The price to pay / Трогать разрешается, дело только в цене

Чонгук и Намджун допили остатки виски и направились спать, поскольку другого веселья тут не найти. Намджун явно перепил, а до этого, не зная что будет выпивать, хорошо набил желудок, и все это добро попросилось назад, как только он встал на ноги. Оставив его в уборной второго этажа, Чонгук направился к Чимину, вымаливать прощение. Когда, как ни в пьяном виде вспоминать старые раны и обиды и просить прощения?! Для него та женщина действительно не имела никакого значения и секс с ней тоже. Это был просто способ закрепить договор. И это не повторялось при каждой встрече, это случилось только в тот раз, когда они пришли к окончательному решению. Он привык к такому ведению дел, если партнёр сам просится, и никогда не видел в этом ничего особенного. С Чимином у него была связь на уровне намного выше, чем просто постельные отношения. Он чувствовал, что нашел свою вторую половину, и что пока не встретил его, он никогда не был целым. Занятие любовью с ним было просто способом показать эту связь, ощутить материализованную сторону этой невидимой нити. Их души сплетались воедино во время этого акта и это не был просто секс или банальный перепих. Он действительно чувствовал себя виноватым, что не удосужился понять его лучше, посмотреть на все его глазами и повел себя как ребёнок, действуя, прежде чем успеет обдумать. У него раньше не было таких отношений, да и у кого в криминале есть такие отношения? Где бы он узнал, что это считается за измену. Чимин не хотел его слушать, а он пошёл на принцип, и не стал бегать за ним, потому что думал, что его партнёр и без лишних слов должен бы его понимать. В итоге гордыня обоих разбила их отношения, оставив лишь боль на своем месте. Оба потерялись в чужих объятиях, желая найти замену или просто забыться. Но попытки были тщетны, ничто и никто не мог заменить тех чувств, что они пробуждали друг в друге. Чонгук и до этого не раз напивался, и когда не искал утешения в чужих объятиях, искал Чимина. Но трезвел быстрее, чем находил его или просто отрубался от неподъемной дозы выпитого алкоголя. А сейчас Чимин тут, сам он пьян и готов молить о прощении, наплевав на гордыню. Этот парень желанен и любим до сих пор, хотя Чонгуку удалось забить все это в дальний угол своего сердца и закрыть на ключ, алкоголь снова высвобождает чувства из заточения. Как же прекрасны его глаза, а нежный голосок словно мелодия в ушах, его наигранный акцент просто дурманит голову. А его глупые попытки заставить его ревновать, заигрывая с Шугой, Чонгуку хотелось просто схватить его за щечки и утянуть за собой. Шуга-хён, серьезно? Пусть он будет хёном, а я твой оппа. Он направляется в комнату Чимина, дверь не заперта. Когда Чонгук входит в комнату, его бывший громко стонет, и валится на кровать, утягивая за собой другого парня. Они лежат на кровати, восстанавливая дыхание и собирая силы. Кровь в венах Чонгука закипает, мольбы о прощении, которые он только что готовил, застревают комом в его горле, он хочет пойти и убить, их обоих. Разломать каждую косточку в их теле и пустить кровь, чтобы полилась рекой, чтобы эта кровать утопала в ней. Вспороть их брюха, вытащить кишки, и облить их содержимым кишок, чтобы они понимали, насколько мерзки они ему сейчас. Затем последует за ним и найдёт его в аду, и если и тогда он будет отказываться от него, заключит сделку с дьяволом, чтобы лично гонять его по всем пяти кругам ада, пока он не искупит свой грех перед ним. Видеть его невинный флирт было совсем другим, видеть как он стонет от касаний другого, зная что Чонгук совсем рядом, абсолютно другое. Все тело дрожит от злости, мозги отключаются и он готов действовать. Но его останавливает чья-то рука, легшая на его плечо. Это Намджун, его крепкая рука, сильно сжавшее его плечо до боли, приводит его в чувства. В нем все кричит "измена" и он впервые понимает, что это значило для Чимина. Его сердце тонет в печали, вот значит какую боль он причинил ему, самому дорогому для него человеку. Он заслужил, сам заслужил получить такую пощечину. Он подчиняется воле Намджуна и выходит из комнаты. В этом и есть вся прелесть алкоголя, сейчас ты счастлив, спустя секунду плачешь, а еще через мгновение уже поешь дифирамбы и никак