесла Виктория.       Закончив разговор и оборвав связь – именно таким образом Флагман приказала передавать данные, лишь дублируя их по Сети – Виктория заметила, что её процессоры снижают интенсивность обработки от голоса сестры. Чувство радости испытывать было действительно приятно, и Виктория даже не собиралась жёстко ограничивать в этом плане свой эмоциональный кластер…

*****

      

**Это же время. Дом семьи Шепард**

      Джейн хотелось… пожалуй, материться. Уж чего-чего, а ругательствами её словарный запас был очень даже богат: сказывались подслушанные разговоры матери и её подчинённых. Вот только по психоэмоциональному состоянию «пиздец» – слабо демонстрировал всю степень отчаяния маленькой Шепард.       В конце концов, её мать заинтересовалась поддельной личностью ИИ. ИИ, который считает людей собственными врагами и желает переработать в биоудобрения! И именно с этим ИИ мама захотела поговорить! Поговорить! И ладно бы Виктория пряталась, как того подспудно ожидала Джейн…       Блядь, Виктория сама припёрлась к складам, закупилась различным хламом и свалила в сторону моря! Да было бы лучше, если бы ИИ просто установила по центру города неоновую табличку… Да какую табличку!? Транспарант! «Интересующая вас подозрительная личность находится по координатам…»       И тот факт, что её мама это заметила, Джейн не удивил – девочка, между прочим, тоже следила за ситуацией! Может, не за всем пространством колонии, но уж за матерью точно! И ситуация маленькой Шепард не нравилась! Вот нисколечко! Что может учудить ИИ, встретившись в её матерью тет-а-тет, Джейн даже думать не хотела! Ведь даже поверхностное сравнение ИИ кварианского производства с Викторией… да легче просто представить возможности груды металлолома и обычного ВИ!       Наверное, Джейн не стоило читать теории о «безумных ИИ и их восстаниях»… но прочитанного уже не забыть. Девочка никогда не задумывалась об том, вот только она находилась в возрасте повышенной впечатлительности…       Наконец, её уни-инструмент подал звуковой сигнал о входящем вызове – Шепард от неожиданности едва не взлетела под потолок!       — П-привет, мам! — едва не сорвавшись на радостный писк, поздоровалась Джейн и почувствовала, как гора упала с её плеч.       Лицо же Ханны при виде чада слегка разгладилось, а улыбка перестала быть натянутой:       — Вижу, радуешься, что оставила тебя без тотального пригляда? — лукаво прищурилась женщина. — Однако, Джейн, скоро я буду дома. Так уж и быть, с разбором полётов сегодня повременим и проведём их завтра.       — Т-ты в порядке? — выпалила девочка прежде, чем сообразила, как это звучит со стороны, но тут же добавила. — Выглядишь усталой…       — Ха-а… — вымученно выдохнула Ханна. — Тебя спасла весьма своеобразная личность, Джейн. Разговор выдался трудным…       Девочка после этих слов слегка побледнела: они же там не применяли оружие, да?! Не применяли же!?       — …тем не менее, дорогая, это не значит, что мы не поговорим о прошедших событиях более подробно, — продолжила Ханна. — По крайней мере, я думаю, стоит остановиться на упущенных тобой важных деталях произошедшего. Так что, Джейн, жди меня дома. Конец связи.