История одной карьеры

Утро началось с типичных вещей. Умывание. Переодевание в платье. Обеденный холл. Просьба принести газету. Но в этот раз Тень действовала машинально, не пересекаясь ни с кем взглядом, не обращая внимания на странности. Разум новенькой витал где-то в иных мирах, напрочь игнорируя эту двинутую реальность. Кроме нелепой просьбы принести газету (кто их вообще читает?), были и другие мелкие поручения. Вроде запечатывания письма, доставки подносов с едой и проведения влажной уборки. Эмма выполняла все указания, игнорируя вновь нырявшую под стол Фиалку, хитро посматривающую на неё Дурман и выпуклую грудь Зефир, скрытую новой блузой и ремешками псевдо-корсета. "Вчерашнее не повторится. Это было какое-то наваждение", - мысль сформировалась и тут же растворилась в рутине дня. - Тень, - глухой и спокойный голос хозяина звучал органично, совпадая по тону с настроем девушки. - Помоги Пламени в саду. Это последнее поручение на сегодня. Эмма кивнула и отправилась на улицу. На крыльце её встретил Гвоздь и учтиво указал дорожку ведущую к саду. Девушка поспешила в сторону живописно раскинувшихся зелёных посадок. Уже вечерело и стало ощутимо прохладно. В платье без бюстгальтера Тень прочувствовала это в полной мере. Зелёный комбинезон не сразу бросился в глаза в окружении газонной травы и кустарников. Но рыжие волосы, стремящиеся по цвету к тёмной бронзе, смогли стать для Эммы хорошим ориентиром. - Я пришла помочь, - чётко произнесла Тень, будто оповещая о прибытии на военный объект. - Что от меня требуется? - А, - отвлеклась от созерцания искусственно созданных полян Пламя. - Уже ничего. Я ещё днём просила. Хозяин наверное забыл. Ну не страшно, я сама справилась. - Хорошо, - Эмма смутилась. Она надеялась на новую работу, чтобы вновь погрузиться в машинальное состояние. - Чай будешь? Вон там в подсобке, в термосе. Огневолосая садовница мотнула головой в сторону небольшого деревянного сарайчика. - Давай, - зябко поёжилась Тень. - Горячий? - Горячий. У меня всё горячее. На краешке сознания мелькнула сцена прибытия в дом. Лоснящиеся от пота груди садовницы и маленькие пальчики Дурман. Тут же в воспоминание вклинились собственные пальцы Эммы, жадно охватывающие объёмы Зефир. "Отбросить. Забыть." - Ты чего? - заботливо спросила Пламя. Девушки уже добрались до подсобки и Эмма сейчас стояла в проходе, потирая указательным пальцем переносицу. - Я... да так, - Тень потрясла головой, завязанные в хвостик волосы отрезвляюще побили её по щекам. - Где можно присесть? Пламя усадила Эмму на неказистый табурет возле грубо сколоченного стола, сама устроилась на подобном же с другой стороны. Тепло улыбаясь садовница разлила из высокого серебристого термоса в пузатые белые чашки ароматный чай. От горячей бордовой жидкости веяло чем-то сладким и одновременно терпким. Тень с удовольствием втянула воздух через ноздри и блаженно выдохнула через рот. В сознании ярко воспроизвёлся стон Зефир. Тень вздрогнула, но взяла себя в руки, а в руки чашку и осторожно пригубила согревающий напиток. "Очень уютный вкус. Какие-то травы с ягодами похоже." - Хочешь что-то обсудить, - хлебнув из своей чашки, спросила Пламя. "Вот как? Может она хоть нормальная?" - Что здесь творится? Почему... - Слишком сложные вопросы, - садовница остановила Тень на полуслове. Обе девушки сделали ещё по глотку. - Ты сама всё поймёшь позже. Какой-то один простой вопрос. Я между прочим устала. Сегодня целый день пересаживала цветы с клумбы в теплицу. - Я бы помогла. Мне сказали поздно. - Один простой вопрос, - интонации Пламени напомнили Тени о школьных годах. Её будто учительница отчитывала. Эмма внимательно посмотрела на садовницу. На широком бледном лбу Пламени выступила испарина, бусинки влаги украшали и пространство над губами. Щёки и нос чуть подёрнулись алым, но даже разгорячившееся от чая лицо садовницы оставалось преимущественно блеклым. - Почему Пламя? - Я дольше всех выдерживаю секс в сауне. И волосы рыжие. Думаю поэтому. Честный вопрос. Честный ответ. - А почему я тогда Тень? - переварив информацию выпалила Эмма. - Один вопрос, помнишь? - садовница бросила мягкий свёрток на колени Тени. - На