Мелкий собственник

      «Все, кто встречался на его пути, навсегда запоминали его имя. Сокрушительной силой герой раскидывал злодеев в разные стороны, создавая себе благоприятные условия для победы. О Боже, он победил!

Вы хотите стать такими же крутыми, но не знаете как? Выход есть!

Покупайте нашу популярную виноградную Панту! Виноградная Панта от Coca Cola!.»       — Да! — крикнул парень помладше. Он одет в яркую фиолетовую футболку с мерчем героя Панты. Сам Панта находился чуть впереди него. Становится ясно, что мальчик — его ярый фанат, оказывающийся неподалеку от всего происходящего. Герой из рекламы широко улыбается, демонстративно отпивая из бутылки немного газировки.       Шуичи медленно отводил глаза от стыда. Так всех всему учат. Никакой креативности или проявления инициативы со стороны снимающегося. Только бы денег отжать. И почему герой Панта именно здесь согласился выступать? Есть же много разных студий!       Экран мгновенно погас, а пульт по приказанию владельца отправился в небытие к «новым» книгам, пылившимся на полке уже года три. Владелец не читает. Он думает и решает. Книги — пустая трата времени, если это, конечно, не его любимые детективы или манга по «Danganronpa». А ненужное было жалкой романтикой, что не имеет места среди расчетов, планов и вычислений.       На диване лежал Саихара, скучающим взглядом всматривающийся в потолок. Именно он был тем юношей, находившимся в рекламировании Панты. Единственный раз, запечатлевшийся в карьере актера. Больше никуда его не брали, да и то — взяли в рекламу с горем пополам. Многие говорили, что он не достоин быть тем, кем сейчас является. Шуичи столько учился на такую сложную профессию, что очень обидно осознавать ненужность своей способности! Тем более, что его заставили! После съёмки многие узнавали его, начиная дразнить за то, что тот впустую потратил почти всю отцовскую зарплату на актерскую деятельность. Больше всего труда в нелюбимом кружке исходило именно от Шуичи. Ну и что он получил?       «Из одного отпрыска получился бы более лучший актер, чем он» — так ему всегда говорили. Да, Шуичи — не профессионал, хотя он еще даже тогда таковым себя не считал… За что именно так с ним? Это его личный выбор, в который никто не должен вмешиваться. Шуичи знает, что сейчас его голова переварит мысли на «простейшие» темы: как поесть, как нормально уснуть, где переночевать, как… умереть?..       Саихара выбросил жестянку, валяющуюся недалеко от него в окно и погрузился в пучину своих иных мыслей, начиная грызть свои ногти. Неужели он на всю жизнь останется. Таким? Одиноким, злющим, закомплексованным и живущим бесцельным существованием? И долго ли народ будет потешаться над ним?.. Наверное, да. Ему постоянно не везло, а в школе над ним смеялись из-за его стеснительности. Предавали друзья, называя его скучным и неинтересным, врали, что ценят и хранят дружбу с ним. Девушки шутливо называли его «Героем всех времен», а однажды дело дошло до того, что его измазали лаком. Просто потому, что он хотел пообщаться с всеобщей любимицей. Остальные говорили, мол, не надо было выпирать Панту и Героя в роли идеальнейшего напитка, у нас есть кока-кола и другие газировки.       Да, в этом мире ненавидят это. Но Саихара и так перестал бороться с трудностями. Он бесчувственно относился к этому потоку зла. Потому что ушел в свой мир, закрывшись в себе. Возможно, навсегда.

***

      Опять во всех утюгах летает эта реклама. Кокичи обожал ее, но решил оставить ноутбук в покое и выключил его. У него все отлично. Разве что экзамены на ходу, а подтянуть грамматику у отличника попросить не решался.       Кируми в последнее время ведет себя слишком отстранённо для того, чтобы вообще начинать с ней диалог. С Маки и Кайто говорить нечего — они враги, а не друзья. Маки его взаимно ненавидит, а Кайто с ней заодно. Типичный герой, перемешанный с синдромом любови-моркови. Такие типы мешают ему, злобному лидеру тайной организации, творить хаос и ложь во всем мире. Ома нервно сглотнул—он прекрасно понимал, что ни с кем заговорить не сможет, да и помочь: Какая помощь в наше время, если все беспокоятся только о себе?       Опять включилась рекламка, но звуки доносились уже из окна, привлекая всех к общей потасовке младшеклассников. Кокичи надел старую, специально потрепанное пальто, специальным карандашом подвел синяки под глазами, прибавил несколько родинок, чихнул и осторожно высунул голову на улицу, свесив руки в воздухе. В конце концов он нашёл какой-то окурок и обувь на платформе. Он возгордился, ведь его не отличили бы от сорокалетнего мужчины. Никто не может раскрыть Кокичи. Любимая песенка перешла на колонки, и громкими звуковыми волнами заставляла людей крючиться от неприятного ощущения. Эпицентром звука были потасовщики, кольцом окружившие какого-то парня, старающегося то ли напасть, то ли скрыться от них. — Эй, вы что делаете?! —вопрошающе прикрикнув, он грозно взглянул на весь этот балаган. — А ну быстро отстали от пацана! Ух!       Кокичи показал им телефон, светившийся во время звонка полиции. Сотрудники пришли быстро, и обидчиков как ветром сдуло. «Да, зачем же портить свою репутацию маменьких сынков и отличников, гнивших внутри?» —злился Ома.

Ему не нравятся такие люди.

