Альфазол.

— Свифт! Микеланджело быстро спустился в переулок и сломя голову рванул к еле живому альфе, который дышал тяжело и прерывисто. Сев рядом и взяв на руки, он стал пытаться помочь. Свифт тихо мычал и не мог даже глаза открыть. Парень будто умирал, медленно и мучительно. — Милый, что с тобой?! Ты перепил?! — омега начал паниковать, так как ему не отвечали. И будто бы не слышали. — М… Майки… — сквозь стон сказал альфа. — Ангел… Ангел… — Я тут, моё золотце, я тут. — начав целовать его лоб, сказал омега. — Что случилось? Почему ты тут? — Майки… — снова простонал панк, но уже с нотами, будто сейчас заплачет. — Прости меня… Прости… — Мы поговорим дома, милый, не плачь… — Прости меня! — у Свифта началась истерика. — Прости! За мою слабость, за мою тупость, за мои привычки и поведение! Я виноват, я очень перед тобой виноват! Убейте меня, пожалуйста! Я не смогу без тебя! Я уже ушёл по наклонной! Я пил, да! Много! И наркотики принял! Я ужасен! Правильно ты сделал, что бросил меня! Я не достоин тебя! Но я люблю тебя, Майки! Очень сильно люблю! Мне будет не хватать тебя… Микеланджело слушал его крик души, не смея прерывать. Хоть он и не знает, что такое наркотики, но догадался, что это последствия их употребления. Глаза панка слезились, он их и не открывал. Тело снова бросило в дрожь, омега почувствовал своими руками. Он сам начал заливаться слезами, ему было больно видеть, как Свифт мучался и убивался. Но чем помочь в таком случае? — Свифт! Свифт, солнышко, всё хорошо! Я не уйду, я рядом с тобой! Я всегда буду с тобой, только не плачь! Пожалуйста! Альфу было не успокоить. Он истерил и истерил, слабо выгибаясь и дрожа. Майки ничего не оставалось, как позвонить Ребелу, ведь он знает, как вести себя в такой ситуации.

***

Все члены семьи Хамато сидели в гостиной и переживали за Микеланджело. Он не отвечал на звонки и сообщения, мутанималы сами не знают, где он. Кристиана он забрал с собой, единственного ребёнка и наследника, который ко всему прочему заболел. Насчёт Свифта тоже переживали, ведь как-никак для альф он старший брат и лидер. Уже немного отчаявшись, они отложили телефоны, начав обсуждать, кто кого будет искать. Но не успели они разделиться на команды, как телефон Ребела зазвонил. — Алло? — подняв трубку, сказал альфа и замер, когда услышал плач. — Свифт?! Что случилось?! — Поставь на громкую. — шепнул Леонардо, слабо пихая своего парня в бедро. Как только панк поставил звонок на громкую связь, все услышали истеричный плач. «Помогите! Свифту плохо, Свифту плохо! Пожалуйста, помогите! Он еле дышит!» — послышался голос младшего из семьи Хамато. — Майки? Вы где сейчас? — спросил с ноткой беспокойства Донателло. «Мы у какого-то бара! Он много выпил, я не могу его поднять! Помогите, пожалуйста! Ребел! Ты же знаешь, как помочь, помоги, прошу!» — Скинь координаты, сейчас придём. — сказал Ребел и встал. — Гоуст, М.С. и Дон, вы со мной. Раф, следи за Лео. После этого группа побежала к тому бару по координатам, которые скинул Микеланджело. Рафаэль остался со старшим братом, который нервничал, не щадя здоровье своего будущего ребёнка. Первый молча уложил бету на диван и начал поглаживать его живот, иногда напоминая, что от нервов бывают неприятные и жуткие последствия. Спустя минут пять Лео успокоился и задремал, обнимая вторую руку Рафа.

***

Свифт лежал и тихо мычал от боли во всём теле, изредка отвечая на вопросы своей омеги, которая не могла перестать паниковать и плакать. Майки ему говорил, что всё будет хорошо и ему осталось немного терпеть. Парень ему слабо улыбнулся и закрыл глаза, всё же проваливаясь в сон. Последнее, что он слышал, это голоса братьев.