не связываешь свои состояния между собой. Намджун и Чонгук стоят перед своими дверьми, стараясь попасть ключом в нужную щель, когда Шуга выходит из комнаты Чимина, накинув брюки и держа футболку с носками в руках. Он молча идет к своей двери, когда открывается дверь и Чимин вручает ему его трусы. Весьма неловкий момент для всех четверых, они на мгновение уставились друг на друга, ловя взгляды. Затем Чимин окинув последним злобным взглядом Чонгука, спрятался за своей дверью. Что он сейчас чувствует? Чимин сам специально с первых дней заигрывал с Шугой на глазах у Чонгука, одаряя последнего абсолютным игнором и обращаясь только по делу. Сегодняшний след помады на его воротнике стал последней каплей. Он знал, что встретит тут его, почему посмел прийти в таком виде? Прошло меньше полугода со дня их расставания, он специально так хотел задеть его чувства? Чимину хотелось задеть его чувства в ответ и он не думал о последствиях, о том, что будет завтра, просто отключил мозг и пошёл ва-банк, когда услышал шаги Шуги за своей спиной. Он даже не знает как ему это удалось, он соблазнил Шугу или Шуга сам хотел этого. А зачем все это Шуге? Он же абсолютно не заинтересован в нем, и Чимин не делал ничего особенного, чтобы он мог поменять свое мнение. Впрочем, это уже неважно, он добился того, чего хотел и видеть кипящие от злости глаза Чонгука, хотя бы лишь раз, стоило того. Пусть тоже ощутит ту боль, что испытывал Чимин все это время, если вообще на это способен. Чонгук мог бы накинуться на Шугу сейчас, бить пока не сотрет в порошок его кости или пока сам не схлопочет так же. Но взгляд Чимина сказал ему, что он не имеет права, он потерял свое право на это когда выбрал гордыню вместо своей любви. И Чимин, и Шуга вольны выбирать сами что, с кем и когда делать. Алкоголь в крови добирается до мозгов, перед глазами бесчувственный взгляд бывшего, Чонгук слабеет в ногах, душа его заполнена печалью. *** В поисках глотка свежего воздуха Сол выходит на улицу. Но не ощущает ночной прохлады. Куда бы она не пошла она будет чувствовать только жар прожигающий, испепеляющий, удушающий, лихорадочный - исходящий из ее собственного ада глубоко внутри. Она хочет закинуть в него все, всю себя, все чувства нежности, заботы, любви, счастья, надежды, радости, все хочет сжечь в этом пламени. Она доверилась всего дважды, ощутила близость и заботу, и оба отказались от нее всего лишь в миг. Просто выстрел в голову, без предупредительного, и ее больше нет, одна лишь оболочка скитается, заплетаясь о собственные ноги неведомо куда, лишь бы подальше отсюда. Когда Тэ отказался от нее, умерла лишь ее часть, выгорела внешняя оболочка. Ушла улыбка с лица и блеск из глаз. Внешняя красота скрылась под безразмерной толстовкой, сбив там уютное гнездышко и не показываясь никому, чтобы больше никто не смел думать, что она могла бы быть другой. Она не хотела показывать людям, что она познала радость, что когда-то в ней жило счастье. Хотела показать какая жизнь на самом деле серая и холодная, и чтобы каждый, кто взглянет на нее мог ощутить грусть всего этого бренного мира, понять лицемерие окружающего и знать, что всему приходит конец. Чтобы они не забывали эту простую истину никогда, чтобы она сама не забывала эту истину. Но тогда внутри нее осталось семя надежды, которое обильно поливалось заботой и верностью Шуги. Он являлся ей никем и мог оставить ее и пойти своей дорогой, или вернуться чтобы завершить свою месть Тэхену. Но он этого не сделал, он выбрал остаться с ней и заботиться о ней, приглядывать, помогать, поддерживать. И это маленькое семя проросло, пустило ростки, обвила все ее нутро своими побегами. И хоть внешне этого не было заметно, внутри нее уже выросли цветочные бутоны, в каждом тёмном уголку, где давно погас свет и все погрузилось в темноту, издавая еле заметные свечения и отбрасывая тени подальше оживали бутоны. Они готовы были раскрыться и осветить все внутри нее, наполнить огромными разноцветными цветами и превратить заброшенные руины в благоухающий сад, когда она снова оказалась вблизи своего объекта желания. Но сегодня он облил корни этих цветов ядом у самого основания, у самого первого побега, который пророс сквозь затопченное сердце, который он сам поливал нежностью и согревал