Мелкий собственник

      — Саихара-чан, почему же ты так долго? Я зажда-а-ался! — Кокичи отодвинул очередную упаковку «Panta» подальше от Шуичи, чтобы ему было комфортнее сидеть около него. Вам же неприятно, когда всякий мусор лежит на столе, отвлекая и раздражая от самого главного — своего собеседника? И лжец надеется, что его миловидный друг из-за таких пустяков, как пустая банка, не выведут из колеи.       — П-прости, Кокичи, я немного задержался дома.       — Из-за чего? Неужели опять о Кёко задумался?       — Нет. У меня были другие заботы. — он забавно поправил свою темную кепку, закрывавшую глаза тенью, и отвернулся. Верховному лидеру не понравилось столь скрытное поведение юноши, и тот прикинулся обиженным, потягивая виноградный сок из упаковки, взятый им из дома. — Не обижайся, пожалуйста.       — А вот и обижусь!       — Кокичи!       — Саихара-чан, мы же с тобой друзья, верно? Ты слишком грустный и подавленный для того, чтобы я считал твою версию правдивее моей. Ну расскажи, расскажи!       — Мне не о чем рассказывать.       — Всмысле? Мы зря встретились что-ли? Мы же друзья, а друзья не должны ничего скрывать! — крикнул Ома, вытаскивая Шуичи из этого душного заведения. Оно на него, скорее всего, плохо повлияло. Шуичи пытался идти за ним примерно так же, как и обычно, но почему-то напоминал лишь серую невзрачную тряпочку-флаг, развевающуюся под любым колебанием ветра. Кокичи скрестил руки на груди и обиженно надулся, полуобернувшись от детектива, но и одновременно не теряя его из поля зрения, и стоял так на протяжении некоторого времени. Тёмные волосы с фиолетовым отливом заблестели и намокли под капельками дождя, еще не утихшего, и Саихара вздыхает, вновь открывая свой зонт.       — Ома-кун, долго ли ты будешь так стоять? Я все прекрасно понимаю. Знаю, что ты за меня беспокоишься и переживаешь, как бы это странно не казалось… Но и ты, наверное, знаешь, что у человека может быть что-то такое, о чем бы он просто не мог рассказать. Понимаешь?       Верховный лидер не отвечал ему. Шуичи едва не рассердился на него всерьёз, и, чтобы избежать грядущкй ссоры, для начала быстренько взглянул на часы, вспомнил о чем-то, сунул ему в руки зонтик и поспешно ушел, оставив его одного.

