Это мой малыш

С каждым днем терпеть нахождение Сынмина у них в квартире становилось все сложнее, из-за чего Феликс частенько под разными предлогами сваливал подальше от своего хена к друзьям, где он мог спокойно поплакаться на судьбу-злодейку, а после посидеть и посмотреть фильм с друзьями. Но такие частые ночные визиты Ли начали напрягать Хенджина, ведь Ликс отпрашивался только в те дни, когда у них ночевал Ким. И это немного озадачило Хвана, поэтому он решил устроить их «семейные» посиделки, как было около года назад. И вот, сидя в гостиной, напротив раздраженного Феликса, ведь того оттащили от просмотра его любимого аниме и заставляли сидеть здесь под пристальным озадаченным взглядом хена. - Феликс, малыш, скажи мне честно, тебе не нравится Сынмин? Решил пойти с козырей и спрашивать прямо в лоб. Этот вопрос ударил по больному и без того слабому перед Хенджином сердцу, на лице парня может и не отразилась ни одна эмоция, но внутри при упоминании этого имени Ликс снова почувствовал, как разрушается изнутри. Он вроде и должен принять выбор своего хена, своего опекуна, но он не может. Он НЕ ХОЧЕТ видеть его с этим парнем, постоянно задавая себе вопрос «Почему он, а не я». Ликс искал изъяны в самом себе, думая, что Хван не обращает на него внимание из-за его недостатков. Сынмин – милый, красивый, заботливый, добрый, потрясающий, а кто Феликс? Ликс – депрессивный ребенок, с кучей загонов внутри себя, да и внешность у него не совсем стандартная для корейцев. А еще эти веснушки. - Нет, все в порядке. Он милый… Послышался тихий ответ от парня, тот резко опускает голову, чтобы не выдать свои истинные эмоции. - Тогда почему ты избегаешь его? Почему, как только он приходит, ты сразу уходишь? Зачем, Ликси? Если он тебе не нравится, скажи мне… - И что тогда? Ты откажешься от него? Только потому что я так сказал? Это смешно, хен. Просто перестань думать об этом, основная причина почему я ухожу – я не хочу вам мешать, я не хочу быть третьим колесом здесь, когда вы милуетесь, обнимаетесь, целуетесь. Я не хочу этого видеть, я… «…ревную тебя к нему». Он не договорил, успел вовремя себя отдернуть, лишь бы все не испортить, лишь бы не потерять Хенджина – единственного родного и столь любимого человека. Столь длинная речь младшего на секунду озадачила парня, ведь в последние годы выжать из Феликса больше пяти слов не получалось. А сейчас он выдал такое. Хенджин смотрел прямо на своего воспитанника, пытаясь понять его истинные мотивы, но ничего в голову не лезло. Ну не мог же он влюбится в собственного почти отца? Верно, именно так, это было бы странно. Ой, как же он ошибался. - Ликси, я не говорю, что брошу его, я просто перестану водить его сюда… «Лучше бы бросил, блять. И заметил наконец мои чувства» И снова тишина в ответ, Феликса душили мысли, куча снова депрессивных мыслей о том, что Ли скорее всего не подходит Хенджину, такой как он вообще никому не подходят. Вроде внешне он и стал холоднее и спокойнее, но глубоко внутри он оставался все тем же ранимым и мягким мальчиком, что и несколько лет назад. После минутного молчания Феликс просто подрывается, кидает что-то про Чанбина и уходит из квартиры. И последняя фраза просто взрывает мозг Хвана, тот начинает злится сжимать кулаки и тяжело дышать. - Почему какому-то там Чанбину он, блять, доверяет, бежит к нему при первой возможности. Что пошло не так? Где я поступил не так как должен был? Под конец злоба уходит и на ее место приходит грусть, ведь он знал, что так и будет, поэтому он и начал встречаться с Сынмином. Хенджин понимал, что Феликс не влюбится в своего опекуна, он полюбит того, кто к нему ближе и по возрасту, и по предпочтениям, и по желаниям. Хван не был столь активным, сколь были друзья его младшего, его не интересовали постоянные походы на заброшки, поиски приключений на свои задницы. Хенджин считал себя скучным, что собственно и заставило его принять решение отпустить свои чувства и дать шанс тому, кто был с ним рядом. Сынмин – коллега Хвана, они очень быстро сдружились, начали много общаться, а после Ким неожиданно признается ему в своих чувствах. В тот день Джин ничего не ответил, но попросил подождать, дать ему время все обдумать, а про себя говорил, что ему нужно понять свои чувства к своему солнышку. Он уже давно принял тот факт, что неравнодушен к нему, но признаваться или делать какие-либо шаги он не хотел, боясь спугнуть и без того растоптанного на тот момент мальчика. И вот спустя несколько месяцев после признания Хван понимает, что нельзя так больше, надо двигаться дальше, отпустить, несмотря на то, что больно, несмотря на то, что сердце разрывается из-за того, что он по сути обманывает дорогих ему людей. Но он все равно соглашается на отношения, а после почти сразу знакомит Кима со своим воспитанником. Хенджин ожидал чего угодно, но не избегания, которое в какие-то моменты заставляло сердце старшего биться чуть быстрее. И мимолетные грустные взгляды Хенджина за своим младшим не остались незамеченными. Сынмин все понял почти сразу, не позволяя Хенджину натворить ошибок, они целовались редко, а про секс вообще стоит промолчать. Киму было больно до того момента, пока тот не понял, что Хенджин никогда не посмотрит на него так, как смотрит на Ли. Да, грустно, но он должен заканчивать этот цирк ради самого себя в первую очередь, он должен закончить это до того, как Хенджин сам к