теплом. Они не раскрылись, все листья и бутоны опали, побеги погибли от жара пламени и превратились в безжизненные заросли. Теперь они горят внутри нее, выжигая все внутренности, которые они обвили и оставляя на своем месте нестираемые следы. После отказа Шуги, она умерла и внутри. *** Сол оказалась не единственной, кто не мог найти покой этой ночью и покинул свою комнату. Обойдя здание, чтобы найти тихое место и собраться с мыслями, девушка нашла трёх парней, которые не искали, но нашли приключения, а точнее ее. Их командир был прав, по одному она могла их уложить, но на троих сразу ее не хватит. Увидев их, Сол хотела было уйти и уже развернулась, однако встретила еще одного, перекрывшего ей путь отхода. Попытки обойти его не увенчались успехом, он загонял ее назад, не отрывая от нее свой похотливый взгляд и наступая на нее своим грузным телом. Девушка пятилась назад, хотя знала, что там спасения нет, там ее ждут еще трое. Она знает их всех, они приехали сегодня вместе с ней. Она видела их бои в спарринге и знает, что они простые самоучки, не имеющие даже базовых знаний боя. Она же ученик самых лучших мастеров, и не одна из многих, а та, которой уделяли отдельное внимание и учили детально, раскрывая все тонкости. - Уйди по-хорошему, и я тебя не трону, - угрожает девушка парню на две головы выше и вдвое шире нее самой. Ее угрозы, словно детский лепет, только забавляют того. - Ой, как грозно. Может еще пойдешь мамочке нажалуешься? - парень открыто смеётся над ее тоном и находит поддержку своей шутке в усмешках троих других. - Я дважды повторять не стану, лучше вам меня не трогать сейчас, - рычит девушка, уже смотря на троих позади себя, которые тоже успели приблизиться к ней. - А ты закричи, и давай посмотрим сколько людей сбежится тебе на помощь, - он прав, к ней на помощь никто не сбежится. Один, который вроде проявлял заботу, в хлам пьян и рассуждает о смысле жизни, а другие двое заняты друг другом и им далеко не до нее. А если услышат другие, они может и сбегутся к ней, но точно не на помощь. Но этот самоуверенный придурок не учёл одного, ей не нужна ничья помощь. И может она тоже не искала их, но нашла как раз то, что ей сейчас было нужно. Наконец, она может отвлечься от прожигающей изнутри боли, ее внезапно будто не стало, как только она увидела их. Она чувствует, как холодный ночной воздух наполняет ее лёгкие и остужает пыл, разгоревшийся в ней, пепел, душивший ее оседает на поверхность ее внутренностей. Магма, стекавшая вулканом по сердцу, замедляется, потеряв источник и начинает застывать, превращаясь в камень. Сол стоит в центре, окружённая с четырёх сторон. Наученные словами Шуги, что один в поле не воин против нее, трое стоявшие позади, по кивку головы одновременно подпрыгивают к ней, хватая ее за руки и предусмотрительно собрав ноги поближе. Девушка благодарит их, за то, что они ее крепко держат и подпрыгивает вверх закидывая обе ноги вперёд, и опираясь на руки, которые так предусмотрительно держат два дурака. Ноги попадают прямо в цель, в солнечное сплетение бугая впереди нее, от чего он теряет дыхание и загибается. Один из захватчиков замахивается на нее и попадает вскользь в бок, но это не отвлекает ее. В свою очередь, безразмерная толстовка играет свою роль. Маленькое тело девушки выскальзывает из его рук, оставляя в нем лишь один конец одежды, и локтем попадает в бок заднего, который уже отвлёкся лапая ее живот поверх одежды, доверив захват двоим. Видимо попала в почку, тот скрючился, закричав от боли. Оставшиеся двое хиленькие, но без боя не сдаются. Трудно бить одну маленькую девушку вдвоем, потому им приходится ждать друг друга, что очень на руку Сол. Их удары достигают цели, но почему-то девушка не чувствует боли, будто в ней какие-то сильные обезболивающие, от чего ей снесло крышу. Девушке уже не составляет никакого труда их свалить, они уже обомлели от ее действий, и потеряли всю уверенность, которая всего пару минут назад наполняла их сверху донизу, выпирая сквозь маленькое отверстие между ног, заставляя это мясо твердеть и упираться в штаны. Она успевает закинуть кусок кирпича под ногой в бугая, который уже начал приходить в себя. Хорошо бы ей остановиться на этом и пойти своей дорогой. Но это новое ощущение, которое