      Они сладкие снаружи, но в глубине души те были теми еще сучками, нуждающимися в смерти. Он прекрасно понимает, что с такими двоякими людьми лучше не иметь чего-либо общего. Обычно те втираются в доверие своими льстивыми фразочками, пользуются, а когда жертвы становятся ненужными—бросают, втыкая нож в спину. Кокичи бросил взгляд на парня и онемел: Он был тем самым ребёнком из рекламы его любимого напитка.       — Это т-ты? — нервно сглотнул Ома, осматривая того со всех сторон.       Шуичи напрягло странное отношение этого незнакомца, да и сам его вид. Ему, взрослому мужчине, около сорока лет, а по голосу и поведению он схож с маленьким ребенком. Незнакомец очень настырный. Конечно, он благодарен ему, но… Кокичи заметил это странное, немного испуганное выражение лица. Кажется, он перестарался со своим вниманием к столь уважительной персоне. Он галантно помог подняться и спросил с дрожью в голосе:       — Я вижу, что ты растерян моими словами, да? Давай я немного переформулирую… Хм… Это ты, Шуичи Саихара, п-парень, снимающийся в «Панте» много лет назад?       — Д-да, это я.       — Пойдем ко мне? — Кокичи весело дернул его за руку, упорно затаскивая мальчика в свой подъезд. Он зашел в лифт, дожидаясь нерасторопного Саихару, остановившегося перед дверями лифта. — Что ты стоишь?       — Я-я… Боюсь.       Шуичи натянул кепку до самого подбородка, лишь бы он не видел его лица. Это подозрительно. Они знакомы лишь пять минут, и незнакомец пригласил Саихару в свою квартиру. А вдруг он что-нибудь сделает? Например, изнасилует? Или еще что похуже? Ома вышел, обошел Шуичи и еле-еле подтолкнул его к лифту. Находится в столь неудобной обуви ему невозможно было находиться. Кокичи редко ходил на этих старых платформах, которые то и дело подводили его.То они ломались, то он на них падал, что и случилось. «Да и вообще, фиг с ними.» — думал он. Зря об этом не задумывался.       Кажется, что они износились с годами, и теперь обувь не крепче маленькой ветки, только появившейся из почечки. Настолько хрупки, что когда Кокичи в конце концов сунул свою ногу в лифт (она застряла), и подошва оторвалась. Потеряв равновесие, мальчик приземлился прямо на Шуичи. Тот испугался не на шутку: сам побледнел, а впалые щечки окрасились в нежно-красный оттенок; дыхание сбилось, а его руки слегка подергивались от нахлынувшего стресса. Вдобавок ко всему подъемник поехал, резко дернувшись вверх. А на середине пути замер, пугающе качаясь над пропастью.       — Успокойся, Шуичи. Все хорошо. Хорошо. Хорошо. — он медленно сполз на пол. Кокичи видел его попытки успокоиться. Видел, что Саихара сильно запаниковал, но с этим ничего не мог поделать. Странное вязкое противное чувство окутало Ому. Наверняка после того, как все наладится, он не захочет ко нему и на метр подойти. Но ведь они только встретились! Ему бы не хотелось отпустить свой объект восхищения куда-либо далеко. Не каждый фанат Панты может выдерживать такую нагрузку, а Шуичи и Кокичи как раз были этим невеликим числом.

***

      Вскоре их спасли. Но Кокичи чувствовал необъяснимую вину перед ним. Мало того, что он насильно затащил Шуичи в свой дом, хоть и не смог, так ещё и заставил его понервничать сильнее обычного. Виновником всей появившейся совести, которая упорно грызла сердце, оказался Шуичи. Саихара мгновенно появился за спиной Кокичи, словно оправдывая выше подуманные слова. «Прости» — больше ничего ему в голову не приходит.       Поправив свою спадавшую на лоб кепку, темноволосый улыбнулся, положив свою руку на его плечо. Понимая, что сам Кокичи прощен, он договорился встретиться с Шуичи рядом с торговым центром, чтобы узнать друг друга получше и раскрыть ему правду о том, что он — такой же школьник как Саихара, правда, немного постарше.       Не помня себя, парень посидел на диване, переваривая информацию, после чего лег спать радостный и счастливый, нетерпеливо ожидая их следующей встречи. Но что-то не спалось, и Ома задумался о Шуичи. Он вспоминал их разговор.

***

      Из непонятного смущенно-недоверчивого рассказа Шуичи он узнал многое о своем новом друге. Ему семнадцать лет, любит детективы, мангу «Герои Панты» и «Danganronpa». Саихаре нравится Кеко Киригири—великий детектив из последней вселенной. Говорят, что она раскрыла множество запутанных дел. Саихара говорил, что в будущем, когда он вырастет, станет детективом.       Кокичи утвердительно кивал головой, поддакивая и размышляя. А ведь реально, вдруг он будет таким же, как Киригири Кёко? Но Шуичи резко замолкнет, лицо его станет грустным и серым, ведь наш Саихара ответит, что это всего лишь мечта. Мечта, которую закопали еще в далеком детстве его друзья. Ома постремился убрать эту серую и столь ненужную в данный момент ноту, поэтому выпалил шутку про улитку, от которой его собеседник тихо рассмеялся.

***

      Кокичи поворочался с боку на бок и подумал, что из всего этого выйдет. Но он понимал, что сделает его своим близким другом. А те, кто этому помешают, будут повержены самим Кокичи.

Ведь все, кто встанет на его путь будут повержены великой силой Панты.