***

Проснулся альфа от резкой боли в щеке. Открыв глаза, первым делом, что он увидел, это яркий свет и злое лицо Ребела. Сначала он испугался, но затем успокоился, так как понял, что находится дома. К зрению стал присоединяться и слух, он услышал перешептывания и хныканье. Последнее принадлежало его омеге и этого стало противно на душе. Как бы не было странно, панк помнил, что делал вчера и причину такого срыва. Душа заболела с удвоенной силой. Кое-как сев с помощью Ребела и М.С., он устремил свой взгляд на заплаканного Майки, который тоже не сводил глаз с альфы. — Свифти… — это имя отдалось мигренью в голове. Панк зажмурился на пять секунд, а затем снова открыл глаза. — Зачем ты так с собой, милый? — Ангелок… Прости меня, мой любимый… — просипел севшим голосом панк. — Я не могу без тебя… Я умираю… — Зачем ты это сделал, тебя спрашивают. — грубо сказал Леонардо. — Отвечай! — Я… Это по привычке… — начал клептоман. — Плохая привычка… — Это не привычка, а эгоизм. — сказал Донателло, подготавливая шприц. — Ты не попытался поговорить с Майки, а сразу ушёл пить! Как тебе вообще взбрело это в голову?! — Не кричи, ему и так херово. — сказал ранее молчавший Ребел. — Я с ним всю жизнь провёл под одной крышей и скажу то, что по другому решать или заглушать проблемы он не может. Хоть на лбу ему татуировку сделай «Не пить», он всё равно сорвётся. Я это знаю, и в ситуации с Майки я больше бы удивился, если б он не пошёл в бар. А так — надо их оставить наедине. — после монолога он взял на руки Лео и вышел из лаборатории. За ними ушли Гоуст с Рафаэлем и М.С. Донни, сделав укол Свифту в руку, ушёл за остальными и закрыл двери. Теперь пара осталась один на один. Омега и альфа, ниндзя и панк, мать и отец маленького сына, которому нужны оба родителя. Собрав все силы в кулаки, Свифт начал извиняться перед Микеланджело. Второй молча слушал, сидя на стуле рядом и роняя слезы. Обоим сейчас нелегко, оба сейчас заревут в голосину. У Майки ещё получается держаться, а вот у Свифта прорвало. Он заплакал, как маленький ребёнок, закрывая рукой лицо и мыча извинения. Юному ниндзя стало совсем жаль своего альфу и нависнув над ним, начал целовать его лоб. — Я прощаю тебя. Мой хороший, всё хорошо. Ты прощён, я не уйду Я здесь, Криси тоже. Он ждёт нас в комнате. Всё, не плач, мой любимый альфа. — Майки… Я сильно, очень сильно люблю тебя. Что мне сделать, чтоб точно знать, что ты меня простил?.. — этот вопрос был ожидаем для омеги. И ответ не заставил себя ждать, вводя Свифта в лёгкий шок. — Сделай мне второго ребёнка. И я прощу тебя на все 100 процентов. — за этим последовала пошлая улыбка. Клептоман молча смотрел на своего любимого и глупо хлопал глазами, не веря в услышанное. Ребёнка? Ещё одного? И это не шутка? — М… Малыш… Но я же… Ты… Уверен, что я теперь достоин твоего тела и ласки?.. — Если я предложил — значит достоин. Но сначала нужно в ванну, помыть Свифта-младшего. — хихикнув, юный ниндзя встал и позвал Ребела, чтоб тот помог панку встать и дойти до ванны.