оживает внутри нее, настолько сладкое и упоительное, что она не может остановиться. Оно в корне отличается от той боли, жажды и удушья, которое она испытывала до этого, желая закричать, но не находя сил для этого и теряя свой голос где-то в закоулках своего горла. Это чувство бежит по жилам словно электрический ток по телу. Оно заряжает, открывает второе дыхание, теперь ей не нужно вдыхать глубоко, чтобы набрать воздух полной грудью, воздух уже в ней, оно наполняется и выходит без ее усилий. Глаза будто только раскрылись от пелены, что закрывало взор, и она может видеть в темноте, и она видит не просто парней перед собой, она видит их страх, она видит их души, она видит каждое дрожание мышц, она видит их мысли, которые говорят им бежать. Ноги больше не заплетаются о себя, они твёрдо чувствуют почву под собой и крепко стоят на ней. Руки полны сил и не чувствуют боли от ударов, которые уже ломают челюсть одному из "обидчиков", которого она прижала ногами под собой. Он уже не сопротивляется, лежит без сознания и в своей крови. Но ей мало. Она видит, что громила приходит в себя и находит силы снова напасть на нее. Глупец. Бежал бы скорей. Она с особым энтузиазмом встречает его нападение. Уворачиваясь от удара и от захвата, она снова попадает ему в солнечное сплетение. Когда он загибается от боли, она хватает руками его голову и всей силой бьёт коленом в голову три раза. Руки тяжелеют и она понимает, что он уже не стоит на ногах. Пока она отталкивает его тяжёлое тело от себя подальше, чтобы он не грохнулся на нее, тот что по хилее хватается сзади, взяв ее в захват за грудь и оттаскивает, чтобы второй мог ей врезать. Но до чего же тупые. Один раз им было не понять, что нельзя ей давать поддержку и становиться ее опорой. Она упирается на него спиной и подпрыгнув обеими ногами, пинает за грудь нападающего, от чего тот пятится назад. А захватчик потеряв равновесие падает на задницу, утягивая ее за собой и отпуская захват, чтобы удержаться руками. Она, быстро вскочив с места, с поворота заезжает ему в голову, нокаут. Бездыханная туша валится на землю. Остается самый "стойкий"? На нем она отрывается по полной. Она не считает ударов, выплескивая всю накопившуюся злость, обиду, сожаления и страхи. Она отпускает ту хрупкую и изящную девушку, сжигает все мосты к ней, чтобы она не смела больше показываться, а попробует, пусть утонет в реке пепла, осевшего между ней и новой Сол, жаждущей крови. В ней просыпается тот зверь, который рос смотря на Тэхена, упивался его жаждой крови, украдкой наблюдал как он наказывает своих подчиненных, учился тихо, молча, не показывая никому своего присутствия и ждал момента, когда его выпустят, когда этот цветок, который так бережно хранят, наконец разлетится на части, и уступит ему свое законное место. Все спрашивали не боится ли она. Теперь все увидят, что она не боится. Больше никто даже не вздумает задавать ей таких глупых вопросов. Лицо ее жертвы превращается в кровавое месиво. Она кажется успела сломать ему не только нос, но еще несколько костяшек. Ее рука и лицо тоже измазаны в крови, но она не чувствует боли и не знает есть ли в этом красном коктейле ее кровь или нет. В жилах кажется не осталось крови, они все наполнены адреналином. Теперь она понимает истинную суть слова "эйфория" и как она губит жизни. Понимает, почему наркотики так манят людей, даже зная, что они утянут их на самое дно. Она не чувствует смешавшихся в клубок мыслей, все нити в ее голове распутаны, у нее больше нет гнетущих ее мыслей, она будто поймала новую волну, которая качает ее тело и мозг. Она больше не ищет заботы, она не ищет надежды, она не ищет любви. Она свободна, она сняла кандалы, в которые сама себя заковала. Она умерла, чтобы восстать из пепла. Она раскрывает свои руки, словно крылья, чтобы обнять воздух, который готов поднять ее и взмыть в небеса. Потеряв все, она обрела себя. *** Сол не вернулась в комнату к Чимину и расположилась в одном из свободных комнат третьего этажа, не потому что не хотела увидеть его с Шугой, а потому что не хотела показывать новую себя. Ей надо было отмыться от крови и надо было отдохнуть. Как только адреналин испарился, она ощутила всю тяжесть тела и усталость. А новую Сол она еще покажет, она чувствует, что это