***
— Лео. — сказал Ребел, зайдя в комнату. Бета повернулся к нему и улыбнулся. Из-за последних событий они давно не… Сближались. Хотя они оба об этом не думали, ведь у Леонардо брат на грани жизни и смерти. Был. Сейчас им ничего не мешает. — Да, мой альфа? — состроив ему глазки, прошипел Лео. — Я злой. — ухмыльнувшись, начал панк. — Раздвигай свои красивые ножки. — Ох, что же разозлило моего мальчика? — начав заигрывать, улыбнулся бета и немного раздвинул ноги. Ничего не было видно, так как он сидел боком. — Такое нахальное поведение. — нахмурился Ребел, закрывая дверь. — Решил меня мучить? — Реби, не придумывай. — хихикнул Леонардо, садясь нормально на кровать и вытягивая грациозно ногу. — Я могу и передумать. Такого рода приглашение панк не смог не принять. Взяв аккуратно ногу беты, будто она хрустальная, он стал покрывать ее поцелуями, параллельно снимая с нее бинты. Лео смотрел на него, улыбаясь. Это стало его фетишем. Ему нравилось, когда альфа касался губами его бедер, колен, голеней. Такого рода удовлетворение доставляло дополнительное удовольствие. Закончив с первой ногой, Ребел перешёл на вторую. Леонардо стянул с себя пояс и бинты на руках. Как же ему не терпелось начать. Сняв бинты со стопы беты, альфа последний раз чмокнул колено и нависнув над Лео, поцеловал в губы. Он снимал с себя жилетку и штаны медленно, растягивая время. Он обожает так делать. Леонардо сгорает от возбуждения, просит ласки внизу, а Ребел прикалывается. Как только штаны коснулись пола, альфа за долю секунды оказался на кровати. Посмотрев удивленно на Леонардо, он увидел сияющую улыбку и синие похотливые глаза. Бета сидел на бедрах панка, поглаживая пах. — Милый, сегодня я сверху. — Охохо, ну удиви меня, мой ниндзя. — ухмыльнулся Ребел, поглаживая его бедра. Повторять не нужно было. Сняв с панка трусы и взяв член в руку, Леонардо стал медленно водить вверх вниз. Дотянувшись до смазки, что заранее лежала рядом, он смазал себе руки и продолжил дрочить альфе активнее. Получив желаемый эффект, юный ниндзя смазал свое анальное отверстие и начал насаживаться. Это лицо Ребел не забудет никогда. Прикрытые глаза, хмурые брови и немного высунутый язык. Сев полностью, Лео тихо простонал и закинул голову. Поглаживая его бедра, панк ждал действий. Минуту спустя бета задвигался, постанывая. Это его первый раз в такой позе, поэтому он старался неспеша, чтоб себе больно не сделать и член любимому не поломать. Альфа смотрел вниз и улыбался. Его половой орган появлялся и исчезал в проходе беты. Держа его бедра, Ребел помогал парню двигаться. Но медленный темп быстро надоел и панк стал подгонять Леонардо, шлепая по попе. Хоть было и сложно, но мечник смог двигаться быстрее, постанывая громче. Но и такой темп надоел. Притянув Лео к себе, Ребел сам начал двигаться в него, каждые пять секунд ускоряясь. Бета стонал в пол голоса, чтоб не привлекать внимание остальных в логове. — Стони громче, любимый. — сказал панк, кусая ниндзя за плечо. — Но дома же… Мм! Остальные… Ах! — Я сказал всем, чтоб свалили на два часика. Заодно и брат твой погуляет. — усмехнулся альфа, начиная долбиться. — Постони для меня. И его желание было исполнено. Стоны и вскрики были слышны на все логово. Лео зажмурился и пытался не сломать изголовье кровати. Честно, не вышло. Но такая маленькая проблема не остановила их. Сев на кровать и насадив бету по самое основание, Ребел вовлек его в поцелуй. Они не давали друг другу и короткого вздоха, в их головах сейчас было одно. Доставить друг другу удовольствие. Немного подвигавшись и поняв, что неудобно, альфа повалил Лео на кровать и вновь жадно поцеловав, начал двигаться.***
— И снова мы гуляем, пока те чебурекаются. — фыркнул Свифт, идя рядом с Микеланджело. — Может я тоже хочу. — Хоре ныть! Достал. — гаркнул Рафаэль, посматривая на Донни. — И выбирай слова. Донателло молча шел, тиская племянников. Те смеялись и агукали, играя с повязкой дяди. Все смолкли, так как не хотели обижать и теребить за больное бету. Посмотрев на них, Дон улыбнулся и сказал: — Не переживайте. Я не обижаюсь. — Нам гулять еще чаааас! — взвыл Свифт. — Гоуст, убей его! — тоже взвыл Раф, скрещивая руки. — Пусть мучается. — фыркнул Гоуст и погладил по голове свою омегу. Донателло хихикнул и продолжил тискать детей.