***

В ванной было душно. Из-за горячей воды зеркала запотели, а на стенах выступили капли конденсата. За шторкой стояли два горячих тела, увлеченных друг другом. Руки гуляли по рукам и ногам, но иногда поднимались к лицам, сжимая щеки от удовольствия из-за страстного поцелуя. Свифту всё ещё стыдно, что Майки после кого-то готов его целовать и давать себя трогать. А Микеланджело уже было плевать. Трогая член своего альфы и немного надрачивая, омега про себя улыбался, ведь другим девушкам есть, чему завидовать. Он убедился, что Кетрин заставила его мальчика пойти на такой серьёзный шаг, тем более, он был не в минозе. Да, противоречие самому себе, но он верит всё равно больше Свифту, чем слухам и собственным глазам. Слабо сжав член любимого, Майки услышал тихий стон. Сейчас клептоман в его власти, его раб. И это юному ниндзя очень нравится. Вновь погладив ствол и отпустив его, Микеланджело повернулся к любимому спиной и немного нагнулся. Свифт не стал медлить и пристроившись, начал медленно тереться, одновременно щекоча и возбуждая свою пассию. До течки ещё далеко, поэтому, не соприкасаясь с водой, вылил ¼ смазки на ягодицы и между ними, нежно растирая и массируя дырочку. Майки тихо постанывал и поддавался сильным рукам любимого, желая сразу приступить к делу. Но Свифт решил немного с ним поиграться. Введя палец на всю длину, он медленно, будто бы лениво, начал им двигать, потирая кончиком голенький комочек тканей, который заставлял Майки прогибаться в пояснице и тихо стонать. Хоть и прелюдии омеге были не нужны и это его немного расстроило, но умелые пальцы заставили поддаться и наслаждаться манипуляциям. Со временем движение пальцем ускорилось и стоны стали на одну ноту звонче. Панк вслушивался в эти вздохи и мычание, его это заводило сильнее. Ещё немного помучив свою пассию, альфа вынул палец и пристроившись, медленно вошёл. Тело под ним вздрогнуло и задрожало, за этим последовал громкий стон удовольствия. Подождав секунд пять, Свифт начал толкаться в столь сексуальное тело, с каждой минутой ускоряясь, при этом выбивая из омеги желанные вздохи наслаждения. Давно у них не было секса, может пол года, может больше. Но Свифт не забыл, какими сексуальными и возбуждающими могут быть стоны Майки. Ускоряясь, он ощущал, как под ним дрожало тело, прося больше ласки. Одной рукой панк обхватил член пассии, а второй с силой ударил по аппетитной ягодице, заставляя Микеланджело вскрикнуть и сжаться. Последнее действие принесло Свифту необъяснимое удовольствие, захотелось кончить сразу же, но пока рано, ангелочку в первую очередь. Сжимая одной рукой ягодицу, а второй надрачивая член Майки, панк ускорился, вложив в это всю свою энергию. Омега стонал и держался на дрожащих ногах, ему было хорошо неимоверно. Глаза закатывались, руки сползали по стене, ища, за что держаться. Медленно, но верно Майки приближался к завершению. Свифт это видел и внутри радовался, что омега реально утопает в удовольствии, а не симулирует. Но чувствовал подвох, хотя почему? Майки никогда его не обманывал и не предавал, но сейчас он чувствует какой-то подвох, необъяснимый ему самому. Или может он ожидает от плохой, злой стороны себя? Нет, панк не намерен ничего делать, кроме как довести свою омегу до оргазма. Пара быстрых толчков и Свифт кончает, входя в Майки по самые яйца. Юный ниндзя выгибается и сладко стонет, кончая следом за любимым. Сил нет держаться на ногах, поэтому выйдя из отверстия, альфа сел в ванну, уволакивая пассию за собой. Расслабляясь в горячей воде, Микеланджело дышал и улыбался, прижимаясь панцирем в пластрон любимого. Так как Свифт устал, он тихо засопел, нежно обнимая Майки за грудь. Омега не заметил, что панк уснул, поэтому с энтузиазмом начал рассказывать, каким он хочет видеть ребёнка. — Я так хочу девочку. Чтоб она была такая же милая, как ты. Хочу, чтоб у неё были твои синие глазки. Ох, какой же она красавицей родится. Да, Свифти? Свифт? — не услышав ответа, он приподнялся и посмотрел на своего спящего альфу. — Ох ты ж мой хороший, устал. Ладно, завтра поговорим.