только начало. Проснувшись утром она видит опухшие и израненные руки, но боли все еще не чувствует, видимо рука онемела. Ее вчерашняя одежда не годится для носки. Она спускается на первый этаж, она видимо недолго проспала, потому что Чимин еще сопит в своей кровати, прилично накинув пижаму, будто вчерашняя ночь только приснилась Сол. Девушка должна была бы отлеживаться сутки после такого разноса, но она бодра и полна сил, наверное последствия эмоциональной разгрузки. Говорят она сильнее физической боли и забирает больше энергии, и избавившись от нее у тела остается много лишней энергии, которую она продолжает вырабатывать по привычке. Она надевает другую толстовку и спортивные штаны, перебинтовывает руки. Иронично, что эти бинты она принесла не для себя, а для Шуги. Теперь она их предложит ему только в одном случае, если сама разобьёт ему лицо и превратит в такое же месиво, как у парня вчера, в качестве извинений. Время еще раннее, тренировки начнутся только через час, потому она решает пробежаться, чтобы проверить лёгкость нового своего состояния. Она пробегает по всему району, попутно рассматривая все уголки. У нее плохая память на дороги, и ей надо бы начать каждый день так бегать, чтобы запомнить тут все. На районе много маленьких улиц и узких переулков, соединяющих их между собой. Большинство полуразрушенные и заброшенные здания. Около рынка, видимо центр района, движения больше и улицы оживлённее, дома тоже в большинстве заселены и потихоньку на всех окнах начинает загораться свет. Когда Сол вернулась в свою новую обитель, все уже собирались в тренировочном зале. Она тоже подбежала и встала в строй, спрятав руки позади. Шуга, надеявшийся, что она не появится на тренировку и позже тихо свалит с Намджуном, удивился увидев ее бодрой и энергичной. Он был уверен, что вчера слышал как она вошла в дверь комнаты, затем силой грохнулась о пол, видимо не удержавшись на ногах. Он видел Чонгука и Намджуна позже, когда покидал комнату Чимина, и тот кто видел их однозначно должна была быть она. Девушка видя Шугу, уже не чувствует вчерашней боли, боли предательства и обмана, которые она сама себя забила в голову. Он ей ничего никогда не обещал, и имел полное право поступать как хотел. Она может это принять, но все же чувство собственничества никуда не делось. Он обязан ей своей жизнью, и она возьмет с него долг, когда придет время. В дверях появляются Намджун и Чимин, у обоих на лице следы вчерашней пьянки, синяки под глазами, помятые щеки, блеклый взгляд. Блондин видит Сол в строю и жестом руки подзывает, чтобы она присоединилась к ним, рядом с командным составом, идя в направлении Шуги. Сол покидает строй, все так же не показывая руки, и становится возле Чимина. Странно, но она не чувствует ни обиды, ни злости к нему, хотя от вчерашнего желания подружиться с ним, тоже не так много осталось. Появляется Чонгук, явно чем-то недовольный и невыспавшийся. Стреляет убийственным взглядом в Шугу и Чимина, девушка догадывается, что она не единственный зритель вчерашнего представления. Он некоторое время не обращает внимания на Сол, но потом обнаружив ее, меняется в лице, заметно развеселев. Видимо считает ее стоящим ответом поступку тех двоих. Но девушке это не нужно, ее лучше не трогать сейчас, не сегодня. Ее еще не отпустило и ломит жажда адреналина, она не знает что она может сделать, если снова отдастся эйфории. Поэтому она обходит блондина и становится рядом с Намджуном, подальше от Чонгука. Шуга представляет новых наставников и объясняет как будут распределены бойцы. Вскоре они построят расписание, где наставники будут меняться, чтобы охватить всех необходимыми навыками. Все разбредаются по залу, стаскивая собранные в углах маты на пол для занятий. Сол замечает, что Чонгук плетётся за ней и предупреждает, что этого делать не стоит. Тот не слушается, и когда Сол кладет на пол мат и становится на него, подзывая к себе одного из новобранцев, вместо него подходит Чонгук. Сол вытягивает руку, в знак предупреждения, но тот приближается несмотря ни на что. Девушка легко замахнулась предупредительным ударом, но он увернулся от удара и обойдя сзади обхватил ее за талию. Он хочет отомстить Чимину за вчерашнюю ночь, но выбрал неправильную жертву. - Сказала же не