вот, полотенце. Протри тело. А то продует, пока до дома добежишь. Эмма ощутила что изрядно пропотела от горячего чая и платье теперь неприятно липнет к коже. - Ой, - сконфузилась она. - А помоги снять, действительно надо вытереться. - Нам нельзя тебя трогать, - картинно подняв руки вверх, пробормотала Пламя. - Это правило. - Друг друга то вы лапаете, - проворчала Эмма и насколько смогла обтёрла тело пушистым полотенцем, засунув руку в вырез платья. - Тебе нас можно, - услышала звук расстёгивающейся молнии Тень. - Меня оботрёшь? Две плотных, пышущих жаром округлости смотрели на новенькую. Половина комбинезона бесхозно болталась у пояса. "Грудь у неё тоже молочно-бледная", - отметила мысленно Эмма, но собралась с духом и бросила полотенце в сторону садовницы. Не дожидаясь реакции, девушка развернулась и встретилась взглядом с хозяином. Он спокойно смотрел на новенькую. "Опять подкрался", - Тень внутренне обозлилась. - "И опять стоит как истукан. Улыбнись, язык покажи. Ну хоть какую-то эмоцию выдай!" С этими воинственными мыслями Эмма вплотную приблизилась к мужчине и размашисто лизнула его подбородок. Язык заколола редкая щетина. Девушке стало одновременно стыдно и смешно. Она никак не ожидала от себя такого. Хотя и вчерашние свои действия были для Тени сюрпризом. - На сегодня работа завершена. Можете отдыхать, - вероятно Эмме показалось, но в глубине, где-то за непробиваемым панцирем истукана, кажется захлебнулся подавленный смешок. Тень кивнула, вышла из подсобки и быстрым шагом направилась в сторону дома. Щёки запылали с новой силой, теперь уже от вихря противоречивых чувств. Чуть отойдя от сарайчика она остановилась, почесала верхней челюстью кончик языка и сплюнула на землю волосок. За спиной уже привычно зазвучали женские стоны. Эмма на секунду замешкалась, вслушиваясь в басовитые стенания Пламени. Ладони будто ощутили жар и плотность груди садовницы. Тень резко мотнула головой и устремилась к крыльцу. Дом вновь встретил девушку тишиной и она привычным маршрутом добралась до своей комнаты и переоделась в ночное бельё. Упав на кровать, Тень задумчиво пощупала свою левую грудь через ткань ночной рубашки. Аккуратная округлость покорно расплющилась под натиском пальцев девушки. Тут же встревоженный сосок потёрся о тёплый материал ночнушки. Эмма фыркнула и перевернулась на живот, оставив грудь в покое. За дверью что-то зашуршало. До ушей Тени донёсся едва различимый шёпот. Опять шуршание. Любопытство победило накатывающую понемногу дремоту и Эмма поднялась с кровати. Неслышно просеменив босыми ногами до двери, она слегка потянула её на себя. В образовавшийся проём был виден небольшой участок коридора. В видимой части коридора никого не было, зато стало лучше слышно говорящих. - Здесь? - очень тихо прошелестел женский голос. Подсушивающая девушка не смогла понять кому он принадлежит. - Да, - этот властный голос принадлежал Фиалке. Даже в шёпоте прослеживались нотки доминации. - А если Тень услышит? - шикнула Зефир. Наконец её кроткий голос стал узнаваем. - И что? Она здесь ненадолго. Хозяин её не принимает, - слова Фиалки больно резанули эго Эммы. Но та стоически сдержалась и не вышла в коридор. В конце концов девушка и сама не определилась, хочет ли оставаться в этом доме. - Зачем ты так? - укоризненно прошептала служанка. - Ей сложно... - Поэтому хозяин её и выгонит, - коротко отрезала властная управляющая. - Сведи их вместе. Вновь зашуршала одежда и послышались жадные причмокивания. Зефир сдержанно засопела. Эмма ярко представила Фиалку, обсасывающую бюст служанки. Глаза закрылись и вновь рука сжала левую грудь. Пальцы другой руки опустились на пупок. Девушка резко остановила руки. "Наверное я и впрямь отсюда уеду" - На сегодня хватит, - Фиалка причмокнула губами. - Не вздумай мастурбировать. - Но я... - На завтраке ты должна сгорать от желания. - Слушаюсь, - Зефир покорно согласилась. Девушки разошлись. Служанка отправилась в одну из комнат в коридоре, а управляющая двинулась к винтовой лестнице. По крайней мере так Тень показалось по звуку шагов. Дверь аккуратно закрылась. Эмма распласталась на кровати. Сны в этот раз были очень сумбурные.