***

      —… О, Саихара, ты уже здесь. Ты такой быстрый! Не ожидала, что от самого звонка пройдёт всего лишь пять минут, с учетом того, сколько тебе пришлось идти!       Девушка улыбается и махает ладошкой мокрому Шуичи, запыхавшемуся, мокрому, но дошедшего вовремя, ровно по часам.       — Все благодаря Кокичи. — Саихара натягивает слабую улыбку и плюхается в кожаное кресло. Он устал. Несколько кварталов беготни от возмущённого Омы слишком вымотали его… Да и к тому же, в спину высокого юноши успела воткнуться какая-то странная штука, которую он не смог вытащить. «Ладно, потом слетит» — думает Шуичи, отбрасывает навязчивые мысли о Кокичи и подбегает к Каэде, обнимая ее до хруста косточек.       Между ними всегда были положительные, хорошие и дружеские взаимоотношения. Акамацу добра, мила, красива, но больше всего детектива привлекала ее улыбка. Блестящая, искренняя и очень обнадеживающая. Когда Акамацу улыбается, Шуичи сразу понимает, что все беды и невзгоды когда-нибудь пройдут, и вообще все будет именно так, как он того пожелает.       — А кто такой Кокичи? — и даже сейчас, спрашивая о Кокичи, она улыбается. Сердце Саихары при его упоминании опять забилось так быстро! Только вот причина такого быстрого сердцебьения была ему неизвестна.       — Это мой друг, с которым я познакомился летом. Правда, он меня пугает своим поведением… Конечно, Ома-кун хороший и милый, но… Он слишком интересуется мной, и я не понимаю, из-за чего.       — Может, так сильно беспокоится?       — Он непринужденный и чаще сам создаст какие-либо беспокойства для других, чем будет беспокоиться сам. К тому же, в моем присутствии он часто краснеет и врет.       — Действительно странно, но эта задача как раз-таки для детектива. А то кто ты еще, как ни тот, кто поймёт все чувства, события, а еще расплетет их из клубка судьбы? — Акамацу мягко обхватывает его руку, стараясь успокоить взволновавшегося Шуичи. — Лучше расскажи, как все было.       Юноша рассказал ей о том, что Кокичи ждал его, а он немного опоздал и пришёл в грустном настроении из-за того, что совсем запутался в себе и в отношении к окружающим. Она с сочувствием покачала головой.       — Я тебя понимаю, Шуичи… Но и ты тоже поступил неверно. Зачем ты пришёл к нему, и так опоздавши, а затем вновь ушёл, оставив его одного мёрзнуть? Он хотел с тобой пообщаться, посидеть. Представь, что ты пришёл сюда и решил пригласить меня, а я опоздаю и уйду, отговорившись делами и оставив тебя в ступоре. — заметив слезы, наворачивающиеся на глаза ослабшего Шуичи, Каэде всплескивает руками и приобнимает его. — Господи, прости! Я не должна была так говорить тебе в тот момент, когда ты ощущаешь себя плохо! Тише, Саихара-кун, все будет хорошо… Т-ш-ш…       Каэде помогает ему присесть за столик, где разложены книги, садится рядом, и они читают вслух, пытаясь предугадать то, что вообще происходит на её страницах. Девушка пытается развеселить его и придумывает смешные истории. Как заметно, это немного помогает — Шуичи поактивнее втянулся в их привычную игру и был готов расследовать книжные миры.       —…Смотри. Тут, на обложке, изображена милая девушка с пистолетом в руках. За ней гонится какой-то мужчина. И у него в руках странный шар. — она аккуратно водит пальцем по обложке, заостряя внимания на деталях. — Как думаешь, что здесь творится?       — Хм. Девушка — представитель почти исчезнувшей цивилизации, и их реликвия — это единственное, что у нее осталось. Реликвия каким-то образом, а если уточнять конкретнее, пропала где-нибудь на рынке, где ее нагло своровали и продали. Она, естественно, начинает поиски пропавшей драгоценной вещи, и обнаруживает, что ее нужно забрать… И ей предстоит связаться с портовой мафией, заполучившей ее и отправившейся в другую страну, дабы потом… сделать нечто ужасное… О-ах…       — Как у тебя хорошо получилось! Совсем как рассказ! — в ответ он зевнул и оперся об ее плечико своей головой. Саихара ни за что бы так не сделал при обычных обстоятельствах, но ему жутко хотелось спать, и даже Каэде не могла растормошить его, как в привычное время.       Пианистка чуть улыбнулась, погладила смутившегося детектива по голове и включила спокойную музыку. Они прикрыли глаза, наслаждаясь игрой на одном фортепиано и аккомпанементом осеннего дождя. Но они не видели, как за стёклами маленькой уютной библиотеки мерзла обиженная, мрачная и весьма задетая за живое фигурка. 4. Оказывается, сердечки были окрашены в другой цвет. Верховный лидер остался в гордом одиночестве, обидчиво поджав губы и отвернувшись, встряхивая своими закрученными в рогалики волосами. Его совершенно обижал тот факт, что Шуичи так просто позволил себе уйти от него, возможно, даже оскорбив таким отношением к своему любимому фавориту. Однако он все не приходил, и на уведомлениях вызовов детектива все чаще появлялся один и тот же номер. «Господи, Шумай, ответь!» — эта мысль постоянно крутилась в голове, заставляя чувствовать себя в очень ужасном положении. Конечно, за объект своего восхищения стал беспокоиться намного чаще, —Ладно, Кокичи, будь спокойнее... Спокойнее! С ним ни-че-го не случилось! — после такого мощного выкрика «Хватит за мной следить!» он был в лёгком удивлении от того, насколько агрессивно на это отреагировал Шуичи. Ну отправил ему несколько сердечек на свой же контакт, что такого? Так сильно смущается того, что Ома к нему что-то испытывает? Это ж ясно, как день, чего стыдиться?! Саихара интересен Кокичи, а сам Кокичи наверняка взаимно интересен и Саихаре! Или же... Нет, такого быть не может. В голове лидера начали всплывать всякие иные мысли, ранящие его распыленное самолюбие. А что, если... Шуичи его не любит? Что, если ему нравится другой или другая, но парень, не догадываясь об этом и почему-то считая, что невинный детектив — гей, принялся за ним ходить, приглядывать и оказывать знаки внимания. Это же неправильно! Правда, это не имеет значения для коротышки. Тот поспешно подходил к дому, с недовольством распахивая дверь в квартиру, сразу же захлопывая ее. Картинка с Мондо, продетая в деревянную рамку, с грохотом упала. Рука нетерпеливо потянулась к телефону, сразу же решая проверить свою почту. Нет... Нет сообщений, только последний отправленный Шуичи смущенный смайлик висел на экране. Сердечек, который щедро наприсылал самому себе Кокичи, не было. Так что значит, «сердечный друг», или же человек, который скрывался под этим названием, вовсе не он? Это осознание сильно поддело иголкой отчаяния разум паренька, начинающего задумываться, что же такого произошло, раз Шурик (одна из школьных прозвищ абсолютного детектива) умудрился переключить внимание уже на совершенно другого человека. Кто же он или она? Кто посмел выкрасть из-под руки то, чем Кокичи стал дорожить с момента их встречи? Он — только его собственность, его живая фигурка-трофей прямиком из "Panta"! Только его маленькая милая крыска с лупой, наивная и верующая в то, что любой сыр можно отыскать в бесплатной мышеловке. Так что же стоять? Лучше бежать поскорее...!