подходить, - рычит девушка, обращая внимания всех присутствующих на себя, и отдаваясь эйфории, которая уже заполнила все каналы мозга. Она снова чувствует это, как она становится неуязвимой, все чувства обостряются, движения ускоряются, она может чувствовать каждую свою костяшку и управлять ими. Она выбивает из него воздух, ударом в живот, он пошатнулся, но его так легко не сломить, он ведь боксёр. Он отшвыривает ее, но та снова нападает. Ему удаётся противостоять ее ударам, уворачиваться от них, блокировать. Но он не бьет в ответ, он ведь боксер, а они не дерутся вне своей категории. Но она слишком сильна и активна, будто под наркотой, он не понимает что ее так раззадорило, но сдаваться не собирается. Может это то, что ему сейчас надо, не отплачивать Чимину ревностью за ревность, а получить несколько хороших ударов и ощутить настоящую физическую боль, вместо той, что жрет его изнутри. Она очень хороша в кикбоксинге, приемы которого она сейчас использует, очень умно с ее стороны обратить кикбоксинг против бокса. Чонгук еще не оправился от пьянки, к тому же не выспался и не наполнил свой запас энергии, при чем потратил хорошую часть своих сил, на злость к бывшему, он уже выдохся, да и не хочет сильно стараться. Он хочет чтобы она привела его в чувства, напомнила, что он не сопливая размазня, помешанная на любви, и что в жизни есть настоящая боль, которую приятно ощущать на себе, получая от достойного противника. Он схватив ее за шиворот кидает на мат и не ожидает ее удара с разворота, от чего пошатываясь пятится назад. Она заезжает всей силой правым хуком, и он валится на мат, нокдаун. Девушка не думает останавливаться, в ее голове нет мыслей, только пустота и власть эйфории. Когда она направляется к нему чтобы добить, слышит громкий приказной тон, который приводит ее в чувства. - Сол! - кричит Шуга. Она видит Чонгука, который пытается прийти в себя, бойцов, уставившихся на них и наставников, шокированных ее поведением. Ее снова привлекает голос Чонгука, встающего на ноги. - Ты че типо неприкасаемая? Чего такая буйная? - не понимает Чонгук, признавая свое поражение. - Да нет, я не строю из себя недотрогу, - говорит девушка, разминая кисть, которая только начала болеть. И продолжает ровным тоном. - Трогать разрешается. Просто я за это беру плату. - И всего-то? Сколько же ты хочешь, мне не жалко, - берет кошелёк из кармана и кидает под ноги Сол, стараясь оскорбить ее. Девушка поднимает кошелёк с пола, ее взгляд звереет. - А кто тебе сказал что цена платится деньгами? - швыряет со всей силой обратно ему под ногу, из-за мата под ним издаётся громкий шлепок и разносится эхом по залу. - Чем, если не деньгами? - не думает сдаваться уже поражённый парень, поднимая свой кошелёк и похлопывая им в руке. Кажется, он может позволить себе все. Но это ему только кажется. - Отдаёшь ведь натурой! - Беру тоже натурой, - голос девушки сдержан и снижен на тон. Она продолжает показывая пальцем, - Рука, нога, почка, ребра, челюсть. Чего тебе не жалко? Принимаю все, - грозно смотрит девушка на него. Их разговор прерывают опоздавшие на тренировку трое. Все внимание зала перемещается на них, точнее на их опухшие синие лица с запекшейся кровью кое-где, смотреть больно. Девушка тоже смотрит на них и обратно заматывает выбившийся конец бинта на руки, затем удаляется из зала. Все быстро понимают связь между бинтами и рожами этих троих, которые при виде нее, чуть не присели на коленки. Шуга, как раз ждал их, и придумывал наказание, но увидев их передумал. Он спрашивает о четвёртом опаздывающем и получает ответ, что его забрали в больницу. В зале висит тишина. Вчера, когда она говорила, что уложит любого, это было весело и смешно. Но сегодня она привела весомые доказательства, так что каждый в этом зале усек для себя главное правило: она неприкосновенна, а тот, кто тронет ее, должен заплатить цену. Цену, назначенную ею. И этого правила будут придерживаться все, не от страха к ней, а от уважения. Она не кидается в бой попусту, она не хвалится своей всемогущестью, она отстаивает свое право быть и она отчетливо чертит границы, и правила как и где их переступать. Способность и желание девушки постоять за себя вселяет в сердца присутствующих уважение к ней. А это намного ценнее страха.