нему придет с предложением расстаться. Поэтому спустя год их отношений Сынмин решает, что пора, потому что за это время в их отношениях ничего не поменялось, все те же взгляды на убегающего Феликса, детские поцелуи в щечку и все. Вот совсем все. Стоя сейчас в парке рядом с чем-то расстроенным Хенджином, Сынмин наконец решается сказать то, чего боялся делать весь этот год. - Хенджин, давай расстанемся? И вот все, он сказал это. На него мгновенно поворачивается удивленное, даже более напуганное лицо парня, а после на глазах Сынмина наворачиваются слезы. Он видит тот спектр эмоций, который за секунду проносится в глазах его парня, но он отдергивает себя, стараясь не передумать о своем решении, ведь так будет лучше. Для них обоих, для Сынмина точно будет лучше. - Почему, Минни? Я что-то сделал не так? Минни, не надо, прошу, я люблю тебя… - Нет, ты не любишь меня той любовью, которую испытывают к своим вторым половинкам. Это не та любовь, Хенни… Голос Сынмина кажется серьезным и отстраненным, совсем не таким как внутри себя чувствует Сынмин сейчас. - Ты любишь Феликса, не меня, Хенни… Я не могу смотреть на то, с каким ты обожанием смотришь на него, в то время как на меня ты смотришь лишь с дружеской заботой. Вспомни хоть один момент, когда ты относился ко мне не как к другу… Ты должен принять свои истинные чувства и идти с ними дальше, только без меня… Я могу и буду оставаться твоим другом, Хенджин, но ты должен решить путаницу со своими чувствами. И вот она точка. Точка в их отношениях, которая позволила Сынмину отпустить половину груза со своего сердца, ему было не настолько больно, как он представлял, он спокойно отпустил его, даже начал помогать ему с Феликсом, что немного удивило старшего, и он сначала отказывался, боясь причинить тому боль, но Ким настоял. И вот теперь они сидели вдвоем напротив Минхо и Джисона. Между ними было неловкое молчание, которое хотелось поскорее прервать, ведь оно слишком давило. И его прервал первым Хенджин, рассказав друзьям о расставании и причине их нахождения с ними сейчас. А причиной этого мероприятия стал никто иной как Феликс. Джисон не стал рассказывать Хвану об истинных чувствах его друга, но намекнул, что его не оттолкнут в случае чего, поэтому старший смутился, но улыбку подавить не смог. И с этого момента пришел в действие план-капкан, по которому в итоге «хенликсы» будут вместе. И с каждым днем они были все ближе к цели, ведь Хенджин каждый вечер переступал через свой стыд, уделяя огромное количество времени Феликсу. Тот был напуган таким резким вниманием к себе со стороны своего хена, ему было стыдно перед Сынмином, ведь он наслаждался всеми прикосновениями, поцелуями в лоб и так далее. И спустя месяц таких «прелюдий» Феликс не выдерживает. - У тебя есть парень, хен! Прекрати так делать! Феликс отталкивает от себя старшего, смотря в пол, ведь желание вернутся в объятия своего хена хотелось неимоверно, но он так больше не мог. Не мог терпеть понимание того, что он обнимает его, уделяет ему время, а после приходит Сынмин и все внимание переходит к нему, к ПАРНЮ его Хенджина. - У меня нет парня, Ликси. Мы расстались… Голос Хвана стал тише, улыбка спала с лица, а на лице появилось усталое выражение. - Как это…? Почему? - Потому что я люблю тебя, Феликс… Одна фраза, а внутри Феликса просто перевернулось абсолютно все. Ему сначала подумалось, что ему показалось, но уверенное лицо старшего заставило отметнуть его эту мысль. Следующая мысль была о том, что это все сон и Ли спешит ущипнуть себя, но резкая боль расползается по всему телу. Он поднимает глаза на ожидающего хоть какого слова Хенджина, а после опускает голову. - Это ведь какой-то пранк, да? Это не смешно, хен… - А я и не смеюсь, малыш… Я абсолютно честен сейчас Голос парня раздается прямо над ухом Феликса, а после второй чувствует на своей талии такие родные и теплые руки хена. Из глаз мгновенно начинают течь слезы, а на губах слабая улыбка. Лапки тянутся к шее Хенджина, обнимая его. - Я тоже, хен… Если это не шутка, я очень счастлив сейчас… Он слышит тихий смешок возле шеи, а после на губах чувствуются чужие, которые с каждым движением углубляют поцелуй. Феликс отвечает, улыбаясь сквозь столь долгожданный поцелуй. Именно сейчас ему хочется верить всему тому, что происходит вокруг. Если это все-таки сон, то пускай он не заканчивается. Настолько счастливым Феликс ощущал себя только тогда, когда Хенджин забирал его из детдома, и вот сейчас, чувствуя поцелуи на своих губах и шее, тихий шепот расслабляет и вызывает очередную улыбку. Спустя минут сорок, когда они лежали в обнимку на диване, Феликс все-таки спрашивает о том, почему Хенджин вдруг выбрал его, получая слишком шокирующий ответ. «Я люблю тебя уже три года, малыш» – буквально строит заново весь внутренний мир ребенка, а после он отвечает той же фразой, и оба чувствуют себя дураками, но они лишь смеются с этого, а после снова уделяют время объятиям. Они счастливы, наконец-то обрели они друг друга. И когда Феликсу исполнится девятнадцать и опекунство утратит свою силу, они обо всем расскажут родителям Хвана, те сначала шокировано молчали, а после начали шутить, что они всегда знали об этом, особенно замечая влюблённые взгляды младшего на своем сыне. После об этом узнают друзья, те закатывают пьянку чуть ли не перебудив всех соседей, но это их мало заботило. Все наконец были счастливы.